Хроники «Тёмной реки»

Долина Лекарей! Эти слова, несомненно, потрясли всех присутствующих. Старец внимательно оглядел Байхэ Хуай с ног до головы. Нынешним главой Долины лекарей являлся сам Глава лекарей Синь Байцао, но по слухам, он принял лишь половинного ученика — Сыкун Чанфэна, ныне третьего правителя города Сюэюэ. Никто не слышал, чтобы в этом поколении была столь юная барышня. Однако по выражению лица и тону Байхэ Хуай было ясно: она не притворяется. Байхэ Хуай приподняла бровь: — Не веришь? Старец заколебался: — Словам верить нельзя… Нужны доказательства… — Тогда узнаёшь ли ты мою технику иглоукалывания «Тринадцать взглядов назад?» — Байхэ Хуай взмахнула рукой, развернув свёрток серебряных игл. Её пальцы запорхали, и весь ряд игл с лёгким звоном упал перед старцем. Упав на землю, иглы в понятии «профана» сложились бы в подобие человеческого силуэта. Но именитые лекари остолбенели: в их глазах на земле и впрямь лежал человек, а горсть игл, брошенная Байхэ Хуай, с ювелирной точностью попала во все важнейшие точки его меридианов. — Почтенный Сюй… — тихо позвал лекарь средних лет, что выступал ранее. Руки старца дрогнули: — И впрямь… «Тринадцать взглядов назад…» — Наставник учил меня: лекарь в этом мире может пройти мимо умирающего, может рисковать жизнью в опасных местах, но ему категорически запрещено лгать. Сегодня я преподам вам этот урок! — голос Байхэ Хуай прозвучал резко и неумолимо. Лекарь средних лет вспыхнул: — Даже если ты из Долины лекарей, смеешь ли ты, юная девчонка, указывать нам?! — Синь Байцао и тот обязан величать меня старшей наставницей, а мне ли не сделать вам замечание? — Байхэ Хуай взмахнула широким рукавом. — Су Муюй, уходим! — Задержите их! — внезапно раздался из-за спины голос правителя округа. Из укрытий выбежала группа стражников с длинными мечами, преградив им путь. Байхэ Хуай холодно усмехнулась. Теперь понятно, почему ни один из лекарей не посмел произнести правду: сын правителя уже давно мёртв. Видимо, этот господин не так добр и вежлив, как кажется. Она обернулась: — Значит, правитель округа не намерен нас отпускать? — Исцелите моего сына — и сможете идти! — глаза правителя налились кровью, голос дрожал от злобы. — В Долине лекарей есть древнее изречение: пока есть жизнь — есть и лечение. Но ваш сын уже мёртв, — Байхэ Хуай тяжело вздохнула. — Упрямство бессильно перед смертью. Прошу вас, господин, положить этому конец, дабы тело вашего сына не продолжало мучиться в этом мире. Возьмите клинок, пронзите ему сердце — и чёрная кровь, в которой кишат черви-гу, перестанет течь. Он обретёт вечный покой. — Убить их! — рявкнул правитель больше не в состоянии их слушать. — Почему люди так не выносят правды? — с тихим сожалением спросила Байхэ Хуай. — Все хотят слышать лишь то, что им приятно, — ответил Су Муюй. Он оттолкнулся носком, скользнул вперёд, выхватил меч у ближайшего стражника и лёгким взмахом выпустил волну мечной энергии. Клинки остальных стражников со звоном разломились надвое и упали на землю. Правитель округа замер на месте, его рука, указывающая на них, неистово дрожала: — Вы… вы… — Лечебница «Хэ Юй» продолжит работать в Наньане. О вашем сыне я не пророню ни слова. Но умоляю: если вы не избавитесь от его тела сейчас, вы сами заразитесь трупным ядом. Тогда все обитатели вашей усадьбы превратятся в подобных ему существ. А если процесс не остановить, весь Наньань обратится в преисподнюю, — голос Байхэ Хуай стал тяжёлым и серьёзным. — Я не пугаю вас. Я видела это. Су Муюй на мгновение задумался, затем с мечом в руке шагнул прямиком к правителю округа. — Ты… что ты делаешь?! — ноги правителя подкосились, и он рухнул на землю. Но Су Муюй даже не взглянул на него. Развернувшись, он вошёл обратно в дом. Правитель, сидя на земле, на секунду остолбенел, затем спохватился и бросился вслед за ним во внутренние покои. Но было уже поздно. Из комнаты вырвался душераздирающий крик. Вскоре Су Муюй вышел оттуда с мечом в руке; лезвие было залито чёрной кровью. Все лекари Наньаня переглянулись в немом ужасе. Никто не мог поверить, что этот человек просто вошёл и убил сына правителя. Су Муюй бросил на них взгляд: — Уходите все. Если останетесь, он в гневе может покарать и вас. Старец, что всё это время вёл споры, опомнился первым. Он поспешно поклонился Су Муюю: — Благодарим вас… благодарим, благородные герои! И, не оглядываясь, бросился к выходу. Остальные лекари, подхватив полы одежд, разбежались кто куда. Лишь теперь правитель округа вырвался из комнаты и кинулся к Су Муюю: — Я убью тебя! — Я понимаю твою скорбь от потери сына, — Су Муюй обернулся, выставил один палец и лёгким толчком отбросил его назад. — Но если будешь продолжать, мне придётся действовать жёстче. — Пойдём, — Байхэ Хуай, казалось, устала. Не обращая больше на них внимания, она направилась к выходу. Су Муюй бросил меч на землю и сразу последовал за ней. Покинув усадьбу правителя, Байхэ Хуай спросила Су Муюя: — Зачем ты вернулся? — Даже если ты сказала, что он мёртв, для них он всё ещё их сын. Принять это слишком тяжело, — покачал головой Су Муюй. — Всё равно всё пойдёт по твоему сценарию и станет только хуже. Раз никто не хочет брать этот грех на себя, пусть его возьму я. Байхэ Хуай тихо вздохнула: — Не хотела, чтобы ты снова пачкал руки. — Пустяки, — спокойно ответил Су Муюй. — А вот ты вела себя странно с самого начала. Неужели тот живой мертвец как-то связан с Долиной лекарей? — Этих живых мертвецов называют яо-жэнь, лекарственные куклы. Их создают особым, изощрённым способом. Во время войны между Западным Чу и Бэйли армия Чу использовала эту технику, чтобы тянуть время и выживать. Метод противоречит небесному дао, но из-за его невероятной, почти чудесной природы, бессмертный мудрец из Западного Чу не решился уничтожить запись. Вместо этого он передал её нам, в Долину лекарей, надеясь, что мы сможем найти способ обратить это зло во благо, — медленно произнесла Байхэ Хуай. — Но Долина так и не справилась? — спросил Су Муюй. — Не справились. Извращённость этого метода такова, что даже Синь Байцао не постиг его до конца. Но у меня есть племянник по школе, младший брат Синь Байцао по наставнику — по имени Е Я, «Ночной Ворон». После ранней смерти жены он одержимо увлёкся этой запретной техникой воскрешения и день и ночь изучал создание яо-жэнь. И вот, однажды в деревне неподалёку от Долины вспыхнула та самая эпидемия, о которой я говорила. Виновником был Е Я. Мы с Синь Байцао усмирили тот бунт мертвецов, после чего Е Я покинул Долину и исчез без следа. — Байхэ Хуай обернулась и вновь взглянула на усадьбу правителя округа. — А теперь Е Я… здесь.