В поисках Принца Полукровки

Закончив с утренними процедурами, которые занимали у него не так много времени, Гарри спешно собрался на уроки. Уже прошло около двух недель с его открытия, и он пока не рассказывал об этом своим друзьям. Он предпочел сохранить это в тайне на какое-то время. И вот уже незаметно подкрадывалась зима. Попытки сблизиться со Слагхорном были успешные лишь на уроках зельеварения. Вне их он пока не решался на решающие вопросы о Томе Реддле. Он всё ещё восхищено рукоплескал когда Гарри не без помощи старой книги готовил сложнейшие и мощнейшие напитки. Но особого продвижения в деле, что поручил ему Дамблдор, не было. Уже около двух недель — ровно столько же, сколько прошло с открытия Гарри того, что Принц Полукровка, вероятнее всего, его старый учитель зельеварения— у них не было «Защиты от Темных Исскуств». Говорили, что они оба с Дамблдором занимаются чем-то неотложным. И обоих не было в школе. Но иногда он будто слышал резкий шорох черной мантии и его плечи в испуге поджимались. Иногда он ощущал себя брошенным в сумасшедший котел действий, которые буквально свалились как снег на его голову, и он должен был все это разгрести. Для чего Дамблдору была эта информация? Он ему не говорил. Трудно было понять эту спешку, без необходимого контекста. Идя с первых двух уроков в Большой Зал, минуя толпы стоящих и разговаривающих учеников с Роном и Гермионой, Гарри замечает входящие в замок до боли знакомые фигуры. Это были силуэты белокурого мага с причудливо длинной бородой, нуждающейся в стрижке, и черной летучей-мыши переростка.  Они шли твердым шагом, куда то быстро направляясь, и Гарри смотрел на них что-то пылко обсуждающих до тех пор, пока Снейп не заметил его сверлящий взгляд и не повернул вместе со спутником куда-то направо. «Получается, сегодня всё таки будет урок по защите от темных исскуств?» — разочаровано спросила Гермиона, «единственный урок, по которому у меня «Выше ожиданий»…» «Получается, что так» — заключил Гарри.

*

Защита от темных исскуств был последним уроком на сегодня. Шагая небольшой колонной с его друзьями, после завтрака они направлялись на урок. В отличии от кабинета зельеварения, где ранее преподавал Снейп, кабинет находился на третьем этаже замка, что позволяло отдохнуть глазам от прищуривания в темноте. Но и так же лучше рассмотреть профессора. Гарри делал это бессознательно. Он бессознательно следил за тем, как он, будто летая, зашел в класс, как сзади него развивалась его мантия. Хотя не сказать что теперь этот класс отличался от подземного класса Снейпа: он каждый раз закрывал единым взмахом палочки все ставни, оставляя комнату быть освещенной лишь свечами, а стены были украшены картинами в его духе. Он резко обернулся, и безразличным голосом обратился к классу.  «Я не велел вам доставать учебники» сказал он, почти грозно смотря на Гермиону, которая через секунду убрала его в портфель и затолкала портфель под стул.  Дальше он продолжил рассказывать о том, как удивлен, что многие смогли наскребать достаточное количество баллов для того чтобы попасть на этот урок, упоминая количество преподавателей, сменившихся за последние шесть лет. Гарри всё ещё наблюдал за его движениями: какими-то то плавными, то резкими, то как он шел по периметру класса, а после резко поворачивался, рассказывая вступление к теме урока, проходясь глазами по всем ученикам и задерживаясь на Гарри на долю секунды дольше.  «Полагаю, что вы абсолютно незнакомы с невербальными заклинаниями. Тот кто овладеет умением колдавать, не выкрикивая во все горло заклинания, получает выигрыш во времени и возможность застать противника врасплох» произнес он, с задумчивым видом шагая теперь уже к учительскому столу и оглядывая присутствующих. «Разумеется, это подвластно не всем волшебникам. Здесь важную роль играет способность сосредоточиться и сила духа, которой… — его взгляд задержался на Гарри, будто намекая ему на его ошибку — подглядеть в его воспоминания, за что тот мог бы снять с Гриффиндора все 100 баллов, — наделены далеко не все» Гарри знал что тот тоже думает о прошлогодних уроках окклюменции. Но он не опустил глаз и продолжил сверлить учителя взглядом пока тот не отвернулся. Трус. Если уж он и хотел высказывать сыну его обидчика все свои мысли про него, то мог бы и объяснить ему причину с самого начала, а не заставлять Гарри гадать столько лет, заставляя его чувствовать себя будто он упускает что-то, что он уже натворил, заставляя его достаточно привязаться к его ненависти. Гарри почему-то вспомнил тот момент, когда был застанут Снейпом, смотря его воспоминания, как тот, словно сильнейшими щипцами сжал его руку, до того, что после этого еще был синяк. Как он произнес, со злейшим выражением лица: «Итак… Итак, вам понравилось, Поттер?»  Признаться честно, что-то внутри сперло его дыхание когда он смотрел на то, как он барахтался на земле. Он выглядел так жалко, что Поттеру захотелось ему помочь, поднять даже. Он начал понимать что сделало его таким. Стало понятно, что просто не было кому его защитить.  Ему не то что понравилось, просто странно защемило в груди. У этого не было объяснения.  Он никому не рассказывал про это. Как он и просил.  Вернувшись к своему столу, он дал задание: «Сейчас вы разделитесь на пары. Один из вас попытается без слов нанести на другого порчу, а второй будет, так же молча, пытаться отвести её от себя. Приступайте».  Конечно, он не знал, что Гарри обучил по крайней мере половину курса, то есть всех участников Отряда Дамблдора Щитовым чарам. Но без слов еще никто не умел. Гермиона смогла отразить заклятье Невилла через десять минут после начала урока, но Снейп был бы не собой если бы заметил это, и ещё бы вручил им несколько баллов.  С партнером Гарри не сильно повезло, и Рон, сильно стараясь не произнести заклятье вслух, аж побагровел. Снейп это заметил и тут же оказался рядом с парой. «Какое убожество, Уизли,» произнес он умным тоном. «Давайте я вам покажу, как это делается.» Он взмахнул волшебной палочкой, целясь в Гарри так быстро, что тот просто машинально сказал слова вслух: «Протего!» Конечно, имея с багаж опыта в этом, как наставник целого отряда, щитовые чары получились внушительными, и профессор отлетел в соседнюю парту. Весь класс в испуге наблюдал как их профессор встает на ноги.  «Вы помните, что мы сегодня занимаемся невербальными заклинаниями, Поттер?» «Да» в его голосе слышалась нотка смущения «Да, сэр» «Совсем не обязательно называть меня «сэр», профессор» Гарри сам не понял как эти слова покинули его рот. Несколько человек ахнули, и глаза Гарри наполнились пониманием и страхом, и раскрылись шире. Казалось, что он теперь мог посоревноваться с профессором в язвлениях. А ведь только вчера он удовлетворял себя мыслью о человеке, прямо напротив него, кипящего от злости. «Явитесь в субботу вечером ко мне в кабинет» приказал он Гарри, «Такой наглости я не потерплю ни от кого, даже от Избранного.» Прелестно. Гарри оставалось лишь тихо кивнуть и надеяться, что его член не решит встать прямо там прямо перед ним, услышав ещё парочку умелых, едких фраз в свой адрес.

*

Проводя следующий вечер пятницы и день субботы с друзьями, Гарри совсем забыл за письмо Люпина и то, что вообще-то планировал рассмотреть Принца-Полукровку в Профессоре Снейпе. Он от части стал сомневаться в своем суждении. Конечно, эти строки все еще сидели у Гарри в голове, словно он был повернутым психом. Но он и так знал, что он был извращенцем ровно столько же, сколько и избранным. Просто не мог себе признаться. С утра в субботу была тренировка по квиддичу. Все выложились, и сильно постарались. Рон делал успехи, ровно как и новые загонщики, и Гарри был доволен. Ему самому не нужно было сильно стараться или напрягаться — он умел с первого курса ловить снитч как профи. Просто иногда разминался, тренируя реакцию, доставая золотой кругляшок из коробки мячей. Порой ему хотелось брать его с собой везде, но он вспоминал кто так делал, и что это было бы слишком пафосно, и клал на место. Вечер субботы был тихим, без лишней суматохи. Многие ученики правда устали за семестр, и уже ждали скорее рождественских каникул. Коридоры не гудели голосами так сильно, как в остальные рабочие дни, портреты дремали в своих рамах, а факелы горели низко, бросая длинные, неровные тени на каменные стены. Гарри шёл медленно, будто замок сам не спешил приводить его к месту назначения. Снейп ведь не указывал точного времени, и поэтому Гарри старался как можно подальше отсунуть его прибытие в кабинет профессора. Он волновался за свою реакцию. Только мысли о его унижении перед кем-то сильно возбуждали его, ему придется сильно держаться перед тем, кто любил унижать больше всех остальных (или Гарри так казалось). Он боялся представить, что случится, если вдруг он что-то заметит странное в его поведении.  Теперь ведь кабинет Снейпа находился не там, где раньше. Ему больше подходили подземелья, по мнению Гарри. Ведь это он не любил место под солнцем.  Открыв первую дверь в соответственно сам класс, он знал что там никого не обнаружит, ведь придется еще подняться по лестнице, чтобы войти в еще одну дверь где его будет ожидать наказание. Нервно дойдя по каменной лестнице до узенькой деревянной двери, он постучал. Тут же, за стуком последовал в ответ низкий голос. «Входите.» Кабинет освещала всего пара ламп. Прошлые тарелки с котами Долорес Амбридж исчезли, а на их месте висели какие-то темные картины и полки с стекляшками. Куда же без них. Стеклянные сосуды ловили свет ламп и отражали их, словно мутные звёзды. Что было в них настолько важным, чтобы перенести их с подземельев в свой кабинет? Дверь закрылась за Гарри с мягким, окончательным щелчком. Снейп сидел за столом. «Поттер. Полагаю, вы знаете, почему вы здесь?» спросил его профессор, не поднимая глаз, без обыденной злобы в голосе. Он что-то писал за своим столом на свитках пергамента, испещряя тонкие листы своим стислым почерком. Гарри узнал его. Он пожал плечами, а потом понял, что Снейп, скорее всего, этого не увидел. «За то что был, ну,» он запнулся «не вежлив?» «Не то, что не вежлив,» он поднял на него свой холодный взгляд «Вы, Поттер, поражаете меня с каждым разом. Вы думаете, вы такой особенный. Как должно быть прекрасно быть вами.» он бросил перо и встал из-за стола, и пошёл вкрадчивым шагом по направлению к Гарри. «Люди делают для вас дополнительные уроки, помогая вам улучшить вашу ситуацию, ваши навыки. А вы чем отплачиваете? Вашей бестактностью? Наглостью?» он подошел так близко, что между ними осталось меньше метра. Они были почти одной высоты, но профессор всё равно висел тенью над мальчиком. Гарри смотрел без стеснения в его глаза, не думая убирать взгляд. Ему и правда было жаль, он не знал, чем он думал, когда выпалил ту фразу. Да, он был согласен с его суждением.  «Если вы про ту ситуацию, то, профессор, я искренне извиняюсь, я сразу же пожалел, что полез и…» попытался оправдаться Гарри. «Да, конечно. Что-то я в этом сомневаюсь. Вам наверняка понравилось. Вы во всем напоминаете мне своего отца.» Снейп произнес это Гарри в глаза. Но на этот раз, он хотя и был близко, и источал ту же мрачноватую ауру, он был… Уставшим? По его голосу было слышно, что он не сильно хотел кричать, или грозить тоном как обычно. Он просто говорил. Как говорил бы обычный человек. Далее он резко отвернулся от мальчика и пошел в противоположном направлении от него. «Наглый, безмозглый проходимец…» «Прекратите! Я не мой отец. И не смейте, чтобы он вам не сделал, так называть его при мне!» «Тогда переключимся на вашу особу, Поттер.» сказал он, посмотрев наконец обратно на собеседника. В его глазах читалось даже заинтересованность в разговоре с учеником. Что удивительно. Обычно, он просто горел ненавистью. «Профессор Слагхорн давно мне рассказывает, как вы превосходно, исключительно справляетесь на его уроках зельеварения. Меня это смущает. У меня не было ощущения что я сумел научить вас хоть чему-нибудь» Гарри не знал как ответить, поэтому просто слушал. Он просто надеялся, что Снейп не прочитает его мысли и не узнает о, по сути, его же книге.  «Дисциплинировать разум, дисциплинировать разум…» подумал Гарри сам про себя. Он никогда так и не научился это делать. «Не хотели бы вы поделиться вашей историей успеха, Поттер? Что вам так помогает?» Гарри молчал. И ещё некоторое время молчал. На всякий случай уже смотря на ножку стола. Он подал голос. «Я просто следовал книге, и всё. Честно.» «Вы не лжете. Но и не говорите всей правды.» он его уличил. Он начал медленно, ускоряя речь к концу предложения: «Я думаю, после сегодняшнего урока, вы сумеете отразить это заклинание, у вас же так мастерски это выходит.» И совершенно резко и внезапно Снейп бросает в Гарри заклинание: «Легилименс!» Гарри не успевает среагировать, как мир дёрнулся, и профессор попадает в его голову, воспоминания начинают проскальзывать, словно пёрышки, в сумбурном порядке.  Сначала, безобидные, типа победы гриффиндорцев в квиддиче, разговоры за завтраком и ужином. Букля, Дженни, попытки словить её взгляд. Снейп поморщился когда увидел это.  Пока Гарри корчился у стенки, дальше пошли кадры, где он бродил по библеотеке, безуспешно в поисках крупицы информации, вперемешку с возниканием старой книжки и почерком Принца-Полукровки.  А дальше проскользнуло то, что Гарри даже и бояться не смел когда шёл на это наказание. Пошли его воспоминания про тот вечер, когда он решил не издеваться над собой и ублажить себя мыслей о Принце, и о Северусе. Солнце, озеро и барахтающийся молодой профессор. Его фантазии о унижениях, о ублажении самого себя Снейпом в молодости, накладывались на отрывки страниц с надписями Левикорпус, Сектумсемпра, письмом к Люпину, и прочим… Всё это ощущалось как бесконечная череда кадров, словно эпилепсия, больная и ненужная. Он попытался закончить этот спектакль, отшатнувшись, но вместо этого ударился о каменную стену головой. Это прервало связь. Снейп тоже отшатнулся и обперся об холодную стену. Он всего лишь хотел подтвердить свою теорию, что Гарри нашёл его книгу. Не более. Но вместо этого он теперь знал, что он как минимум раз на него дрочил, и им восхищается. Лицо профессора потеряло всякое выражение. Что-то живое, смущенное читалось на нем. Он слегка покрылся румянцем. Чего не скажешь о Гарри. Он был багровым. Винного цвета, красный по уши, он молчал, его губы слегка тряслись в ужасе от мысли, что произойдет дальше. Его промежность уже достаточно давила в штанах. Ему было невообразимо стыдно, унизительно. От боли в затылке кружилась голова, и он испытывал эрекцию совмещенную со страхом. Должно быть, теперь книжку заберут? «Вы свободны.» заключил Северус. Тишина стала для него оглушающей, и Снейп перестал опираться о стену. Он больше не смотрел на мальчика. Не хватало сил.  Гарри немного помедлил, прежде чем выйти из кабинета. Снейп успел добавить:  «Теперь мы квиты…» И Поттер, бросив последний, полон ужаса и стыда взгляд на него, скрылся за дверью. Он бежал по лестницам и коридорам пока его со Снейпом не отделяло три этажа. Тогда он остановился чтобы прийти в себя.  Снейп видел, как он дрочит. Видел его член. Мерлин, как же у него от этого распирало в штанах. Как же он хотел побыстрее расправиться с этим…  Он начал ненавидеть свой недуг. Какой позор… Он словно хотел ещё, ему не было видно по лицу Снейпа, что ему было противно, или что тот был в ярости. Наоборот, у него выступил румянец… Но это наверняка от шока. Может, от спертого воздуха в комнате. Вообщем, Гарри был уверен, что он единственный такой извращенец в школе. Это точно. Он не хотел возвращаться в башню Гриффиндора. Он сначала бродил по школе, пока его чресла не остыли, после пошел умываться и дождался, пока все легли спать, чтобы незаметно, без обсуждений лечь в кровать. Он хотел поскорее заснуть и забыться сном. «Ну хотя бы книга осталась у меня.»