Дежавю или...?

Лике скверно спится уже третий день. По правде говоря, такие приступы тревоги непонятно о чём, подкреплённые травмами прошлого, накатывают периодически. Лика, далеко не глупая в общем-то девушка, научилась с ними справляться, чтобы как минимум не путать кошмары с реальностью и не обижать из-за этого близких людей. По крайней мере, ей хватило духу появиться на двух ФЭСовских свадьбах за последние полгода. Разумеется, вместе с Пашей – пришёл бы он без неё на такие важные мероприятия, ага, конечно. И, как ни странно, со страху она там не померла и даже ничто внутри не покоробило, когда Паша представил её коллегам отца и мачехи как свою любимую девушку. А ведь когда-то одна мысль об этом вызывала в её душе решительный протест… Сейчас, конечно, она так не боится любого контакта с окружением своего парня. Сейчас она прекрасно понимает, что если её в очередной раз будят посреди ночи кошмары с лицами Горского, Воронова, Медникова или Нинель – это всего лишь дурные сны, и они никак не повлияют на её реальную жизнь. В её нынешней реальности всё прекрасно. В её нынешней реальности у неё есть любимый человек, вместе с которым она прошла пусть пока и не так много, но достаточно, чтобы знать: она действительно важна, о ней заботятся, её защитят и не собираются никуда сбегать от её «стервозного характера будущей старой девы», как пророчила когда-то подколодная змея Нинка. В нынешней реальности у неё всё ещё есть старшая подруга, к которой она в кои-то веки научилась обращаться без отчества. Да, Лена никуда из её круга общения не делась, хоть и съехала из их общей съёмной квартиры ещё за месяц до свадьбы с этим странным Сергеем Вениаминовичем. Съехала и забрала Бестию, которая, надо сказать, поначалу недовольно зыркала на Белозёрова зелёными глазищами («Лен, а ты точно уверена, что это не Анжелика в теле твоей кошки – уж больно взгляд у них похожий,» - ехидничал тот всякий раз), но потом привыкла. А Лена, хоть и стала второй раз женой, от дружбы ни с Валей, ни с Ликой отказываться не собиралась, то и дело вытаскивая обеих погулять. Порознь, конечно: всё-таки для компании Валентины Владимировны Литвинова ощущает себя слишком уж юной – всего-то на четыре года постарше её дочерей. В нынешней реальности она пишет уже вторую (и последнюю) курсовую под руководством Покровской, сплетни о которой больше её не трогают. Лика любит своего парня, а значит, доверяет ему – тем более, Пашка ни разу ей поводов для ревности не давал и уж тем более думать забыл о какой-то давнишней подростковой влюблённости. Сейчас даже если и пытается какая-нибудь очаровательная особа женского пола с ним познакомиться – он такие поползновения с налёту пресекает твёрдым «прости, у меня есть девушка». Вот и нечего паранойю кормить. В нынешней реальности к ней больше никто не пристаёт. Безобидный, в общем-то, Толик Медников вернулся в Саранск – благо, его любимую географию преподают и там, зато поводов вмешиваться в интриги больше не находится. Нинка… Нинка вроде как тоже в Мордовию укатила – это она-то, охотница за красивой столичной жизнью, с ума сойти! В общем, ни следа сладкой парочки в Ликиной жизни больше не осталось – и слава богу. Тогда почему она третий день кряду не может нормально уснуть из-за этой накатывающей волнами тревоги? Причём кошмары ей сейчас не снятся – просто сидит в груди что-то тёмное, мутное и удушливое, не давая спокойно погрузиться в сон и восстановиться как следует после рабочего дня. Да, теперь Литвинова работает и по выходным, обрастя сарафанным радио: теперь и поток учеников всегда обеспечен, так что далеко не вся возросшая после переезда Лены квартплата оплачивается из кармана живущих в Саранске родителей. Лике стыдно – но что уж там, ей всего-то двадцать лет, она только-только перешла на третий курс, и всё, что она пока может – исправно получать стипендию и перебиваться вот так репетиторством. Она даже в общежитие хотела съехать, но тут уж отец вмешался, выдав жёсткую резолюцию: «даже не думай – ты студентка, а не иждивенка какая-нибудь, мы тебе помогаем, пока ты учишься, а проживание в таком месте с нормальной учёбой несовместимо категорически». Только вот гордость у девушки всё равно есть и жить полностью за родительский счёт не позволяет. Поэтому теперь каждый будний вечер и каждый субботний полдень она надевает наушники, подключается к онлайн-платформе и по накатанной знакомит всех юных, жаждущих и страждущих с правилами построения предложений в самых разнообразных формах прошедшего времени, а заодно с модальными и фразовыми глаголами, и слышит уже становящееся привычным обращение «Анжелика Витальевна». Она и полное-то своё имя, мягко говоря, не жалует, в любой неформальной компании представляясь просто Ликой. А уж отчество так и вовсе приемлет только в сочетании с псевдонимом и только в названии своего блога, который так и продолжает вести… Писк смартфона отвлекает задумавшуюся о повседневных проблемах Литвинову от не слишком сосредоточенного поедания салата из базилика с брынзой, приготовленного на скорую руку после последнего урока. Нацепив очки, она открывает уведомление и хмурится: содержание этого уведомление ей не очень-то нравится: «Птица-Феникс оставил(-а) комментарий к вашей записи «Лирика против сталкера»». -Легки на помине, - бормочет Лика вслух, - Вот же разбудила лихо… И кому понадобилось шарить по моему блогу аж на полгода назад? Не мучай её эти непонятные приступы ночной тревоги – она бы и не подумала поднимать бучу из-за такой мелочи. Но в свете своего нынешнего состояния она всё воспринимает настолько остро, что цепляется за любой повод вооружиться и закрыться от любого даже гипотетического проявления враждебности? Интересно, а с психологом такое прорабатывают? Или в любом кабинете её с порога обзовут «нежной снежиночкой, которая жизни реальной не знает, вот и выдумывает проблемы на пустом месте – нет бы работать пойти»? А то читала она в блогах коллег по клавиатуре не слишком-то жизнеутверждающие истории людей моложе тридцати, обратившихся за помощью, а напоровшихся на такое вот… профессиональное суждение. Но комментарий к публикации полугодовалой давности всё равно открывает, вчитываясь внимательно. Птица-Феникс (сегодня, 20:37): -Лирика, ты крутая и сильная, раз пережила опыт сталкинга и справилась. В моей жизни тоже было подобное, правда чуть не кончилось полной жутью. Молодец, что подняла такую тему – жертвы должны слышать, что они не виноваты. На аватаре пользователя с мифологическим ником красуется столь же мифологическая птица во всей своей огненно-крылатой красе. Никакой личной информации – ни имени, ни возраста, ни города. Лика таких читателей не слишком-то любит в свете событий полугодовалой давности – но и лезть в бутылку, просто так занося нового читателя в чёрный список, тоже, наверное, не слишком-то вежливо. Лика отвечает лаконичным «спасибо» и решает пока больше ничего не добавлять. Мало ли, вдруг это кто-то из сладкой парочки под фейком нарисовался? И Нины, и Медникова ей уже весной с лихвой хватило. Решив больше сегодня ни в какие виртуальные сетевые взаимодействия не вступать, девушка предпочитает заняться куда более приятным делом – забирается с ногами на диван и набирает номер Паши. Хоть голос любимого человека на ночь услышит, раз уж на свидание пока не выбраться с её-то занятостью… Сергей, после вчерашнего выходного оставшийся допоздна в сегодняшнюю смену, чудом не клюёт носом, утонув в многочисленных контактах очередного убитого. Дело как дело, ничего особенного – в собственной квартире найден задушенным тридцатишестилетний владелец небольшого кафе, начавшего набирать популярность в одном из достаточно небедных районов столицы. Разумеется, женатый и воспитывавший пятилетнего сына. Белозёров проводит за мониторингом круга его общения второй час кряду. Ничего особенного – родители, жена, парочка старых друзей, подчинённые, конкуренты. Любовницы вроде как нет. Или? Если дама на стороне и существовала, то убитый при жизни был достаточно осторожен и личность её не светил, никаких компрометирующих фотографий не публиковал и ни с каким «Геннадием Автозапчасти» по ночам не переписывался. Может быть, действительно амурный мотив мимо? Сергей, для которого тема супружеской верности до сих пор болезненна, досадливо морщится. И долго он ещё будет в любом браке, в любых отношениях видеть второе дно при его отсутствии? Да, конечно, Светка в своё время оказалась той ещё… женщиной не слишком серьёзного и  разумного поведения и нервов ему и в браке, и даже после развода потрепала изрядно. Хорошо хоть сейчас отстала – ждёт ребёнка от своего нового мужа, при этом и о Денисе, слава богу, не забывая и больше не препятствуя общению сына ни с отцом, ни с его второй половинкой. Стоит эксперту вспомнить о Лене – хмурые морщинки на его лице тут же разглаживаются, а сам он выдыхает с таким облегчением, будто только что десяток вагонов с углём разгружать закончил. Ну невозможно даже думать об изменах, предательствах и прочей гадости слишком долго, когда рядом с ним – эта маленькая, хрупкая и удивительно сильная девочка-женщина, столько из-за него вынесшая в прошлом, но ни разу не пожалевшая о данном ему шансе в настоящем. Неужели она до сих пор так его любит? Неужели она больше не «институтская ромашка» и даже не «снежная королева», а просто его жена, всего какой-то месяц назад сказавшая ему в загсе «да»? Лена, господи прости, плакала от счастья на их свадьбе. Он даже испугался тогда, а она, быстро взяв себя в руки (преподавательская привычка, как-никак!) объяснила, что мечтала об этом три года. А он и сделать ничего не мог, кроме как обнять и долго-долго уговаривать, успокаивать, объясняя, что теперь всё пережитое осталось в прошлом, а они смогут построить настоящее вместе так, как им захочется… И, будучи женатым на такой вот маленькой, светлой и нежно любимой женщине, не хочется даже касаться всякой грязи и пошлости, напоминающей о первом браке. Но, увы, приходится. Приходится залезать в контакты погибшего хозяина кафе в мессенджерах и всё-таки найти то, на что так настойчиво указывало его экспертное чутьё. Лучше бы не находил. Поначалу банальнейшая переписка скорее бульварного, чем романтического характера не вызывает у Белозёрова ничего кроме привычной скуки и тошноты. Имя «возлюбленной» подпольный Казанова предпочёл скрыть. Но вот номер… Конечно, несмотря на блестящие аналитические навыки и наблюдательность, памятью ЭВМ Сергей не обладает. Но сочетание цифр кажется смутно знакомым, царапнув внутри чем-то явно нехорошим. Приказав себе максимально сосредоточиться, он вносит номер в поисковую строку базы и еле сдерживает нецензурное ругательство, выйдя наконец-таки на его обладательницу. Если это дежавю, то самое отвратительное на свете. Может быть, всё-таки ошибка? Белозёров вносит номер уже вручную, перепроверяя каждую цифру чуть ли не по десять раз. Результат остаётся прежним: «Зорина Нина Филипповна». -Твою… - всё-таки не сдерживается мужчина, внутренне холодея. Что вообще эта вроде как укатившая в Мордовию рыжая «мисс филфак» снова забыла в столице? И не просто забыла, а может стать фигуранткой дела об убийстве… И как набраться смелости и рассказать об этом Лене, не говоря уж об Анжелике?