Призраки прошлого

Голова гудела с невероятной силой. Удар, прилетевший по голове, заставил открыть глаза и подняться с положения лёжа на парте. Скара ощутил яркий и тёплый свет и лёгкую прохладу с открытого окна. — Скарамучча Райден, ты выспался?? Послышался мерзкий и наигранный женский голос. Что-то не так: только Скара открыл глаза, как сильная боль в ноге привела его в чувства. — БЛЯТЬ, Я РАНЕН, МОЯ НОГА ПРОСТРЕЛЕНА, ПРИНЕСИТЕ БИНТЫ ИЛИ… — СКАРАМУЧЧА! Окликнул учитель так громко, что, возможно, слышала вся школа. Непонятные люди вокруг смотрели на него так, словно Скара сошёл с ума. Нервный, испуганный взгляд осматривался по сторонам — он не на улице. Нет полиции, нет разбитой бутылки в руках и нет выстрела. А главное — нет Альбедо… Его нет рядом. Что это было? Сон, кошмар? — Райден, после физкультуры ты, походу, не просто ногу повредил, а ещё и голову. Вот тебе разрешение на выход с корпуса, отправляйся в медкабинет. И отдохни. Скара словно в прострации и на автомате взял бумажку из руки учителя, прихрамывая на правую ногу, вышел из кабинета. Знакомые коридоры, кабинеты и виды из окна. Где он? В школе? Как так вышло, что 27-летний мужик оказался в его старой школе? Столько вопросов крутилось в его головушке. Ноги сами вели его из корпуса, а после и вовсе к тому самому медкабинету. — О, Скарамучча, опять ты. Что в этот раз? Сказал мужчина, сидящий в белом халате. Темноволосый помнил его — это медбрат его школы. Ба Чунь? Ким Сокджин? Кажется, Бай Чжу? Молча протягивая бумажку старшему, опустил голову — она ещё гудела от количества разных мыслей. Сам же медбрат осмотрел записку — было сразу понятно, от кого она. Учитель физики — Фарузан: «пусть голову проверит, спортсмен хренов». Лёгкий смешок вырвался, оформив пациента, посадил на койку. Сам медбрат должен был уже уходить на собрание, по-быстрому порешав все проблемы с пришедшим учеником, сказал: — Я тебя тут оставлю, поспи полчаса, пока таблетки не подействуют. Мне пора уходить на собрание, а я вернусь после и проверю тебя. Главное — не уходи никуда. Скарамучча ничего не сказал, просто кивнул. Переведя взгляд в сторону, он просто молча лёг, хоть поведение одного из самых шумных учеников в школе насторожило — Бай Чжу не мог задерживаться на чаепитие, то есть на собрание. Пока тишина медленно поглощала кабинет, яркие образы всплывали в голове Скарамуччи. Закрыв глаза, он невольно в них погрузился. *** Очередной день после работы, ноги медленно передвигались по старому линолеуму квартиры. Скарамучча поставил пакет с продуктами на стол: молоко, масло и пиво в бутылках. Обычный список продуктов, ничего особенного. В квартире юноша был не один — тот сожитель, как и всегда, сидел напротив телевизора, играл в свои игрульки, совсем не обращая внимания, что кто-то вернулся с работы. — Марк. — спокойный голос послышался с дверного проёма. Скарамучча смотрел сквозь зеркало: всего лет пять назад этот человек казался ему лучшим вариантом для него. А сейчас что? Постоянная работа, фиговое отношение и игнорирование. Ну и, конечно же, сожительство с полным бытовым инвалидом. Слегка сжимая кулаки, он решился повторить. — Марк. Я тебя зову. — А? Кто?.. Хах, Скарчик, привет. — Я тебя просил меня так не звать… — Хочу и зову. Ты пиво купил? Разговор не мешал геймеру. Не отрывая глаз, в очередной раз прожимал клавиши на джойстике. Ком в горле застрял — снова пить. Обещания отцом, что бросит и не вернётся к бутылке, совсем растворились в пустой голове этого существа перед ним. Кажется, покойный перевернулся в гробу. — Да… Но это последняя бутылка, что я тебе купил. — голос дрогнул. Кулаки сжимались сильнее, а тело словно вжалось в тот дверной проём. — Чего?.. Взгляд полностью оторвался от экрана и теперь смотрел на темноволосого. Строгий, холодный взгляд. Джойстик аккуратно упал на бельце старого дивана. Под тяжестью тела мебель скрипнула. Марк, глядя прямо на парня, направился на него — спокойно, без резких движений. Реакция парня насторожила темноволосого, тело напрягалось неосознанно. Дрожь прошлась по спине и рукам, Скарамучча сделал несколько шагов назад, пока не врезался спиной в стену. — Скарчик, ты чего? Совсем заработался на своей работе? — Я не Скарчик… — Это я решаю, как тебя звать! Марк повысил голос. Он словно навис над Скарой. Рука потянулась к тёмным отстриженным волосам, мягко проводя по ним, зарывался пальцами. На лице растянулась ухмылка. Сжимая короткие волосы, начал их оттягивать, наблюдая за скривившимся лицом от боли напротив. — Марк, м… мне больно… — Да? Ну ты знаешь, я проявляю свою любовь таким образом. Я же тебя люблю. — Любишь… но можно не сегодня? Прошу… я уста… ай! Перебив с полуслова, рука на волосах темноволосого оттянулась сильнее, заставляя его стать на колени. От боли и неприятных ощущений он поддался вниз. Скарамучча не желал этого. Не сегодня, не сейчас. Смена на работе была тяжёлой, ссора с начальством и много других причин этим не заниматься. Его даже не выслушали и не дали возможности сказать. Он уже на коленях, а его парень развязывал шнурок на штанах. — Ты же любишь меня? — прозвучало над головой. Он всегда это спрашивал, когда хотел переспать или избить. Обычно любой секс начинался или заканчивался парой ударов или удушением до состояния обморока. — Люблю… Мерзкий ком уже застрял в горле. Сглотнув его и переступив через самого себя, Скарамучча уверил себя: «Это всё ради наших отношений, я должен в них вкладываться за двоих. Мы же любим друг друга». Штаны полностью упали на пол. Зажмурив глаза, Скарамучча почувствовал отвратительный вкус во рту. *** Резко подняв корпус, глаза метались по комнате в поисках ведра или пакета. Заприметив урну, юноша сразу же свалился с койки и, не сдерживая порывы выходящего завтрака, свалился на колени, обнимая пластикового друга. «Что это было… блять». Первое, что проскочило в голове после того, что он видел. Горло начало болеть от рвоты. Благо повезло — он ничего не заляпал. Спина облокотилась об стену, разные вещи крутились в голове, Скарамучча совсем потерял саму линию смысла происходящего. — Надо рот прочистить… отвратительное чувство… — прошептал темноволосый. Ноги подняли тело, а после и вовсе понесли к мужскому туалету, благо далеко идти не пришлось. Проходя вдоль кабинета, закатывая свои манжеты рубашки. Открыв кран, руки опустились под ледяную струю воды. Набирая в ладони жидкость, резко обливая лицо. Проведя влажными руками по волосам, вытянул шею. Желание полностью сходить в душ не покидало, но в школе в душ не сходишь. Открыв глаза, смотрел прямо в зеркало. Он словно видел другого себя. Того беспомощного и слабого, уставшего от жизни. Нога болела так, словно и правда подстрелили, он же не мог так сильно пострадать на физкультуре? В воспоминаниях не было занятий по стрельбе, да и Скара не вызывался быть мишенью. Наклонившись в попытках ощупать хоть что-то, парнишка осматривал свою ногу через ткань брюк. Осадок от кошмара не отпускал, руки дрожали. Было неудобно на корячках пытаться понять, что случилось, и выяснить причину боли. Благо широкие брюки позволяли поднять штанину настолько высоко, чтобы осмотреть всю ногу. Ничего, абсолютно. Тогда почему же она так болит? Ответов на его вопросы совсем не осталось, нужно дождаться медбрата. Как там его звали? Не важно. Скарамучча медленным шагом подошёл к столу с медикаментами, ему хотелось просто отрезать ногу — настолько она болела. Сейчас он мог лишь открыть ящик с медикаментами и схватить обезболивающее, осматривая баночку, он прочитал: «Собственность Бай Чжу… обойдёшься, делиться надо». Лёгкая усмешка с собственной мысли слегка разрядила обстановку, но ненадолго. Выпив лекарство и вернув всё на место, как было, школьник улёгся на койку. Помимо ноги, гудела голова после всего происходящего, взгляд опустился в сторону пластикового друга. Кажется, ему точно прилетит, плевать. Сейчас ему надо расслабиться. Взглянув на потолок, полностью сосредоточился на том, чтобы не было всяких мыслей в голове. Глаза вновь закрыты, и тот словно провалился в кроличью нору воспоминаний. *** Скарамучча держал в руках разбитую бутылку. А перед ним лежал труп Марка со вспоротым животом. Свет от экрана телевизора освещал пол комнаты. Стук часов, тяжёлое дыхание и тихая музыка ожидания с игры. Пустые глаза темноволосого направлены в пустоту. Во входную дверь начали долбить соседи. Деревянная дверь была такой тонкой, что могла слететь с петель. Всё обошлось — дверь на месте. — Хей! Соседи, я вызываю полицию, достали постоянно шуметь! В участке на этот раз будете объяснять, что на этот раз случилось! Звучал сердитый и грозный голос соседа напротив. *** Скарамучча лежал на койке, глядя в потолок. Голова пуста, только нога ныла то ли от фантомной боли, то ли от падения на физкультуре. Тихий скрип и шаги не привлекли Скарамуччу, он был занят — сосредоточен на белом потолке, лишь бы не видеть галлюцинации. — Скара?.. — тихий, ненавязчивый голос, этот человек запыхался — сразу понятно, бежал навстречу. Но, кажется, его не услышали. Светлые волосы показались в поле зрения Скары. Это был Альбедо, он наклонился к лежачему. Дурацкие, вечно уложенные в хвост волосы сейчас были слегка растрёпаны, аккуратно выглаженная рубашка белого цвета и светло-синий жилет — вроде обычная форма, но этим небесным глазам так шло. Скарамучча смотрел на взволнованные голубые глазки перед ним, смотрел на эту глупую мягкую улыбку. Он смотрел на Альбедо. В мгновение ока его голова, как чат в мессенджере, заполнилась спамом: «я так рад тебя видеть», «ты такой красивый», «обними меня, я скучал», «твои глаза так прекрасны», «эта улыбка мне нравится, не улыбайся другим». Внимательный взгляд Скары вводил в мягкий, словно персик, румянец на щеках Альбедо, но он рад, что его видят и обращают внимание. Походу, и правда, Скара не просто ударился ногой, но и головой. — Привет, как ты себя… — Заткнись… — перебил собеседника Скара. Такое общение нормально для этих двоих, никто не обижался и не придирался. Но Скара словно другой. Его взгляд более тоскующий. Темноволосый продолжал смотреть на Альбедо так, словно изучал новую статью интересующей его темы. Руки поднялись с койки и притянули лицо блондина ближе. Они совсем близко — настолько, что дыхание смешивается, сбивается, становится общим на двоих. Взгляд задерживается лишь на секунду, но в этой секунде — всё: сомнение, притяжение, уже почти неизбежность. И когда расстояние между ними исчезает, поцелуй получается резким, необдуманным, но нежным. Не желающим спугнуть. Альбедо совсем не ожидал этого — его тайные желания воплотились в жизнь так неожиданно и резко. Но поведение Скарамуччи настораживает, однако сейчас совсем не до этого. Сейчас они оба сосредоточены друг на друге и их поцелуе.