Король и Вор

В кабинет вошёл Николай и сразу понизил голос, заметив спящего в кресле Алексея. — Ты сегодня вообще отдыхал? Каз, не поднимая головы от бумаг, молча протянул ему лист. — Вот список. Тех, кого надо допросить. Николай быстро пробежал глазами по именам. Первый — Пассоль, один из советников. Второй — солдат, служивший во дворце. Третий — офицер. Тот самый, что на совете задавал Казу слишком много вопросов. Николай нахмурился. — Зоя в городе? — спросил Каз. — Да, ещё в Равке. — Займись этим. Думаю, их нужно брать одновременно. Завтра в четыре. Пусть все трое окажутся в допросной. Мы быстро поймём, кто из них крыса. — Хорошо. Я и Зоя этим займёмся. — Нет. Я приду тоже. Николай посмотрел на него внимательно. — Каз, может, не стоит? Тебе это видеть… не полезно. Каз медленно поднял на него глаза. — Ланцов, я сам решу, что для меня полезно. Николай вздохнул. Он знал, что спорить бессмысленно. Он немного помолчал, потом сменил тему: — Есть ещё кое-что. Нам нужно устроить твою и Алексея коронацию. Каз нахмурился. — Можем короновать Алексея. Меня — после рождения ребёнка. — Нет, — мягко, но твёрдо сказал Николай. — Это нужно сделать как можно раньше. Мне придётся уезжать. Иногда надолго. И я хочу быть уверен, что если со мной что-то случится… ты здесь. И страна не развалится. Каз резко посмотрел на него. — Ланцов, не говори так. С тобой ничего не случится. Ты всегда будешь возвращаться. Ко мне. К детям. Николай слабо улыбнулся. — Я знаю. Но мне нужно быть спокойным. Он сделал шаг вперёд. — Я не хочу, чтобы ты был просто супругом короля. Я хочу, чтобы ты был королём. И опустился перед ним на одно колено. Каз замер. Николай достал из кармана коробочку, открыл её. Внутри лежало кольцо — простое по форме, но тяжёлое, массивное, с тонкими гравированными линиями, в которые были усыпаны крошечные чёрные бриллианты. Оно было… очень в стиле Каза. — У нас не было свадьбы, которую ты заслуживаешь, — тихо сказал Николай. — И не было нормальных колец. Я хочу, чтобы хотя бы это было достойным тебя. И чтобы ты стал королём не только по факту, но и по праву. Каз смотрел на кольцо и вдруг с раздражением понял, что первая мысль была совсем не романтической. «Чёрт… да это стоит как лет десять работы у Хаскеля». Кольцо было красивым. Дорогим. И, что бесило больше всего — ему действительно нравилось. Но больше ему нравилось то простое кольцо, которое Женья принесла в день их «свадьбы». Кривое. Неидеальное. Настоящее. Он поднял глаза на Николая. — Николай… — тихо сказал Каз, не сразу находя слова. — Мне нравится моё обручальное кольцо. То, которое ты надел мне в тот день, когда мы поженились. Оно красивое. И дорогое. В прошлой жизни я бы его украл, не задумываясь. Николай усмехнулся. — Я и не сомневаюсь. — Мне нравится наша свадьба, — продолжил Каз. — Даже такая. Странная. Опасная. Я тогда думал, что нас убьют ещё до утра… но я ни о чём не жалею. Ни о чём. Он взял Николая за руки и помог ему подняться с колен. — Я согласен на коронацию, если ты этого хочешь. Но без пышности. Чем меньше людей — тем лучше. Я не люблю быть на виду. Я всегда предпочитал тень. Он легко поцеловал Николая в губы. — Я сделаю всё так, как ты хочешь, — тихо сказал Николай. — И я правда счастлив, что ты согласился. Он обнял его, притянул ближе. — Ты возьмёшь это кольцо? Я сам рисовал дизайн. Пять месяцев. Фабрикаторы работали по моим чертежам. Каз удивлённо посмотрел на него. — Ты хотел подарить его ещё до поездки в Кеттердам? — Да. Я хотел подарить его сразу после свадьбы. А потом понял, что так и не дал тебе кольцо, которое ты заслуживаешь. И начал работать над этим, как только вернулся в Равку. Каз молчал несколько секунд. Потом медленно притянул Николая к себе. Он не знал, что именно на него так действует — усталость, гормоны или просто то, что рядом наконец-то был человек, который никуда не исчезнет. — Я приму его, — тихо сказал он. — Буду носить. И не сниму. Николай улыбнулся так, будто ему только что подарили весь мир. — Это лучший ответ, который я мог услышать. Он аккуратно надел второе кольцо поверх обручального. Каз посмотрел на свою руку, потом на Николая. — Теперь у меня слишком много дорогих вещей. Это подозрительно. Николай рассмеялся и притянул его к себе. Он усадил Каза на край стола, обнял, и в комнате на какое-то время остались только тихие голоса и поцелуи — спокойные, тёплые, такие, в которых не было спешки. И тут с дивана раздалось сонное шевеление. Они одновременно замерли. Алексей не проснулся — просто перевернулся на другой бок и снова затих. Каз выдохнул. — Мы плохие заговорщики. — Но очень старательные, — усмехнулся Николай. Николай поднял Каза на руки, не прерывая поцелуев, перенёс его в спальню и закрыл дверь в кабинет. Он уложил Каза на кровать и навис сверху. Комната наполнилась стонами — они могли не переживать: и в кабинете, и в спальне была хорошая звукоизоляция. Каз смотрел на Николая. Тот всегда был красивым: подтянутый, с золотистыми волосами, падающими на лицо, с сильным, накачанным торсом. Каз даже немного завидовал. У него тоже раньше было подтянутое тело и пресс, но после рождения Алексея он так и не смог вернуть прежнюю форму. Он надеялся, что хотя бы после рождения этого ребёнка сможет восстановиться. Сейчас он и вовсе не чувствовал себя в своём теле: большой живот сильно выпирал, грудь распухла, соски торчали всё время, он даже не мог носить лёгкие рубашки — ткань постоянно предательски обрисовывала формы. Как-то Николай увидел, как Каз сидел в кабинете и писал документы, и тогда страшно разозлился, заявив, чтобы тот не смел показываться за пределами комнаты в таком виде. За эти годы Каз понял одно: Николай был ужасным ревнивцем и собственником. И он до сих пор не понимал, почему тот такой. Сейчас его муж разложил его на кровати, расстегнул рубашку и начал покрывать поцелуями тело — сначала ключицы, потом медленно спускаясь ниже, к животу. Каз застонал, когда Николай начал ласкать его грудь — сейчас это было самое чувствительное место из-за беременности. Король подготовил его заранее. — Каз, если будет больно или дискомфортно — сразу скажи, — тихо произнёс Николай. Бреккер кивнул. Николай снял штаны, подсунул под поясницу Каза подушку и повёл возбуждённым членом. Каз немного поёрзал. Лис вошёл полностью, дал мужу немного привыкнуть и начал двигаться не быстро — акушерка предупреждала Николая, поэтому он старался не переусердствовать. Комната снова наполнилась стонами. — Николай… давай на бок, у меня нога болит, — выдохнул Каз. Лис остановился, переложил Каза поудобнее и устроился сзади, покрывая его шею поцелуями. Казу было очень хорошо. — Каз, знаешь, первое, что я сделаю после твоих родов? — прошептал Николай. — Что? — хрипло спросил Каз. — Я разложу тебя вдоль и поперёк и буду трахать всю ночь, просто вбивать в кровать. Ты никуда не сможешь деться. Я буду трахать тебя всю ночь, и утром ты не сможешь даже ходить — у тебя будут подкашиваться ноги после множества оргазмов. — Чёртов Ланцов… — Каз притянул его в поцелуй. Он и сам не знал почему, но его это ужасно возбуждало. Каз кончил первым, Николай последовал за ним почти сразу. Николай повалился рядом, пытаясь отдышаться, потянул Бреккера к себе и поцеловал его в губы. — Я прикажу, чтобы начинали готовиться к коронации. Думаю, им понадобится две-три недели. — Хорошо… — Каз всё ещё переводил дыхание. — Всё нормально? Я тебя не сильно?.. — Нет, всё хорошо, не переживай. Надо проверить, что там Алексей — он может проснуться и испугаться. — Я посмотрю. Лежи, потом помогу тебе помыться. Каз был измотан и не стал возражать. Он машинально крутил на пальце кольцо, которое подарил Николай. Оно было красивое. Каз даже подумал, что если бы он прошёлся с ним по Кеттердаму, его бы, скорее всего, убили через десять минут. А здесь он мог позволить себе носить такую вещь. Ему стало холодно. Он укрылся и даже не заметил, как уснул.