КЕЙДЖ

ОН ПОДЪЕХАЛ к отелю, который выглядел слишком дорогим, и парковщик практически выхватил авто из-под нас. - Давай, нам не обязательно останавливаться в таком шикарном месте, - сказал я Кейджу, пока спешил за его длиннющими шагами через вестибюль отеля. - Помимо твоего жилья, я почти никогда не останавливался в отелях, где двери находились внутри здания. Я привык к дешёвке, понимаешь? Интересно, сколько стоит это место. Это действительно не обязательно. Кейдж резко остановился, и я чуть не врезался в него. - Заткнись, Джейми. Позволь мне выбрать отель, который я хочу. Это мои деньги. - Но эта поездка по моей вине. Тебя бы даже не было здесь, если бы не я. Это очень мило с твоей стороны, но… - Никаких «но». - Он повернулся и положил руку мне на плечо. Наклонился так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, пока он смотрел в мои. - Я хочу это сделать, ладно? Тебе не следует отбиваться от тараканов и клопов в твой день рождения. - Он улыбнулся. - Кроме того, я не хочу спать в дыре. Ты разве не замечал, что я избалован? Улыбка медленно расползлась по моему лицу. - Ты помнишь мой день рождения? - Конечно, - сказал он, выглядя застенчиво. - Ну, я ценю этот жест. Хотя, думаю, ты позволяешь своему воображению уносить тебя. Дешёвые мотели не так уж и плохи, по большей части. Кейдж перестал улыбаться. - Джейми, я вырос в мотелях. Ты всю жизнь прожил в доме. Из нас двоих, думаю, я знаю, о чём, блядь, говорю. Я сглотнул и решил больше ничего не говорить. Кейдж прошвырнулся к стойке регистрации, небрежно облокотившись на неё одним локтем, упёршимся в её сверкающую поверхность. Женщина-клерк была высокой, брюнеткой и хорошенькой. Она знала толк в косметике, это уж точно, а её зубы были светящиеся в темноте белизной. - Могу я помочь вам, мальчики? - протянула она, разглядывая Кейджа так, будто он был главным аттракционом на девичнике. Затем она склонила голову набок и прищурилась на него с подозрением. - Эй, ты кажешься знакомым. Я тебя откуда-то знаю? Да, из своих снов, сучка. Меня действительно начало бесить, когда женщины смотрели на него таким образом. Он же личность, ради всего святого, а не объект. Какое они имеют право? Они его даже не знают. Уж точно не так, как я. Он мог быть серийным убийцей. Кейдж заметил моё хмурое выражение раньше, чем я сам. - В чём дело, Джейми? - Ни в чём, - фыркнул я, скрестив руки на груди, как капризный ребёнок. Я позаботился о том, чтобы не смотреть на клерка за стойкой. Выражение лица Кейджа было озадаченным, когда он перевёл внимание обратно на женщину. - Нет, мэм. Не думаю, что мы встречались. - Он одарил её одной из тех фирменных улыбок Майкла Кейджа тех, что разбивают сердца и испепеляют трусики. - Уверен, я бы помнил, если бы мы встречались. О, да, Кейдж. Сделай лишнее усилие и убедись, что она влюбится в тебя. Как будто тебе нужно стараться. Она улыбнулась в ответ. - Просто... ты выглядишь ужасно знакомым. Ты уверен, что не заходил сюда раньше? Я никогда не забываю лиц. Это одна из причин, почему я так хороша в своей работе. Кейдж пожал плечами, уже пресытившись игрой. - Ну, моему другу и мне просто нужен номер на ночь, если вы не против. Можете помочь нам? - Ах, да. Две двуспальные кровати? Для курящих или нет? - Она уже начала стучать по клавишам своего компьютера. Теперь всё стало строго по делу, как и должно было быть с самого начала. - Какой у вас есть сьют? - спросил он. - Что-нибудь с удобствами. Может, мини-бар или джакузи? Что у вас есть самого лучшего? - Кейдж... - Мой протест остался без внимания, и я нахмурился, пока клерк сверялась со своим компьютером. - У нас доступен улучшенный номер с полностью укомплектованным баром и гидромассажной ванной. - Она нахмурилась. - О, но в нём только одна кровать размера «king-size», а диван не раскладной. Кейдж просунул свою кредитную карту через стойку. - Мы возьмём его. - Вы уверены? - Женщина ещё немного постучала по клавиатуре. - Я могу позвонить в наш партнёрский отель. Он недалеко отсюда, и у них могут быть свободны двухкомнатные сьюты. Я шокировал всех, включая себя, когда сказал: - Мы любим обниматься, ладно, леди? Так что просто дайте нам ключ. Кейдж приподнял на меня брови, выглядя совершенно позабавленным. Я был благодарен, когда он не извинялся за меня. Просто ждал, пока женщина закончит оформление и вручит ключи-карты от нашего номера. Когда документы были подписаны, нас отпустили с кратким «Приятного пребывания». Кейдж подхватил наши сумки и перекинул одну через каждое плечо. Я стянул свою с его руки и перекинул через своё плечо. Он бросил на меня ещё один из тех забавных взглядов, но сдал сумку достаточно легко. - Это было немного опрометчиво, не находишь, мистер пиарщик? Распускать слухи о том, что ты и твой клиент обнимаетесь, возможно, не лучшая идея. Я пристально посмотрел на него. - Это не слух, Кейдж. Может, если тебе стыдно за это, тебе не следовало этого делать. - Откуда я мог заранее знать, будет ли мне стыдно? - А тебе стыдно? - Мой голос прозвучал слишком громко в шикарном вестибюле, и несколько человек посмотрели в мою сторону. Я вытянул ноги, чтобы поспевать за Кейджем, понизил голос. - Тебе стыдно за это? В этом нет ничего плохого. Не так ли? Я имею в виду, это не было чем-то... сексуальным. - Если бы я думал, что в этом есть что-то плохое, я бы этого не сделал, - сказал он. - Но я не думаю, что той девушке на ресепшене нужно об этом знать. Ты как думаешь? - Наверное, нет, - уступил я. - Мне просто она не нравится. - И то, что она тебе не нравится, повод рассказывать ей наше личное дерьмо? Она и мне не особо понравилась. - Сложно сказать, учитывая, как ты флиртовал. - Ты флиртуешь куда больше, чем я, Джейми. - Я не флиртую. -Ты бесстыдный в этом, чувак. По крайней мере, я выбираю, с кем флиртовать. Ты включаешь это очарование южного парня для каждого, кого встречаешь. - Он остановился у блока лифтов и нажал кнопку вызова. - Ну, для каждого, кроме меня. - Он бросил на меня многозначительный взгляд, без сомнения вспоминая каждую грубую реплику, которую я когда-либо отпускал в его адрес. Я вздохнул. - Но я делаю это не так, как ты. Я просто дружелюбный. Каждый раз, когда ты разговариваешь с девушкой, от тебя просто сочится секс. Ты создаёшь неверное впечатление. Твой публичный образ должен быть неприкосновенным плохим парнем, а не неразборчивым мужчиной-шлюхой. Его голова резко повернулась, и он уставился на меня сердитыми глазами. Я в мгновение понял, что зашёл слишком далеко. Он, конечно, прав, а я ошибался. Я проиграл. Так почему же я не могу перестать спорить? Прежде чем Кейдж успел заговорить, прозвенел звонок лифта, и оттуда, казалось, вышло человек четырнадцать. Он придержал дверь, и мы вошли внутрь, за нами последовала хихикающая парочка, которая выглядела так, будто им стоило неимоверных усилий не наброситься друг на друга. Сексуальная энергия исходила от них волнами. Очевидно, Кейдж тоже это почувствовал. Он откинулся в угол и подмигнул в их сторону, его недавний гнев отпал у обочины. Я подавил смех. Что вообще такого в лифтах? Если бы нас с Кейджем не было там, эта парочка была бы наполовину голой к тому времени, как достигла бы своего этажа. Они были стереотипной медовой парочкой, которую можно найти в каждой романтической комедии, и они вызывали у меня зависть. Казалось, прошла целая вечность, как у меня был кто-то. Я подумал о Лейле и попытался раскрутить в уме фантазию, но мне трудно втиснуть нас двоих в шкуру парочки в лифте. Мы с ней были достаточно активны и возбуждены, но я не мог вспомнить ни одного раза, когда бы чувствовал нечто подобное тому, что исходило от этой пары. Их желание блдяь осязаемо, материал, из которого сделаны любовные песни. Это первый раз, когда я видел нечто подобное в реальной жизни. Пара поспешно вышла из лифта на четвёртом этаже, а мы с Кейджем продолжили подниматься на пятый. После их ухода он замолчал, и мне стало интересно, думает ли он с тоской о том же, о чём и я. Были ли у него отношения, подобные их, или он похож на меня? Когда лифт остановился на нашем этаже и двери разъехались, Кейдж ухватился за лямку моего вещмешка там, где она лежала у меня на груди, и грубо потащил меня за собой. Я усмехнулся, гадая, он думает, что я не смогу найти выход из лифта без его помощи. Наш номер был большим и обставленным со вкусом, хоть и немного скучноватым. Цветочный диван, настенный светодиодный телевизор, маленькая кухня, балкон и удобно выглядящая кровать размера «king-size». После четырнадцати часов в машине я был готов рухнуть во что-нибудь мягкое. Я вздохнул и бросил свою сумку прямо у двери, вбирая полную грудь ледяного воздуха. Мне всегда нравилось ощущение кондиционированного гостиничного номера, как будто входишь в меблированный холодильник для мяса. Я снял туфли и носки и оставил их у двери, наслаждаясь ворсистым ощущением ковра между пальцами ног. Кейдж схватил пульт со стеклянного придиванного столика, включил телевизор и переключил на спортивный канал. Опустился на пол, прислонившись спиной к дивану, и лениво вытянул руки вдоль подушек позади себя. Он выглядел совершенно как дома, наблюдая что-то о летней лиге НБА. Его коричневая кожа лоснилась свежим загаром после нашей поездки на юг, очертания его мышц завораживали меня, словно я видел их впервые. Он сидел, согнув колени, расставив ноги, подошвами кроссовок упираясь в ковёр. Свободная ткань его спортивных шорт слишком много открывала на верхней части бёдер, тот длинный, чёткий желоб, ведущий в паховую область, был отчётливо виден. Он оставался сосредоточенным на телевизоре, не замечая, что он бог среди мужчин. Я отвернулся. Пошёл на кухню, чтобы проверить бар. Имея такой выбор алкоголя, который я нашёл на стойке и в холодильнике, мы могли бы легко устроить вечеринку. Там были маленькие бутылочки «Canadian Mist», «Jack Daniels», «Johnny Walker Red» и несколько видов водки. Толстая бутылка красного вина стояла на стойке, а в винном холодильнике были белые вина и пара бутылок шампанского. Завершали предложение упаковки «Budweiser» и «Guinness», а также парочка тарелок с сырами и фруктами. На стойке стояла коробка крекеров «Ritz», и должен признать крекеры никогда не выглядели так привлекательно. - Чувак, я чертовски голоден, - громко сказал я. Обернулся и столкнулся прямо с Кейджем, который бесшумно подошёл ко мне сзади. - Я тоже, - сказал он. - Что ты хочешь? - Всё, что тебе нужно. - Я говорил с его горлом, вместо того чтобы поднять глаза и посмотреть ему в глаза. Мой голос дрогнул. - Эм... Рыба, курица-гриль, зелень... Всё нормально. - Мы всегда едим по-моему. Я хочу вывести тебя куда-нибудь на твой день рождения сегодня вечером. Может, в клуб или что-то вроде того, но сначала я хочу купить тебе всё, что ты захочешь поесть. Пицца или чизбургеры, что-то такое. Как насчёт шоколадного торта или персикового кобблера? Я справлюсь с искушением. Я сильный. Да, он и вправду сильный. И он стоял слишком, чёрт побери, близко ко мне. Тяжело дышать, когда кто-то стоит так близко. - Помнишь, что ты сказал мне, когда мы впервые встретились? - спросил я. Не знаю, что на меня нашло, но я протянул руку и прижал ладонь к его прессу. - Ты сказал мне, что не получаешь такое тело, питаясь фастфудом, и ты абсолютно прав. Я не хочу опускать тебя до своего уровня, Кейдж. Я хочу, чтобы ты поднял меня до своего. Он пошевелился. Я почувствовал волну мышц сквозь ткань его рубашки, жар его кожи, и понял, что совершил ужасную ошибку. Что-то происходило в моих шортах. То старое знакомое покалывание и напряжение, чисто физическая реакция на контакт кожи с кожей, стала бесконечно хуже из-за того факта, что я был целомудренным слишком долго. У меня вставал. Если я скоро не найду женщину, мне придётся держать почтительную дистанцию с Майклом Кейджем. Определённо, больше никаких спаррингов, потому что если он когда-нибудь заметит, что происходит со мной каждый раз, когда он касается меня, он может подумать... О, Боже. Прикосновение было слишком личным. Это не просто дружеское прикосновение. За ним катилась волна желания, я думаю, он тоже её почувствовал. Как он мог не почувствовать? Я убрал руку, намереваясь просто отпустить его, но в процессе мои пальцы скользнули по его животу. Он вздрогнул и схватил меня за запястье, рванув вниз и на себя, используя мини-рывок руки, чтобы притянуть меня вплотную к себе. - Что ты делаешь? - проскрежетал он, его голос был низким и опасным. - Я... я не... - Заикание не помогало. Я наконец поднял глаза и взглянул в его глаза, невероятно зелёные и сверкающие каким-то нечитаемым чувством. И это чувство, оно пугало меня. Он зафиксировал мою руку за своей спиной и бёдрами оттеснил меня к холодильнику. Стеклянные бутылки с алкоголем задребезжали внутри дверцы, а коробка с крекерами с глухим стуком упала на стойку. Кейдж либо собирался поцеловать меня, либо выбить из меня всё дерьмо, и я почти уверен, что хочу первого, но заслуживаю второго. Я зажмурился, ожидая реакции, которая так и не последовала. Вместо этого я услышал вращающееся движение стеклянной бутылки, катящейся по стойке, как раз перед тем, как она разбилась о пол. Мои глаза распахнулись. Красное вино хлынуло по нашим ногам, забрызгав белую рубашку Кейджа и запачкав её. Липкая жидкость образовала лужу вокруг моих босых ног, и что-то ужалило чувствительную кожу на верхней части моей левой стопы. Я втянул воздух. - Блядь! - инстинктивно крикнул Кейдж, взглянув вниз на последствия разрушения. - Твои ноги. Не двигайся, здесь повсюду стекло. Он присел на корточки, обхватил мои бёдра рукой, поднял меня и прижал мои ноги к своим рёбрам. Я ухватился за его широкие плечи, чувствуя силу там. Он посмотрел вниз, оценил пол, осторожно отступил назад, а затем на цыпочках пересек кухонный пол, словно шёл через минное поле. Он вытер свои кроссовки о самый край ковра, прежде чем пройти через всю комнату и опустить меня на кровать. - Не двигайся, - снова сказал он мне. - Я сейчас вернусь. Я смотрел, как он исчез в ванной, всё ещё в шоке от катастрофы с бутылкой, и ещё больше от того, что произошло до этого. КЕЙДЖ ВЕРНУЛСЯ с тёплой влажной тряпкой и сложенной салфеткой и опустился на одно колено на пол передо мной. Он положил мою левую ногу себе на колено, и вот тогда я заметил осколок стекла, торчащий из верхней части моей стопы. - Чёрт, - сказал я. - Я даже не знал, что он там. Он выдернул стекло из моей ноги и положил его на прикроватную тумбочку, затем использовал тряпку, чтобы успокоить это место. Спустя мгновение он вытер вино с остальной части моей ноги и перешёл к другой. Крошечный ручеёк крови сочился из отверстия, оставленного стеклом в моей ноге, и он остановил его, прижав квадратик салфетки к нему. - Не волнуйся, это не глубоко, - сказал он. - Может немного жечь, но сильно кровоточить не должно. - Тебе не обязательно это делать, - сказал я ему, смущённый. - Я не маленький ребёнок. - Я не против. Я привык заботиться о бобо. - Он потянулся, чтобы взъерошить мне волосы, словно я и вправду был ребёнком, нуждающимся в уходе. - Разница в том, что обычно они мои собственные. Он встал и отнёс тряпку и салфетку в ванную, и я услышал, как он моет руки. Я посмотрел на свою ногу и увидел, что он прав. Она уже перестала кровоточить, хотя кожа вокруг ранки была немного красной и опухшей. Кейдж включил душ. - Позвони на ресепшн, пока я моюсь, хорошо? Пусть пришлют кого-нибудь убрать пол. Ты можешь принять душ после меня, а потом мы отправимся ужинать. Может, найдём, во что ввязаться, например, клуб. Ввязываться в неприятности с Кейджем звучало слишком опасно, но я этого не сказал. Может, мне нужна небольшая доза опасного. Или небольшая доза Кейджа. Я отодвинул свои неуместные мысли и позвонил на ресепшн. В течение нескольких минут появились мужчина и женщина и быстро привели кухню в порядок. Они пропылесосили стекло и использовали какой-то волшебный раствор, чтобы вывести пятно с ковра. Я спросил, могу ли я взять немного средства для выведения пятен для нашей одежды, и они посмотрели на меня так, будто я попросил бесплатных денег. - Неважно, - пробормотал я, и они поспешили выйти из номера. Кейдж вышел из ванной комнаты, за ним последовал шлейф пара. Он был голым, за исключением белого полотенца вокруг талии, и я старался не замечать его борозды, исчезающие в низко намотанной ткани, или тёмный румянец его сосков. - Они убрали кухню? - спросил он, останавливаясь перед большим зеркалом над туалетным столиком. Он наклонился к своему отражению, проверяя лицо, изучая какой-то воображаемый изъян там. Сзади полотенце интимно облегало его задницу, демонстрируя те нереальные впадины по бокам его мускулистых ягодиц. Я никогда не видел никого такой потрясающей формы. Он истинное произведение искусства, ходячая статуя Давида. И, по-видимому, не ведающим о моём внутреннем смятении. Он выглядел так, будто последнего часа никогда не происходило. - Да, кухня безупречна, Кейдж. В отличие от меня. - Я протиснулся мимо него, нуждаясь попасть в душ, больше озабоченный смыванием смятения и страха, чем вина. Я, вероятно, просто устал от поездки. Освежиться должно сделать своё дело, вернуть всё к тому, как было до того, как мы вошли в это место. Похоже, это сработало для Кейджа. Однако душ мало мне помог. Физически я восстановился, но эмоционально я более разбит, чем когда заходил. Во-первых, я не мог перестать думать о том, чтобы подрочить. Несколько раз моя рука спускалась вниз и делала мой член скользким от гостиничного мыла, и убрал, когда я думал о мужчине в соседней комнате. Я просто не мог сделать это, пока он там. Не сегодня. Не после того, что произошло. Но что именно произошло, в конце концов? Я склонялся к тому, что я выставил себя дураком, а Кейдж был слишком мил. Я всего лишь прикоснулся к нему, и то едва-едва. Просто лёгкое касание. Да, глядя на него с этим влюблённым выражением, Джейми. Ты грёбаный идиот. - Твоя мама звонила, пока ты был в душе, - сказал мне Кейдж, когда я наконец появился. Я посмотрел в зеркало и провёл пальцами по волосам, заметив, какие они стали длинные. Как они завиваются вокруг ушей. - Ты говорил с ней? - Да, я ответил. Я бы не стал, но подумал, раз уж это она, то, может, можно. - Я не против, чтобы ты отвечал на мой телефон, Кейдж. Что она сказала? - Она сказала, что любит тебя, с днём рождения, и что она должна явиться на операцию в семь часов в понедельник через неделю. Какого чёрта такое «понедельник через неделю»? - Это значит не на следующей неделе, а в понедельник через неделю. Не спрашивай. Это то, что всегда говорила моя бабушка. - Джейми, почему ты не сказал мне, что у твоей мамы рак груди? - Потому что это не имеет никакого отношения к моей работе. С какой стати я беспокоил тебя своими личными жалостливыми историями? Он бросил на меня укоризненный взгляд. - Потому что мне не всё равно. Потому что я мог бы поговорить с тобой об этом. И потому что я собираюсь отвезти тебя туда, чтобы ты был с ней во время операции. Я резко повернулся к нему -Ты не можешь этого делать. Это... пожалуйста, не заставляй меня быть обузой для тебя. Эта работа много значит для меня, и я не хочу, чтобы ты пожалел о том, что нанял меня. - Заткнись, - сказал он. - Не говори таких вещей. Ты делаешь меня тираном или что-то в этом роде. Я думал, мы... Он не закончил своё предложение. - Что ещё сказала моя мама? - спросил я, в основном чтобы прервать молчание. - Я сказал ей, что мы прилетим туда. Она суетится по этому поводу, прямо как ты. Она думает, что это пустая трата поездки, потому что с ней всё будет в порядке. Но я сказал ей, что неважно, насколько незначительна операция, я хочу привезти тебя. Сын должен быть рядом со своей матерью. Точка. Это заставило меня улыбнуться. -И что она на это сказала? -Она сказала передать тебе, что любит тебя, и что она рада, что у тебя есть такой друг, как я. - Он усмехнулся. - Эта часть была немного неловкой. - Это потому что ты не умеешь принимать похвалу, если только она не о боях. - Я заметил, что Кейдж положил мою зубную щётку на стойку для меня. Я поднял её, выдавил на неё зубную пасту и начал чистить зубы, наблюдая за Кейджем в зеркале. - Дженнифер тоже берёт с собой своего парня, - сказал он, делая ударение на слове своего. Я замолчал и уставился на него на секунду, затем снова начал чистить зубы, надеюсь, прежде чем он заметил мою реакцию. -Чейз? - пробормотал я сквозь облако зубной пасты. Я закончил чистить зубы, прополоскал рот и плеснул холодной воды на лицо. -Наверное, так его зовут. Твоей семье он нравится? Я пожал плечами, поворачиваясь к нему лицом. - Они его принимают, думаю. Лично я считаю, что он немного придурок. А что? -Я никогда раньше не встречал чью-либо семью. - Кейдж переминался с ноги на ногу, выглядя неловко. - Как думаешь, их не смутит, что я боец? Я знаю, некоторым людям не нравятся бойцы. Они думают, что мы злые или сумасшедшие, или что-то в этом роде. Я улыбнулся. Может быть, потому что это напомнило мне, что он не идеален, но его внезапное проявление уязвимости было трогательным. -Не парься об этом, - сказал я ему. - Моя семья будет тебя обожать. Всё, что тебе нужно сделать, это блеснуть этими ямочками на щеках, и их укусит любовный жук Майкла Кейджа. Я не знаю, что в тебе такого, но все тебя обожают, даже когда ты обращаешься с ними как с дерьмом. - Да? - Он сел на кровать и начал натягивать один из своих ботинок, заминая джинсы вокруг верха тем непринуждённо, сексуально, как он делал всё. Его рубашка на пуговицах ещё не застёгнута, и верхняя застёжка на его джинсах расстёгнута, обнажая карамельный пушок его счастливой тропинки. - А ты? - Что? - Я вздрогнул и резко отвел взгляд от его тела. - А я что? Он пристально наблюдал за мной, пока натягивал второй ботинок, его лиц о не выдавало бы его чувства. - Ты меня обожаешь? Ты говоришь, все остальные обожают. Я хочу знать, что ты чувствуешь. Я уставился на него, ошеломлённый в неловком молчании. О чём именно он меня спрашивает? Он хочет знать, чувствую ли я тоже, что и все остальные по отношению к нему? Потому что на этот вопрос легко ответить; я так же очарован Майклом Кейджем, как и все его поклонники, которых он успел накопить, и каждый человек, кого затягивало в его гравитацию просто находясь рядом с ним. н магнит, непреодолимый и особенный. Но если он спрашивает о чём-то другом, о чём-то большем... Но он не может. Это я веду себя так, будто у меня школьная влюблённость. Тот, у кого подкашиваются колени каждый раз, когда он подходил слишком близко. - Ты имеешь в виду... - Я сделал два неуверенных шага в его сторону на ватных ногах, удивляясь, куда делись мои мышцы. Они же были здесь мгновение назад. - Я не... я не могу... я не знаю... О, Иисус. Это... невозможно. Я не могу сказать ему, что я на самом деле чувствую. - Ты не знаешь? - Он склонил голову набок, глядя на меня, словно пытаясь прочитать меня под другим углом. - Это же не ракетостроение, Джейми. Перестань слишком много думать. Это либо да, либо нет, просто как это. Да. Или. Нет. - Пошёл ты, Кейдж. - Я не знаю, почему именно эти слова вырвались у меня изо рта. Они совсем не то, о чём я думаю, но он давит, заставляя меня готовиться к бегству. Я хочу сбежать, чтобы не пришлось признавать неудобную правду о том, что я чувствую к Кейджу больше, чем должен. Что я какой-то урод. - Эй, иди сюда, - сказал он, его глаза смягчились. Но вместо того, чтобы ждать, пока я подойду к нему, он встал и сам сократил расстояние, между нами. Его расстёгнутая рубашка развевалась по бокам, обнажая нечеловеческие кубики пресса и гладкие бока, которые всегда притягивали мой взгляд. - Э-э... - Я издал звук, беспомощный маленький писк, и почувствовал, как лицо заливает краска стыда. Кейдж остановился прямо передо мной. - Я просто хочу знать, что ты ко мне чувствуешь, вот и всё. Я не уверен, как ещё это выяснить, кроме как спросить. - Он тщательно, медленно подбирал следующие слова. - Я знаю, что я безрассуден, когда дело касается моей жизни. Но когда дело касается чего-то по-настоящему важного, я не могу позволить себе быть безрассудным. Я должен быть осторожен, понимаешь? - Он глубоко вздохнул, провёл рукой по голове. - Я пытаюсь сказать здесь, если ты позволишь. Ты знаешь, я должен быть осторожен, но я спрашиваю... - Да. - Я не хотел произносить это слово, но оно всё равно вырвалось. И вот оно, повисло в воздухе, между нами. - Да? - Он ухмыльнулся, но в его глазах мелькнуло что-то уязвимое. -Чёрт возьми, да, - заверил я его. Кейдж кивнул, всё ещё улыбаясь, затем отвернулся и закончил одеваться. И на этом всё. Он казался очень бодрым, пока застёгивал свою одежду, но я был сбит с толку. Я не мог не задаваться вопросом, что же я только что подтвердил. О чём именно мы говорили? Потому что на минутку показалось, будто... Нет, я не могу позволить себе думать такие безумные мысли. А Кейдж одевался, будто это просто обычный день. Не так, будто я только что признался... О. Мой. Бог. Я мог бы с тем же успехом выйти на середину дороги и убить себя. Я только что признал, что испытываю чувства к Кейджу. Независимо от того, имел ли он это в виду или нет, это имел в виду я. Хватит притворяться, что я просто возбуждён, или то, что я чувствую, простой случай обожания героя. Не-а. Правда в том, что у меня нехилая такая здоровенная гейская влюблённость в моего клиента. Типа члены и яйца, и задницы, и мускулы, и мужские поцелуи. Типа гейский до чертиков. Типа... ах, чёрт. Я бросился в ванную и плеснул холодной воды на лицо, когда на меня накатила волна тошноты.