Король и Вор

Подготовка шла тяжело и вязко, будто сам город сопротивлялся каждому их шагу. Казу нужно было как минимум два дня, а людей не хватало катастрофически. Он перебирал в голове варианты снова и снова и каждый раз приходил к одному и тому же выводу: без Николая всё будет в разы сложнее. Если бы тот был здесь, половину проблем удалось бы решить быстрее и чище. А если бы он привёз с собой Женю… тогда они вообще смогли бы ходить по городу, не оглядываясь — с её даром можно было сменить любое лицо. Каз всё-таки рискнул. Он разослал письма во все крупные столицы, объявив, что готов отдать Бойур-Баюра за пятьдесят миллионов. Этого хватило, чтобы всколыхнуть Совет. Кеттердам загудел, как потревоженный улей: купцы, шпионы, посредники — все вдруг стали слишком внимательными и слишком разговорчивыми. Отбросы ждали корабль Николая, чтобы сразу провести его в укрытие. Чем меньше людей увидят короля Равки в городе, тем лучше. Никто из отбросов не знал кто этот капитан и что из связывало с Казом . Когда судно наконец вошло в порт, Николай был почти счастлив. Он стоял у борта и смотрел на берег с редким для себя нетерпением. В голове крутилась одна мысль: ещё немного — и он заберёт Каза и Алексея в Равку. Больше никаких тайников, никаких подставных домов, никаких ночей в страхе. Всё закончится. С ним были Зоя и Женя. Они остановились на утёсе над портом, пока Женя договаривалась с капитаном. Ветер тянул с моря холодом, и Зоя, скрестив руки на груди, бросила на Николая косой взгляд. — Мы теряем время, — сказала она. — По городу уже ходят слухи. Говорят, что Бойур-Баюра украли из Ледового дворца. Ты понимаешь, что будет, если он попадёт не в те руки? Николай усмехнулся, но в его взгляде не было веселья. — Я понимаю, Зоя. Но это звучит как сказка для идиотов. В здравом уме никто добровольно не полезет в Ледовый дворец. Я сначала заберу Каза и Алексея, отвезу их в Равку и только потом займусь всем этим. Мне нужно, чтобы они были в безопасности. Он уже собирался сказать что-то ещё, когда его взгляд зацепился за плакат на стене склада. Лицо было слишком знакомым. Каз. Под портретом значилась награда — такая, что за неё можно было купить полгорода. Николай почувствовал, как внутри что-то обрывается. Он резко сорвал плакат, не обращая внимания на удивлённые взгляды прохожих. — Чёрт… — выдохнул он. — Во что ты вляпался, Бреккер? В этот момент к нему подбежал мальчишка, сунул ему в руку сложенный клочок бумаги и тут же исчез в толпе. Николай развернул записку и сразу узнал почерк. «На меня объявили охоту. Я залёг на дно. Мне нужна твоя помощь. Тебя встретят мои люди и отведут в укрытие. Возьми с собой двух человек. Желательно гришей. Женя должна быть одной из них». — Николай? — Зоя внимательно смотрела на него. — Что случилось? Он молча протянул ей объявление. Радость, с которой он сходил на берег, исчезла без следа. — Проклятье… — пробормотала Зоя. — Во что Бреккер опять влип? Николай сжал бумагу в кулаке. — Чёрт. Как и было сказано, их встретили двое людей Каза. Николай взял с собой только Женю и Зою. По дороге он чувствовал что город уже знал, что Бреккера предали и что Совет объявил на него охоту. Их высадили у кладбища и молча указали направление. — Дальше сами. В склеп, — коротко сказал один из Отбросов и исчез. Когда они остались одни, Зоя резко остановилась. — Николай, это может быть ловушка. Он повернулся к ней и устало провёл рукой по лицу. — Это писал Каз. Я узнаю его почерк. И если он просит прийти — значит, случилось что-то действительно плохое. Женя молчала, но её лицо было напряжённым. Николай глубоко вдохнул. — Пошли. И они пошли вперёд — туда, где их ждал Каз. Как и говорили Отбросы, склеп они нашли без труда. Каз, конечно, ждал Николая — но скорее завтра или послезавтра. Он сидел на ящике, перебирая в голове десятки вариантов дальнейших шагов, когда снаружи послышался тихий скрежет камня. Каз резко поднял голову. — Чёрт… — пробормотал он. Зоя первой отодвинула тяжёлую плиту, закрывавшую вход, и шагнула внутрь. Следом за ней вошли Николай и Женя. В следующую секунду воздух в склепе словно взорвался. Почти все одновременно вскинули оружие. Николай успел увидеть всё сразу: Каза, Джаспера, Инеж, девушку-сердцебита — ту самую, что помогала при родах, кажется, Нину — рядом с ней стоял ферданец, которого он не знал, и ещё двое одинаково одетых парней, судя по всему, из команды Каза. Зоя и Николай по привычке тоже подняли оружие. Секунды тянулись мучительно долго. — Опустите, это свои! — резко сказал Каз. — Чёрт… я ждал тебя завтра. Он первым убрал пистолет. Остальные, поколебавшись, сделали то же самое. — Каз, ты меня до смерти напугал, — выдохнул Николай. Он шагнул вперёд и, не сдержавшись, крепко обнял его. — Ты в порядке? Почему на тебя объявили охоту? Где Алексей? Каз напрягся. — Я всё объясню. Но сначала… отпусти меня. Зоя всё ещё стояла напряжённая, не опуская оружия, когда вдруг услышала знакомый голос: — Зоя Назяленская… это ты? Она резко обернулась. — Нина?.. Нина Зенек? Перед ней стояла та самая девушка, которую она когда-то обучала. Измученная, уставшая, но живая. Зоя была уверена, что Нина давно мертва. — Боже… я думала, ты погибла… Маттиас побледнел, услышав имя Зои. В Фьерде о ней говорили как о чудовище — могущественной гришe, которой боялись и которую ненавидели. Он машинально сжал оружие. Вся жизнь учила его: если перед тобой она — стреляй первым. — Вы знакомы? — осторожно спросил Николай. — Да. Я обучала её. Потом она пропала. Её похитили ферданцы… — Зоя перевела взгляд на Маттиаса. — А это ещё кто? Она резко вскинула оружие. Маттиас сделал то же самое. — Стойте! — резко сказала Нина, шагнув вперёд. — Он с нами. Опусти оружие, Маттиас. Не стреляй. Николай тоже поднял голос: — Зоя, опусти руки. — Нет, Николай, это ферданец! Они убили столько наших! Он посмотрел на неё жёстко. — Зоя. Это приказ. В его голосе прозвучал тот самый, королевский, холодный тон. Все вздрогнули. Нина встала перед Маттиасом, словно закрывая его собой. Зоя поколебалась… и медленно опустила оружие. Маттиас сделал то же самое. В склепе стало тихо, но напряжение не исчезло. — Что тут, чёрт возьми, происходит? — холодно спросил Николай. — Может, кто-нибудь объяснит? — Давай отойдём, — тихо сказал Каз. — Нет, Бреккер, — резко перебила его Зоя. — Говори здесь. Мы тоже должны знать. Каз медленно выдохнул. Он понял: дальше тянуть нельзя. Каз видел, как все напряжены, как пальцы слишком крепко сжимают оружие, как взгляды мечутся от одного к другому. Выхода не было. Он медленно выдохнул. — Алексея похитили. Слова упали в тишину, как камень в воду. — Что?.. — едва слышно прошептал Николай. Он побледнел так резко, словно из него разом выпустили всю кровь. — Как это произошло? — голос его сорвался. — Как ты мог это допустить? — Меня не было в городе, — глухо ответил Каз. И, как бы ни старался держаться, вина всё равно жгла его изнутри. — Они не знают, что он твой сын. Они пришли за ним из-за меня. Он смотрел Николаю прямо в глаза, не отводя взгляда. Зоя вспыхнула первой: — Что за чушь, Бреккер?! Ты не хотел везти его в Равку, потому что «там опасно», говорил, что здесь ему будет безопаснее! И что в итоге? Его похитили! Чем ты вообще был занят всё это время?! — Да пошла ты, Зоя! — сорвался Каз. — Думаешь, я этого хотел?! Думаешь, мне не больно?! Это мой сын! И Николая! И это — только наше дело! Он почти кричал. — Нет, Каз, ты ошибаешься, — холодно сказала Зоя. — Алексей — наследник трона. Это дело Равки. Мы — часть Равки. А ты… ты позволил его украсть. — Зоя, молчи , — резко сказал Николай. Он наконец вышел из оцепенения. — Не смей так говорить с моим супругом. Алексей жив — и это главное. Мы его найдём. И заберём в Равку. Он повернулся к Казу. — Скажи лучше другое. Почему тебя разыскивает весь Кеттердам? В склепе повисла новая, тяжёлая тишина. — Ты… Николай Ланцов? — медленно переспросила Нина, вглядываясь в него. Каз стиснул зубы. «Чёртовы равкианцы. Никогда не умеют держать язык за зубами». — Меня больше удивляет, что они женаты и у них есть ребёнок, — пробормотал Джаспер. — Да, я Ланцов, — сухо ответил Николай. — Но сейчас это неважно. Каз, ты не ответил на мой вопрос. Каз провёл рукой по лицу. — Мне предложил сделку один купец. Ему нужен был Баюр-Баюр. — Ты про Юрду Парем? — спокойно спросила Зоя . — Да. Нужно было проникнуть в Ледовый Дворец и украсть его. — Чёрт, — выдохнул Николай . — Только не говори, что это был ты. Каз молча кивнул. Николай устало потёр виски. — Каз… ты вообще иногда думаешь? Ты понимаешь, что тебя могли там убить? Или посадить? И я бы ничего не смог сделать! Ферданцы воюют с нами! Как ты мог так рисковать?! Деньги для тебя важнее всего? Важнее даже ребёнка?! Это было последней каплей. Каз рванулся вперёд, схватил Николая за воротник и впечатал его в стену. — Не смей так говорить, — прошипел он. — Не смей. Ты ничего не понимаешь. Я делал это ради него. Ради того, чтобы у него была нормальная жизнь. Николай не сопротивлялся. Только смотрел на него — прямо, тяжело. — Прости… — тихо сказал он. — Я не должен был так говорить. Я знаю, как он тебе дорог. Прости меня. Каз отпустил его, резко отвернулся, поправил одежду и вышел в центр комнаты. Все смотрели на него в шоке. Особенно Вороны — они не привыкли видеть его таким. — Так вы нашли его? — спросила Зоя. — Да. Вон он сидит, — Каз кивнул в сторону шу Ханьцев. — Точнее… кто-то из них — Уайлен. Без переделки не понять. Один из парней поднялся. Второй остался сидеть. Это и был Баюр-Баюр. — Это он? — уточнила Зоя. — Да. Это он. Можете забирать. Все уставились на Каза. — Но, Каз… — Инеж шагнула ближе. — Там же твой сын. — У меня есть кое-что более ценное для Ван Эка, — холодно сказал Каз. — Он обменяет его без раздумий. И вернёт мне ребёнка. И деньги мы тоже получим. Зоя медленно улыбнулась. У них был Баюр-Баюр. Осталось только забрать принца и убраться из этого проклятого города. Каз начал объяснять план. — Сегодня ночью мы украдём у Ван Эка самое ценное, что у него есть.