UnStar Silence

Павберт открыл глаза в четыре утра. Просто открыл – и всё. Без причины. Без кошмара. Без будильника. Тело решило, что четырёх часов достаточно, и дальше можно просто лежать и смотреть в потолок. Он зевнул, и не глядя, на ощупь взял телефон, поднёс к лицу – и его жёстко ослепил свет экрана. Он резко зажмурился и быстро, сквозь свет – убавил яркость. И следом посмотрел на время: 4:32 Павберт удивился, что проснулся настолько рано. Затем он протёр один глаз, положил телефон обратно и уже хотел перевернуться на другой бок, но замер. Что-то мешало. Тёплое. Мягкое. Пушистое. Павберт приподнял голову и посмотрел вниз. Хвост Ника обвивал его ногу. Рыжий, с затемнённым кончиком, он лежал поверх одеяла – от колена до щиколотки, будто специально устроился поудобнее. Павберт моргнул. Потом приподнялся на локте и медленно посмотрел влево. Ник тихо спал. Он лежал на правом боку, лицом к Павберту, и уткнулся носом куда-то в район плеча. Уши расслабленно развалились в стороны, шерсть на скулах чуть взлохмачена, а из-под приоткрытых губ виднелся кончик клыка. Дышал он ровно, глубоко, иногда чуть заметно подрагивая носом. Павберт смотрел на него и думал: — "Милаш... Но как можно так доверчиво спать?" - подумал он. Он перевёл взгляд обратно на его хвост. Тот чуть подрагивал во сне – кончик дёргался, будто Нику снилось что-то яркое. Павберт осторожно дотянулся до хвоста и одними подушечками пальцев провёл по пушистой шерсти. Мягкая. Очень мягкая. Хотя Ник почти не пользовался кондиционером – Павберт это точно знал. Ни масок для шерсти, ни этих дурацких спреев, которыми некоторые лисы обливаются. Просто – очень мягкая и тёплая. — "Как у него это получается?" - подумал Павберт. — Секретный лисьий шампунь? Или просто... не знаю... генетика? Он погладил ещё раз, уже смелее. Кончик хвоста дёрнулся, ухо Ника тоже – но лис даже не шевельнулся, только вздохнул глубже и чуть сильнее ткнулся носом в плечо. Павберт замер. Подождал. Ник не проснулся. Это хорошо. Он не хотел беспокоить сон Ника. И тут в голову пришла мысль – дурацкая, почти детская, но отчего-то очень уютная. — "А если укрыться... хвостом?" - подумал он. Павберт помедлил секунду. Потом очень осторожно, миллиметр за миллиметром, бережно приподнял хвост и положил его на себя, как одеяло. Благо хвост был большим. Достаточно большим, чтобы накрыть его от груди до пояса. А ещё хвост был пушистым, тёплым и... ...и пахло от него… Павберт вдохнул глубже. Лаванда. Отчётливая лаванда, но не шлейфовая. Не парфюм – скорее шампунь. Павберту это очень понравилось. Он ещё несколько раз вдохнул запах хвоста, но нехотя перестал – не хотел мучить хвост Ника. Он подровнял хвост и закрыл глаза. Лежать, укрытым хвостом, было тепло, уютно и мягко. И через две минуты он снова провалился в сон. ... Ник проснулся через два часа. Сначала просто почувствовал, что в комнате уже не так темно. Потом – что плечо затекло. Потом – что хвоста почему-то нет на месте. Ну, точнее, что хвост лежит как-то неестественно. Он приподнялся на локте и посмотрел сначала на свой хвост, а потом – на Павберта. Тот спал. И был накрыт его хвостом почти до подбородка. Ник замер. Секунду смотрел на эту картину: Рыжий пушистый хвост, уютно устроившийся на серой шерсти Павберта, его расслабленное лицо, чуть приоткрытый рот, ровное и спокойное дыхание. И Ник улыбнулся. — Хе-хе, дурак, - прошептал он почти беззвучно. Осторожно, стараясь не дёргать, он приподнялся, убрал лапу с подушки и сел на край кровати. Хвост пришлось вытягивать медленно, миллиметр за миллиметром – Павберт во сне слегка нахмурился, когда тепло начало уходить, но не проснулся. Ник почесал шею, снова посмотрел на Павберта, потом зевнул и побрёл в ванную. --- Через двадцать минут он стоял перед зеркалом в их комнате, и смотрел на себя. Вчерашнее зелёное худи – то самое, которое Павберт дал ему поносить. Чуть великовато, но в плечах – как родное. Ник провёл ладонью по рукаву, вдохнул запах. Пахло Павбертом. Тем самым – зимним, ванильным, свежим запахом. — Так-так, - сказал он себе. Он посмотрел на стол, и взял альбомный лист, ручку и написал крупными буквами: "Утречка, Павберт! Я уехал по делам, не волнуйся за меня. Скоро буду. С любовью, Ник <3" Сердечко вышло чуть кривоватым, но искренним. Ник положил записку на свою подушку, ещё раз посмотрел на мило спящего рысёнка, улыбнулся, аккуратно чмокнул его в висок и тихо вышел. --- Машина завелась с пол-оборота. Ник выехал со двора особняка, когда солнце только начинало золотить верхушки деревьев. Город ещё спал. Улицы были пустыми, светофоры мигали жёлтым, и только редкие машины проезжали мимо. Он ехал и думал. О том, что это, блять, реально происходит. О том, что он, Ник Уайлд, полицейский, хоть и отстранённый, просто лис, влюблённый в рысёнка. Едет в секс-шоп. В семь утра. Чтобы купить смазку. Для первого раза. — Идиотизм, - сказал он вслух и сам себе улыбнулся. Он вспомнил про зеркало. Как нашёл его пару дней назад, когда бродил по особняку, привыкая к новому месту. Огромное, напольное, в чёрной раме. Оно стояло в дальней комнате, пыльное, никому не нужное. И тогда, глядя на своё отражение, он вспомнил кое-какой фетиш и вдруг подумал: — "Когда мы… ну, в первый раз… надо будет это притащить в комнату. Чтобы Павберт видел себя и меня. Чтобы мы оба видели друг друга" - вспомнил Ник. Мысль была неловкой, но отчего-то правильной. А теперь ещё и смазка. Ник вздохнул и свернул к крупному торговому центру на окраине. Там, на первом этаже, работал круглосуточный секс-шоп – Ник специально погуглил накануне, пока Павберт был в душе. Сетевой, безликий, с минимумом персонала. Идеально. Всё должно пройти хорошо. Он припарковался у входа, выключил двигатель и минуту сидел, глядя на вывеску. — Ну, давай, - сказал он себе. — Ты справишься. Это просто... магазин... Да, своеобразный... Но всё же магазин... И открыв дверь машины - его встретил утренний воздух... *** Павберт просыпается, подтягивается, и протирая глаза, смотрит на Ника. Но не замечает Ника – только пустое место и... Записку. Он похлопал глазами и взял записку, начал читать: "Утречка, Павберт! Я уехал по делам, не волнуйся за меня. Скоро буду. С любовью, Ник <3" Прочитав, он улыбнулся искренней улыбкой и провёл пальцем по сердечку. — "Меньше-чем-три" - повторяет Павберт, будто пробуя это на вкус. Потом он повертел листок, дабы не пропустить чего-нибудь. И следом, начал разглядывать буквы и почерк. — Хера се у него почерк красивый! Не то что у меня... - проговорил Павберт. И прочитав ещё раз – он прижал листок к груди и прикрыл глаза. Павберт прижал листок крепко, но бережно, боясь повредить и помять. Открыв глаза – они были влажными. От переполненных эмоций. — Дурак.. - прошептал он. — Любимый дурак ^^ И прижав листок ещё раз к груди, он отстранился, встал, подошёл к столу, и положил его на видное, но безопасное место. *** Внутри секс-шопа было прохладно и пахло чем-то сладковатым – то ли ароматизаторами, то ли самими товарами. Ник огляделся. Никого. Только за кассой стоял молодой волк – бело-серый, с ленивым взглядом и в наушниках, но одно ухо было открыто, понятно для чего. Он меланхолично листал что-то в телефоне и даже не поднял головы, когда Ник зашёл. — Отлично, - прошептал Ник и направился к стеллажам. Смазок было до хрена. Разноцветные тюбики, бутылочки, баночки. С надписями «охлаждающий эффект», «согревающий», «для глубокого проникновения», «на водной основе», «силиконовая». Ник стоял и смотрел на это изобилие, чувствуя, как мозг потихоньку плавится. — Чё их так много? - прошептал он, проводя пальцем по полке. Он взял одну, прочитал состав. Ничего не понял. Поставил обратно. Взял другую. Состав был другим, но тоже непонятным. — Блять, да как выбр... - выдохнул он. — Помочь? Ник дёрнулся, хвост чуть распушился, и он резко обернулся. Рядом стоял тот самый волк. Бело-серый, с чуть прищуренными глазами и лёгкой улыбкой. Наушники теперь висели на шее, а лапы он сложил на груди. — Я… - начал Ник и почувствовал, что краснеет. — Да. Ну… мне нужна смазка. — Я вижу, - волк кивнул на полку. — Для чего именно? Ник замялся. — Для… ну… для первого раза. В общем. Волк моргнул. Потом его взгляд скользнул по лицу Ника, задержался на секунду, и вдруг глаза расширились. — О, вы же… - начал он. — Вы Ник Уайлд? Тот самый полицейский? У Ника внутри всё моментально оборвалось. Сердце ушло куда-то ниже, как в принципе и пол под ним. — Я… эм… - он чуть помахав головой попытался придумать, как выкрутиться, но мозг выдавал только: "блятьблятьблять, ну чё за пиздец..." Волк вдруг поднял лапы в примирительном жесте. — Да не парьтесь! - быстро сказал он. — Я никому не скажу. Честно. У меня тут закон о неразглашении личной информации. Ник выдохнул. — Серьёзно? — Ага, - волк усмехнулся. — Я сам сюда устроился, чтобы меня чужие тайны не колыхали. Так что расслабьтесь. Давайте лучше помогу вам, Он повернулся к полке и уверенно взял с неё два тюбика. — Для первого раза берите на водной основе, - сказал он, протягивая один Нику. — С ней нежнее, легче привыкнуть. И ещё, берите с запасом, не жалейте. Ник взял тюбик, повертел в лапах. — А… какая разница? - спросил он. — Ну, смотря для кого, - волк чуть приподнял бровь, но без намёка, скорее по-деловому. — Для девушки или для парня? Там анатомия разная, ощущения тоже. Ник замер. В голове пронеслось: — "Бляяять. Если я совру и скажу “для девушки” – вдруг смазка не подойдёт и будет плохо?.. А если скажу правду – он же меня узнал, мало ли… Хотя он же сказал, что не сольёт…" - подумал Ник. Щёки загорелись ещё сильнее. Он отвёл взгляд, уши чуть прижались к голове сами собой. — Д-для… - голос дрогнул. Он сглотнул. — Для парня. Волк улыбнулся. Не насмешливо. Не пошло. А так – будто услышал что-то обычное, рабочее, но отчего-то тёплое. Ник посмотрел на волка и увидел это. И покраснел до кончиков ушей. Ему показалось, что даже хвост сейчас горит. — Не бойтесь, - увидев смущение Ника, спокойно сказал волк. — Я точно никому не скажу. Правда. Не стоит волноваться. Он отвернулся к полке и уверенно взял ещё один тюбик. — Ну, тогда для парней вот эту берите. У парней там чувствительнее, а эта смазка дольше держится и скольжение мягче. И вот эту, силиконовую, на потом когда привыкнете. И не смешивайте их сразу. Ник облегчённо выдохнул. — Я беру, спасибо… - сказал он тихо, но искренне. — Знаете, лучше берите две, - посоветовал волк. — На первый раз много уйдёт. Ник посмотрел на три тюбика в своих лапах. — Я сейчас разорюсь, - пробормотал он. Волк фыркнул и улыбнулся: — Зато вечер будет удачным. --- На кассе волк пробил покупки, упаковал их в непрозрачный пакет и протянул Нику. — Удачного вечера, - сказал он с той же лёгкой улыбкой. — И правда – никому ни слова, Ник взял пакет, посмотрел на волка. — Спасибо, - сказал он серьёзно. — Реально. Волк кивнул и вернулся к своему телефону. Ник вышел на улицу, сел в машину, положил пакет на пассажирское сиденье и минуту просто сидел, глядя в одну точку. Потом выдохнул. — Блять, - сказал он вслух и слегка стукнул по рулю. Потом мягко стукнул себя ладонью по лбу. — Идиот, идиот, идиот!.. Потом выдохнул снова. И улыбнулся. ... Домой он вернулся через полчаса. Павберт уже не спал – сидел на кухне с кружкой кофе, всё ещё сонный, с торчащей в разные стороны шерстью на загривке. Увидев Ника, он моргнул, перевёл взгляд на пакет в его лапе – и замер. Чёрный пакет. Это сто процентов… Щёки Павберта медленно, но верно начали розоветь. — Ты… - начал он. — Ага, - сказал Ник, ставя пакет на стол. — Съездил по делам. Павберт посмотрел на пакет. Потом на Ника. Снова на пакет. — Это… оно? - спросил он тихо. — Да, оно. Пауза. — Можно я пока уберу? - спросил Ник и улыбнулся. — А то будет лежать тут и смущать тебя. Павберт фыркнул и кивнул. Ник ушёл в спальню, сунул пакет в прикроватную тумбочку, вернулся на кухню. Сел напротив. Оба молчали. Потом Павберт тихо сказал: — Я тоже хотел кое-что сделать. Но не про "это". Вообще. Я про другое. — М? - Ник поднял бровь. — Айрона позвать. Мы же хотели. Ник моргнул. — А, Точно. Давай. Ник подошёл к нему и Павберт достал телефон, открыл чат с Айроном. Посмотрел на Ника. — Что писать? — Ну… типа "Не хочешь ли ты к нам в гости?", - предложил Ник. — Конечно, если он захочет. Без напряга. Павберт кивнул и начал печатать. "Айрон, привет. Мы тут подумали… хочешь приехать к нам в особняк? Познакомиться вживую, поиграть, обсудить музыку. Без напряга, просто в гости. Если захочешь – скажи, мы подстроимся". Отправил. — Теперь ждём, - сказал он. Ник кивнул. Они позавтракали молча, но молчание было уютным. Иногда Павберт ловил взгляд Ника и отводил глаза, но уголки губ дрожали в улыбке. Через сорок минут телефон Павберта пиликнул. Он схватил его, прочитал, выдохнул. — Что там? - спросил Ник. — Айрон пишет: "Я… да. Я хочу. Можно через пару дней? Мне нужно настроиться... во всех смыслах." Ник улыбнулся. — О, он согласился. Прогресс! Значит, начал к нам привыкать и доверять. И значит, через пару дней у нас гость. Павберт кивнул и отправил ответ: "Конечно. Как будешь готов – пиши. Мы будем ждать". Положил телефон экраном вниз и посмотрел на Ника. — Ну, теперь точно всё, - сказал он. — Ага, - ответил Ник. — Теперь точно. --- Пока Павберт был в душе, Ник тихо вышел из спальни и направился в дальнюю часть особняка. Он знал, куда идти. И для чего. Комната, где он нашёл зеркало, была не маленькой, но и не большой. И пыльной – видимо, раньше здесь что-то хранили. Зеркало стояло у стены, отражая серый свет из окна. Большое, напольное, в тяжёлой чёрной раме. Ник подошёл, провёл ладонью по раме. — Ну что, поползли, - сказал он. Он приподнял зеркало – оказалось тяжелее, чем он думал, – и медленно, перехватывая, потащил его к спальне. По пути пару раз чуть не задел углы, но в итоге донёс. Поставил у стены напротив кровати. Отошёл. Прищурился. — Чуть левее, - сказал он себе и подвинул. Ещё раз отошёл. Проверил ракурс. Теперь было видно всё: кровать, изголовье, даже кусочек окна. Ник довольно кивнул сам себе. — Идеально, - прошептал он. И направился в душ. ... Ник вышел из душа вторым – мокрый, с чуть взлохмаченной шерстью на загривке, в одних спортивных штанах, не считая трусов. Павберт сидел на кровати, листая телефон, но когда Ник вошёл – замер. — Ты… - начал он и вдруг заметил. Зеркало. Большое, напольное, в чёрной раме – оно стояло у стены напротив кровати и отражало сейчас их обоих: Ника, застывшего в дверях, и Павберта, сидящего с телефоном в лапах. Павберт его не заметил, так как был в телефоне. — О, - сказал Павберт. — Откуда здесь зеркало, Ник чуть смутился, но вида не подал. — Я притащил.. Пауза. Павберт посмотрел на зеркало, потом на Ника. — А для чего? Ник замялся. Провёл ладонью по всё ещё влажной шерсти на затылке. — Ну… чтобы… - он запнулся, подбирая слова. — Чтобы ты видел. Чтобы мы оба видели. Как это… как мы. Павберт моргнул. — То есть… во время? — Да. - Ник кивнул и улыбнулся чуть смущённо. — Если ты не против, Павберт посмотрел на своё отражение, потом на Ника в отражении. — Я не против, - сказал он тихо. Ник выдохнул. — Это хорошо, Он подошёл к кровати, сел рядом. Некоторое время они просто сидели молча, глядя то друг на друга, то в зеркало. — Красивое, - сказал вдруг Павберт. — Что? - не понял Ник. — Зеркало. Красивое. Ник улыбнулся. — Ага. Я поэтому и притащил. Павберт повернулся к нему. — Ты поэтому его притащил? Ник пожал плечами. — Ну… чтобы было красиво. Павберт посмотрел на него долгим взглядом. Потом вдруг потянулся к нему и поцеловал. Мягко. Коротко. В уголок губ. Ник замер, а потом ответил. Поцелуй углубился. Павберт придвинулся ближе, положил ладонь Нику на затылок, чувствуя под пальцами ещё влажную шерсть. Ник выдохнул – и потянул Павберта за собой, на кровать. --- Они целовались долго. Медленно, глубоко, иногда останавливаясь, чтобы перевести дыхание и посмотреть друг на друга. Ник отстранился первым. — Можно я разденусь? - спросил он, кивнув на свою одежду. Павберт моргнул. — Ты спрашиваешь? — Всегда спрашиваю, - улыбнулся Ник. — Можно конечно, - выдохнул Павберт. Ник стянул футболку через голову. Потом – штаны. Под ними оказались джоки – ремешки по бокам, на бёдрах, и сзади… ну, сзади было всё видно. Не то чтобы открыто специально – просто так задумано. Для хвоста, наверное. Павберт моргнул, разглядывая. — Ого~, это? - спросил он. — Джоки, - улыбнулся Ник. — Прикольные. Мне нравятся. Он чуть повернулся, показывая, как они сидят: ремешки обхватывают бёдра, а сзади – ничего, только пушистый хвост прикрывает всё. Павберт смотрел на джоки, потом на Ника. Ник выглядел невъебически ахуенно. — Прикольно выглядят. Удобно, наверное, - сказал Павберт. — Ага, - Ник усмехнулся. — Хвосту не мешает, кайф. Ник улыбнулся и стянул джоки вниз. Остался полностью обнажённым. Павберт смотрел на него. Ник стоял перед ним – мокрый после душа, с чуть взлохмаченной шерстью, с хвостом, который медленно покачивался от смущения. И улыбался. — Ну как тебе вид, а? - спросил он. Павберт хотел ответить, но вместо ответа издал какой-то странный звук. Ник проследил за его взглядом – и увидел прекрасное: Штаны Павберта больше не скрывали того, что происходило внизу. Ник улыбнулся – широко, довольно, тепло. — Оу, - сказал он. — Кажется, я нравлюсь тебе в таком виде~ Павберт покраснел до кончиков ушей. — Заткнись, - пробормотал он без злобы. Но не отвёл взгляд. И не попытался прикрыться. Ник сел рядом, провёл ладонью по его щеке. — Приятно осознавать... - сказал он тихо. — ...что я могу тебя ТАК заводить. Правда. Павберт посмотрел на него. — Ты меня вообще всегда заводишь... - признался он шёпотом. — Дурак. Ник улыбнулся ещё шире и поцеловал его. --- — Теперь твоя очередь, - сказал Ник, отстранившись. Павберт замер. — Всмысле? — Раздевайся. Или хочешь, я... помогу?.. Павберт помедлил секунду, потом кивнул. Ник стянуть с него футболку. Провёл ладонью по груди, по животу, спустился ниже и задержался на поясе штанов. — Можно? — Да. Ник стянул штаны и боксёры одним движением. Павберт остался сидеть перед ним – полностью голый, сжавшийся от смущения, но не отворачивающийся. Ник смотрел на него. — Красиво, - сказал он. — Врёшь, - выдохнул Павберт. — Не вру, - Ник провёл пальцем по его плечу. — Ты красивый. Очень. Павберт выдохнул – и чуть расслабился. --- — Ник, - сказал он вдруг. — М? — Стоп-слово. Напомни-ка, Ник кивнул. — "Погоди" или "стой". Если что-то не так, если больно, если страшно, или некомфортно – говоришь, и мы останавливаемся. Сразу. Павберт кивнул. — Хорошо. — И я тоже буду говорить, если что. — Хорошо. --- Они сидели на кровати, лицом друг к другу. Ник протянул лапу и осторожно провёл по хвосту Павберта. Тот дёрнулся. — Чувствительно? - спросил Ник. — Ага, - выдохнул Павберт. — Там… да. — Приятно? — Не знаю… странно. Но… нормально. Ник провёл ещё раз, уже смелее. Кончик хвоста Павберта дёрнулся – и вдруг медленно обвил ладонь Ника. Ник замер. — Это… - начал он. — Сам не знаю, почему это...- смутился Павберт. — Оно само. Ник улыбнулся. — Хорошо. Значит, ему нравится, Он погладил хвост ещё – и Павберт выдохнул, прикрыв глаза. — Ник, - сказал Павберт, не открывая глаз. — М? — Можно я… ну… первым? Ник моргнул. — В смысле? — Ну… - Павберт открыл глаза и посмотрел на него. — Я хочу тебе… сделать. Первым. Ник понял. — Ты хочешь сделать... минет? Павберт кивнул, краснея. Ник улыбнулся. — Конечно, можно. Если ты хочешь. — Хочу. — Тогда давай. ∆ Павберт сел напротив промежности Ника. Его смущало то, что его лицо так близко к члену... Хоть и любимого зверя. Следом Павберт сел поудобнее, опираясь на одну лапу. Вторая зависла в воздухе – он не знал, куда её деть. Положил на бедро Ника. Убрал. Снова положил. Ник следил за ним из-под полуприкрытых век. Его хвост медленно покачивался по кровати – то ли от нетерпения, то ли от желания успокоиться. — Ты как? - спросил он тихо. — Нормально, - выдохнул Павберт. — Просто… немножко страшно и я не знаю, с чего начать… — Хмм, а начни с касаний, - предложил Ник. — Лапами. Просто привыкни к ощущениям. Заодно и я привыкну. Павберт кивнул. Он протянул лапу и осторожно провёл пальцами по члену Ника. Тот был твёрдым, горячим, и под пальцами чувствовалась отчётливая пульсация – будто внутри билось второе сердце. Павберт провёл ещё раз – от основания до головки, медленно, изучая. Он чувствовал, как под пальцами гладко, как набухают вены, как у самого основания находится что-то более плотное – узел, который пока ещё не включился полностью, но уже начинал наливаться. — Твой… он везде пульсирует? - спросил Павберт, не поднимая взгляда. — Ага, - выдохнул Ник. — Чем ближе к концу, тем сильнее. И узел потом… — Я знаю, - перебил Павберт чуть покраснев. — Я... помню. Ник заметил это и улыбнулся. Павберт провёл большим пальцем по головке, очертил край, нашёл место, где кожа была особенно тонкой и чувствительной. Ник вздрогнул. — Я сделал больно? Или… там чувствительнее? - спросил Павберт. — Не больно, но да… - выдохнул Ник. — Там… очень… ну ты понял. Павберт запомнил. Он продолжил изучать – медленно, методично, будто пытался выучить Ника на ощупь. Водил пальцами по стволу, сжимал то сильнее, то слабее, следил за тем, как меняется дыхание лиса. Ник дышал всё чаще. Его грудь вздымалась, шерсть на животе взлохмачивалась от каждого выдоха. — Пав… - выдохнул Ник. — Ты… если ты так продолжишь… я кончу просто от твоих лап… Павберт поднял взгляд. Глаза Ника были на вид чуть затуманены, зрачки расширились, уши чуть прижались к голове. — А хочешь? - спросил Павберт. Ник выдохнул – не то смешок, не то стон. — Я хочу, чтобы ты сделал то, что хочешь ты. Павберт подумал секунду. — Я попробую… то, что хотел… Пауза. — Я хочу попробовать… ртом, - сказал он. - сказал Павберт чуть смущённо. — Давай - выдохнул Ник и улыбнулся. Павберт фыркнул. И следом он очень медленно наклонился ближе к члену. Сначала он боялся. И как только почти касался губами, отводил голову. Ник это заметил и сказал: — Павберт… если ты не хочешь, то не делай этого… не заставляй себя. Павберт посмотрел и снова приблизился к члену. И наконец, он коснулся губами головки – легко, пробно, будто проверял температуру. На вкус он был… ну, вкуса как такового не было. Но присутствовал вкус выделяющегося преэякулята. Солоновато-пресный вкус, где-то на заднем фоне также присутствовала сладость, но очень слабо. Павберту не то чтобы понравилось, но при этом – ему не было противно вообще. А ещё было тепло – очень отчётливое, живое тепло. Ник выдохнул. Павберт обвёл головку языком, уже увереннее. Медленно, по кругу, стараясь запомнить, как Ник реагирует. Когда язык прошёлся по самому чувствительному месту – там, где до этого давил пальцем – Ник дёрнулся и глухо застонал. — Оо, здесь хорошо? - спросил Павберт, на секунду отрываясь. — Да… - выдохнул Ник. — Там… очень хорошо… Продолжай... Павберт улыбнулся уголком губ и снова приник к счастью. Он водил языком по головке, изучая, пробуя, иногда останавливаясь, чтобы просто почувствовать вкус. "— Интересно, - подумал Павберт. — У меня, наверное, по-другому" - он лизнул ещё раз, глубже, захватывая губами, и услышал, как Ник втянул воздух в лёгкие. Павберт приоткрыл рот шире и попробовал опуститься ниже. И сразу почувствовал проблему. Нижние клыки – они были длинными, и когда он пытался взять член глубже, они упирались. Не царапали, но мешали, создавали давление, которое могло стать неприятным для Ника. Павберт отстранился. — Ник… - сказал он. — Клыки мешают. Ник приподнял голову, посмотрел на него. В глазах уже была смесь затуманенности и кайфа, но он заставил себя сфокусироваться. — Вытяни язык, - сказал Ник. — Когда берёшь глубоко – высовывай язык вперёд и вниз. Он закроет нижние клыки… И можно ещё голову чуть набок сделать... Павберт удивился и подумал: "Откуда, блять, он это знает?" И следом попробовал. Он приоткрыл рот, высунул язык так, чтобы тот закрывал нижние клыки, и медленно, очень медленно, опустился вниз. Язык работал как подушка – мягкая, влажная, тёплая и живая. Член Ника скользнул по нему, уходя глубже, и клыки не задевали кожу. Павберт почувствовал, как головка упёрлась в нёбо. Выдохнул через нос. Замер. — Даааа… - выдохнул Ник. — Это… ахуенно… продолжай, пожалуйста… Павберт начал двигаться. Медленно. Вверх-вниз. Вверх – язык поднимался, оглаживая ствол. Вниз – язык снова закрывал клыки, позволяя уйти глубже. Он чувствовал всё: Как пульсирует и подёргивается член Ника во рту, как набухает узел у основания – его уже можно было ощутить языком, когда Павберт опускался достаточно низко. Как Ник дышит – часто, со всхлипами, с приглушёнными стонами. Как хвост Ника мечется по кровати, то сжимаясь, то расправляясь. Как пальцы Ника впиваются в одеяло, комкают ткань. Павберту это нравилось. Нравилось чувствовать, что он может управлять Ником в таком виде. Нравилось, что каждое движение, каждый поворот языка – так отзывается в теле лиса. Он попробовал ускориться. — Павберт… - выдохнул Ник. — Б-блять… Павберт ускорился ещё. Он нашёл ритм – вверх-вниз, вверх-вниз, с каждым разом чуть глубже, чуть увереннее. Язык работал как поршень, то закрывая клыки, то оглаживая головку. Ник застонал громче. Голос у него был низкий, вибрирующий, и Павберт чувствовал эту вибрацию всем телом – через челюсть, через губы, через язык. --- Павберт двигался ровно, уверенно, стараясь не задевать клыками. Ник стонал – тихо, но часто, и это подстёгивало. И вдруг Ник протянул лапу и положил её Павберту на голову. Не чтобы остановить. Не чтобы направить. А просто – погладить. Медленно. Сверху вниз, по затылку, чуть касаясь ушей. Как гладят котов. Павберт замер на секунду. А потом внутри что-то щёлкнуло. Мурчание. Оно пришло само – мягкое, глубокое, вибрирующее, из самой груди. Павберт даже не понял, когда начал. Просто – стало так тепло и спокойно, что тело отозвалось само. Ник дёрнулся и выгнулся от вибрации. Это было приятно. — Т-ты… - выдохнул он. — Ты мурчишь? Павберт вынырнул на секунду, мокрый, сбитый. — Не знаю… Да?.. - голос у него был ниже обычного. — Ты погладил… и оно само… Ник смотрел на него расширенными глазами. Потом выдохнул – и улыбнулся. — Это… блять, - сказал он тихо. — Это так… вибрирует… от твоего горла… прямо в меня… — Это плохо? - Павберт вдруг забеспокоился. — Плохо?! - Ник провёл ладонью по его щеке. — Это ОЧЕНЬ ПРИЯТНО. Очень… Не останавливайся, пожалуйста… Павберт выдохнул с облегчением – и снова взял член в рот. Ник продолжал гладить его по голове. Медленно. Ласково. И мурчание становилось только громче и приятнее для Ника. --- Павберт продолжал двигаться, чувствуя, как член Ника пульсирует всё сильнее, как вибрация от мурчания передаётся обратно, замыкая круг. Ник выгибался сильнее и слегка закатывал глаза. — Пав… - выдохнул он. — Я скоро… отстранись… пожалуйста… а то я кончу… прямо тебе в рот… Павберт замер на секунду. Он слышал, что Ник просит отстраниться. Но внутри что-то опять щёлкнуло. "Нет" Он не отстранился. Вместо этого он опустился глубже. Взял в рот настолько, насколько мог – почти до самого узла. Чувствовал, как узел упирается в губы, как он пульсирует, готовый вот-вот войти. Ник застонал – громко, уже не сдерживаясь. — Пав, блять, я… не надо… Павберт только сильнее сжал губы и начал двигать головой – быстро, ритмично, уже не думая о технике, просто на инстинкте. И Ник громко застонал и кончил. Павберт почувствовал это сразу: Первая горячая волна ударила в нёбо. Вторая – на язык Третья, четвёртая, пятая и шестая – заполнили рот. Сперма была тёплой, густой, терпкой, с чуть уловимой сладостью – не совсем такой, как у него самого. У Павберта была слаще, а у Ника – более плотной, с горчинкой где-то на максимально заднем плане. Павберт замер. Рот был полон. Он не знал, что делать дальше. В голове пронеслось: "Выплюнуть или… проглотить? А если выплюну – будет обидно?" Он осмелился и проглотил. Инстинктивно. Почти не думая. Потом облизал губы, вытирая остатки, и поднял взгляд на Ника. Ник лежал, запрокинув голову, и тяжело дышал. Глаза закрыты, грудь часто вздымается, хвост безвольно упал на кровать. Павберт ждал. Через несколько секунд Ник открыл глаза. Посмотрел на него мутным, ещё не пришедшим в себя взглядом. — Ты… - выдохнул он. — Павберт... ты проглотил... это всё?.. Павберт кивнул. — А что? - спросил он. — Надо было выплюнуть? Ник смотрел на него – и медленно, очень медленно, краснел. Сначала уши, потом щёки. — Я… - начал он. — Не знаю. Обычно… ну... не знаю. Но ты… Он замолчал. — Что? - спросил Павберт. — Ты не обязан был, - тихо сказал Ник. — Я бы не обиделся, если бы ты выплюнул. Правда. Павберт пожал плечами. — А мне понравилось. Ник покраснел ещё сильнее. — Правда? — Ага. Немного не похоже на мою по вкусу, но… приятно. Сам вкус и… осознание что это ты. Что это твоё… Ник смотрел на него и не знал, что сказать. Он просто лежал, тяжело дыша, и смотрел на этого рысёнка, который только что сделал для него то, чего никто никогда не делал. — Ты… - начал он. — Ты вообще знаешь, какой ты… — Какой? - спросил Павберт. Ник мотнул головой. — Ммм... Иди ко мне... Он притянул Павберта к себе, обнял крепко-крепко и уткнулся носом в его плечо. — Ты ахуенный... просто, блять, ахуенный, Павберт... - прошептал он в шерсть. Павберт искренне улыбнулся в его макушку и обнял в ответ. Чувствовал, как бьётся сердце Ника – часто, сильно. Чувствовал, как постепенно успокаивается дыхание. Чувствовал, как хвост Ника медленно обвивает его ногу. — Отдохни, - прошептал Павберт и чмокнул Ника в макушку. — Я никуда не уйду. Ник выдохнул и расслабился в его руках. --- Они всё ещё лежали в обнимку. Ник тяжело дышал, но уже приходил в себя. Павберт молчал, уткнувшись носом ему в плечо, и по тому, как напряжены были его плечи, Ник чувствовал – внутри у рысёнка сейчас неспокойно. Ник провёл ладонью по его спине, медленно, успокаивающе. Потом перебрался на хвост – погладил у основания, как кота. Павберт выдохнул чуть свободнее. — Отдохнул? - спросил Ник тихо. Павберт кивнул, но взгляд отвёл. — Ага… Ник улыбнулся. — Врёшь. Я же вижу. Павберт выдохнул – уже громче, признаваясь. — Просто... немного страшно. — Понимаю, - Ник поцеловал его в висок. — Но мы будем медленно. Стоп-слово работает. Я рядом. Пауза. — Но пока... - Ник чуть отстранился, заглянул в глаза. — Пока я верну то, что ты сделал мне несколько минут назад. Павберт моргнул, не сразу поняв. А когда понял – снова покраснел. Ник не дал ему смущаться дальше – наклонился и поцеловал. Мягко. Долго. Сначала просто в губы, потом чуть смелее. Павберт отвечал – сначала робко, потом всё увереннее. Ник целовал его лицо, щёки и шею, возвращался к губам, снова уходил к шее. Павберт выдохнул – и напряжение начало уходить. Ему очень нравились поцелуи. Ник опустился ниже. Целовал грудь – там, где шерсть была короче и чувствительнее. Павберт вздрагивал, но не отстранялся. Потом живот – медленно, с остановками. Павберт дышал всё чаще. Когда Ник оказался у бёдер, Павберт вдруг прикрыл лицо лапами. Ник убрал одну, поцеловал в ладонь. — Павберт, не прячься, пожалуйста... - сказал он тихо. — Я хочу видеть тебя. Твоё лицо... Ты красивый. Павберт покраснел ещё сильнее – но лапу убрал. Он смотрел на Ника, хоть и смущённо, но не прячась. Ник улыбнулся и наклонился ниже пояса. Он взял член Павберта медленно. Очень медленно. Павберт вздрогнул всем телом, выдохнул и чуть выгнулся – он вообще был чувствительнее Ника, и сейчас это чувствовалось в каждом движении. Ник двигался ритмично, но мягко, постоянно поглядывая на Павберта – проверял реакцию. Павберт стонал – сначала тихо, потом громче, не сдерживаясь. Ник брал глубже, и внезапно почувствовал языком что-то необычное. Мягкое. Текстурное. Чуть щекочущее. Он вынырнул, удивлённо глядя сначало на член, а потом на самого Павберта. — У тебя там… эти штуки… они такие… мягкие, Павберт закрыл лицо одной лапой – но вторую оставил, чтобы Ник его видел. — Я говорил что… - пробормотал он. — Мне нравится, - перебил Ник. — Они… приятно щекочут язык. Это прикольно. Павберт покраснел ещё сильнее – и улыбнулся. Ник снова наклонился. Теперь он двигался увереннее, зная, что там, на стволе. Чувствовал, как Павберт выгибается, как его хвост возбуждённо мечется по кровати, как пальцы впиваются в одеяло. Павберт дышал всё чаще. Стонал громче. Его тело выгибалось само, без контроля, а член во рту подёргивался сильнее. Ник понял – Павберт близко. Он не остановился. Наоборот – чуть ускорился. Павберт замычал – не в силах сказать что-то, просто звук, вырывающийся из горла. И тихо застонав – кончил, прижав уши к голове. Прямо Нику в рот. Ник почувствовал, как рот наполняется тёплой, сладковатой, чуть терпкой жидкостью. Он проглотил. Всё. Потом облизал губы, вытирая остатки, и поднял взгляд на Павберта. Тот лежал, тяжело дыша, и смотрел на Ника расширенными глазами. — Ты… - выдохнул Павберт. — Ты не обязан был… — Я знаю, - Ник улыбнулся. — Но ты же проглотил. А значит мы квиты, Он чуть наклонился, будто по секрету: — Тем более у тебя вкусная… сперма. Павберт фыркнул, покраснел – и притянул Ника к себе. Обнял так же крепко, как Ник обнимал его после своего минета. Ник улыбнулся в его плечо. --- Ник отстранился от объятий первым. — Я сейчас, - сказал он и потянулся к тумбочке. Достал пакет из секс-шопа. Павберт увидел его – и снова залился краской. Ник порылся в пакете, вытащил один тюбик, прочитал название. Не то. Положил обратно. Взял другой. Прочитал. — Мгм, - он промычал и открыл крышку. Выдавил на пальцы – немного, но и не мало. Чтобы точно не было больно. Протянул тюбик Павберту: — На, понюхай, если хочешь. Она без запаха, почти. Павберт взял, понюхал, слегка прищурил глаза: — Пахнет… ничем. — Так и задумано, - Ник поставил тюбик на стол. — Не отвлекает от... процесса. Он повернулся к Павберту. Посмотрел в его глаза. — Можно? Павберт кивнул и закусил губу. Ник опустился к нужному месту. Аккуратно и не резко смазал проход. От чего Павберт слегка дрогнул. И медленно, очень медленно ввёл в Павберта указательный палец на половину. Павберт зажался сразу. Задышал часто, поверхностно. Ему было больновато – даже с одним пальцем, даже со смазкой. Ник замер. — Дыши, - сказал он тихо. — Просто дыши. Я не двигаюсь. Боль пройдёт... Но если тебе очень больно – скажи стоп-слово. Павберт выдохнул. Попытался расслабиться. Секунда. Две. Десять. Боль уходила. Медленно, но уходила. Оставалось странное ощущение – чужеродное, но уже не болезненное. Ник начал двигать пальцем. Чуть-чуть. Едва заметно. — Уже… не больно, - выдохнул Павберт. — Странно… — Хорошо, - Ник улыбнулся. — Можно я продолжу очень медленно? Павберт кивнул. --- Павберт всё ещё был напряжён. Ник видел это по его хвосту – тот прижимался к бедру, сжимался, будто пытался защитить. Ник потянулся свободной лапой и погладил хвост сверху. — Расслабь хвост, - сказал он мягко. — Он мешает тебе расслабиться. Павберт попытался – но хвост не слушался. — Можно... я попробую? - спросил Ник. Павберт одобрительно кивнул. Ник осторожно отвёл хвост в сторону, погладил у основания – там, где спина переходит в хвост, как гладят котов. Павберт выдохнул – и расслабился всем телом. — Приятно.. - прошептал он. Ник улыбнулся и продолжил гладить. Конечно не переставая осторожно двигать пальцем внутри Павберта. --- Ник подождал, пока дыхание Павберта станет ровнее. — Сейчас будет второй палец, - сказал он. — Если будет больно – сразу говори "стой"... Обещай, что скажешь. — Обещаю, - выдохнул Павберт. Ник улыбнулся и ввёл второй палец, так же на половину. Медленно. Осторожно. Павберт сморщился – было больнее, чем с одним. Ник замер. Ждал. Павберт дышал. Глубоко. Часто. Ник продвинулся чуть глубже. Боль уходила. — Уже… легче.. - выдохнул Павберт. Ник начал двигать пальцами – осторожно, растягивая. Павберт привыкал. Через минуту он выдохнул: — Теперь… уже не больно. Даже… чуть приятно... Ник улыбнулся. — Это хорошо. Значит, ты привыкаешь. Он осторожно продвинул пальцы глубже – до самого конца, пока не почувствовал, что вошёл пальцами в притык. Павберт чуть приоткрыл рот, выдыхая – ощущение было странным, но уже не пугающим. Ник замер на секунду, давая привыкнуть. Потом начал медленно двигать пальцами – не растягивая, а скорее поглаживая изнутри, ища, где Павберту будет приятнее. — Так? - спросил он тихо. Павберт выдохнул – и кивнул. — Да… так… хорошо… Ник продолжал – ритмично, мягко, следя за каждым вздохом Павберта. Тот расслаблялся, принимая, и даже начал чуть заметно подаваться навстречу. И вдруг Ник чуть изменил угол — согнул пальцы, надавив куда-то вперёд, в сторону живота Павберта. Павберта тут же будто током ударило. Он выгнулся, резко втянув воздух, и из горла вырвался совсем другой звук – не совсем стон, а всхлип, перемешанный с резким, громким стоном и коротким фырканьем. — Ник, что… - выдохнул он, не понимая, что случилось. — Нашёл, - тихо сказал Ник, и в голосе его появилась довольная, но мягкая улыбка. — Там… внутри есть одно место. Очень чувствительное. Он надавил ещё раз — легонько, поглаживая. Павберт дёрнулся, прижал уши к голове и зажмурился. — Это… что… - голос его срывался. — Простата, - объяснил Ник. — У всех парней она есть. Если знать, куда нажимать… Он провёл пальцами по этому месту ещё раз, и Павберт выдохнул так, будто из него вынули воздух. — Это… очень… - Павберт не мог подобрать слов. — Приятно? — спросил Ник. — Да… но… слишком… я не знаю… Ник замедлился, давая ему привыкнуть к новым ощущениям. Павберт дышал глубоко, пытаясь унять дрожь. — Ник… - выдохнул он вдруг. — М? — А можно… попробовать три? Ник замер. Посмотрел на него внимательно. — Три пальца? Павберт кивнул, покраснев, но не отводя взгляда. — Можно, если ты хочешь, - Ник говорил спокойно, но в голосе появилась осторожность. — Но сразу предупреждаю: может быть больнее, чем раньше. Сильнее, чем с двумя... Если что — сразу говоришь "стой". Обещаешь? — Обещаю, - выдохнул Павберт. Ник кивнул, вынул пальцы, нанёс ещё немного смазки — теперь уже на три пальца. Павберт следил за каждым его движением, закусив губу. — Готов? - спросил Ник. Павберт кивнул. Ник приставил пальцы ко входу и начал вводить — медленно, очень медленно. Павберт зажмурился, чувствуя, как растяжение становится шире и сильнее, как тело сопротивляется, но постепенно принимает. — Больно? - тихо спросил Ник, останавливаясь на половине. — Немного… - выдохнул Павберт. — Но терпимо, продолжай, пожалуйста. Ник подождал, давая привыкнуть. Потом продвинулся чуть глубже. Ещё. И ещё – пока пальцы не вошли почти до конца. Павберт дышал часто, но старался расслабляться. Ему было больно, но вместе с болью приходило странное, тягучее чувство наполненности, которое начинало отдавать где-то глубоко приятным теплом. — Так хорошо? - спросил Ник. — Не знаю… - прошептал Павберт. — Странно… очень полно… но… при этом приятно… не останавливайся… Ник начал двигать пальцами — медленно, плавно, растягивая и поглаживая изнутри. С каждым движением боль уходила, уступая место чему-то другому. Павберт чувствовал, как внутри нарастает приятное давление, как тело само начинает двигаться в такт. Он застонал – громче, чем раньше. — Ник… я… — Что? - Ник чуть замедлился, вглядываясь в его лицо. — Кажется… если ты продолжишь… я снова… - Павберт не договорил, но Ник понял. Он улыбнулся и замедлился ещё сильнее, почти останавливаясь. — Не сегодня, - сказал он мягко. — В первый раз лучше не торопиться. Мы ещё дойдём до главного… Павберт выдохнул разочарованно и жалобно, но кивнул. Ему и правда было уже очень хорошо, но он понимал – Ник прав. Ник осторожно вынул пальцы, стараясь не сделать резко. Павберт вздрогнул от опустошения и услышал, как Ник вытирает лапы салфеткой. — Это всегда так… сначала больно? - спросил Павберт. — Часто да, - ответил Ник. — Особенно в первый раз. Потом тело привыкает, учится расслабляться. Знай мы никуда не торопимся. Но Ник не лёг сразу рядом. Вместо этого он наклонился и поцеловал Павберта в бедро. Потом чуть выше. Ещё выше. В пах, в самую чувствительную кожу у основания члена. Медленно. Легко. Без намёка на продолжение – просто потому что хотелось. Павберт от этого слегка покраснел, но ему понравилось. Было приятно и тепло от поцелуев. — Ник… - выдохнул он. — Ты молодец, - сказал Ник, поднимая взгляд. — Я просто хочу, чтобы ты знал. И поцеловал ещё раз – в другое бедро, в тазовую кость, в низ живота, в бок. Павберт улыбнулся от приятных чувств. --- Ник наконец лёг рядом. Павберт сразу прижался к нему, уткнулся носом в плечо. — Ты как? - спросил Ник, поглаживая спину. — Нормально... - выдохнул Павберт в его шерсть. — Странно, но… уже не страшно. Ну... почти не страшно... — Хочешь продолжать? Или пока хватит? Павберт помолчал. — Хочу продолжать, - сказал он наконец. — Но… если будет очень больно, я скажу. — Обязательно скажи, - Ник поцеловал его в макушку. — Я сразу остановлюсь.... Я... я не хочу сделать тебе очень больно. Павберт улыбнулся. Ник снова взял тюбик, выдавил смазку себе на член. Павберт смотрел – на член, на узел, который уже заметно набух. Ник поймал его взгляд. — Боишься? — Немного... - признался Павберт. — Твой член… и так большой. А узел ещё больше… — Мы будем очень медленно, - Ник говорил спокойно, глядя ему в глаза. — Сначала войдёт только член, без узла. Если будет больно – замираем. Узел – только когда ты будешь готов. Когда мы будем готовы. Обещаю. Павберт кивнул. Ник поцеловал его в лоб. В нос. В щёки. В губы. Павберт выдохнул – и заметно улыбнулся. --- — Ну… теперь точно всё, - сказал Павберт, глядя на Ника. Голос у него был тихий, чуть хриплый после всего, что было. Павберт лежал на спине, всё ещё тяжело дыша, и смотрел на Ника снизу вверх – доверчиво, открыто, чуть смущённо. Ник выдохнул и улыбнулся. — Теперь точно. Он осторожно переместился, нависая над Павбертом, опираясь на локти. Так они видели лица друг друга. Ник смотрел в эти янтарные глаза и чувствовал, как сердце колотится где-то в горле. — Как хочешь? - спросил Ник. — Чтобы я был сверху? Или... ты? Павберт подумал. Провёл ладонью по груди Ника и сделал большее сердечко, чувствуя под пальцами взлохмаченную шерсть и частые удары сердца. — Я хочу чтобы ты был сверху... - сказал он. — Чтобы видеть тебя. Ник кивнул и чуть приподнялся, раздвигая ноги Павберта шире. Тот послушался и развёл бёдра, чувствуя, как прохладный воздух касается кожи там, где только что было горячо от пальцев. Ник посмотрел в глаза Павберту. — Стоп-слово помнишь? — "Погоди" или "стой", - выдохнул Павберт. — Помню. — Это хорошо. Ник наклонился и начал целовать. В лоб. В нос. В шею. В губы. В уголки губ. Медленно, нежно, будто пытался сказать без слов: "Я здесь, я с тобой, и я никуда не спешу" Павберт отвечал на поцелуи – сначала робко, потом всё увереннее. Ему нравились эти поцелуи. Они сильно успокаивали. Он чувствовал, как напряжение в теле уходит, как мышцы расслабляются, как внутри разливается то самое тепло, которое бывает только рядом с Ником. И Ник начал двигаться ниже. Опустился к нужному месту и аккуратно приставил головку к входу. Павберт почувствовал это сразу – тёплое, живое, влажное прикосновение там, где ещё никогда не было ничего... подобного... Член Ника скользнул по коже, оставляя липкий след смазки, и упёрся в чувствительное место. Павберт замер, закусил губу. Внутри всё сжалось – не от страха, а от осознания: Сейчас начнётся.. Ник посмотрел ему в глаза. — Я начну очень медленно... - сказал он тихо. — Если что – сразу говори... Павберт кивнул. Ник приставил головку плотнее – и замер. Павберт ждал движения, но ничего не происходило. Секунда. Две. Три. Он поднял взгляд на Ника и увидел, что уши Ника чуть прижались к голове. Не плотно, как от боли, а так – растерянно, по-лисьи. — Ники… - позвал Павберт тихо. — Что-то случилось? Ник чуть отвернул голову в сторону. Совсем чуть-чуть. И выдохнул: — Я… Я очень боюсь… - голос у него сел, стал ниже, будто он с трудом выдавливал слова. — Боюсь тебе сделать очень больно… навредить… мне… нужно чуть сосредоточиться… Павберт почувствовал, как по телу Ника прошла мелкая дрожь. Она передалась и ему – через живот, через бёдра, через то место снизу, где они соприкасались. И сам прижал уши. Не от страха – от осознания. Его Ник, который всегда был рядом, который всё контролировал, который вёл их через столько всего – сейчас дрожит над ним, потому что боится сделать ему больно. И Павберт притянул Ника к себе. Крепко. Сильнее, чем раньше. Обхватил руками за шею, прижал к груди, чувствуя, как уши Ника утыкаются ему в подбородок. — Ники, - прошептал он в самое ухо. — Слышишь меня? Ник кивнул в плечо, не поднимая головы. — Я здесь. И я никуда не уйду. Даже если будет больно – я никуда не уйду. Ты меня не сломаешь. Понял, Ники? Ник выдохнул – длинно, дрожаще, всем телом. — Я... просто… - голос у него сел окончательно, стал хриплым, почти неслышным. — Я скорее всего никогда ТАК не боялся что-то сделать… А тут… ты… — Я знаю, - Павберт погладил его по затылку, по ушам, чуть касаясь, чувствуя под пальцами мягкую рыжую шерсть. — Я тоже боюсь. Но мы вместе... Помнишь? Мы договаривались – всё делаем вместе. Ник поднял голову. В глазах стояла влага – не слёзы, а так, блеск, который бывает, когда сдерживаешься из последних сил. Но он улыбнулся – криво, но искренне. — Ты у меня такой… - он не договорил, просто поцеловал Павберта. Коротко. Крепко. Со вкусом любви. — Я люблю тебя, - сказал Ник. — И я тебя, - ответил Павберт и чмокнул Ника в нос. — А теперь давай-ка за дело. А то я уже замёрз без тебя внутри. Ник фыркнул и улыбнулся, утирая глаза тыльной стороной ладони, и снова медленно опустился к проходу и приставил головку. Он чуть подождал – секунды две. И следом надавил совсем чуть-чуть. Головка вошла. Павберт выдохнул – ему было странно, тесно, но не больно. Только самую малость, где-то на грани ощущений. Член Ника был горячим, пульсирующим, и Павберт чувствовал каждый удар его сердца через эту маленькую точку соприкосновения. Ник замер, давая привыкнуть. Он нагнулся и поцеловал Павберта в ключицу. В плечо. В шею. — Нормально? - спросил он шёпотом. — Ага… - выдохнул Павберт. — Странно, но… нормально. Можно дальше... Ник аккуратно продвинул свой член глубже в Павберта. Миллиметр за миллиметром. Очень медленно. Он следил за лицом Павберта, за каждым его вздохом, за каждым движением бровей и рта. Павберт задышал чаще – стало больно. Не резко, а так, тягуче, будто внутренние мышцы сопротивлялись чужеродному телу. Ник сразу остановился. — Дыши Павберт... - сказал он. Голос был спокойным, хотя внутри всё дрожало. — Расслабься. Я подожду. Павберт выдохнул, попытался расслабиться. Хвост прижался к бедру – Ник увидел это, потянулся свободной лапой и погладил, ведя от чуть выше середины до кончика и обратно. Мягко, успокаивающе. — Хорошо... - прошептал Павберт. — Уже… легче, можно двигаться. Ник продвинулся ещё глубже. Снова пауза. Снова дыхание. Снова привыкание. Так повторялось несколько раз. Шаг за шагом. С каждым разом Павберту требовалось меньше времени, чтобы расслабиться. Он учился принимать Ника внутрь. Когда член вошёл наполовину, Ник чуть дёрнулся – непроизвольно, от напряжения, от того, что сам сильно боялся – и Павберт сморщился от резкой, режущей боли. В крае глаза выступила слеза. Ник увидел это – и замер. Уши его не прижались к голове, а разошлись в стороны, как "вертолёт" – от отчаяния, страха и бессилия. А бессилие он чувствовал из-за того что он не может ничего сделать: Если двинется назад – будет больно. Если двинется глубже – тоже больно. — Прости пожалуйста… - выдохнул он. Голос дрожал. — Я… я не могу выйти… будет только больнее… Он замер, не зная, что делать. Внутри всё сжалось от страха. Он смотрел на эту слезу и чувствовал себя чудовищем. Павберт, вытерев слезу тыльной стороной лапы, сквозь боль, потянулся и погладил Ника по щеке. Ладонь была горячей, чуть влажной. — Ники… дыши, - сказал он тихо. — Я знаю, что не можешь. Я потерплю... Это пройдёт. Ничего страшного. Ник выдохнул, прикрыл глаза. Кивнул. Они дышали вместе. Несколько секунд. Десять. Двадцать. Боль уходила. Медленно, неохотно, но уходила. Оставалось ощущение распирания, чужеродности, но уже без этой режущей остроты. — Ник, можно дальше.. - прошептал Павберт. Ник уже аккуратнее и медленее чем раньше – продвинулся ещё глубже. И ещё. И наконец – его член вошёл почти полностью в Павберта. Но без узла. Оба замерли. Павберт чувствовал невероятную полноту. Распирание изнутри, которое было почти невыносимым, но при этом странно правильным. Член Ника пульсировал глубоко внутри, и каждый удар сердца отдавался в животе. — Ты как? - спросил Ник, едва дыша. — Странно… - выдохнул Павберт. — Очень полно… но… ты внутри… это прекрасно… Ник улыбнулся и поцеловал его. Долго. Глубоко. Со вкусом слёз и облегчения. — Я тебя люблю.. - сказал он в губы. — И я тебя.. - Павберт ответил. Ник отстранился и спросил: — Можно я начну... двигаться?.. Павберт кивнул. Ник начал двигаться. Едва заметно. Почти не выходя. Просто лёгкие покачивания, чтобы Павберт привыкал к ритму. Павберт дышал ровно. Ему начинало это нравиться – где-то глубоко, в самом центре, разливалось тепло. Оно поднималось от места соединения вверх, к груди, к горлу. Ник ускорился совсем чуть-чуть. Павберт застонал – уже не от боли, а от удовольствия. Звук вырвался сам, низкий, вибрирующий. Ник смотрел на него. На то, как Павберт выгибается, как его уши слегка прижаты к голове, как хвост мечется по кровати, то сжимаясь, то расправляясь. На то, как губы приоткрыты, а глаза закатываются от наслаждения. — Павберт... Ты такой красивый… - прошептал Ник. Павберт улыбнулся но тут же закрыл рот лапой от толчка, прикрыв глаза. Ник двигался медленно, но теперь каждое движение отдавалось в Павберте волной тепла и кайфа. Ему хотелось, чтобы это длилось вечность. --- Ник чувствовал, как узел набухает всё больше. С каждым движением он становился плотнее, больше, и Ник понимал – пора. Он замедлился, почти остановился. — Сейчас войдёт узел, - сказал он. Голос был хриплым. — Он большой. Если будет очень больно – сразу говори "стой". Я обязательно замру. Павберт кивнул, но видно было – ему страшно. Зрачки расширились, уши прижались ещё сильнее, хвост замер. Ник взял Павберта на бёдра и начал потихоньку вводить узел. Медленно. Очень медленно. Миллиметр за миллиметром. Павберт чувствовал, как растяжение становится почти невыносимым. Узел был намного шире члена, и каждое продвижение отдавалось болью. Не такой, как раньше – глубже, тяжелее, будто его разрывали изнутри. Ему было сильно больно. Но не настолько, чтобы сказать стоп-слово. Он сжался, прижал уши к голове сильнее, и задышал часто, поверхностно. По щеке снова потекла слеза – от боли, от напряжения, от того, что внутри всё горело. Ник увидел это и замер. — Так... - сказал он. — Я не двигаюсь. Дыши, Павберт... Всё хорошо. Я здесь... Ник гладил его. По животу, по бёдрам, по хвосту. Целовал мокрую щёку, слизывая слезу. И шептал в ухо: — Ты большой молодец, Павберт. Ты хорошо справляешься. Мы никуда не спешим... Всё хорошо. Павберт дышал. Глубоко. Часто. Потом Ник продвинулся ещё глубже. Боль почти ушла. Осталось ощущение невероятной наполненности – узел был почти внутри, плотно, тяжело, горячо. Он кивнул: — Можно... дальше.. Ник медленно продвинул узел почти до конца. — Готов? - спросил он, глядя в глаза. Павберт кивнул. И Ник вошёл до конца. Они оказались "заперты" Павберт почувствовал, что как-то резко мышцам внизу стало легче. Он аккуратно привстал и посмотрел туда. И увидел что узла нету. Узел внутри и никуда не денется. И теперь они теперь связаны – физически, неразрывно, пока узел не спадет. — Мы… застряли? - испуганно выдохнул он. — Это узел, - объяснил Ник. Голос у него был мягкий, успокаивающий. — Это нормально. И мы теперь вместе, пока он не спадет. Ты как? Всё хорошо? Павберт выдохнул. Прислушался к себе. — Странно… - прошептал он. — Но… я не против. Ты… очень глубоко. Я чувствую тебя… всего... и почему-то странно приятно... Ник улыбнулся и снова поцеловал его в висок. Следом Ник осторожно, стараясь не делать резких движений, приподнялся. Взял Павберта за бёдра и медленно поднял его, переворачиваясь так, чтобы Павберт оказался сидящим на нём лицом к зеркалу. Павберт чуть застонал от движения – узел внутри сместился, и это отдалось острой но приятно вспышкой где-то глубоко. Ник замер, давая привыкнуть. Потом обнял его со спины, и выглядывая из-за плеча, вместе с Павбертом посмотрел в зеркало. Павберт увидел их. Он увидел, как они соединены. Как член Ника скрыт внутри него, как узел держит их вместе, не давая разъединиться. Как хвост Ника обвивает его бедро – рыжий, пушистый, контрастный на фоне серой шерсти. Он увидел себя – раскрасневшегося, с мокрыми дорожками на щеках, с прижатыми ушами, с хвостом, который нервно подрагивал. Он увидел Ника – такого же мокрого, такого же счастливого, с ушами, разведёнными в стороны от усталости и нежности. Сначала испугался. Потом замер, разглядывая. — Видишь? - шепнул Ник ему рядом с ухом. Голос вибрировал, передаваясь через тело. — Мы вместе. И это красиво. Павберт выдохнул. — Мы… правда красивые, - прошептал он. Ник чмокнул Павберта в щеку. Они смотрели на своё отражение какое-то время, просто дыша в унисон, чувствуя, как бьются сердца в одном ритме. --- Ник начал аккуратно двигаться. Медленно. Осторожно. Каждое движение отдавалось в Павберте особенно глубоко. Павберт стонал громче. Он чуть закатывал глаза от переизбытка ощущений – ему было очень хорошо, хотя всё ещё странно. Каждое движение Ника отдавалось волной где-то внизу живота, и волны эти накатывали одна за другой. Вдруг, Ник взял член Павберта и начал дрочить ему. Он чувствовал, как пульсирует член Павберта. Как тот сам подаётся навстречу, как его хвост лежит и подрагивает возле талии Ника, притягивая ближе. Ник ускорился. Павберт, не в силах сказать ничего, просто прижал уши к голове и кончил. Он почувствовал это сразу – волна оргазма накрыла его с головой, выгнула дугой, вырвала из реальности. От движений. От трения узла. От приятных ощущений. От вида в зеркало. От всего сразу. Он кончал обильно и долго, чувствуя, как сперма выплёскивается на живот, на простыню, на руку Ника, на пол. Ник почувствовал, как внутри всё сжимается вокруг него, пульсирует, обхватывает – и это подтолкнуло его к финалу. Он застонал, прижал уши и кончил – прямо внутрь Павберта. Чувствуя, как узел пульсирует в такт, как сперма выплёскивается глубоко внутрь, горячая, густая, бесконечная. Павберт чувствовал, как она вливается в него. Тёплая. Тягучая. Это делало ощущение ещё ярче, ещё полнее, ещё приятнее. И Павберт обмяк в руках Ника, тяжело дыша. --- Павберт сидел на коленях Ника, всё ещё соединённый с ним. Узел не давал им разъединиться – они были в ловушке. В самой приятной и тёплой ловушке на свете. Павберт чувствовал, как сперма Ника начинает вытекать по краям – тёплая, скользкая, щекотная. Как бьётся его сердце где-то глубоко внутри. И как внутри пульсирует второе сердце, чужое и очень родное одновременно. Ник гладил его по спине. По хвосту. Целовал в плечо, в шею, в щеку, в уголок губ, в мокрый висок. Они молчали. Потом Павберт тихо: — Я люблю тебя, Ники… Ник улыбнулся в его плечо. — Я тоже тебя люблю, Павби... Ты просто, блять, прекрасен… Павберт устало улыбнулся. Искренне. --- Через несколько минут узел начал спадать. Ник почувствовал это первым – давление уменьшилось, мышцы Павберта расслабились. Он приподнял себя и Павберта. И аккуратно положил его на спину. И следом, он осторожно вышел из Павберта. Павберт вздрогнул от сильного опустошения. Внутри стало очень пусто, и это было почти так же странно, как наполненность. Он чувствовал, как сперма вытекает теперь свободно, оставляя мокрый след на заднем проходе и на простыне. ∆ Ник лёг рядом. Обнял его. И укрыл их своим хвостом – большим, пушистым, тёплым. Павберт уткнулся носом ему в плечо. Как любил. — Павберт.. Как ты?.. - спросил Ник. Павберт выдохнул – сонно, удовлетворённо, счастливо. — Ахуенно… - прошептал он. — Очень ахуенно... Ник тихо засмеялся. — Полностью согласен. Они так и заснули в обнимку. Их хвосты переплелись. И в комнате было тихо, тепло и пахло ими.