life, death, and sundew / жизнь, смерть и роса

Именно последствия на самом деле заставили Нила смириться с опасностью ситуации. Машина пострадала от удара немного, но осколки разлетелись по сторонам и задели кожу Нила, оставляя после себя маленькие кровавые царапины. Следующее, с чем нужно смириться, — монстры. Они появились тем же составом, как и раньше, но на них не было командных джерси, вместо этого они были одеты в болотно-зелёные дождевики. Этот цвет хорош для камуфляжа, и Нил бы тоже выбрал его, если бы ему не пришлось срочно бежать в лес. Ники нехарактерно хмурился, но, если не считать морального, он не получил никакого урона, и, видимо, он не осознал опасности ситуации. Близнецы выглядели как отражения в разбитом зеркале: Аарон был подавлен и опустошён, а Эндрю, по всей видимости, был даже рад отсутствию жизни вокруг. Нил научился различать их по языку тела, но было намного легче это делать, когда Аарон был явно не заинтересован в Ниле, а Эндрю настолько сильно держал ситуацию в руках, что не оставлял места для возражений. Потеря контроля — Нил знал это чувство очень хорошо. Лисы — кучка выживших, но они не были способны справляться с катастрофами только из-за этого. Нил мог это выдержать только лишь потому, что не знал других вариантов. Никаких, кроме как убежать и начать всё сначала, а потом снова убежать и снова начать всё сначала, и так по кругу. Но с монстрами… Ясно, что они не осознавали всех последствий, по крайней мере, Ники и Аарон точно. И если этого ещё не было достаточно, чтобы начать беспокоиться, то у Эндрю теперь на лице не было улыбки, вызванной наркотиком, а так же гиперактивности. Эта мысль не приходила в голову Нила, потому что не было причины думать об этом, но невозможен был исход, в котором Эндрю продолжил бы принимать лекарства во время резких путешествий. А если он и продолжил, то для него же это плохо кончится. Ники и Аарон суетились вокруг мёртвого зомби с канистрами, наполненными жидкостью, изнемождённо смотря на дом. Нил поджал ногу, распластавшись на траве, как жук. Это не помогло утихомирить боль, и, тем более, успокоить шторм в его голове. Зомби, которые могли заражать, это одно, а бессмертные существа, способные нанести неизмеримый ущерб — совсем другое. Мясник — опасность, с помощью которой Нил мог справиться с другими опасностями, не считая того, что сейчас это не работало. Нет, мясник теперь стал менее опасной проблемой, чем бессмертная машина для убийств, потому что его хотя бы можно было убить. Нил понял, что безучастно смотрит на кучу мёртвых тел зомби, не задумываясь об этом. То, что никого не укусили, должно было утешать, но Нил не мог расслабиться, пока смотрел на то, как тела зомби поливали бензином. Нил подчинился приказу, который ему дали, из-за невозможности передвигаться, но при этом он не смог избавиться от напряжения в теле. Боль от удара в шее, на которой уже формировался синяк, и повторяющийся в его голове момент того, как Мэтта со всей силы оттолкнули к дереву. Нил не мог просто соврать. Мэтт всё ещё был возле дерева, никто не искал Рене и Роланда. Кроме того, монстры увеличивали шансы привлечь ещё больше зомби, чем столько, сколько уже лежало на траве. Нил поборол желчь, поднимавшуюся в горле, и закричал, привлекая внимание монстров. Только Ники посмотрел в его сторону с настороженным выражением лица. Он увидел что-то в глазах Нила, достойное внимания, что заставило его отвернуться от зомби. — Вам надо помочь Мэтту, — громко сказал Нил, дрожащей указывая на дерево, о которое ударили Мэтта. Жест был жалким и слабым, он только усугубил головную боль, с которой Нил понемногу начал справляться. Они должны были видеть атаку на Мэтта, все трое, тем не менее, Ники не спешил двигаться, смотря на Нила ещё мгновение. Потом он поставил свою канистру на капот автомобиля, направляясь прямиком к Нилу, на что получает лишь равнодушный взгляд от Эндрю. — Он ранен, — добавил Нил, когда Ники оказался в пределах слышимости. Изнемождённое выражение на лице Ники сбивало с толку, печаль на его лице казалась сверхъестественной. — Хотел бы я верить в чудеса, — сказал Ники, и это звучало как заезженная пластинка. — Я правда, правда хотел бы, Нил. Но этот удар… — Хватит разговаривать, — из-за машины приказал Эндрю, остро и уверенно. Он взял бензин Ники и пошёл выливать его на труп зомби. Ни сказав ни слова, Ники быстро прошёл мимо Нила к дереву и издал сдавленный вздох: ужасный звук, который подтверждал худшие скрытые предположения Нила. Мэтт был серьёзно ранен, Мэтту срочно требовалась помощь, Мэтт был совсем один… Нил попытался подняться на ноги, чувствуя всё то же долго скрываемое ощущение того, как в его желудке всё сворачивалось. Ужас, ожидание, страх неизбежности. Никто ничего ему не был должен, Нил знал это. Жизнь могла оставить ни с чем. Нельзя получить то, чего хочешь. Даже в самые трудные времена Нил не получал ничего за свои страдания. Он ещё давно перестал ждать небесной манны, потому что верить в доброту мира было просто бесполезно. Единственное, во что он верил, так это в жизнь и смерть. Но Нил не мог смириться с мыслью, что Мэтт мог умереть. — Сиди, — приказал Эндрю. Он будто появился из ниоткуда, материализовался перед Нилом, который безуспешно пытался встать. Нил проигнорировал его и сделал ещё одну попытку встать с колен. Движение быстро оборвалось из-за Эндрю, который с силой пнул остаток конечности Нила. Тот упал набок, подавляя почти вырвавшийся из горла стон боли. — Родители не научили тебя слушаться старших? — безэмоционально спросил Эндрю. — Я не буду сидеть тут, пока он умирает, — прорычал Нил, прикусывая язык, чтобы сдержать отчаянный крик. Боль распространилась от места удара по всей ноге и дошла к голове. — Не делай вид, будто не знаешь, что такое смирение, — заметил Эндрю. Он послал Ники приказывающий кивок в сторону дома, на крыльце которого, должно быть, всё ещё лежали Рене и Роланд. Ники ушёл выполнять команду, а Нил остался надеяться на то, что он вернётся и поможет Мэтту. Это было не желанием, а мольбой, и Нил прекрасно знал, что это безнадёжно, как только задумался об этом. Постепенно Нил снова взял себя в руки. Утренний воздух щипал кожу на синяках его шеи, и ощущение было сравнимо с бритвенным лезвием. Но он не мог смириться. Не тогда, когда испытывал столько других эмоций. Видимо, Эндрю начало надоедать поведение Нила. Без предисловий он опустился на корточки и произнёс: — Не притворяйся святошей. Не этому Морияма учили тебя. У Нила не было готового ответа. Хотя, он и не потребовался, потому что Эндрю лишь повторил «Сиди» ещё раз и направился в сторону зомби. — Помоги Мэтту, — отрезал Нил. — Не знаю, кто и что тебе наговорил, но я не такой, как они. Я не предаю своих. Из Аарона вырвался неловкий смешок, который тот, видимо, пытался подавить. Но его близнец не выглядел так, будто находил ситуацию забавной. — Своих? — безучастно эхом повторил Эндрю, оглядываясь, будто это даст ему ответ. — «Своих» у тебя нет. — Мэтт защищал меня, — грубо ответил Нил. — Он хороший человек, каким ты можешь даже не мечтать стать. — Хорошие люди в апокалипсисах долго не выживают. Что-то щёлкнуло в голове Нила. Он многие годы трактовал себе похожий закон, и только сейчас нашёл его разочаровывающим. Мэтт заслуживал лучшего отношения, лучше, чем к другим людям. Так же и Мэтт решил, что Нил заслуживает защиту, а не другие. — Тебе надо помочь ему, — приказал Нил на этот раз более громко. — Мне ничего не нужно, — заметил Эндрю, слегка отворачиваясь. У Нила сдали последние нервы, и он невольно выкрикнул: «Пожалуйста!» Он бы сделал что угодно, чтобы получить внимание Эндрю. Тот лишь лениво наклонил голову, прищурившись. — Я посмотрю, — подал голос Аарон, явно желая, чтобы Нил заткнулся. Он присмотрелся, чтобы увидеть то дерево, на которое указывал Нил. Эндрю был готов прервать его, но со стороны дома, хромая, пришли Рене и Роланд. На Рене было много порезов и синяк под глазом. Роланд не выглядел лучше: на его лице была длинная царапина. — Никого не укусили, — сообщил Роланд, вскидывая руки, будто произошло что-то торжественное. Он обнаружил, что группа Эндрю была далеко, поэтому, продолжив осматриваться, упал обеспокоенным взглядом на Нила. — Нил, всё ништяк? — спросил он неуверенно. — Мэтту нужна помощь, он возле дерева, — прохрипел Нил в ответ. Роланд и Рене вдвоём направились туда, куда он указал, но их движения прервал острый голос Эндрю: — Сначала помогите затащить всех зомби в кучу. Нил откинулся головой на траву в отчаянном разочаровании, тяжело и болезненно дыша. К счастью, у них не заняло много времени разобраться с кучей. Наконец, Роланд без предупреждения поднял Нила на ноги. Он не протестовал и не толкался только лишь потому, что в его голове стоял туман. Нил тяжело поднял взгляд и вопросительно посмотрел на Роланда, будто спрашивая о состоянии Мэтта. Тот вздрогнул. — Не знаю, стоит ли это того, — после отдышки признался Роланд. Близнецы разбрыгивали остатки бензина на огромную кучу зомби, а Рене и Ники недалеко от них держали Мэтта. На его голове было много крови, и одна из его ран была настолько глубока, что Нил мог видеть кость его черепа. Его рука была явно сломана и безвольно свисала. Нил старался не отворачиваться, но это было действительно сложно. — У него есть пульс, — произнёс Нил, больше утверждая, чем спрашивая. Так он смог почувствовать себя лучше. Рене кивнула. Ники повторил движение с чуть большим энтузиазмом. — Внутрь его, — приказал Роланд, и Рене с Ники потащили бессознательное тело Мэтта, уходя из поля зрения Нила. Даже хотя он сам был ранен, одного взгляда на Мэтта было достаточно, чтобы Нил оказался на грани потери сознания. Сама мысль о преднамеренном, жестоком насилии была ужасной. Если ещё и вспомнить руки, которые защищали Нила от толпы зомби ради того, чтобы тот остался невредим… Картина оказалась абсолютно тошнотворной. — Эндрю! — крикнул Роланд. — Поторапливайся, мне ещё нужно разобраться с Мэттом. Само наблюдение не удивило Нила, но он ожидал, что у Роланда был более твёрдый характер, чем казалось. Что удивило Нила, так это реакция близнецов, в особенности блеск в глазах Аарона, который подразумевал предстоящий разговор или мотивацию. Нил это не упустил. Эндрю незаинтересованно глянул на Роланда, а потом сказал: — Не с чем разбираться. У Нила задёргался глаз. Собрав силы в кулак, он дёрнулся вперёд настолько, насколько позволила его отсутствующая нога. — И чего его просто не добьют… — возмутился Аарон, расслабленно опираясь о бок машины. — Он не сбежит, — произнёс Эндрю с особенно пустым выражением лица. Нил замер и сконфуженно посмотрел на него. Не выбор слов, а именно тон, с которым Эндрю это сказал, дал понять: это не утверждение. Эндрю не переживал, что Нил уйдёт, но ему так же было всё равно, останется ли он. Это была угроза жизни Мэтта и повод удерживать Нила на месте. Нил был знаком с этим взглядом Эндрю, опустошённым и напряжённым, ещё со своего первого допроса в Колумбии. Всё, что он тогда сказал, раскрылось как ложь, которой и являлось. Конечно, Эндрю хотел от Нила ответов, и делать вид, что он не мог их дать, было бессмысленно. В каком-то извращённом смысле это было компромиссом ради спасения Мэтта. Нил останется в этом месте достаточно, чтобы разобраться с хаосом. Несмотря на недостаток слов и угроз, Нил понял, что испытывал страх при мысли о собственном неподчинении. Он не хотел рисковать жизнью Мэтта ещё больше. Тем более он был в долгу перед Мэттом, ведь он был единственным, кто смог поддержать Нила без причины и выгоды для себя. — Ага, — подтвердил Нил, будто застёгивая ошейник, — Не убегу. Он переместился обратно на землю, что, видно, разочаровало Аарона, и тот выпустил раздражённый выдох. Ники присоединился к Роланду у двери, наблюдая за разыгравшейся сценкой. Роланд оценил его долгим взглядом, прежде чем спросить: — Так что в итоге с Мэттом? Эндрю сначала посмотрел на него так, будто он задал глупый вопрос, а потом ответил: — Оставь. Только если на него уйдёт не слишком много марли. — Откуда в его доме вообще так много марли? — задался вопросом Аарон, как только Роланд ушёл. — Нет, Аарон, — разочарованно произнёс Ники, — Не тот вопрос. Откуда у него вообще этот огромный дом? — Награбил, — промямлил Аарон. — Да ладно. Типа, ему 26, у него нет семьи, и он работает в, блин, баре. — Помолчите, — прервал их Эндрю, но Ники уже слишком разогнался и не мог остановиться. Нил слушал и смотрел за ними во время их обсуждения. Монстры не выглядели так, будто жили в лесу, даже напротив. От них не пахло; они выглядели так, будто приняли душ в течение последних тридцати часов. Самым удивительным было то, что они не были слишком ранены. Исключения составляли только мелкие ранки, но и те были либо зажившими, либо перевязанными. У Нила появилось смутное воспоминание о том, что Аарон учился на медика, — на это он не обращал внимание раньше. Но всё же он не мог отделаться от мысли о том, как же хорошо они были экипированы и подготовлены для зомби-апокалипсиса. Нил, по сравнению с ними, чувствовал себя неудачником, который не мог позаботиться о себе, который не мог убежать. Вместо этого он был привязан к дому Роланда, как собака. Кузены вернулись к кучке трупов. Рене в какой-то момент вышла из дома, обменявшись с Эндрю коротким кивком, безмолвным разговором, и бросила на братьев очередной прищуренный взгляд. Они уделили ей немного внимания. Ники был единственным, кто улыбнулся, нервно и смущённо. Рене даже не посмотрела Нила, но не то чтобы это сильно его удивило. Логичный вывод напрашивался сам: она и Эндрю уже спланировали лучший маршрут для того, чтобы доставить Нила в Балтимор. Вознаграждение, обещания безопасности — Нил мог бы придумать множество причин, по которым они были готовы сдать его. Мяснику было нечего терять, но получить он мог всё. Достать Нила было бы для него проще простого. Хотя детали столкновения несколько дней назад были Нилу неизвестны, но он знал, что был шанс, что его всё-таки продали чёрт знает сколько времени назад. Было лишь делом времени, как скоро кто-нибудь объявится и завершит сделку, которую заключила Рене. — На самом деле ты не дашь Мэтту умереть, — невнятно и пусто пробормотал Нил. Эндрю был известен тем, что всегда сдерживал свои обещания, но было ли это применимо сейчас — непонятно. Нил рисковал. Аарон открыл рот, чтобы что-то сказать, но Эндрю заставил его молчать, посылая ему взгляд, который Нил не смог прочитать, но понял, что в нём было что-то опасное. Ники поднял взгляд от бензина, направил глаза на отрубленную ногу Нила и скорчился от отвращения, как если бы по его зубам провели наждачной бумагой. Они полностью проигнорировали Нила, оставив его на земле. Звуки льющегося бензина и случайные тихие переговоры Ники и Аарона превратились в какофонию. Это было реальнее, чем пугающие кошмары или звук, с которым Мэтта откинуло в дерево, который повторялся в его голове. Они продолжили возиться с бензином до тех пор, пока Эндрю не успокоился и не достал зажигалку. Огонь поглотил зомби, жёлтые языки пламени возвышались на метры вверх, выглядя практически как нечто неземное. — Осмотритесь, — безучастно приказал Эндрю, после чего оглянулся, чтобы посмотреть на Нила. В любое другое время его убийственный взгляд произвёл бы на Нила впечатление. Но не сегодня. Не тогда, когда его раны невыносимо болели, а Мэтт был вне его зоны видимости, вне зоны безопасности. Эндрю обратился к нему: — Поднимайся. — Не могу, — ответил Нил, не соизволив поднять голову. — Поднимись, — повторил он. Нил прикусил язык, почувствовав вкус крови, и закатил глаза так сильно, что от этого его голова разболелась сильнее. Он поднялся на здоровой ноге, но сразу же упал. Он перевернулся на спину. Плоскость земли была лучше, чем всё, что он ощущал последние несколько часов. Эндрю смотрел на его действия, не поведя даже усом и не сказав ни слова. Раздражение накапливалось в Ниле, и в конце концов он не смог заставить себя продолжать молчать. — Можешь сказать всё, что хочешь. Я всё равно не уйду, — выдавил Нил из груди, дрожащей от разочарования и боли. — Какого это? — спросил Эндрю. — Быть беглецом без возможности бегать. Быть кроликом без задних лап. Ты хромаешь к свету в конце тоннеля, а потом идёшь обратно. — Завали, — со злостью ответил Нил, а потом прибавил громче, — Я знаю, чего ты хочешь. — Неа, — легко отчеканил Эндрю, его взгляд не сулил ничего хорошего. Треск огня затмевал все возможные мысли в голове Нила до тех пор, пока там не осталось ничего, кроме событий последнего часа. Мэтт, его травма и звук ломания чего-то, чему не стоило бы ломаться; невозможность Нила увидеть его; отсутствие защиты от всех окружающих людей; монстры, и их аура, которая следует за ними везде. Нил раньше никогда не чувствовал такого напряжение нервов. — Мэтт жив? — тихо спросил Нил. Эндрю ещё раз внимательно посмотрел на него, а потом перевёл взгляд на дерево, будто оценивая последствия; будто у него была возможность смотреть сквозь кусты и оценить силу повреждений; будто он ожидал, что серьёзность ран Мэтта знают ветер и кровь на траве. — А это не важно, — холодно огласил он. — Травма — сестра ответственности. Теперь он бесполезен. Как и ты. — Я не бесполезный, — запротестовал Нил вместо того, чтобы защитить Мэтта. — Всё, что я вижу — кровавое месиво, — растягивал слова Эндрю, — И безногого лжеца. Нилу показалось, что ему только что дали пощёчину. — Я — не лжец, — горячо возмутился он. — Лжец, — пренебрежительно обвинил Эндрю. Нил закрыл рот и понадеялся, что сумеет сдержаться и не выпалить то, что хочет сорваться с его языка. Жизнь Мэтта зависела от этого. Жизнь Мэтта и выживание Нила. — Ты должен спасти его, — промямлил Нил, осознавая разницу в силах. Если Эндрю скажет убить Мэтта, они выполнят его приказ. Если Эндрю скажет Нилу отправиться к мяснику, он пойдёт. — Он хороший боец, к тому же бескорыстный. — В зомби-апокалипсисах выживает не сильнейший. А ещё, — Эндрю сделал паузу, — Мне плевать. Он подозвал Ники и Аарона к себе, и они окружили Нила. Эндрю приказал им отнести его внутрь, и им обоим потребовалось слишком много времени, чтобы подчиниться, что сделало всю эту ситуацию ещё хуже. Нил и не подумал сопротивляться лишь по причине того, что не хотел быть замешанным в смерти Мэтта. Это было плохое время для морального анализа, и Нил знал это. Мать бы покраснела от злости, услышав его мысли, но он не мог идти наперекор чувствам. Мэтт делал всё для того, чтобы Нил остался в живых, даже если у Рене были другие планы. Они переносили Нила в дом так, будто тащили сбитое животное на тротуар. Ники нескрываемо морщился, показывая раздражение. — Уф, — вздохнул он, когда они подобрались ближе. Он прикрыл нос рукой: — Тебе нужно принять душ раз пятьдесят. Хотя бы. — Ага, и хотя бы протез, — добавил Аарон. — Этот обрубок, блять, такой мерзкий. Нилу было плевать, смотрят ли они на него. Но их любопытные руки посылали в тело Нила острые шипы. Он хотел вырваться, ударить кого-то из них, чтобы они отпустили. Было приятно то, что никто из монстров, видимо, не хотел прикасаться к нему лишний раз без необходимости. Они дошли до дома довольно быстро и относительно безболезненно для Нила. Нил понял, что в его голове всё ещё стоял неприятный туман, когда его усадили на диван. Болезненный звук донёсся со стороны спальни, такой мучительный, что развеял всю неуверенность в мыслях Нила. Он решил подняться, чтобы проверить Мэтта, просто чтобы увидеть, что тот дышит, и ничего больше. — Не надо, — рявкнул Нил, когда Ники и Аарон направились в его сторону, явно движимые откровенно ядовитым взглядом, который бросил Эндрю. — Мне просто надо увидеть, что он жив. — Если бы он не был жив, он бы не кричал от боли, — заметил Аарон. — Спасибо, док, — усмехнулся Ники, — Мы видели его, Нил. С ним всё будет в порядке. Тебе лучше побеспокоиться о своей ноге, а не о Мэтте. — Вы всё видели, — кинул обвинение Нил. — Вы сидели в машине и ничего не делали. — Ага, — прощебетал Ники, — А что, мы должны были пойти прямо в орду зомби? — Он просто самоубийца, — безэмоционально прокомментировал Аарон, перемещая взгляд с двери на пол. Тем временем Эндрю смотрел на Нила, пытаясь выжечь дыры в его черепе, будто таким образом мог узнать что-то о нём. Конечно, он знал про Морияма, не то, чтобы сейчас это имело много значения. Нил вышел на корт абсолютным лжецом, и что с того? Никто из Лисов не был ангелом, и если бы ложное удостоверение их волновало, он бы этому удивился. Отсутствие Кевина было красным флажком. Что-то плохое произошло. Ни в одной вселенной Эндрю бы не оставил Кевина. Нил не понимал динамику их отношений полностью, но знал точно, что ни один из них не оставил бы второго. Судя по лицам монстров, это расставание выдалось невесёлым. — Нил, — прозвучал голос Ники, но Нил ментально был где-то в другом месте. Он не хотел находиться в этой компании. Он жаждал одиночества на дереве и неспособности подвергать опасности других. Стоны боли Мэтта были единственным звуком, что пробивался через его череп. Он мог ощутить только пульсацию в ноге и боль от синяков. — Он общается только со своими, — неспеша проговорил Эндрю. Ники и Аарон обменялись многозначительными взглядами: вопрошающими и удивлёнными. Нил робко поднял голову, нехотя присоединяясь к разговору. — Вещь моя, пока я ей пользуюсь, — вставил Нил уверенно. Эндрю, видимо, надоел разговор, и он удалился в спальню. На один момент крики стали слышаться лучше, а потом дверь снова закрылась. — Не принимай это на свой счёт. Мы все на взводе. Можешь представить, как долго мы искали бензин? Там снаружи происходит полный хаос. — Не рассказывай ему, — зло запротестовал Аарон. Судя по параноидальному взгляду бледных глаз, Аарон верил в то, что у Нила в ухе находился микрофон. Прямо как у какого-нибудь тайного агента. Он решил не обращать больше на них внимания, поворачиваясь на диване, чтобы посмотреть в окно. Солнце уже взошло, окрашивая двор в жёлтые и оранжевые цвета. Звук догорающего пламени звучал громко. — Думаю, мы должны заключить союз, — радостно предложил Ники. — Разве он не будет противоречить вашему уже существующему? — холодно спросил Нил. Вина в глазах Ники говорила за него, но взгляд остался сочувственным. — Ничего не случается просто так, — серьёзно ответил он, но из его уст всё звучало как шутка. Дверь в спальню снова открылась, потом закрылась. Нил на короткое мгновение оживился, пялясь на появившегося Эндрю. Тот в свою очередь послал на Нила очередной многозначительный взгляд. Он не угрожал, скорее приказывал. На секунду время замерло, пока Нил обдумывал возможные варианты. Их не было. У него не было шансов выжить одному. Он не мог вести машину одной ногой, да даже сбежать, не привлекая внимание, было невозможно. А если у него и получится, он останется виноват в том, что Мэтт умрёт. Так что, когда Эндрю сказал «Вставай» и ушёл в другую комнату, Нил не колебался и поднялся, чтобы последовать за ним.