Последнее пламя.

В тот момент жизнью деревни был заинтересован не только Алексей. Святослав сосредоточенно блуждал взглядом от одного лица к другому, пытаясь заметить в них хоть что-то. – «Ну и как я должен понять, что ему от меня нужно?» – возмущался юноша. – «Они все обычные!» Он сидел у окна своей избы, думая о завтрашнем дне. Свят собирался вместе с мужиками пойти в лес, с надеждой, что что-нибудь поймёт. Но пока его попытки были тщетны. – «Надеюсь, что травить нас ещё раз никто не собирается…» – вспоминал недавнее происшествие юноша, а заодно и то, как пытался узнать, что тогда случилось. Он был уверен, что всё это по вине Неждана, поскольку Полудница могла усмирить дебоширов и другими методами. – «Так, а если могла, почему не действовала? Да и почему поручила это ему, если это так?» – вопросов было значительно больше, чем желанных ответов. А ещё была надежда, что вскоре он их узнает. А пока что ему оставалось только склонить голову, забитую догадками, и заняться другими делами. Выйдя из избы, он потянулся, подняв руки над головой. Услышав что-то, закончил и посмотрел в ту сторону, откуда это донеслось. – Святослав, здравствуй, можешь помочь? Тут такая несуразица, что сама не разберу, – проговорила девушка, уже подойдя ближе. Выглядела она устало, видимо чем-то занималась весь день. – Да, показывай. Пока девушка вела его до нужного места, Свят заприметил, что на её лице появилась яркая улыбка. Кажется, он уже пару раз сталкивался с этой особой. К нему многие, не стесняясь, подходили за помощью. Знали, что не откажет. Не то чтобы ему было сложно, нет. Наоборот, Свят понимал, что многим обязан своей жизнью. С юных лет он получал заботу и внимание от людей, которые заменяли ему родителей. Те погибли от болезни, когда он был ещё младенцем, невольно оставив ребёнка сиротой. По словам старших, они были людьми, которые достойны уважения и подражания. Свят равнялся на них, не зная даже лиц. Но это было не важно. Тени мелькали по лицу юноши, когда они проходили мимо деревьев. Русые волосы блестели под солнечными лучами, а потом темнели в тени, напоминая кору деревьев. Сравнение было довольно верным, поскольку глаза Свята были зелёными, напоминая листья. А вот силуэт напоминал могучий дуб, который спасает своей тенью в жаркую погоду. Через некоторое время юноша освободился. Дело у девушки было довольно пустяковым, странно, что сама она не справилась. На улице уже значительно потемнело, предвещая окончание дня, поэтому Свят решил идти к избе. Жители тоже начали потихоньку собираться, загоняя совсем маленьких и предупреждая тех, кто взрослее. Зайдя в избу, он понял, что размышления так и остались в голове, но дела помогли про них на время забыть. Он опять думал над словами Неждана. Что должно произойти? Свят перебирал все возможные варианты, от самых простых до тайных заговоров. У него было множество предположений о своём мрачном знакомом, его жизни и прошлом. Святослав был знаком со сплетнями. Он считал их тёмной стороной их жизни, поэтому предпочитал не верить ничему, пока сам не узнает правды. Когда совсем стемнело, а в избах зажигали свечи, Свят подошёл к окну. Отсюда нельзя было увидеть жилище Неждана, но смотрел он именно в его сторону. Слишком много тайн вокруг него. – Что-то мне подсказывает, он не позволит мне узнать всё. Хорошо это или плохо, пойму потом, – вздыхая, проговорил юноша. Через некоторое время он лёг спать, измотанный за этот день. --- Все собирались у колодца, чтобы всем вместе пойти в лес. Некоторые стояли, держа в руках топоры и пилы, а другие принесли верёвку, чтобы легче было нести ветки. Кто-то стоял у ведра с водой, отмывая руки и ноги после тяжёлого труда. Солнце нещадно палило, но было не сильно жарко, поскольку дул ветерок, который освежал. Где-то стрекотали цикады и кузнечики, не отставал от них и домашний скот, мыча и кукарекая наперебой. Вся какофония была такой привычной, что никто не обращал внимания, сосредоточенно занимаясь своими делами. Святослав стоял неподалёку от всей толпы, вслушиваясь в диалоги и пытался ухватиться за нужную информацию. Когда все собрались, они пошли прямиком к лесу. – Да понятно с ними всё, поди не делают ничего, пока нас нет! – послышался возмущённый возглас откуда-то спереди. Фраза заинтересовала Святослава, поэтому он постарался ускориться, чтобы лучше слушать о чём говорят мужики. – С утра до вечера пашем, а всё нет ничего, хоть бы отдых какой устроили опять. А так один раз сделал, да и сидит, глазками хлопает, – недовольно бубнил один из них. – Точно-точно! С утра до вечера и хоть бы что! – кивал ему другой, поддакивая каждому слову. Они обсуждают старосту? Чем он им не угодил, что так нелестно отзываются об Алексее? Свят стал вспоминать все моменты, когда на собраниях никто не высказывал претензий в сторону главы. А за спиной вот чего говорят! Юноша работал наравне с ними, понимал, что тяжело. Но не они ли говорили ему, что это всё ради блага деревни и жаловаться нельзя? Поразмыслив ещё немного, он вернулся к дороге, чтобы случаем не запнуться о торчащий корень дерева, поскольку они уже были в лесу, а здесь они везде. Об этом ли говорил Неждан? То есть юноша просто натолкнул его к очевидному?! Святослав не знал, что его во всей этой ситуации возмущало больше: то, насколько он был слеп и глух, не замечая очевидного, или поведение людей? Они уже пришли к нужному месту, но никто не начинал работу, ходя вокруг да около. Через некоторое время работа так и не пошла, ожидая, когда в руки возьмут хоть один топор. – Что не так? Мы будем начинать? – всё же подал голос Святослав, смущённый этой ситуацией. – Расслабься, парень. Мы можем задержаться, и вопросов ни у кого не появится, – весело проговорил один из мужиков ему в ответ. – Но если хочешь, топоры там. Он показал рукой в сторону с насмешливой улыбкой на лице. Это поставило юношу в ступор, но тут же отмерев, Свят молча вернулся к своему прежнему месту. Всё же спустя ещё немного мужики решили начать работу. Но только подойдя к месту, где должны были лежать топоры и пилы, мгновенно удивились. – А где инструменты-то? – задал вопрос один из толпы. От них осталась только примятая под тяжестью трава. Кто мог их взять, причём все и сразу? Пока все стояли и вспоминали, где и кто их оставлял, Святослав оглядывался по сторонам. Отойдя подальше, юноша ожидал кого-то заметить, но ничего не происходило. Были догадки о том, что возможно кто-то из присутствующих упрятал их, чтобы совсем не работать. – «Но это же будет хуже для всех! К празднику всё равно нужно управиться, значит дел непочатый край, а они тут отлынивают», – рассуждал про себя Свят. – «Или… кому-то другому нужно, чтобы подготовка затянулась?» Мысль была мимолётной и сразу забылась среди других. Сейчас нужно было разобраться, куда делись инструменты, иначе они вообще из этого леса не выйдут. Подозрения сразу пали на нечисть, ведь кому, как не им, угодничать? Перед глазами сразу возникла картина, где на поляне бесятся черти, размахивая топорами. Тут же он начал прикидывать, насколько это опасно. – «Чур меня… О чём думаю!» – встряхнув головой, подумал юноша. Оглядевшись, он заметил поваленное дерево. Видимо, срубили его ещё в тот раз, но надышались гадостью и не успели закончить. Подойдя, он присел на него и опустил голову, разглядывая обувь тех, кто был поблизости. Блуждая взглядом от одних к другим, он запнулся на той, которая была совсем близко к нему. Подняв голову, он увидел стоявшего к нему лицом Павла. Появление мужчины было неожиданным, из-за чего Свят резко отстранился, теряя равновесие. Но в последнее мгновение перед приземлением его успели схватить за руку. – Тихо, тихо. Не падай. – Спасибо, что помогли, – смущённо проговорил юноша, обратно усаживаясь на своё место. Свят похлопал по дереву возле себя, как бы приглашая присесть рядом. Мужчина отказывать не стал. – Совсем у нас с древесиной не получается что-то, – проговорил юноша. – Я не был в прошлый раз, но слышал, что произошло. – А чего не был? – Мы чинили, что сломано в деревне. В преддверии празднества. – Хорошее дело, хорошее. А с деревом да, не задалось что-то. – Надо во что бы то ни стало принести. Ничего без него не выйдет. Ни костра, ни колеса… Ни праздника, если так посмотреть. Павел повернул голову, чтобы заглянуть в лицо Свята. Его лицо выражало что-то неладное, но что именно, юноша понять не мог, как ни пытался. Брови нахмурены, а карие глаза смотрят как будто далеко вдаль. За эти мгновения даже показалось, что каштановые волосы и борода потемнели ещё больше. Всё его лицо наполнял мрак, непонятный и вязкий. Но через некоторое время он отвёл взгляд, который устремился на окружение. И помолчав ещё немного, вздохнул. – Да... – только и проговорил мужчина, прежде чем подняться со своего места и пойти к остальным. Свят смотрел ему вслед. – Да? – после всего он не понял, к чему было утверждение, но чувствовал, что это что-то ужасно важное. Потупив взгляд ещё немного, он тоже поднялся с места. Не пройдя и двух шагов, он услышал громкий возглас. – Топоры! Они тут! – закричал один из мужиков, который ходил вокруг, занимаясь поисками. Место, где он стоял, было недалеко от них, но инструменты никак не могли там оказаться. Но радость находки затмила сомнения, и как только все их разобрали, принялись за работу. Времени прошло достаточно, солнце уже близилось к закату, предвещая вечер. Это значило, что пора заканчивать. Опасаясь, что что-то может произойти ещё раз, они повязали брусья и потихоньку оттаскивали их в деревню. Работа нелёгкая и не быстрая, так что управились они, когда уже довольно стемнело. – Ну и денёк выдался! – проговорил один из тех, кто донёс последние брёвна. Бросая их к остальным и тяжело вздыхая, они вытирали пот рубахами. – И не говори. Все собирались уходить, прилично уставшие. Святослав тоже порядком устал, то размахивая топором, то таская на себе по полтонны дерева. Но хорошо, что самое сложное и тяжёлое закончилось. Сложив топоры, мужики направились к баням. Нужно смыть с себя всю грязь, а вместе с ней и усталость, которая накопилась за день. После всех ритуалов разошлись по избам. Свят тоже не медлил и уже был у себя. Тело болело от нагрузки, а на душе было спокойно. До того момента, пока он не вспомнил недавний разговор с Павлом. Стоит ли спрашивать о чём он говорил? Кажется, он слишком много думает в последнее время. Хорошо ли это? Пока что юноша не мог понять. За окном было уже совсем темно, поэтому было принято решение ложиться спать. Укрывшись и найдя удобное положение, Святослав крепко уснул. На улице раздавался гул ветра и шорохи листвы в темноте, которые словно зазывали к себе. Но вместе с этим было ужасно тихо и спокойно. В лесу всё также мелькали тёмные силуэты, которых никто не замечал – все давным-давно спали. А тени только начинали своё ночное веселье, незаметное для людского взора. Они носились, прыгали и кувыркались, играя в чехарду и догонялки, как малые дети. Интересно, когда Неждан был мал, он играл с ними или сторонился таких забав? Может по ночам он приходил в лес ещё совсем юным, по дороге срывал с кустов ягоды и вслушивался в зов и тишину, которые окружали его весь путь. Слушал истории, гулял с Лешим и бегал с чёртиками, веселился и смеялся. А приходил к избе и ложился спать, когда уже наступал рассвет. Испытал ли он те детские чувства, которые были у других в его деревне? Уже тогда он понимал, что отличается от ребят. И внешне, и внутренне они сильно расходились. Их любят и оберегают родители, окружающие дарят улыбки и заботу, оберегают от несчастий и бед. Неждан иногда размышлял над тем, он сильнее или слабее этих отроков? Но дела быстро отвлекали его от этих раздумий, отводя то в лес, то за травы. Их аромат окутывает и успокаивает сразу, как только появляется, поэтому у юноши появилась привычка. Если что-то случается, чего ожидать было нельзя, или просто хочется отдохнуть, заваривал себе травы или просто жевал душистые веточки. Самыми полюбившимися Неждану были зверобой и ромашка. Не только потому, что их было в достатке, но и за приятный вкус, который раскрывался при заваривании. Он делал разные отвары, смешивал разные ингредиенты, успокаиваясь, а потом залезал на чердак с подушечкой и глядел вдаль. Думал о разном. О деревне, о своём плане, о том, как хорошо будет его душе, согреваемой пламенем. Про жителей не вспоминал, уже не считал важным, но и видеть их не хотел, всячески ища способы всех избегать. Те тоже не особо им интересовались и вспоминали только тогда, когда приходило время сна и нужно было уложить отроков — сочиняли истории с его участием. Зачем? Чтобы не ходили к его избе лишний раз, боялись всё же. А как только дети засыпали, тоже шли спать, опять забывая про его существование. А перед сном вслушивались в ночную тишину и шуршание ветвей в лесу.