КЕЙДЖ

В ЧЕТЫРЕ ЧАСА дня в пятницу курьер появился у стойки офиса и вручил Кэти серый металлический конверт с напечатанным на лицевой стороне именем мистера Джеймса Этвуда. Внутри было приглашение дорого выглядящее, которое рассылают на свадьбы. Там просто значилось: Вход в «Алькасар», 6 часов вечера. Белый «Рейндж Ровер» ждал у обочины, когда я в шесть часов вышел через парадные двери «Алькасара». Альдо неохотно открыл для меня дверь, и я забрался внутрь. Как и во время поездки из аэропорта, я восхищался мягкой красотой табачного цвета кожаного салона и снова хихикнул, когда ремень безопасности обнял меня без команды. Однако на этот раз я пытался вспомнить все функции, которые Кейдж описывал мне во время одного из наших случайных разговоров. Я нашёл регулятор, чтобы откинуться назад и поднять подставку для ног, открыл холодильник в центральной консоли и достал охлаждённую бутылку воды, и поднимал и опускал откидной столик. Всё это время я жалел, что у меня нет никого, с кем можно разделить это удивительное переживание. Я в брюхе большой белой акулы, плывущей бог знает куда на окраины Города Греха, оставляя позади огни и суету. Было жутковато покидать этот странно утешительный искусственный мир рекламу, казино, мальчишники, «Что происходит в Вегасе, остаётся в Вегасе». Всё это было большой, дорогой бутафорией, так? Туристической достопримечательностью, построенной вокруг тёмных дел. И иногда тебя должны вывозить в пустыню. Я содрогнулся от этой мысли и попытался отогнать калейдоскоп сцен из гангстерских фильмов, которые на меня навалились. Конечно же, это не то. Дядя Кейджа не настолько неприятный тип. Взгляни на парня, которого он воспитал. Парня с проблемами. Это делало всё яснее. Поездка была тихой, слишком тихой. Альдо и Аарон молчали, пока я был в машине. Хотя, с другой стороны, я никогда не слышал, чтобы Аарон говорил. Может, он немой. - Можно включить музыку? - спросил я. Альдо коснулся экрана компьютера на приборной панели, и какая-то оперная ария оглушительно полилась из, несомненно, хороших динамиков. Я вздохнул, откинулся на сиденье, закрыл глаза и пожалел чёрт побери, что просил музыку. Разве он не мог включить какой-нибудь рэп или поп? Даже кантри лучше этого, потому что теперь я чувствую себя ещё больше, как в гангстерском фильме. Разве они не всегда ставили оперу, когда перерезали кому-то глотку? К счастью, я добрался до места назначения в целости и сохранности, несмотря на жуткую оперную музыку. Альдо заглушил «Ленд Ровер» и открыл для меня дверь. Неловкое выражение на его лице заставляло меня жалеть его. Он явно ненавидел меня всей душой, я не мог понять почему, он вынужден обслуживать меня, для него унизительно. Когда я вышел из внедорожника, моему взору предстало зрелище склада, окружённого машинами. Вот и всё. Ни огней, ни фанфар, ни парковщиков. Просто склад, который выглядел так, будто видел и лучшие дни, и парковка, полная машин от развалюх до роскошных. Большинство из них роскошного типа. Альдо и Аарон направились к складу, и я последовал за ними. Отсутствие разговора с этими двумя всегда немного тревожило, заставляя чувствовать себя скорее пленником, чем гостем. Альдо потянул дверь, и громкий визг металла о металл возвестил о нашем прибытии. Около пятидесяти мужчин и женщин находились внутри здания, одетые в гораздо лучше, чем одет я. В своём воображении я представлял, что подпольный бой - это кучка парней в рваной фланели с грязными ногтями, лохматыми волосами и тюремными татуировками, столпившихся вокруг импровизированного ринга, обнесённого куриной сеткой. Сцена передо мной вполне могла быть антрактом на бродвейском шоу. Я осмотрел помещение в поисках хоть какого-нибудь признака Кейджа. Вид его красивого лица и внушительного тела мгновенно успокоил бы меня, особенно учитывая, что я не видел его несколько дней, но его нигде не было в толпе. Вероятно, он в задней комнате, медитирует или спаррингует с Марко. Тем временем я обливался холодным потом. Пока я разглядывал человека, который, мог поклясться, был знаменит, я почувствовал присутствие кого-то очень близко позади себя. Моё сердце тут же подпрыгнуло, и я резко обернулся, ожидая увидеть Кейджа. Вместо этого я оказался лицом к лицу с элегантным темноволосым мужчиной лет пятидесяти. Он был худым и высоким в нелепо идеально скроенном костюме, и он практически сверкал, словно его отполировали. Я мгновенно понял, кто он. У него та же смутная латинская внешность, что и у Кейджа, с идеальным вечным загаром и щетиной к пяти часам, но его глаза были тёмно-карими, а не зелёными, как у его племянника. - Джейми, - сказал он гладким, низким голосом. - Я Питер Сантори. Я сглотнул и попытался найти собственный голос. - Мистер Сантори? Не могу поверить, что наконец встретил вас. Он пожал плечами, но его глаза были проницательными. -Я занят. В наши дни не так-то просто организовывать встречи с сотрудниками. Сотрудниками. Ой. Парень умел сохранять дистанцию и превосходство. Интересно, насколько превосходящим он себя чувствовал, если бы знал о близости, которую разделяли его племянник и я. Если бы знал, что я обхватил губами его член и проглотил его сперму. Принял бы он меня тогда в свой внутренний круг, или отвёз пустыню и расчленил под саундтрек из оперной музыки? Глядя в его расчётливые глаза, я могу сказать, что склоняюсь к последнему. -Интересное место у вас здесь, - сказал я. Когда он не ответил, я продолжил. - Так вот где Кейдж сражается. Не могу дождаться, чтобы увидеть его в деле. Пока что я видел его только на тренировках. - Марко говорит мне, что вы присутствовали на многих тренировочных сессиях и даже взялись использовать его услуги для себя. Забавно, когда мистер Сантори говорил это, это звучало так, будто я ворую у компании. Как будто я таскаю степлеры и стикеры из кладовки с канцелярией. - Эм, ну, Кейдж пригласил меня поучаствовать в тренировках. Конечно, я ничего серьёзного не делаю. Ничего из того продвинутого, над чем они работают. Он медленно кивнул. - Что ж, мне нужно поговорить с моими коллегами до начала боя, так что, пожалуй, мы пока попрощаемся. - Он пожал мне руку, и каким-то образом заставил почувствовать, будто мне оказывают великую честь. Он мне неприятен за то, что заставлял меня чувствовать себя действительно неполноценным. Я стоял один посреди этого маленького моря бомонда, наблюдая, как мистер Сантори намеренно пробирается через толпу, изредка останавливаясь, чтобы поговорить с кем-то. Это его место. В этом складе он главный. Это кристально ясно. Вокруг восьмиугольника были расставлены складные стулья, и я нашел один поближе, плюхнулся в него и остался там. Долгие минуты скуки растянулись в ещё более долгие минуты неловкости, пока наконец не произошла суматоха у входа в клетку. Коренастый мужчина средних лет в красной футболке ступил на ринг, и люди начали подходить и занимать все места вокруг меня. Вскоре остались только стоячие места. Ведущий стоял за угловым подиумом и говорил в микрофон, его голос громыхал через звуковую систему. - Добрый вечер, дамы и господа. Добро пожаловать на очередной захватывающий бойцовский вечер. Как всегда, если боец в синем углу сможет одолеть всё ещё непобеждённого Майкла «Машину» Кейджа, он уйдёт отсюда со ста тысячами долларов наличными. Пожелаем мужчинам удачи, пока они отправляются в этот безудержный вечер веселья и игр. Небольшая толпа на мгновение приветствовала, а затем претендент выбежал через дверь в задней части зала. С ним была небольшая свита из его людей. Это совсем не похоже на эффектный выход бойцов на платных трансляциях UFC. Это было мрачно и немного страшно, без музыки, чтобы приукрасить. Никакой театральности. Это бой, просто и ясно. После того как первый боец, оставшийся безымянным и называемый только претендентом, вошёл в октагон, в дверях появился Кейдж. Моё дыхание застряло в груди, когда я увидел его. Это мой парень, подумал я. Мой любовник. Он устрашающе прошагал на ринг, одетый лишь в красные шорты, его волосы были собраны в милый хвостик на макушке. Но на этом милое заканчивалось. Этот Майкл Кейдж выглядел тревожно непохожим на парня, в которого я влюбляюсь. Его зелёные глаза казались темными и расчётливыми. Мне не хотелось в этом признаваться, но он выглядел пугающе похожим на своего дядю, и у меня не было проблем поверить, что он прикажет меня убить и сбросить в пустыне. Кейдж вошёл на ринг, не выглядя ни гипервозбуждённым, ни медлительным. В нём была аура уверенности, которая делала позёрство ненужным. Я ждал, когда он заметит меня, но он, казалось, не осознавал даже факта моего присутствия. Наверное, к лучшему. Это означало, что он сосредоточен, и, по словам Марко, это половина победы. Рефери вызвал двух мужчин в центр ринга, велел им коснуться перчатками и отправил в их соответствующие углы. Затем ведущий ударил в колокол, и бойцы пришли в движение. Претендент был агрессивен, наступая на Кейджа ещё до того, как отзвучало эхо колокола. Он выпустил серию мощных, хотя и предсказуемых ударов джеб, кросс, левый хук в корпус предположительно, чтобы вывести Кейджа из равновесия и заставить защищаться, но Кейдж был легок на ногах. Он легко уклонился от атаки парня, прежде чем поймать его правым кроссом в висок. Это хорошо потрясло парня, но он быстро оправился и шлёпнул Кейджа ударом ногой, прежде чем выйти из зоны досягаемости. Кейдж даже не дрогнул, хотя я увидел некрасивое красное пятно, расползающееся по внешней стороне его бедра. Он взглянул на отметину, затем поднял глаза на парня, приподнял брови и улыбнулся. Я не мог в это поверить. Он выглядел совершенно довольным, что парень наконец-то попал. На лице парня мелькнула паника, но он быстро скрыл её и снова двинулся вперёд для очередной скорострельной комбинации. Он был быстр, но он не мог сравниться с нетрадиционной работой ног Кейджа и его способностью предугадывать движения. С плавной эффективностью Кейдж либо уклонялся, либо блокировал всё, что бросал в него противник. Затем он развернулся и взял парня со спины. Обхватив его сзади руками, Кейдж поднял мужчину в воздух, вытолкнул бёдра вперёд и согнул колени, и швырнул мужчину назад через своё плечо в самом плавном суплексе, который я когда-либо видел. Прежде чем мужчина мог сориентироваться, Кейдж уже был на нём сверху. Ему удалось захватить полугард на Кейдже, прежде чем его почти отправили в нокаут жестокими молотковыми ударами кулаками и локтями Кейджа. Раз за разом он бил бойца, и я испугался, что он может убить его. Но рефери не останавливал бой. Затем, когда парень был почти готов, полностью перестал сопротивляться, Кейдж вскочил на ноги и позволил ему подняться. Это выглядело как милосердие, но я знал. Это с точностью наоборот. Весь раунд был игрой в кошки-мышки, где кошка выглядела так, будто готова съесть мышь в любую секунду. Кейдж точно не играл, он наслаждался погоней, возбуждаясь от игры с противником. Интересно, видели ли это другие зрители, или это только потому, что я знал его так близко. Конечно, есть вероятность, что я это воображаю. Мне недолго пришлось ждать подтверждения своих подозрений. В последние секунды первого раунда претендент, лицо которого выглядело пугающе разбитым, попал по Кейджу жёстким правым кроссом в висок, рассекая кожу рядом с глазом. Моё горло сжалось, и сердце пропустило удар. Мысль о том, что он пострадает, действительно пострадает, и мне придётся смотреть, как это происходит, до того момента по-настоящему не доходила до меня. Это первый раз, когда я видел подобную рану на его лице, и я надеюсь, последний. Я увидел перемену в поведении Кейджа, когда это случилось. На его лицо опустилась пустая маска, и он выглядел так, будто официально больше не играет. Если бы колокол не прозвенел в тот момент, я полагаю, он обрушил бы на парня всю свою ярость. Вместо этого они разошлись по своим углам, и претендента залатали, пока его тренер безостановочно тараторил. Кейдж всё это время не сводил глаз со своего противника, выглядя странно, как будто он никогда в жизни не испытывал эмоций. Холодный, расчётливый, антитеза парню, который держал меня, пока я плакал по матери, а потом позволил мне заснуть в его объятиях. Я не слышал, что говорил ему Марко, но Кейдж улыбнулся и подпрыгнул, готовый идти, когда прозвенел колокол ко второму раунду. Кейдж вошёл с парой хитрых джебов, легко отскочил, когда его противник попытался предпринять размашистую контратаку. Лицо парня выглядело так, будто он побывал в автокатастрофе. Его левый глаз был распухшим, и кровь текла от глазницы к горлу. На тот момент он уже был готов. Не думаю, что у кого-то оставались сомнения. Но каким-то образом он вызвал всплеск энергии или, точнее, отчаяния, и попытался вернуть всё на землю, чтобы попытаться сделать последнюю попытку на болевой. Но Кейдж со своими молниеносными рефлексами и талантом предугадывания движений увидел это заранее. В тот миг, когда мужчина сменил уровень и наклонился, чтобы пронести ноги для тейкдауна, Кейдж поймал его жестоким летящим коленом в лицо. Парень рухнул как мешок картошки. В нокауте. Я сидел на своём стуле, моё дыхание участилось до предела. Кейдж прикончил парня именно так, как я просил. Как это возможно? Мой разум крутился, пытаясь ухватиться за что-либо, что имело смысл, кроме того факта, что он контролировал весь бой. Что он его организовал. Внутри октагона рефери, врач и ещё несколько мужчин осматривали упавшего бойца и пытались привести его в чувство. Кейдж взглянул на него через плечо один раз, увидел, что он двигается, а затем гордо прошагал прямо к краю клетки, где я сидел. Проходя мимо меня, он один раз стукнул кулаком по груди, прямо над сердцем, затем посмотрел прямо мне в глаза мгновение, тайно подмигнув, от чего у меня по спине пробежали мурашки. Тогда-то я и понял, что он павлинился для меня. Весь бой был ничем иным, как доказательством моего любовника мне, и его послание было ясно: я только что разбил этому парню лицо для тебя. Именно так, как ты просил. На мгновение мне показалось, что меня сейчас стошнит. Я заказал, чтобы мужчину вырубили жестоким ударом коленом в лицо. И что хуже, я получил своё желание. Кейдж покинул октагон без фанфар или театральности. Это частное шоу, не одно из тех платных зрелищ, к которым я привык. Я сидел тихо, разглядывая травмированного бойца, когда он поднимался на ноги, чувствуя, как толпа расходится с мест и удаляется от меня. Затем рядом со мной встал Альдо, доставая что-то из-под пиджака и вручая мне запечатанный конверт с моим именем, небрежно начертанным на лицевой стороне. Кейдж написал это? После всего, что мы сделали, я всё ещё не знаю, как выглядит его почерк. Я разорвал самый кончик, стараясь не повредить надпись. Внутри был листок бумаги из тетради с одной написанной фразой. -Эта задница моя. С сердцем, колотившим, как военный барабан, я залез в конверт и вытащил ключ-карту от квартиры Кейджа. Альдо ждал рядом со мной, почтительно отводя взгляд, пока я читал своё послание. Когда я встал, он без единого слова повёл меня обратно к «Ленд Роверу» и отвёз домой, с Аароном на переднем сиденье, как всегда. На этот раз я даже не слышал оперную музыку. Я был слишком занят переживаниями о том, что должно случиться, когда Кейдж вернётся домой.