Эпилог
13 июля 2026 г., 22:54
Хадсон
– Надо было сжечь его дотла, пока была возможность.
Я с трудом сдерживаю смех, когда поворачиваюсь к Уайлду и вижу, как он пристально смотрит на дом номер два. Поскольку это флагманский дом всего нашего проекта, мы используем его как прототип для отделки фасада, и теперь, когда всю вагонку сняли, он выглядит просто охренительно. Мы долго спорили, стоит ли выбирать ультрасовременный стиль, и в конце концов решили, что нет. Может, мы и обновляем Олд-Энд, но здесь, наверное, что-то витает в воздухе, потому что не хотелось привозить сюда кучу стали и цемента.
В итоге дома будут выглядеть как лесные коттеджи. Ну, мега-коттеджи. Сплошь дерево и камень, с широкими балконами спереди и огромными окнами, выходящими на лесистый холм сзади.
– Признайся, – говорю я, толкая его локтем в бок. – Выглядит охуенно круто.
– У того, кто купит его, денег явно больше, чем мозгов.
– Будем надеяться! – Сегодня он не сможет меня расстроить. Теперь, когда крыша полностью готова, я могу представить, как будет выглядеть улица, и это, блядь, невероятно. Уайлд может ворчать о ремонте сколько угодно – если бы он действительно был так недоволен, он не приходил бы сюда через день, чтобы помогать.
Вот почему, несмотря ни на что, я твердо намерен найти решение, которое устроит всех нас.
Учитывая финансовую яму, в которой мы оказались, мы просто обязаны заработать на этом месте, иначе… что тогда? Мы свалим, уедем домой, наш бизнес рухнет, и в итоге у нас останется меньше, чем было изначально?
Я стараюсь не представлять себе это ужасающее будущее, потому что даже думать о подобном исходе страшно.
Тем более когда я смотрю на Уайлда, на его вьющиеся волосы, аккуратную бороду и настороженный взгляд, мне кажется, что это уже не так.
Нам еще предстоит пройти долгий путь, прежде чем мы здесь закончим, но в последнее время я все чаще задумываюсь о том, что будет потом. Когда все это завершится и мы будем готовы перейти к следующему делу, я просто… соберу вещи и уеду домой? В ту квартиру, где все слишком шумно и тесно? Или… он захочет, чтобы я остался?
Я бросаю еще один взгляд в сторону Уайлда и дергаю его за рукав, пока он не посмотрит на меня. Проходит мгновение, прежде чем настороженность в его глазах исчезает и сменяется тем взглядом, которым он обычно смотрит на меня. Тем взглядом, от которого у меня в груди становится слишком тесно.
– Я тут подумал, – говорю я, потому что лучше сразу выложить все начистоту, иначе мы никогда не договоримся. Он стал гораздо лучше общаться, но даже сейчас иногда трудно вытянуть из него слова. – Что будет, когда я закончу?
– Не понимаю.
Я указываю рукой на дома.
– Вот. Это. Что произойдет, когда все будет готово и у меня больше не останется причин здесь оставаться?
Его брови слегка приподнимаются.
– Никаких?
Даже спустя несколько месяцев он все еще заставляет меня нервничать.
– Вот о чем я и спрашиваю. Я приехал сюда работать, и, очевидно, еще многое предстоит сделать, но как только все будет готово… ты останешься со мной?
Его черты смягчаются, когда он подходит ближе.
– Ты хочешь, чтобы я остался?
– Разве я бы спрашивал, если бы не хотел?
Это вызывает у него одну из его редких улыбок.
– Я никуда не уйду.
– Никуда… даже если мы не сможем во всем этом разобраться? А что, если мне придется продать дома?
Он делает глубокий вдох.
– Тогда тебе придется продать их.
– Просто так?
Он пожимает плечами, и я боюсь, что он не станет объяснять подробнее.
– Если я еще не дал этого понять, я доверяю тебе. Я здесь, потому что хочу быть здесь, и если бы я думал, что ты заберешь деньги и сбежишь, я бы здесь не был. Я знаю, что ты сделаешь все, что в твоих силах, чтобы найти решение, и верю, что если тебе придется продать, то только потому, что у тебя не будет другого выхода.
Мое сердце тает от того, что он так думает. Что даже после всего того дерьма, которое мы пережили, он точно знает, кто я такой. Он видит меня. Это все, чего я когда-либо хотел.
– Я люблю тебя, – слышу я собственный шепот. – Очень сильно.
Его проникновенный взгляд – тот самый, которым он смотрел на меня миллион раз раньше. Тот, который читает каждую мысль, кружащуюся в моей голове, и дает ему все ответы, которые он ищет.
– Я люблю тебя так сильно, что трудно дышать.
Я притягиваю его к себе, мои губы находят его, и я вкладываю в поцелуй всю любовь, которой я переполнен. Сильные руки Уайлда обнимают меня, и я хочу, чтобы мы остались наедине. Хочу, чтобы мы могли потеряться друг в друге. Может, мы и не романтики, но секс – это наш язык любви, и когда мы вместе, кажется, что остального мира не существует.
Он – моя твердая скала, и он уделяет мне все то внимание, о необходимости которого я и не подозревал.
А я помогаю ему расслабиться и раскрыться, напоминаю ему, что он – живой человек, и что иногда он может чего-то хотеть.
Мы работаем вместе.
Это все, что мне нужно.
Зигги подходит к нам и кивает в сторону опушки леса. Я медленно следую за его взглядом, чтобы понять, что он заметил.
– У нас появились зрители.
У гравийной дороги собралась группа Вендеров, наблюдающих за установкой крыши. Я узнаю их всех, даже если имена не сразу приходят мне в голову, но впереди стоят Линкс, Руни и Букер.
– Они не подойдут ближе, – говорит Уайлд. – Им просто любопытно.
Мне было бы все равно, если бы они подошли. Главное, чтобы они не взяли с собой Линкса, но я понятия не имею, как мои братья отреагируют на них. К счастью, мне не нужно это выяснять.
– У нас тут толпа, – громко говорит Кеннеди, направляясь к нам. Он обнимает Зигги за узкие плечи, и тот краснеет до самых корней волос. – Мне их пригласить?
– Неа, оставь их в покое.
– Ты уверен? – спрашивает Харт, присоединяясь к нам. – У того козла опять мачете. Может, на этот раз я смогу уговорить его наброситься на меня.
Ладно, в целом все неплохо. Я счастлив, Кеннеди бережет свое сердце, но Хартвелл остается прежним Хартвеллом.
Но я пока не сдаюсь.
Так же, как не сдамся в поиске решения для этого места.
Уайлд – мой партнер. Он единственный, кто уважал меня, когда никто другой этого не делал.
Он отдал мне все, и я сделаю то же самое для него.
Я наконец-то нашел то, ради чего стоит жить.
