Час дьявола

      Ройс отскочил от Сойера, слишком поздно осознав, что его реакцию можно принять за признак вины или стыда.       – Бентон, – прорычал он. – Что ты здесь делаешь?       – Пришел проведать своего старшего брата. Ты не отвечал ни на звонки, ни на сообщения, и я забеспокоился.       – Это сигнал, что мне пора уходить, – сказала Холли, вставая и хватая сумочку. – Спасибо за ужин, ребята. Позвоню вам позже. – Она прошла мимо Бентона, не глядя в его сторону. Бентон же обернулся, чтобы посмотреть, как она выходит из дома.       – Черт, эта девчонка становится все сексуальнее и сексуальнее. – Он резко развернулся и посмотрел на Ройса с ухмылкой на лице. – Она свободна? Если Джейс не собирается затащить ее в постель, то, может, мне стоит.       – Держись от нее подальше, если знаешь, что для тебя лучше.       Бентон прикрыл сердце обеими руками.       – Ты ранил меня, старший брат.       Ройс закипел от гнева.       – На этот раз Джейс будет тем, кто тебя ранит. – Их старший брат, может, и борется с кучей демонов, но Ройс знал, что тот без ума от Холли. – Чего. Ты. Хочешь?       – Я уже сказал. Я пришел проведать тебя.       Бентон подошел ближе, и Ройс заметил характерные признаки абстиненции. Пот, подергивания и расширенные зрачки – все это указывало на его состояние, но, что еще важнее, его младший брат выглядел диким и жаждал драки. Он хорошо знал этот взгляд. Бентон пришел сюда не потому, что заботился о Ройсе – он пришел за деньгами, чтобы купить наркотики. Сойер излучал напряжение, и Ройс понял, что тот натянут как струна и готов броситься в бой. Он вспомнил, как Сойер нежно целовал бледнеющие синяки на его животе в ту ночь, когда они перестали бороться со своими чувствами друг к другу. Ройс сказал Сойеру, что получил их в драке во время семейного ужина, но никогда не признавался, что вступил в драку из-за него. Воспоминание о жестоких словах Бентона вновь подняло свою уродливую голову.       – Жаль, что тебе достался в напарники этот нытик и гомик. Лучше не поворачивайся к нему спиной, – презрительно усмехнулся Бентон, глядя на него через стол. – Если, конечно, тебе не нравится такое.       – Кей – хороший детектив. Мне мог бы достаться напарник и похуже. – Ройс старался говорить ровным тоном, чтобы не выдать, насколько слова Бентона его разозлили. Сойер был не просто хорошим детективом - он был хорошим человеком, который не заслуживал, чтобы о нем так злобно отзывались.       Бентон фыркнул.       – Тебе, наверное, нравится его член в твоем рту.       – Я не знаю, – легкомысленно ответил Ройс. – Хотя ты, похоже, действительно одержим тем, что другие мужчины любят делать со своими членами.       – Ты называешь меня педиком? – потребовал ответить Бентон.       Ройс пожал плечами.       – Я не использую такую лексику, но твоя одержимость мне кажется любопытной.       Бентон вскочил так быстро, что его стул с грохотом упал на пол.       – Лучше поосторожнее, а то я тебя размажу, – сказал он, указав на Ройса.       Ройс встал и встретил яростный взгляд брата своим собственным.       – Можешь попробовать.       – Сядьте и заткнитесь, или выходите на улицу, – проревел их отец, сидя во главе стола. Увидев, что ни один из братьев не собирается его слушать, он с силой ударил кулаком по поцарапанному дереву.       Оба снова сели за стол и продолжили есть, но враждебность между ними ничуть не угасла. К концу ужина Ройс жаждал физической разрядки, чтобы сбросить напряжение, накопившееся внутри него из-за борьбы с влечением к Сойеру и из-за того, что он узнал, что ОВР занимается делом Маркуса. Драка на заднем дворе была как раз тем, что нужно, чтобы он почувствовал себя лучше. Не прошло много времени, как ему представился шанс.       – Я бы не привыкал к тому, что он твой напарник, – сказал Бентон. После ужина настала их очередь мыть и вытирать посуду, что давало его брату прекрасную возможность продолжить с того, на чем они остановились.       Ройс бросил полотенце на столешницу и повернулся к Бентону.       – Ты ему угрожаешь?       Бентон вытащил руки из раковины. Он проиграл в подбрасывании монеты и должен был мыть.       – Мне это не нужно, потому что Бог разберется с ним, точно так же, как разделался с мужем этого педика.       У Ройса потемнело в глазах от ярости. Он откинул руку назад и запустил кулак, нанеся сокрушительный удар по носу брата. Кровь хлынула по подбородку и попала на рубашку.       Бентон прикрыл нос.       – Никаких повреждений лица, засранец. – Это было единственное непреложное правило в «Бойцовском клубе семьи Лок».       Ройс продолжил ударом в живот брата, и драка началась. Они вывалились из кухонной двери на задний двор, обмениваясь ударами ногами и кулаками, пока оба не запыхались. Живот Ройса был избит, но он все равно вышел победителем.       Наклонившись над лежащим на земле и задыхающимся братом, Ройс сказал:       – Заткни свой ебаный рот насчет моего напарника.       Это предупреждение принесло Ройсу покой, продлившийся почти два месяца, но передышка закончилась.       Бентон замер на месте, бросив взгляд на Сойера.       – Ну-ну-ну, – презрительно усмехнулся он. – Похоже, этот гомик тоже хочет со мной померяться силами. Придется тебе довольствоваться дракой, потому что задницу я не подставляю.       – Давай. Ты и я, Бентон. Разве не так ты любишь решать споры? – Сойер сжал руки в кулаки и начал обходить Ройса, который на мгновение отвлекся на рельефные мышцы предплечий Сойера. Он очнулся, когда Бентон злорадно рассмеялся в предвкушении. – Хочешь посмотреть, из чего сделан этот гомик, потому что я просто умираю от нетерпения преподать тебе урок?       В честном бою Сойер победил бы Бентона в любой день недели, но, зная, как адреналин и отчаяние бушуют в его брате, Ройс понимал, что риск слишком велик. Бентон без колебаний набросился бы на Сойера с ножом. Ройс скорее умер бы, чем позволил бы этому случиться.       – Думаю, тебе лучше пойти домой, Кей, – лаконично сказал Ройс, возвращая внимание Сойера к себе. – Я хочу поговорить с братом наедине.       В глазах Сойера на мгновение мелькнула боль, но он тут же скрыл ее, что разбило Ройсу сердце.       – Если ты так хочешь, – спокойно ответил он, собирая свои вещи. – Поговорим позже, Лок. – Лок. Не Ройс. Не Ро. Даже не членоголовый. Просто безличный, бесстрастный Лок, как в первый день их знакомства.       – Я позвоню тебе немного позже, – сказал Ройс, когда Сойер дошел до двери. Сойер поднял руку в знак прощания и продолжил идти, не оглядываясь. Пиздец. У него теперь большие неприятности. Как только они остались наедине, Ройс переключил свое внимание на Бентона. – Не появляйся здесь без предупреждения и не оскорбляй моего парня. – На хуй. Это кажется правильным. Он только надеялся, что сохранит это звание после сегодняшнего вечера.       – Папа всегда обвинял тебя в том, что ты гомик, но я до сих пор не знал, насколько он был прав.       – Почему ты упорствуешь в том, чтобы разговаривать как невежественный двенадцатилетний подросток? – спросил Ройс. – То, чем я занимаюсь в свободное время и с кем я решаю это делать, – не твое ебаное дело. – Бентон прищурился, и в его голове заскрежетали шестеренки, пока он пытался сформулировать ответ. Не успел он ответить, как Ройс сказал: – У меня не осталось обезболивающих после операции, я не ношу с собой наличку, и ни за что, блядь, не отдам тебе свою банковскую карту, чтобы ты снял деньги в банкомате. У тебя сильная ломка. Можешь пойти в клинику за помощью или вернуться к папе и попытаться выспаться, но здесь ты не останешься.       – Бессердечный, жадный ублюдок. У тебя столько всего, – презрительно усмехнулся Бентон. То, что тетя Типси оставила дом ему, всегда было предметом ожесточенных споров между Ройсом и его братьями и сестрой.       – Хватит винить других в своей зависимости, Бентон. Хочешь хороших вещей? Избавься от наркотиков раз и навсегда и найди себе ебаную работу.       – Ого, да ты вдруг таким самодовольным сукиным сыном стал? Похоже, этот шикарный мужчина на тебя повлиял. В буквальном смысле.       – Удивлен, что ты вообще знаешь, что значит «буквально», – парировал Ройс. – Убирайся отсюда.       – Ты пожалеешь, что выбрал его вместо своей семьи. Запомни мои слова.       «Если у меня будет выбор, я выберу тебя». Его заявление Сойеру эхом отзывалось в его голове, издеваясь над ним. Сойер, вероятно, думал, что Ройс не выбрал его сегодня вечером, но его безопасность была главным приоритетом для Ройса.       – Ты пожалеешь об этом, если не будешь держаться подальше от Сойера. Запомни мои слова, – сказал Ройс, выдержав гневный взгляд брата.       Это прозвучало как объявление войны, но Ройс не отступал. Бентон показал ему средний палец и с грохотом выбежал из дома. Через мгновение он услышал визг шин. Ройс сразу позвонил Сойеру, потому что ему нужно было убедиться, что у них все в порядке. Сойер не ответил ни на первый, ни на второй, ни на третий звонок. Вероятно, он был в ярости, и Ройс не мог его винить.       – Черт тебя дери, Ройс. Хватит вести себя как кретин. – Ройс схватил ключи и направился к своему «Камаро», где заметил новую царапину, идущую по всей длине машины.       – Проклятье, Бентон. – Этот ублюдок поцарапал его машину от бампера до бампера. Ему придется выбить страховую франшизу из фунта плоти Бентона , потому что у этого мудака нет ни имущества, ни денег.       Ройс снова позвонил Сойеру на мобильный, а потом разочарованно зарычал, когда тот не ответил. Бросив телефон в подстаканник, он несколько раз ударил ладонью по рулю.       – Блядь! – закричал Ройс, так разозлившись на себя, что у него перед глазами потемнело.       Песня по радио закончилась, и хотя Ройс обычно не обращал внимания на диджеев, этот сказал что-то, что привлекло его внимание.       – С момента разразившегося сегодня утром сексуального скандала ходило много слухов, но мы получили информацию, что мэр Линетт Гудвин официально объявит о своей отставке завтра утром в десять часов. – Она продержалась дольше, чем он думал.       У Ройса зазвонил телефон, но звонил не тот, с кем он больше всего хотел поговорить. Стараясь придать своему голосу бодрость, он ответил на звонок.       – Привет, Кэнди. Как дела? – сказал он.       – «Привет, Кэнди. Как дела?» И все? Никаких ласковых прозвищ? Я тебя измучила постоянными жалобами на свои проблемы? – Она постаралась говорить шутливым тоном, но Ройс слышал слезы в ее голосе.       – Я никогда не устану от тебя, дорогая. Возвращение на работу – это просто сумасшествие.       – Если ты с Сойером, может, мне перезвонить...       – Ни за что, Кэнди Кейн. Ты звонишь только по важным делам. В чем дело? Тебе нужно, чтобы я присмотрел за детьми, пока ты работаешь?       Кэнди не выдержала и расплакалась.       – Ты так добр ко мне. Не знаю, как бы я справилась без тебя.       – Я люблю тебя и детей, ты это знаешь. К тому же Маркус был моим лучшим другом, и он никогда бы мне не простил, если бы я не позаботился о тебе. Просто скажи, что тебе нужно, и это будет твоим.       – Мне нужно чудо, Ройс.       – Ага, не уверен, что смогу тебе в этом помочь, но я могу зайти к тебе, и мы поговорим. Я отлично умею обнимать, и, может быть, смогу помочь тебе во всем разобраться.       – Банк собирается забрать мой фургон, и мне грозит просрочка по закладной на наш дом. Дела плохи, Ройс. Очень плохи.       – Буду через двадцать минут. Держись.       – Хорошо, – сказала она сквозь слезы. – Спасибо.       После того как они закончили разговор, его сердце сдавили ярость и печаль. Почему, Маркус? Затем пришло чувство вины, потому что было больно так злиться на человека, которого он любил, человека, который не мог ответить за свои поступки, даже если они казались непростительными. Маркус мертв, и никакие крики и ярость не вернут его. Все, что он мог сделать, – это быть рядом с Кэнди и детьми.       Он еще раз позвонил Сойеру и начал беспокоиться, когда тот не ответил. Сойер не был из тех, кто игнорирует проблемы. Он всегда решал их напрямую. Так почему же он не устраивал Ройсу скандал, если был зол или обижен? С другой стороны, почему же Ройс не оставлял сообщений?       Он еще раз набрал номер Сойера и не повесил трубку, когда звонок перешел на голосовую почту.       – Прости, что я плохо справился с ситуацией с Бентоном. Я просил тебя уйти не потому, что стыжусь нас, Сойер. Я просто хотел, чтобы ты был подальше от моего брата-наркомана, который без колебаний набросился бы на тебя с ножом. Я уже ехал к тебе, чтобы поговорить лично, но позвонила Кэнди. У нее большие неприятности, и ей нужна моя помощь. Пожалуйста, перезвони мне. Я выбираю тебя. Всегда.