Заячья ария

Я открыл глаза, слеповато прищурившись. Потолок, похожий на тот, что был у меня в комнате. В моей голове пустота, она звучит так приятно. Мысли идут медленно, неохотно, как вязкий кисель. Сладкий клубничный кисель, с двумя ложками сахара... Где я? Неважно... Главное, что я могу отдохнуть. Как же хорошо... Не знаю сколько времени я так пролежал. Я бы мог проводить время так вечно, наслаждаясь этими мгновениями покоя и умиротворения. Моя душа больше не страдает. Она пуста. Может я спал? Или сплю прямо сейчас? Вдруг, оглушительным грохотом, в моей голове раздался скрип. Я вздрогнул. Тело как будто ожило, я почувствовал каждый его сантиметр. Казалось, мои конечности затекли все одновременно. Очень захотелось пить. Я - живой. - То-о-ша-а, ты спишь?.. - шепотом спросил у меня кто-то. Я приподнял голову, взглянул на источник звука, осмотрел место, где я нахожусь. Без очков плохо видно, но очень похоже на мою комнату? Мои очки... Я, привычно потянувшись правой рукой, нащупал что-то круглое и миниатюрное. Точно они. В ту же секунду мир обрёл четкость. Я снова могу видеть. Это точно моя комната. Лунный свет проникает сквозь мое зашторенное окно и падает на деревянный пол, оставляя за собой, едва видимую в ночи, полоску. Маленькие частицы пыли весело вертятся в дружном хороводе. Я оказался дома? Но как? И голоса... Больше не звучат в моей голове. Как будто что-то закрыло их от меня. Но я знаю,помню, они никуда не исчезнут. Они со мной навсегда, часть меня. Моё проклятие. - То-ош?.. - на краю сознания что-то вспыхивает, но меня отвлекает настойчиво зовущий меня тихий голос. Ох, вот это звук. Как будто чистый, задорный ручеёк бежит по поляне. Намного лучше, чем тот скрежет. Поднявшись с кровати, я подхожу к двери и открываю её. На пороге, к моему удивлению, стояла моя сестра. Она испуганно посмотрела на меня и сказала: - Антош, можно я с тобой посплю, пожалуйста? Родители закрыли дверь и я не могу к ним войти, а стучать к ним я боюсь, в прошлый раз они меня так сильно ругали. - грустно, почти пропела, моя сестра. Ее белоснежные волосы красиво отражались в лунном свете моей комнаты. Её пижама с динозавром, который весело скалился на картинке, слегка подрагивала. Она замёрзла. У меня перед глазами вдруг возникает гора мяса, которую я видел дома у Кати. Отвратительные маленькие глазки, в том месте, где у людей должно быть лицо, смотрели на меня. Ужасный запах вернулся. Я услышал снова противный скрежет, который не должен существовать в этом мире. Странной формы конечности существа, держали дверь, и само оно находилось на месте моей сестры, как будто насмехаясь надо мной. На нем была какая-то тонкая, просвечивающая пленка розоватого цвета. На вздувшемся тельце, выглядело так, что казалось, если бы не эта маленькая деталь, то существо сразу взорвалось бы прямо в ту же секунду, обдав меня своими внутренностями. Всем своим внутренним миром, каждой его частью. На мгновение, я прикрываю рукой глаза, а когда убираю ее, то видение, также незаметно, как и появилось, пропадает, а на его месте снова стоит моя сестра. Мои руки дрожат, тот ужас, который я испытал, все ещё со мной. Он давит меня. Он часть меня. - Оля, ты дрожишь... Как долго ты уже так...стоишь? - монотонно проговариваю я. Мой голос звучит сухо, безжизненно. Мой взгляд сосредоточился на чем-то, что во тьме коридора. На сестру я больше не мог смотреть, как раньше. Во рту до сих пор странный привкус чего-то мягкого. Сестра вздрогнула. Ее глаза расширились, она отошла на шаг от меня, обратно во тьму коридора, которая скрыла ее от лунного света моей комнаты. - Тошечка... Что с тобой? Ты стал таким холодным. Мне показалось, что ты вот-вот упадешь! - с волнением спросила она. В ее глазах страх перемешался с заботой обо мне. Я чем то напугал её. Не могу понять чем. Я всегда защищу её. Если это моя последняя встреча с ней, я должен помочь ей любой ценой. Хотя бы здесь, в этом кошмарном сне. В моей больной фантазии. Пусть хотя бы одна моя сестра будет счастлива, пожалуйста! Я спокойно подошёл к ней и, стараясь не смотреть на неё, медленно гладил ее спину и согревал теплом своего тела. Я читал, что если ты понял, что попал в осознанный сон, то можешь управлять им. Поэтому я усиленно думал о том, чтобы ей было тепло. Она - мой последний якорь в этой жалкой иллюзии. Ожидая почувствовать запах ее родного, детского шампуня, я резко перестал дышать. В нос ударил тот самый запах, как будто та тварь все ещё здесь. Оля замерла. И спустя два выдоха - расслабилась. Ей стало теплее. - Не волнуйся, Оль. Можешь остаться сегодня у меня. Утром я сам поговорю с родителями.- ровно сказал я, отходя подальше от неё, вглубь своей комнаты. Все равно это иллюзия. Здесь не может быть никакого завтра. Моя сестра будет мёрзнуть бесконечно. А я, буду ее бесконечно греть, стараясь не думать о том, что видел пару секунд назад. - С-спассибо, Тоша - сказала она. На середине её фразы прозвучал очередной мерзкий звук. Я скривился, но промолчал. Кажется, этот мир стал отвергать меня. Или я попал в искаженное отражение моих воспоминаний. Пытался забыться в своем безумии, выдумав себе личный уголок. Быть может, я все ещё в том аду, в Катиной квартире? Неужели мне придется жить так всю оставшуюся жизнь? Чудовище, которое маскировалось под мою сестрёнку, мирно спало на второй половине моей кровати. Сейчас оно ничем не отличалось от моей Оли. Но я знал, что это не она. Я снова совсем один. Странное веселье вспыхнуло в моем сознании, и в тот же миг - угасло. Усталость навалилась на меня. Мой, ослабший от таких перегрузок разум, стал замедляться. Я прислонился к стене и скатился на пол. Мне почудилось, что вся моя комната усыпана отвратительными, мигающими черными венами, на розовой шкуре, которая захватила все помещение. Моя кровать была похожа на огромный кусок жира, странные линии, похожие на паразитов, бегали внутри него. Я больше так не могу... Если это иллюзия... Пожалуйста... Пусть я усну и никогда больше не проснусь... Не вернусь сюда... Только не так. Я провалился в глубокий сон. Я видел своих родителей, свою сестру. Мы все вместе сидели за столом, на кухне и кушали манную кашу. Отец читал газету, прикуривая свой табак, который забрал с собой из Москвы. Здесь такой не продают. Мама, моя нежная мама, сидела рядом с отцом. Её лицо сияло уверенностью в завтрашнем дне и заботой. Такой чистой, которой мне всегда не хватало. Она тихонько смеялась, наблюдая, как Оля сидит надувшись, не желая больше доедать свою порцию. Сестра сидела рядом со мной, напротив наших родителей. Она отодвинула от себя тарелку и тянулась к бутербродам с колбасой. Вкусными и большими. Её порция каши, одиноко стояла, почти полностью нетронутая. Она не любила кашу, поэтому для нее мама всегда делала бутерброды заранее. Мне было хорошо. Только я, моя семья и уютная, домашняя атмосфера. Никто не ругается, у всех хорошее настроение. Каждый учитывает мнение другого и проявляет свое участие. Все заботятся друг о друге. Как спокойно. - Антон, чего замер? Твоя каша сейчас остынет. - сказал отец. Его глаза смотрели на меня, поверх газеты. Спокойно, без какого-либо осуждения, его поза выражала что-то, чего я раньше не видел. Это приятно. - Да, пап, я сейчас доем. - взволнованно ответил я. Никогда раньше я не ощущал себя так. Я был нужен. За мной присматривали, не просто потому, что надо. А потому, что я был кому-то небезразличен. Неужели мои родители решили все свои проблемы? Мы с Олей теперь всегда будем так есть? Больше не будет битой посуды? Мама больше не упадет в приступ эпилепсии? Отец станет чаще быть дома? Перестанет бить нашу маму и кричать на нас? Я, с пугающей скоростью, поспешил поверить в это. Мои мечты сбывались прямо передо мной. Я был так счастлив. Хотелось запечатлеть этот момент намного дольше. Зарисовать его. Написать семейный, счастливый портрет нашей семьи и повесить его под потолком, возле входной двери. Чтобы все гости видели - у нас все хорошо. Мой желудок громко заурчал, словно кот, который с аппетитом поедает свой вкусный корм. Во рту накопились слюни, предвкушение сладкой еды заполнило меня. Как хорошо жить. Я опустил взгляд в свою порцию. Белая, жидкая каша, с лёгким дымком,ждала своей очереди. Она, сохраняя тепло, казалось только для меня одного, вкусно манила своим клубничным запахом. Похоже, в этот раз мама добавила мой любимый ягодный сироп, который стоит дорого в этом посёлке. Я так давно его не пробовал. Где моя ложка? Вот же она, лежит на полу. Как я не заметил? Наверное сбил, по случайности, своей рукой, пока передавал Оле её большие бутерброды. А родители и слова не сказали. Не заметили? И хорошо. Этот момент ничего не должно нарушить. -Я, кажется, забыл свою ложку, пойду возьму. - сказал я всем и встав из-за стола, пошел взять ещё одну из наших запасов. Вернувшись за стол, я с наслаждением начал поглощать этот рай. Желудок наполнялся теплом. Я дома. - Антон, как тебе? Вкусно? - спросила мама. Ее нежный взгляд выражал интерес. Ждал оценку своих стараний. Я, проглотив очередную часть своей каши, ответил: - Очень вкусно мам! В жизни ничего вкуснее не ел! Вот бы так каждый день у нас был, папа, ты, мама, Оля и я. Самая лучшая семья на свете! - радостно говорил я, наполняясь какой-то внутренней силой. Казалось, мамина каша помогает мне, улучшает меня. Моё сознание активно наслаждалось этими ощущениями. Мама ярко улыбнулась, показав свои белые зубы. Ее ямочки на щеках, красиво украсили ее женственное лицо. Она была довольна. - Рада что тебе понравилось, Антон. Я положила в этот раз секретный ингредиент, который ты очень любишь. - молвила она. Это она про мой любимый клубничный сироп, догадался я. Я моргнул. В нос резко ворвался кислый запах, усиленный в три раза. Он полностью забил мои рецепторы, не давая нормально вздохнуть. Я подавился вкусным угощением. Прокашлявшись - замер. Вокруг меня снова всё исказилось. Я сидел за кубиком из кожи разных существ. Он дышал, слегка покачиваясь, могу поклясться, я слышу его дыхание. На нем находилось то, что раньше было нашим завтраком. Каша превратилось в лужу отвратительных отходов, какие то паразиты копошились там, стараясь выбраться оттуда и уползти куда-то ещё. Посуда стала костями, с прожилками мяса, гладкими, но отвратительно белыми. Кухню снова затянула пленка черных вен, с красной кожей. Она укутала все предметы интерьера, и пульсировала в такт моего сердцебиения. Моя семья. Моя милая и красивая семья превратилось в чудовищ. Таких же, какое пришло ко мне в комнату, под видом моей сестры. Самый крупный из них был отцом, его злые глазки бусины смотрели на меня. Его отвратительное тело издавало мерзкие звуки, пытаясь поудобнее устроится на своём месте. Рядом сидела тварь по-меньше. Кажется, она была моей мамой. Милой и красивой женщиной. Сейчас же, передо мной сидел очередной клон монстра. В своем красном слое мяса на жирном красном брюхе,оно держало в щупальцах тарелку с отходами из паразитов. Оно также смотрело на меня, заглядывая в самую душу. Рядом со мной раздался противный скрежет. Ещё одно чудище сидело прямо рядом со мной. Оно было меньше всех по размеру. Скорее всего, это то самое, что притворялось Олей. От него несло кислым запахом сильнее всех. Очевидно, потому что я сидел к нему ближе всего. - Бгрх... Згггг ссс - провизжало оно, повернувшись ко мне. Мерзкая слизь из липкой пасти попала мне на лицо. Они разговаривают! Этот звук был их речью! Я в оцепенении сидел на мягком, противном подобии стула и с каждой секундой, казалось, утопал глубже в него. Моя каша, которую я ел, превратилась в очередных слизистых паразитов. Я видел, как они двигаются, пытаясь выбраться из своего плена. В центре моего подобия тарелки, находилась чья-то нога. У этой конечности, почему-то, отсутствовало два пальца, мизинец и безымянный, но я не обратил на это внимания. В моем желудке, кажется, тоже что-то шевелилось. Я ощущал, как снова проваливаюсь на дно океана. Липкое, сосущее чувство пустоты вернулось, а черви, внутри моего желудка, пытались выйти на свободу, оставив меня совсем одного в этом отвратительном мире. Я все ещё здесь. Я никуда не уходил, никуда не перемещался и не засыпал. Я до сих пор в этом страшном аду. В этом чудовищном искажении реальности. Я не понимал что реально, а что нет. Все мои пять чувств твердили мне - все что я вижу, трогаю, вдыхаю, слышу, пробую - это и есть моя реальность. Моя жизнь за одно мгновение изменилась. Я теперь не дома, в уютном домашнем помещении. Не завтракаю со своей семьёй. Я в мире, полном мерзких чудовищ. Один единственный человек в этой мерзкой вселенной. В моем мозгу засела мысль, что так теперь будет всегда. Я больше не увижу нормальный мир. Не вернусь туда, где было так хорошо,просто и понятно. Мой мир теперь другой и он меня отверг. Или это я, отверг другой мир? Меня вырвало прямо на паразитов, которые копошились в моей мясной тарелке. В субстанции,которая вышла из меня, был маленький палец, с нанесенным на нем маникюром зелёного цвета. Уродливые насекомые сразу принялись его есть, облепив его со всех сторон. Разом зазвучало три страшных визга и мой мозг, не выдержав таких звуков, отключился. Пустота заполняла мой разум, принося ему долгожданное облегчение. Она прижигала опухоль, которая прикрепилась в самом центре, даря мне приятные ощущения. Я плыл по течению этого непонятного мне пространства. Чем дальше я был, тем легче мне было. Воспоминания смешивались, менялись. Вся моя жизнь, от рождения - до последнего моего мгновения, проносилась в омуте грёз. Вот я был. И вот меня - нет. Я открыл глаза. Утро, потолок очень похож на мою комнату. Чувство слабого дежавю настигло меня. Я сонно потянулся и одел очки, которые, как и всегда, лежали на правой стороне кровати. Я взглянул на маленькие часики. Время было шесть утра. В школу только через час. Внезапно пришло осознание. Воспоминания последних событий нахлынули на меня, безжалостно терзая мой покалеченный разум. Я вспомнил все до самой последней детали. Как я съел свою единственную подругу, отдельные фрагменты поедания её тела проносились перед глазами. Но почему-то, вкус был очень хорош, как будто я ел самые вкусные фрукты на этой планете. А какой-то сок был похож на мою любимую газировку со вкусом мармеладных мишек. Рот невольно снова наполнился слюной. Затем я вспомнил Олю. Нет. То аморфное, раздутое нечто, которое притворялось моей семьёй. Все они - чудовища, в обликах людей. Теперь я был в этом уверен. Главное, чтобы они не поняли, что я могу видеть их настоящую суть. Я никогда не стану одним из них. Я вздрогнул. Воспоминания закончились. В моей комнате повисла тишина, прерываемая секундной стрелкой, ритмично отбивающая свой ритм. Все выглядело нормально. Вокруг не спешили появляться монстры, кровать была мягкой, с одеялом и подушкой, сделанной из дерева и имеющая мягкий матрас. Моя кровать. Комната была прохладной, но настоящей. Я был дома. Медленно поднявшись, я надел свои вещи из шкафа. Моя школьная форма, моя сменная обувь, мой портфель. Я не мог поверить своим глазам. Казалось, в любую секунду все исказится, станет уродливым отражением, каким я его запомнил. Тот кислый запах до сих пор фантомно ощущается в моем носу. Неужели это была очередная галлюцинация? Но мои воспоминания твердили, убеждая меня в обратном, что нет. Те ощущения, то безумие в котором я находился. Я уже не чувствую себя как раньше. Что-то не так. Я должен найти календарь, какой сейчас день? Я подошёл к своему столу и достал из ящика, разрисованный динозавриками, маленький календарик. На нем была дата: 12 января 199х года. Понедельник. Первый день учебного года после новогодних каникул. Время, когда мы только-только сюда переехали. Я вернулся назад? Моё желание исполнилось? Или это очередная галлюцинация моего воспалённого мозга? Я не мог найти ответа. Выглянув в окно своей комнаты, я увидел лес. Зимний пейзаж красиво укутывал его, украшая своей белой невинностью. Раньше я так боялся туда смотреть, мне чудилось, что страшные злые звери выйдут оттуда и придут сюда. Что Алиса, и остальные жители леса, заберут меня. Заберут мою Олю, мою подругу Катю. Но теперь? После того, что я пережил, я почти с наслаждением смотрел на этот волшебный лес. Казалось, он меня успокаивал и говорил "Все будет хорошо Антон... Я здесь..." И я ему верил. Хотелось насладиться этой красотой подольше, но мне уже надо было идти в школу. Опасливо подойдя к двери, я приоткрыл её. Громкий скрип пронесся по всему дому. Кажется, все ещё спали. Я, тихонько крадясь, спустился на кухню, очень хотелось есть. Воспоминания живо подкидывали мне фрукты, которые мне очень понравились, но я жмурился и пытался не думать об этом. Я включил свет. Кухня, как и моя комната, была совершенно обычной. Ничего не плыло, посуда была твердой, а стол не шевелился. Все как и должно быть. Выдохнув, я открыл холодильник, гадая что там может быть. На второй полке продуктового отсека я нашел колбасу и хлеб. Можно сделать бутерброды. Такие же, как у Оли из моего сна. Затем, я вскипятил воду и заварил себе чай. Моё школьное утро проходило точь в точь как раньше. Я в тот день встал пораньше и ушел из дома, чтобы не видеть недовольное ворчание мамы, а отец даже не появлялся с прошлого дня. Был на работе. Сев за стол, на свое место, я откусил бутерброд. Почти сразу же я его выплюнул. На вкус он оказался протухшим яйцом, как будто его оставили на долгое время в каком-то месте, а потом зарыли в землю. Я хотел запить это своим чаем, но едва влив его в себя, я выплюнул и его. Что со мной? Почему все такое отвратительное? Чай на вкус, был как машинное масло. Я кинулся к раковине. Пожалуйста хотя бы вода! Мне нужно прополоскать рот! Открыв кран, я жадно набирал полный рот воды и плевался в раковину. Слава богу, вода была просто без вкуса, как и всегда. Занимаясь этим в течении пяти минут, я наконец-то, остановился. Но голод никуда не ушел. Я очень хотел есть. Представляя, что теперь буду обречён всю жизнь питаться водой, либо давиться такими помоями, я обречённо сел на стул. Моя болезнь... Она прогрессирует. Я не понимаю почему так происходит. Я думал, это лишь сон, странные выдумки моего детского бреда. Но теперь, я получил не только воспоминания. Это моя новая реальность. Она пришла сюда вместе со мной. А значит здесь и они. Похоже, это вопрос времени, когда я снова увижу этих тварей. Что же мне делать? Звери Странная мысль пришла мне в голову. Возможно, они помогут мне найти ответ, что со мной. Что-то страшное сидит внутри меня. Я чувствую его пульсацию внутри моей груди. Больше мне не к кому идти. Взяв свой портфель, натянув свои зимние ботинки, пальто и родную шапку с надписью "СПОРТ", я вышел на улицу. Зимняя ночь уступала место утреннему рассвету.