Воспоминания

Спускаясь с гигантского дерева, белый заметил движение. Далеко внизу, на берегу озера он увидел несколько синих и белых пятен, сильно выделяющихся на фоне темных руин. Слизнекот повис на лиане, стараясь рассмотреть получше. “Белые гниды мяско нашли» - подумал он про себя. Только прошлым циклом они вчетвером были у того озера, выгуливали мелких, и охотились на яичных жуков. Теперь там пасутся чертовы ящеры. В памяти всплыло, как кремовое чудо со взъерошенной мокрой шерстью вцепилось зубами в кислотно-зеленое яйцо, в то время как брат пытался скормить ему синий плод. Но плод был где-то там, а яйцо — уже в зубах. Белый подумал, что если бы не брат, ему пришлось бы совсем тяжко. Желтый взял на себя часть обязанностей по присмотру, обучению и развлечению котят, и он был крайне признателен за это.

***

При мысли о брате, белому вспомнилась их встреча. Он-то и подумать не мог что его сородич шел за ним всё это время, как не обращал он и внимания на некоторые фразы Гальки и Луны, возвращаясь к ним с очередной жемчужиной. Шастая по обломкам некого древнего строения, белый увидел сквозь трещины в стене светлое пятно, пробирающееся через заросли редкой бурой травы. Приняв существо за прыгуна, отбившегося от своей стаи, он вскинул копье и молниеносно бросился через трещину, уже предвкушая сытный ужин. Желтый слизнекот, увидев занесенное для удара оружие, среагировал моментально - откатился в сторону, одновременно метнув заготовленный для подобных случаев булыжник, угодивший нападающему в голень. Белый вскрикнул, и грохнулся в неглубокую канаву, подняв тучу брызг. Вскочил, и сжимая копье уставился на свою несостоявшуюся жертву. Так они и замерли в боевых стойках, глядя друг на друга. В глазах белого — шок и неверие, в глазах желтого — недоумение и неузнавание. Его путь был долог и тяжел, но не столь жесток и кровав как у старшего брата. Природа не наделила его ни силой, ни особыми умениями, даже его яркая шкурка выдавала своего владельца с головой, делая уязвимым. Но вместе с тем он умудрялся находить пути, недоступные другим, видеть друзей среди тех, кому обычно не было дела до дипломатии и дружбы. Что до белого, то животный мир его не жаловал, и тот отвечал полной взаимностью. Умирал белый кот часто, всеми возможными способами. Пожалуй ,за его долгий путь из смертей и перерождений не осталось видов хищной фауны, что не попробовала его на зубок. Это вполне закономерно привело к тому, что со временем белый стал получать удовольствие в охоте на крупную дичь, которую даже не мог съесть. И вместо того, чтобы посидеть тихо, пропустив мимо очередную зубастую паскуду, он устраивал им засады, оглушал хлопушками и шпиговал копьями, с издевательской легкостью уклоняясь от уже давно заученных атак и плевков. Или же выслеживал и уничтожал группу желтых ящеров, один из которых в прошлом цикле откусил ему голову. Исключением в этом убийственном водовороте являлись лишь вышеупомянутые мусорщики, да и то только из-за их численности и злопамятности - белый не был дураком, и доводить взаимную неприязнь до состояния открытой вражды было ему совсем не на руку. По-настоящему единственные, к кому слизнекот не питал негативных чувств, были те самые случайные боги. И если Пять Галек лишь терпел назойливого зверька (никому не нравится когда у тебя крадут нейроны), то Старшая Сестра Луна напротив, была крайне приветлива и доброжелательна. Возможно из-за нейронов, что он ей таскал, возможно из-за молчаливой компании. А еще были жемчужины. Возвращаясь в полузатопленный корпус после очередной вылазки, уставший и измученный кот не придумал ничего лучше, как показать падшему богу свою недавнюю находку — желтую жемчужинку, подобную тем, что он часто встречал, но не считал нужным подбирать — не съедобно, не годится как оружие, не светит, не греет, мусор, в общем. Хоть и красивый. Но тут его черт дернул. Не рассчитывая ни на что, он получил маленькую историю. И хоть большая часть сказанного была за пределами понимания зверька, с тех самых пор к его привычной рутине из перемещения из точки А в точку Б, поиску жратвы, прореживанию фауны и вечной гонки с Дождем прибавился еще один пункт — поиск цветных кругляшков, даже если это было сопряжено со смертельным риском. И пусть очередной короткий запутанный рассказ едва ли стоил потраченных усилий, слизнекота это не останавливало, и вскоре в камере итератора накопилась целая горка разноцветных хранителей информации, а белый стал гордым обладателем пусть и интересных, но по сути бесполезных знаний о вымершей расе.