30 лет ночи

“В борьбе обретешь ты право свое”

“Прекрасная русская река…” – думал Георгий, шагая по асфальту Фридрихштрассе. На улице светило солнце, то и дело прячась за потоком кучевых облаков, движимые легким ветром. Но выглядывая, солнце выпускало свои лучи, отражаемые сияющей невской водой, выливающаяся в могучее Балтийское море. По настоящему прекрасная погода! Ловчин шел по Петербургу, смотря то влево, то вправо на один из домов. Искал тот самый адрес. Посмотрел на часы. Надо было торопиться. Он ускорил шаг. По дороге зашел в кофейню с английским названием “Рэббит хаус”. Там же, он взял газету “Арбайтер”. За кружкой латте начал читать “ Альберт Шпеер встретился с королем Румынии Наш всенародно избранный фюрер Германской нации несколько дней назад провел встречу с королем Румынии Михаем II. Главы заявили, что немецкий и румынский народы едины общей судьбоц в построении лучшего будущего для участников Пакта единства. Понимая нарастающую русскую угрозу, король Румынии пообещал помочь Германии отправкой своих войск на восток в случае возможной войны с Россией. «Мы должны быть едины с Германией. Мы готовы встать в один ряд с немецкоц нацией, как это было несколько десятков лет назад, чтобы отразить нападение монголоидной расы на Европу. Мы будем соблюдать договор о создании Пакта единства и мы, как полноправные его участники, выступим единым фронтом с его членами”- такое заявление сделал король Румынии Очередные провокации на немецко-русской границн На дальних рубежах нашего Фатерлянда доблестные немецкие пограничники взяли в плен 2-х русских разведчиков, пытающихся собрать данные об инфраструктуре. Об этом заявил военный комиссар гарнизонных сил Московии Зигфрид фон Йозингайн. Напомним, что ранее, была сорвана попытка передаяи оружия русским партиазанам, что действуют на территории Московии и Кавказиена. Операция «Рысь». Гестапо усилило рейды на русских агентов. В восточных городах Великогерманского рейха бравая контрразведка активизировали масштабную полицейскую облаву на подозреваемых в шпионаже. Так, за последнюю неделю, было задержано 4 подозреваемых агента русской разведки. Все они проходят допрос…» “Тяжело, однако, сейчас приходится немцам, раз они просят помощи у Румынии” – думал Георгий. А Дания? Венгрия? Нидерланды? Кажется, все участники Пакта единства- союза Германии и ее саттелитов, будут втянуты в предстоящую войну. Допив остатки кофе, что остывали на дне чашке, Георгий положил газету на полку и направился дому в 3 этажа петровской эпохи. Вдалеке стоял человек. Причем стояд он против идущего потока людей, отчего он временно, на несколько секунд мог раствориться в большой массе прохожих. Но его можно было разглядеть по его бежевому костюму. Его лицо вдалеке казалось большим, детским. Георгий узнал Яковлева. Чуть ускорил шаг. Подойдя ближе, он поприветствовал Яковлева и заговорил по немецки – Приветствую тебя, Отто – сказал Георгий, чуть ли не обнимая его – как ты доехал? – Добрый день, Иво – с грустью начал Ярослав – Меня чуть не задержали вчера утром на вокзале. Да ты послушай, послушай! Только не перебивай. Один контроллер был до жути любопытным и решил меня допросить. Все зашло настолько далеко, что этот упрямец вызвал жандармов. В конечном счете, я показал документы и туристическую визу в Финляндию. Все обошлось. – Видимо, тут какая то беда на вокзале. А впрочем, это уже неважно – Георгий махнул рукой – пойдем к тебе. Где ты живешь? – Тут, за углом. Там уже и Гюнтер. – Тогда пошли. Он наверное уже заждался – Не сказать, что прям заждался. Скорее, нетерпеливо ждёт тебя – с усмешкой сказал Ярослав Они направлялись к тому самому дому петровской эпохи. Его квартира располагалась на последнем этаже. Яковлев каким то образом быстро нашел владельца, сдающего дом за несколько десятков рейхсмарок в неделю. Уж больно Ярослав хорошо ладил с людьми, даже с немцами. Квартира была еще с дореволюционных времен, с ремонтом. Сохранилась, впрочем, очень неплохо. Видимо, прошлые владельцы тщательно следили за ее ухоженностью и благоустройством. В доме их уже ждал Флусенко. Георгий закрыл дверь – Приветствую Георгий – по русски сказал Василий – рад, что ты добрался – Василий, ты забыл, что здесь прослушка? Флусенко искривился – Мы с Ярославом всё проверили. Здесь ничего нет – Если уж так… – Георгий с подозрением положил шляпу на комод- То хорошо Они пошли на кухню. Василий по просьбе Яковлева достал два бокала и красное французское вино. – Как доехал? – спросил у Флусенко Георгий – Отвратительно. Шел дождь. Везде гнусный запах какой то резины. Но, – голос Флусенко повеселел – я узнал, что старейшина острова Кронштадт будет на выступлении в театре. Я с ним общался лично Флусенко налил вино в бокалы Георгию и Ярославу. Он стоял перед их столом, проводя рукой по своему шраму – Чувствую я, что на этом выступлении будет не только глава Кронштадта – продолжил Василий – Сдается мне, что все важные шишки этого скотного двора будут там. – Есть информация о “Сирени”?- резко сменил тему Ловчин Флусенко с опущенной головой положил бутылку на стол и пошел на балкон. Яковлев заговорил: – Я связывался с Новосибирском. Дали информацию, что это информатор. Девушка. – Ярослав сделал пару глотков – Внешность неизвестна, но славянского происхождения. Выступает в театре, на который планируется операция. Вернулся Флусенко – Господа, я считаю, что мы занимаемся, откровенно говоря, сплошной ерундой. Пока мы сидим здесь, в Санкт Петербурге устраиваются рейды. Может быть, эту “Сирень” уже схватили? – Она посылает сообщения – поправил его Яковлев – Это означает, что она жива. К тому же, у каждого агента свой почерк передачи сигналов. Нам довели, что это один человек – Как мы ее найдем? У нас нет ни ее адреса, ни ее внешности. Если это и произойдет, то лишь ближе к лету. И это в лучшем случае – Василий взглянул на часы – не пора ли нам уже начать обсуждать план действий? – Пока рано – вмешался Ловчин –мы не все в сборе. Нет четвертого члена нашей группы. Василий, потерпи еще. Мы даже не освоились в городе – Для изучения планировки театра не нужно осваиваться. – А сбегать ты как будешь? Пожалуй – задумчиво начал Флусенко, почесав голову – Ты прав. У нас же есть план театра? – Да. – ответил Яковлев –Помнишь, когда я уходил вчера из дома? Флусенко кивнул – Так вот. Я встретился с одним из информаторов. Кстати, прекрасный души человек, увлекающийся поэзией и Достоевским. Но об этом потом. Так вот. Он передал мне схему здания Ярослав достал из внутреннего кармана пиджака сложенную карту помещений театра – Вот она Он раскрыл ее. Театр был даже на схеме большим. Множество помещений и, самое главное, большой зал, огромное количество коридоров и запасных выходов – Эх… – покачал головой Яковлев – я чувствую, это будет для нас испытание. – Лишь испытание рождает сильных – спокойно сказал Василий – А чего это нам будет стоить? – Как минимум, десяток ценных немецких жизней – А после что? Неужели десять немцев равноценны десяткам тысячам русских, что гибнут здесь каждый год? – Ты же сам смотрел зимнее выступление Шукшина. Все, что здесь происходит – временно. Мы еще сможем отомстить им за все, что они здесь натворили — Нет –Яковлев покачал головой – так нельзя. Нельзя жить одной лишь местью! – Возможно, лишь месть и движет всеми нами – начал Георгий – Каждым из нас, хотя, иногда, мы даже этого не замечаем – Само собой. А когда я увидел этот город, то понял, что обычной мести здесь не хватит места. После того, что они сделали с Санкт-Петербургом они заслуживают еще более страшного суда – Что за суд ты вечно говоришь? – спросил Яковлев у Василия – Последняя война, что положит конец всему немецкому. Лишь наступление Великого суда спасет Россию. Война на уничтожение всего немецкого отродья Флусенко потушил папиросу. Было видно, как его глаз сверкал, а другой чуть приоткрылся – Именно Россия выживет в этом ядерном огне. Если, конечно, тевтонцы тоже смогут спастись, то просто навсего погибнут от выжженной земли. И мы отправимся в последний поход на Германию. – С чего ты взял, что будет ядерная война? – спросил Ловчин – Как меня учили в Омске, так я и скажу: не только ядерная – Флусенко подошел к окну и встал спиной к сидящим слушателям – химическое и биологическое оружие будут использоваться в полной мере против каждого немца – он развернулся к столу и поднял руку – на войне все средства хороши! Последние слова он чуть ли не вскрикнул – Но химическое и биологическое оружие запрещено – сказал Яковлев – Шукшин не пойдет на такое – Не меняет сути дела. Для спасения России нужно использовать все, что имеется. Иначе мы проиграем эту битву. Лишь одна страна выживет, а другая навсегда будет стёрта. – Во всяком случае – заговорил Георгий – это будет катастрофой для всех. Погибнут множество невинных людей. – Ни один немец не является каким то ни в чем не повинным. Они виновны в том, что случилось. Виновны в том, что не остановили Гитлера. Виновны, что не остановили своих отцов, братьев и сыновей, когда последние шли истреблять все, что нам дорого. И все немцы должны ответить за это. Георгий задумался над словами. Действительно ли так? Говорил Флусенко очень убедительно. Словно римский оратор, выступающий в зале Сената. Его внешний вид придавал словам грозное звучание. Но в этих словах наблюдалась вся ненависть. Ловчин помнил все свое прошлое. Помнил тот день. С точностью дл секунды. Винил себя каждый раз, что не остановил тогда пособников нацизма. Винил себя даже за то, что, по меркам своего возраста, изменить не мог. Он не любил немцев. Ему было, за что их не любить. Но каждый ли немец заслуживает страшной участи? Быть счастливым в этом мире по настоящему большое искусство… он даже не знает, что будет завтра. Весь завтрашний день, словно пламя свечи – Во всяком случае – заговорил Яковлев – до этого еще далеко. И точно не в ближайшие месяцы. Может пройдемся? Заглянем в ресторан? – А у тебя видимо, рейхсмарок много – шутливо произнес Георгий и похлопал Ярославу по плечу – Георгий Иванович прав — сказал Василий – нынешние цены здесь катастрофические. Нужно найти работу. Иначе нас быстро арестуют за тунеядство. – Образование нам позволяет устроиться в какие нибудь кадровые органы – Проникнуть прямо в логово змея? Неплохая идея, старший лейтенант – улыбнулся Флусенко – Только… – осторожно заговорил Яковлев – если и идти, то лучше на низкие должности. Но я лучше пойду официантом ресторана – Как знаешь – Флусенко зашагал по комнате и взял в руки кружку со свастикой – во всяком случае, наша задача - не выделяться – Что ты скажешь насчет своих шрамов? – задал вопрос Ярослав – Скажу, что по дороге в какой нибудь Таллин на меня напали “Лесные братья” – Уж лучше русские партизаны – заговорил Ловчин – “Лесные братья” были уничтожены – Либо же, – начал Яковлев, попутно наливая вино в бокал – когда проходил службу в Вермахте на границе Московии, на пост напали русские. Выжил лишь ты. – Неплохая идея – сказал Флусенко и остановился – документы у меня есть, чтобы подтвердить данную историю – Какое у тебя стоит место прохождение службы? – спросил Ловчин – Насколько я помню это Хьюздорф¹(¹Донецк) – Посмотри Флусенко раздраженно пошел в другую комнату за сумкой. Порывшись в ней минуту другую, нашел солдатскую книжку. В месте службы был указан Хьюздорф Флусенко пришел на кухню и подтвердил слова Георгия – Тогда с русскими здесь история не пойдет- уверенно выразился Яковлев- скажи, что украинские националисты взорвали здание казармы и начали атаку на твой батальон – В самом деле – кивнул Василий На несколько секунд наступила тишина. Ярослав полностью осушил бокал сверху донизу – Где в следующий раз встречаемся? – спросил Ловчин – Здесь есть парк имени Клаузевица. Он в пару кварталах отсюда. Но тебе, Георгий, надо будет подольше идти. Я тебе пришлю весточку. Если что то изменится, встретимся здесь же. На удивление, почта здесь работает хорошо и доходит достаточно быстро – Не забывайте, однако, где мы – грозно произнес Флусенко – мы в стане врага и как бы здесь хорошо не было, он наш вечный противник Они кивнули, встали со стола и направились к выходу провожать Ловчина