Лекарство от смерти

Мы продолжили сидеть в звенящей тишине. Совершенно спокойный и расслабленный Маркус в противовес мне, вечно тревожной, сомневающейся, нервной, нерешительной… Я только что поделилась с ним тем, о чем никому не рассказывала. Почему? Он не был человеком, вызывающим доверие. Маркус Мойер был пугающим, резким, колючим, отталкивающим всем своим видом, но сейчас, сидя в этой комнате передом мной, освещаемый мягким, неосязаемым солнечным светом из окна позади него, который поглаживал парня по широким плечам и подсвечивал темные волосы, он казался надежным. Словно именно Маркус мог стать тем, за кого мне придется ухватиться, чтобы не утонуть. Я осторожно осматривала его лицо с загадочной ухмылкой, подмечая, что она была напускной. Глаза не были радостными или веселыми, не соответствовали общему выражению, скорее усталыми, отчужденными, холодными. Но мне думалось, что где-то там, на глубине, подо льдом, скрывается нечто прекрасное, теплое и настоящее. – Маркус? Послышался резкий стук, разорвавший тишину и наш зрительный контакт, парень устремил свой нахмуренный взгляд на дверь. – Уилли хочет знать, где ты был во время уроков. Она недовольна, – спокойно сообщил появившийся в комнате Магнус. – Ты что не мог меня прикрыть, идиот? – недовольно спросил его брат. Я осталась недвижно сидеть на своем месте, в очередной раз оказываясь просто тихим наблюдателем их перепалки. – Прикрыть тебя? Каким образом? Тебя никто не видел после допроса, как и Анну. Вы двое создаете нам проблемы. – Только не ной… – Не ныть? Да ты издеваешься. Я вообще-то пытаюсь ваши задницы спасти… В желании абстрагироваться, я отвела взгляд в окно, ища за решетками лучики солнца, которые только недавно обнимали Маркуса, слыша недовольные голоса теперь как через толщу воды. Удивительно, сегодня было чувство, словно мне вообще наплевать. Даже если меня обвинят в убийстве Трейси Диксон. Даже если это я… – Анна, – вырывая меня из капкана собственной головы, позвал Магнус. Теперь я совершенно четко могла различить их и прошлые неудачи казались нелепыми. Как я умудрялась столько времени не понимать, что передо мной два разных человека? – Маркус пойдет к мисс Уилли, а я побуду с тобой, хорошо? Я перевела слегка испуганный взгляд на Маркуса, который отстраненно глядел на меня. Кажется, что-то прекрасное в его льдинках еще сильнее припорошило снегом. – Он не кусается, – кивнув в сторону Магнуса, сказал парень. - Прививки тоже все есть… Хотя, скорее ты его заразишь. – Придурок, – Магнус пихнул брата в плечо, а тот, издав короткий смешок, скрылся за дверью. И правда, придурок. – Чем хочешь заняться? – неожиданно спросил парень, все еще стоя посреди комнаты, рядом с пустой кроватью Трейси. Хотя это уже не ее кровать… Я вскинула одну бровь, выдавая свое удивление. Чем я хочу заняться? Вопрос был таким простым и обыденным, что застал меня врасплох. Я глупо уставилась на Магнуса, пытаясь сообразить, что ответить. Не могла вспомнить, когда последний раз общалась с кем-то вот так, просто. Никто не интересовался, как у меня дела, чем я занималась на выходных, как прошла моя неделя, и уж тем более, всем было абсолютно наплевать на любые мои желания. Уже очень давно… Магнус вопросительно глядел на меня, слегка наклонив голову, явно не понимая, почему обычный вопрос вызвал у меня ступор. Нервно сжав пальцы, я выдохнула. – Предлагай ты, я… – неловкая пауза. – Ничего здесь не знаю. Закончив с ответом, я неуверенно подняла глаза, оценивая реакцию парня. Он приподнял один уголок губ, словно пытался подбодрить еле заметной улыбкой, какие обычно можно увидеть со сцены на концерте в зрительном зале, когда, наконец, находишь в толпе скучающих и безразличных слушателей знакомое и родное лицо. Одна улыбка, и все остальные люди растворяются. Есть только этот человек и его глаза, остальное неважно. – Тогда я тебе кое-что покажу. Переодевайся, я подожду за дверью. Оставшись одна, я оглядела себя. Все та же школьная форма, шелковая блузка с воланами на рукавах, алая жилетка с вышитым гербом академии, темная юбка. Все, как и было вчера. Может быть, мне просто показалось… Наверное, из-за слишком сильного стресса, я снова выпала из реальности, и эти неприятные прикосновения - плод моего воображения. Магнус, как и обещал, ждал за дверью. – Быстро, – воодушевленно констатировал он, увидев меня. Интересно, все парни думают, что девушки любят долгие сборы? – Куда мы пойдем? – осторожно поинтересовалась я. Магнус выглядел более добродушным, а еще казалось, что он действительно хотел сам докопаться до истины. Это было ради Трейси? До сих пор не могла до конца понять, что связывало этих двоих. Из тех коротких сцен, свидетелем которых мне “посчастливилось” стать, можно было сделать лишь один вывод. Их взаимоотношения нельзя было назвать простыми. А теперь он жаждал знать правду? Посмотреть в глаза тому, кто сделал это с ней? Добиться справедливого наказания? Или отомстить? – Пойдем, увидишь, - миролюбиво сказал он, направляясь к лестнице на первый этаж, кивнув перед этим, чтобы я шла за ним. Я нахмурилась, медля несколько секунд и смотря на отдаляющегося парня, а после все же последовала за близнецом. – Возьмем что-нибудь с кухни? Тебе нужно поесть, – предложил Магнус, когда мы спустились на первый этаж, а я в очередной раз удивленно взглянула на него исподлобья. Такие незначительные и внезапные проявления заботы вызывали во мне странные чувства. Замешательство, неловкость, удивление, ступор и вместе с тем где-то внутри меня разгорался маленький, светлый огонек, похожий на блуждающего в темноте светлячка. Он щекотал ребра опасным чувством надежды. Надежды на то, что кому-то может быть не все равно. Стоило посадить светлячка в банку. – Я не голодна. Утренняя тошнота еще не совсем оставила меня в покое, не хотелось снова выглядеть настолько беспомощной и жалкой. Магнус недовольно сощурился, но спорить не стал. Пройдя еще несколько шагов по холлу на первом этаже, мы остановились у двери с номером “3”. Я неловко прикусила губу, понимая, что парень привел меня в комнату близнецов. – Не волнуйся, мне просто нужно забрать ключ, – с улыбкой сказал Магнус, заметив мое выражение лица, а я облегченно выдохнула. Внутри комната почти не отличалась от нашей… От моей. Те же стены кофейного оттенка, решетки на окнах, кровать, тумбочка, шкаф и письменный стол – все в удвоенном количестве. На удивление, здесь был порядок: обе кровати ровно заправлены, словно это делали по линейке, никаких валяющихся носков или других атрибутов одежды, что часто приписывают мальчикам, на одном из письменных столов расположилась стопка книг и несколько блокнотов, один из которых был открыт, а мусорная корзина, стоящая рядом, была наполовину заполнена скомканными листами бумаги. Пока Магнус копошился в своей тумбочке, я осторожно подобралась ближе к столу, который, как я успела понять, принадлежал другому близнецу, утайкой пытаясь заглянуть в блокнот. – Нашел! – воскликнул Магнус, а я, дернувшись от неожиданности, резко отскочила от стола. Парень с довольной физиономией пристально смотрел на меня, держа в руках ключ, похожий на тот, которым отпирались двери в комнаты студентов, массивный и, наверное, такой же тяжелый. И почему я вечно пыталась влезть не в свое дело? Для чего мне записи в чужом блокноте? Вероятно, снова хотела поплатиться за свое любопытство находкой очередного трупа. Поежилась от собственных мыслей. – Не волнуйся, я ему не скажу, – еще раз улыбнувшись мне, заверил Магнус и, не дожидаясь моего ответа, направился на выход из комнаты. – Я… просто хотела посмотреть в окно. Захотелось впечататься лбом в свою собственную ладонь. Что за бред я несу? Проигнорировав мои жалкие попытки оправдаться, Магнус лишь хмыкнул. Кажется, вся ситуация его сильно забавляла. Несколько минут мы петляли по первому этажу жилого кампуса, а меня распирало любопытство, из-за силы которого я перестала замечать, как темные стены вокруг давят, сжимают в тисках. Следуя за Магнусом по пятам, я ловила себя на мысли, что все могло быть иначе, будь я нормальной. Подружилась бы с ним… да, хоть с кем-нибудь, одноклассников ведь полно. Но вместо этого я решила копаться в чужих проблемах. Расплата оказалась слишком болезненной и настигла слишком быстро. Куда же мы идем? Оказавшись рядом с дверью, ведущей в служебное помещение, которое, по моим предположениям, занимал комендант мистер Морисан, я вопросительно вскинула брови, глядя на совершенно невозмутимого Магнуса. – Ты хочешь показать мне кладовку? – Почти угадала, Анна, – подыграл он. – Не думаешь, что не самое удачное место для экскурсии? Я пожала плечами, позволяя парню и дальше сохранять интригу. Три поворота тяжелым ключом и мы вошли в темноту. На короткие секунды дыхание перехватило, а сердце разогналось в бешенном ритме, потому что показалось, что я провалилась куда-то глубоко, туда, где никто никогда не найдет, а в следующее мгновение за спиной послышался щелчок выключателя. Я зажмурилась от яркого света, бьющего прямо в глаза. – Прости, – проходя мимо меня, извинился Магнус. – Да ничего… Раскрыв глаза, я в полном удивлении оглядела помещение. Небольшое, напоминающее комнату персонала, со стенами из красного кирпича, на котором кое-где виднелись темные трещины и разломы, на полу сухие доски, поскрипывающие от каждого шага Магнуса, слева старенький диван, застеленный клетчатым непонятного оттенка пледом, темно-коричневая выцветшая подушка. Над диваном несколько плакатов и гирлянды, которые сейчас не горели, рядом небольшой деревянный кофейный столик, на который Магнус бросил ключ, еще на нем была черная кружка со сколом и начатая пачка крекеров. На стеллаже напротив дивана покоилась целая куча коробок разного размера и, судя по их состоянию, возраста. На каких-то красовались пятна или разводы, а у некоторых был потрепанный край. В тех, что были без крышки, виднелись корешки то ли книг, то ли альбомов, а может это все были блокноты… Здесь пахло горькими пережаренными зернами кофе, сыростью и мужским парфюмом, а еще… пеплом. Странно, никогда не видела ни одного из близнецов с сигаретами. Взгляд упал на стену напротив меня. Там на растяжке из шпагата висели фотографии. Я вопросительно посмотрела на Магнуса, пытаясь взглядом добиться одобрения двигаться дальше, а он приподнял уголок губ, будто читая мои мысли. Несколько осторожных шагов, сопровождаемых скрипом половиц, которые сейчас показались мне клавишами расстроенного фортепиано, и я оказалась прямо напротив снимков, вскидывая голову. Черно-белые. В нижнем ряду снятые на полароид, квадратные и в характерной белой рамке, а в верхнем чуть крупнее, глянцевые, наверняка эти появились с помощью современной зеркальной камеры. Я присмотрелась к тому, что было изображено на снимках. В основном… пейзажи. Здесь было здание академии, укутанное в плющ и прикрытое грозовыми облаками, которое в черно-белом варианте еще больше напоминало старинный замок, внутренний двор, где на дальнем плане маячила черная точка колодца, больно уколов меня одним своим видом, скалы, обступившие остров и море, плещущееся о твердый камень… Добравшись до следующей фотографии, я нервно сглотнула, медленно поворачивая голову на Магнуса и задерживая дыхание. Там была я. На берегу. – Прости, ты просто попала в кадр, – он запустил руку в волосы, неловко теребя их на затылке. Я резко вернула внимание снимку. Мой небольшой силуэт среди скал, похожий на маленькую, ничего не значащую песчинку. Съежившийся, одинокий, боящийся всего и вся на этом острове, смотрящий вдаль, но не в мечте о будущем, а с сожалением о прошлом и о том, что будущего нет. Медленно выдохнув, я продолжила разглядывать фотографии, теперь изучая снимки на полароид. На них была Трейси. На всех. Я поджала губы, всматриваясь в ее лицо, еще живой, не такой, каким я видела его в последний раз, взгляд темно-синих, похожих на море глаз. Казалось, я могу почувствовать сладковатый ягодный аромат ее духов и услышать смех, похожий на звон колокольчиков. Я так и не узнала, пробовала ли она когда-нибудь петь… – Ты… – тихо начала я, все еще прикованная взглядом к снимкам передо мной, запинаясь, не зная, как спросить, не зная, можно ли вообще спрашивать. – Я ее любил, – хрипло сказал Магнус, отворачиваясь. – И потерял.