Прости милый, я тебя люблю

Уилл, как всегда, сидел у себя в кабинете и делал чертежи, выходной день, неплохо бы отдохнуть, но только после работы. Уильям планировал пойти в какое-нибудь кафе, выпить чашку кофе, а после пойти в книжный магазин, он давно не читал книг. Точнее, читал, но всё по экономике и психологии, хотелось чего-нибудь более легкого. В дверь позвонили, странно ведь Уильям никого не ждал, если это, конечно, не Генри с его очередной гениальной идеей или же Стефани с предложением «отдохнуть». Уильям открыл, и чего уж точно он не ожидал, это увидеть свою бывшую любовницу. Она сильно изменилась, но он ее узнал бы из тысячи, все же она первая его спутница. - Привет - попыталась улыбнуться она, но вышло плохо. И вдруг он заметил сзади нее  парнишку лет пятнадцати, всего в пирсингах и с длинными волосами - Это твой сын. Уильям не знал, что сказать, казалось, что шок парализовал все его тело. Все началось именно тогда. Она всунула ему какие-то бумаги и самого парня и ушла, сказав, что она не может больше его воспитывать. Сначала было трудно, его одежда, его характер - всё это слегка подбешивало старшего Афтона, но через время это всё стало для него привычным. Он опоздал. Упустил его. Курение. Может, это и было тем, что их сблизило? - Майкл, собирайся, мы едем в... - не договорив, Уилл выронил из рук телефон и ошарашено уставился на Майкла. Он полуголый стоял и курил возле окна. Но всё это не было сравнимо с тем, что его постель была в крови, а с запястья стекали капли крови на пол. Тогда Уилл учинил ему такой скандал, но Майк особо не обращал на это внимания, наоборот, даже грубил ему. Его язык был наточен острее любого ножа. Такие выходки потом были не редкостью для Майкла, но последние пару месяцев Уильям не замечал порезов. По крайней мере свежих. Он думал, что вот всё, прошел этот его мазохизм, но, судя по всему, он плохо думал. Жизнь жестока, да так, что забирает близких людей. - Не смотри на меня… - сквозь слёзы прошипел Майкл, очередная истерика. - Я отвратительный. Видишь это? - он дёрнул рукой, и свежая кровь снова потекла по коже, вся рука была измолота кухонным ножом в мясо. - Мне нравится, когда болит. Потому что внутри всё гниет. - Майк, не надо, оставь это, прошу - Уилл попытался подойти ближе, но Майк отскочил и поставил нож перед собой. И засмеялся. Смех был истеричный, ломкий. - Я сука, люблю тебя, а ты лишь используешь меня как расходный материал! - закричал Майкл, голос стал грубее, громче. - Просто кинь меня, как это сделала мамаша, и дело, кончено! - вдруг Майк замолчал, и смех утих. - А может, тебе нравится это видеть? Может, тебе нравится, когда я страдаю вот так? И тогда Уильям сорвался, выхватывая у Майкла из рук нож. - Нет! - он повысил голос впервые за всё время. - Ты - мой сын, и я... - слова застряли, но он выдавил их. - И ты тот, кого я люблю больше всего. Тишина ударяла сильнее крика. Майкл замер, будто его оглушили. Его глаза были красными, воспалёнными, взгляд - потерянным. - Нет, не любишь, - прошептал он. - Если бы любил, этого шрама не было бы. - Он указал острием ножа в плечо. Оно только зажило. - Нет, люблю. - Уильям медленно подошел к Майклу и осторожно взял его окровавленные руки в свои ладони. - Я все это время делал вид, что между нами ничего нет, что чувства ненастоящие, но... Я тебя люблю. Майкл резко вырвался, отвернулся, сжал зубы. Плечи затряслись. - Я опоздал, - признал Уилл и уже не пытался подойти ближе. - И я ненавижу себя за это. Но и ты пойми меня, я не умею нормально любить. Майкл резко обернулся, глаза полные слёз и ярости. - Значит, нельзя было просто сказать, что любишь? Просто чтобы я успокоился... - Я буду рядом, - твёрдо сказал Уильям. - Но сказать люблю слишком трудно, я не могу, но буду рядом, поверь. Может, я все-таки разберусь в себе и скажу тебе это. Искренне. А сейчас просто поверь. Пожалуйста. Майкл смотрел на него долго, словно решая, можно ли доверять Уильяму или нет, потом его лицо сломалось окончательно. Он рухнул Уильяму на грудь и вцепился в него, как тонущий. - Мне так больно…  - выдохнул он. - Не уходи. Уильям прижал его крепче, закрыв глаза. Нож выпал из руки Майкла. В этот момент Майкл понял: любовь - это не про слова, а про действия. Голос внутри кричит бежать. Но он больше не собирался бежать или заглушать боль