блэкворк

после того вечера гоб не мог найти себе места. энжин посмел после такого жаркого излияния чувств отвергнуть мастера и дать хлесткую пощечину. пальцы с ладонью задели помимо щеки что то глубоко в душе. такое, что парень и не сразу понял, что не знал о существовании этого «чего то» в себе. в воспоминаниях до сих пор плывет обрывками восклик: «сраный пидорас. таких как ты надо вешать, ублюдок. у вас и помойных монстров есть кое что общее - мерзость». похоже клиентура салона теперь не то что в высказываниях не стесняется, она даже не думает их фильтровать. иначе гоб не может найти объяснения подобной резкости в выражениях.  зеленоглазый теребил стеклянную кружку из которой уборщик пил в последний раз. хотелось швырнуть ее в стену, чтобы она раздробилась на тысячи осколков. примерно так себя чувствовал мастер. из студии словно вытянули воздух, образовали вакуум, от которого вообще не получается дышать. любая попытка прийти обратно в себя, собраться воедино и открыть рабочее место - полная отчаяния игра в монополию. гоб кидает кубики и раз за разом попадает на клеточку «тюрьма» в виде лица энжина, из которой нет выхода. до жути знакомые глаза сверкают световым отблеском в голове каждый раз, как он отключается. самого уборщика такие жалкие мысли не заботят. не заботят, пока грудак не за болит. с новеньким, качественно выполненным блэкворком он шатается по необъятной помойке. где то вдалеке совсем новая кукла с поломанным динамиком хрипит «I love you» не затыкаясь. энжин не верит в знаки, символы и намеки судьбы. для него любая эзротерми.. эзрагерм.. эзотерика это все шлак для влюбленных баб. он не такой. не баба и не влюблен.  — малой. ты нашел что нибудь? — отвлекаясь от хрипа куклы прикрикивает энжин. в куче мусора глаз зацепился за такую же фактически новую тату-машинку. в ней единственное, судя по виду, что то барахлит, но это исправят. — тут просто, бля, такая тема. гобу ваще понравиться очень должно.  — че там? опять какая-то хуйня вроде плюшевого медведя занюханного? братан, ты туповат похоже. — скитаясь вместе с энжином, пострел привык отвлекаться на любую «дружескую» вещь для гоба. если бы этот патлатый забирал все подобное домой, то там бы уже места не осталось. — ну ты бы хоть че нить поприличнее выискивал. рудо в выражениях по поводу мистера отрицание вообще не стеснялся точно так же, как тот не стеснялся в адрес гоба. энжин заебал этим всех. от самой маленькой девочки в канвас-тауне, до самого старого представителя банды уборщиков. каждый, кто был хотя бы через одно рукопожатие знаком с ним, знал, что:«энжин? это тот придурок, который че то там с гобом?».  уборщик такую дурную славу не воспринимал, но и не отказывался. якобы держал нейтралитет, как сам выражался. угораздить в такую ситуацию не каждый может.  — да ты просто видимо тоже пидор, малой. про телочек мне не говоришь. за одно гобкой-сладкой-попкой?  — это ты видимо с ним за одно, а признать яйца маленькие.  — хуйни не неси. — понял. даже со всей любовью пылко поспорить с названным старшим братом, юноша не стал огрызаться. по уборщику было видно, что лишний раз цепляться за тему с гобом и гомосексуальностью не стоит вообще. болезненно это все, а он че. у него и так семья отсутствует и терять такого человека - грех.  будучи таким же «забитым» за свою, пускай и традиционную, любовь. отец в лице легто любил лишний раз подстегнуть за красные щеки. «смущение, малый, верный знак» — фраза, которая одной своей интонацией убивала все живое в мальчишке.  — ты поговорить то с ним не хочешь? энжин, так не делается, ты его в дерьмо окунул по самую шею. — рудо, весь мир вокруг дерьмо. ему не привыкать, хули я виноват опять. — может потому что ты действительно виноват? не веди себя как дите. уборщик этот ответ проигнорировал, вопрос тоже. рудо хотел или нет, но долбанул точно так же неприятно сильно. все эти нравоучения хлыстом проходились по сердцу. он уже взрослый, совершеннолетний человек и никакая козявка не смеет указывать, что и как делать. энжин считает более чем унизительным слышать фразу из уст, на которых молоко еще не обсохло.  —— «Сосунок», «выродок», «слишком много себе позволяет» ядовито лепетал энж, наворачивая круги по канвас-тауну. гравий в более людных местах отвратительно стучал друг об друга, не заглушая мысли. блядский гоб. в руках была сжата машинка с гранд помойки. такая.. необычная. корпус ярко зеленый, как глаза у единственного хорошего в этом адском месте мастера. ему обязательно должно понравиться. как бы уборщик не разгонял мысли по сторонам, уверяя себя как утром, что ему вообще то насрано. энжину глубоко вообще не насрано. парень прекрасно понимает, что гоб скорей всего страдает побольше, чем он, но бля. а почему он опять должен просить прощение? то есть его мастер такой весь из себя классный, и чем энжин хуже? каждый раз эти думы настигали его словно чувак в подворотне с ножом. сам их никогда не ждал, но они вполне самостоятельно появлялись в голове с характерным «хули блять снова я».  беспринципное скитание по сумеречным улицам привело с трех раз угадай куда, мудила энжин. он обратился подобным образом к себе не из чувства вины, просто.. бля ну малой его так че то в последнее время зовет, привычно уже. за окошком в двери в студию сгорбилась спина в знакомой майке. уборщик вспыхнул неясными чувствами. хотелось влететь в эту душную комнатушку и разнеси все: и того, кто бьет тату, и того, кому бьют. гобу хватает совести так его бросать? предавать?  в голове раздался неприятный писк, похожий на голос гоба: — «а ты прям пиздец совестный?» — ну не то что бы.. —  в слух пробормотал энжин, почесывая затылок. гоб в голове прав. или нет. или пошел нахер этот гоб со своими татухами. звон колокольчиков, как в первый раз образумил энжина. выдергивание из мыслей стало для этой звенелки новым занятием. внутри кроме мастера, как оказалось, никого нет. сердце отпустило, но «злоебучее послевкусие» вообще нет. снова из за вечернего времени суток в помещении стрекотали неубиваемые насекомые. холодный ветерок пробирался по полу небольшим потоком, доказывая реальность происходящего. даже лампа, блять, не мигала.  уборщик сжал в руках тату-машинку, с присущей ему напыщенностью обернулся к зеленоглазому и на выдохе выпалил. — бля гоб я э.. ну епта сорян что ли.