Глава 7. «Воскресенье»
20 апреля 2026 г., 21:44
Понедельник начался паршиво. Стоя в коридоре вместе с Шугар и ещё одним хирургом, мы задыхались от отвратительного трупного смрада.
— Дискорд, чем это пахнет!? Охрану уже вызвали? — Я прижал ушки к голове и оскалился.
— Я отправил медсестру за ними. Вот, что за день. Не хватало нам ещё предателей родины на объекте. Охране надо повысить бдительность, того и гляди они проморгают ещё раз и мы все взлетим на воздух, — проворчал хирург.
— Вот именно, друзья. Эти бездельники не дрова стерегут, а военно-научный объект! Будь я их начальницей, так бы каждому всыпала. Ух. — Добавила Шугар.
— Ещё и в ординаторской кто-то журналы порвал, это уже не мелкие пакости, это настоящая диверсия, мать твою, — вставил жеребец.
— Что!? Невозможно. У нас есть вообще охрана на объекте? — спросил я.
— Да. По бумагам есть, но есть подозрение, что часть охраны разделяет взгляды диверсантов. — Жеребец недовольно покачал головой.
— Какой кошмар, нам всем нужно быть начеку, мало ли, что они выкинут в следующий раз, — сказал я свои мысли вслух.
— Одно радует, порвали журналы не так сильно, видимо боялись нашуметь, или не успели закончить дело. — Проговорил жеребец.
— Я обязана восстановить, то, что ещё можно! — отозвалась Шугар.
— Я помогу тебе, — вызвался я.
— Чудненько. Тогда идём за мной, Вайт. Нужно потратить наш перерыв с умом. Отдохнём потом. — Тон Шугар не терпел возражений.
Мы направились в ординаторскую. Отыскав письменные принадлежности, мы принялись за кропотливое восстановление медицинских журналов.
***
Моя задача на неделю — пересадка органов молодых особей старым «биоматериалам». Провел четыре операции за неделю, отдыхая во вторник и субботу. Надеюсь, дальнейшие опыты пройдут успешно и нависшая над нами угроза мне не помещает. В среду посетил кинотеатр, чтобы посмотреть фильм «Движение», сам бы я на такой фильм не пошёл, но мне его посоветовала посмотреть Шугар. Сюжет оказался настолько предсказуемым, что я читал мысли героев наперед и ушел с середины сеанса. Не мой жанр, но я рад за Шугар — ей такое по душе. Субботу посвятил подготовке к операции, что была назначена на понедельник, и бумажной волоките. Наши труды с Шугар не пропали, по приказу суперинтенданта восстановлением журналов занялись медсёстры, пара врачей, включая Шугар над ними шефствовали.***
В дверь постучали. Я поднялся с дивана и подошёл к порогу. Наверняка, это Персик. — Кто там? — Вайт, это я, Персик! — протараторила кобылка. Я открыл дверь. На пороге стояла бледно-оранжевая пегаска в длинном красном платье. Через плечо у неё висела маленькая тряпичная сумочка чёрного цвета, а в ушках поблескивали крупные медные серьги с янтарём. Мордочка её сияла дружелюбной улыбкой. — Здравствуй. Я поправил чёрный пиджак и галстук. Ключ и сто двадцать битсов лежали в кармане. Выйдя на улицу, я запер дверь и окинул пегаску спокойным взглядом: — Ты прекрасно выглядишь. — Спасибо! Мы зашагали по улице в сторону кафе. Около трёх минут мы шли в тишине, пока её не прервала Персик: — Что прочитал за последнее время? — Трактат и две художественные книги. — О чём они? — Трактат об эволюции пегасов. «Надвигается шторм» — про Флаффи, рядовую эквестрийской армии, защищавшую родину от проклятых зебр. И «Циклон» — про две семьи пегасов, оказавшихся в эпицентре бури. В целом ничего особенного. Думаю, следующей моей книгой станет очередная научная работа о нашем происхождении. — О, понятненько. А я читала «Крэш». Это про земного пони, который любил лежать на диване в халате. У него ещё был помощник-единорог по имени Шугар. У главного героя вечно была куча дел, но он их постоянно откладывал. Кое-где я даже узнала себя, мне понравилось. А ты пробовал читать что-то похожее? С трудом скрывая отвращение к подобной чепухе, я твердо ответил: — Нет. — Оу… Ну, как знаешь, каждому своё! Ещё пару минут мы шагали молча, пока тишину не прервал уже я: — Персик, как продвигаются дела с бумагами? — Потихоньку восстанавливаем. Что ещё сказать?.. — Например, сколько потребуется времени, чтобы закончить работу? — Ой… Наверное, месяц. — Да уж, минут за десять порвали, а восстанавливать приходится целый месяц, если не больше. — Верно сказано. О, а вот мы и пришли!
