Часть 6
24 января 2026 г., 21:19
— Знаешь что, — сказал он резко, выйдя из раздумий. — Я передумал. Мы никуда не идем.
Уилл поднял на него удивленный, почти испуганный взгляд.
— Но ты же сказал..
— Я сказал ерунду, — отрезал Майк. Он поднял рюкзак Уилла, отряхнул его и протянул парню, а после посмотрел в сторону бабушкиного дома, чья крыша виднелась за деревьями. — Зачем нам куда-то тащиться? У меня есть комната. На втором этаже. Окно выходит на это озеро. Бабушка после семи смотрит сериалы и до утра ее не вытащишь. Там тихо. И там моя территория.
Он говорил это с такой неожиданной уверенностью, словно предлагал не просто зайти в гости, а предоставлял дипломатическое убежище.
Уилл замер, обдумывая. Идти в чужой дом..Это было страшнее, чем уйти в лес. Дом — это частная собственность, взрослые.
— Твоя бабушка..она не..
— Она не против гостей. А если будет против, — Майк пожал плечами, — то это ее проблемы. Я тебя приглашаю. Ко мне. Все остальное — технические детали.
Он говорил так, что для возражений не было места. Майк звал Уилла в безопасное место — то, где тебя ждут. Где тебе рады.
— Ладно, — наконец выдохнул Уилл, сдаваясь под напором Майка и его взгляда, ему хотелось доверять. — Только.. я ненадолго.
— На столько, на сколько захочешь, — сказал Майк и, повернувшись зашагал к дому. На этот раз он шел медленнее, изредка оборачиваясь на Уилла, а после улыбаясь ему.
Они вошли через калитку в сад, прошли мимо тех самых грядок, и Майк ловко провел Уилла через гостиную, где бабушка действительно уже коротала вечер у телевизора, лишь кивнув на тихое «здравствуйте» . Потом — по скрипучей лестнице наверх.
Комната Майка была простой: кровать, стол, стопка книг, до конца не распакованный чемодан. Но здесь уже пахло Майком, пылью, ну и застоявшимся летним воздухом. Майк щелкнул замком на двери — тихий, но четкий щелчок, отгородивший их от всего мира. Он распахнул окно, впуская свежий запах вечерней прохлады.
— Вот, — он развел руками. — Апартаменты. Можешь хоть на кровать, можешь у окна. Здесь все можно, кричать, молчать — мне все равно. Здесь никто не придет и ничего не скажет. Договорились?
Уилл оглядел комнату, потом посмотрел на Майка. И в его глазах, помимо усталости и страха, появилось снова то, что видел Майк еще у озера — чувство безопасности. Он медленно поставил рюкзак у ножки кровати и сел на ее поверхность у самого уголка.
— Договорились, — тихо сказал он. И в этом слове был не просто ответ. В нем было доверие.
Посмотрев на парня Майку вспомнились все события, которые произошли за этот день. Он нахмурился, но тут же по нему было видно, что он что-то придумал.
— Будь тут, — сказал он и выскочил из комнаты. Через две минуты он вернулся, неся в руках две банки колы и пачку печенья в зубах (видимо стащенную с кухни). Он расстелил на полу у кровати небольшой плед, положил на него угощение и плюхнулся рядом.
— Так-то лучше, — заявил он, вскрывая банку с шипением. — Теперь у нас официально: вечеринка на двоих. Тема: «На зло всем». — Он протянул банку Уиллу. — Правила простые: едим печенье, пьем колу и говорим гадости про того урода из магазина. Или не говорим. Но печенье есть обязательно.
Уилл взял банку. Холодок алюминия приятно щипал пальцы. Он сделал глоток, и сладкая, шипучая жидкость еще больше давала ему ощущение расслабленности.
— Он.. у него уши торчком, как у летучей мыши, — тихо, после паузы, сказал Уилл, откусывая кусочек печенья.
Майк фыркнул, и из его носа чуть не вышла кола.
— Блин, точно! И голос такой.. противный, сиплый. Как будто он всю жизнь в подушечку кричал от злости.
Они сидели на полу, пили колу, ели печенье и тихо смеялись над дурацкими, незлобными шутками. Они не разговаривали о чем-то глубоком, хотели отвлечься и отвоевывали себе частичку хорошего вечера. И в этом простом, почти детском действии весь ужас дня начал таять, уступая место чему-то легкому, теплому.Часть 6/? #поканекончилосьлето
— Знаешь что, — сказал он резко, выйдя из раздумий. — Я передумал. Мы никуда не идем.
Уилл поднял на него удивленный, почти испуганный взгляд.
— Но ты же сказал..
— Я сказал ерунду, — отрезал Майк. Он поднял рюкзак Уилла, отряхнул его и протянул парню, а после посмотрел в сторону бабушкиного дома, чья крыша виднелась за деревьями. — Зачем нам куда-то тащиться? У меня есть комната. На втором этаже. Окно выходит на это озеро. Бабушка после семи смотрит сериалы и до утра ее не вытащишь. Там тихо. И там моя территория.
Он говорил это с такой неожиданной уверенностью, словно предлагал не просто зайти в гости, а предоставлял дипломатическое убежище.
Уилл замер, обдумывая. Идти в чужой дом..Это было страшнее, чем уйти в лес. Дом — это частная собственность, взрослые.
— Твоя бабушка..она не..
— Она не против гостей. А если будет против, — Майк пожал плечами, — то это ее проблемы. Я тебя приглашаю. Ко мне. Все остальное — технические детали.
Он говорил так, что для возражений не было места. Майк звал Уилла в безопасное место — то, где тебя ждут. Где тебе рады.
— Ладно, — наконец выдохнул Уилл, сдаваясь под напором Майка и его взгляда, ему хотелось доверять. — Только.. я ненадолго.
— На столько, на сколько захочешь, — сказал Майк и, повернувшись зашагал к дому. На этот раз он шел медленнее, изредка оборачиваясь на Уилла, а после улыбаясь ему.
Они вошли через калитку в сад, прошли мимо тех самых грядок, и Майк ловко провел Уилла через гостиную, где бабушка действительно уже коротала вечер у телевизора, лишь кивнув на тихое «здравствуйте» . Потом — по скрипучей лестнице наверх.
Комната Майка была простой: кровать, стол, стопка книг, до конца не распакованный чемодан. Но здесь уже пахло Майком, пылью, ну и застоявшимся летним воздухом. Майк щелкнул замком на двери — тихий, но четкий щелчок, отгородивший их от всего мира. Он распахнул окно, впуская свежий запах вечерней прохлады.
— Вот, — он развел руками. — Апартаменты. Можешь хоть на кровать, можешь у окна. Здесь все можно, кричать, молчать — мне все равно. Здесь никто не придет и ничего не скажет. Договорились?
Уилл оглядел комнату, потом посмотрел на Майка. И в его глазах, помимо усталости и страха, появилось снова то, что видел Майк еще у озера — чувство безопасности. Он медленно поставил рюкзак у ножки кровати и сел на ее поверхность у самого уголка.
— Договорились, — тихо сказал он. И в этом слове был не просто ответ. В нем было доверие.
Посмотрев на парня Майку вспомнились все события, которые произошли за этот день. Он нахмурился, но тут же по нему было видно, что он что-то придумал.
— Будь тут, — сказал он и выскочил из комнаты. Через две минуты он вернулся, неся в руках две банки колы и пачку печенья в зубах (видимо стащенную с кухни). Он расстелил на полу у кровати небольшой плед, положил на него угощение и плюхнулся рядом.
— Так-то лучше, — заявил он, вскрывая банку с шипением. — Теперь у нас официально: вечеринка на двоих. Тема: «На зло всем». — Он протянул банку Уиллу. — Правила простые: едим печенье, пьем колу и говорим гадости про того урода из магазина. Или не говорим. Но печенье есть обязательно.
Уилл взял банку. Холодок алюминия приятно щипал пальцы. Он сделал глоток, и сладкая, шипучая жидкость еще больше давала ему ощущение расслабленности.
— Он.. у него уши торчком, как у летучей мыши, — тихо, после паузы, сказал Уилл, откусывая кусочек печенья.
Майк фыркнул, и из его носа чуть не вышла кола.
— Блин, точно! И голос такой.. противный, сиплый. Как будто он всю жизнь в подушечку кричал от злости.
Они сидели на полу, пили колу, ели печенье и тихо смеялись над дурацкими, незлобными шутками. Они не разговаривали о чем-то глубоком, хотели отвлечься и отвоевывали себе частичку хорошего вечера. И в этом простом, почти детском действии весь ужас дня начал таять, уступая место чему-то легкому, теплому.
