До встречи на костре

Открыв глаза, Уильям даже дёрнулся от неожиданности. Он увидел перед собой лицо нависающей над ним вампирши, она тяжело дышала, её глаза горели красным в темноте комнаты. Только через несколько мгновений он почувствовал, что вообще-то, она на нём сидит. - Могу вам чем-то помочь? Девушка не отвечала. Её взгляд бегал по нему, словно она что-то искала. В конце концов, она остановилась на шее и уже потянулась, открывая рот. Из-за бледных губ показались длинные острые клыки. - Стоп-стоп-стоп, - Уильям схватил её за плечи и не дал к себе приблизиться, - ты что вообще делаешь? Вампирша отстранилась и выпрямилась, отчего её вес на бёдрах ощущается ещё лучше. Это была какая-то невыносимая пытка. Девушка ухмыльнулась и, неожиданно для Уильяма, стала слегка касаясь пальцами гладить его по груди и животу. - А что, ты против? Почему-то этот вопрос поставил его в тупик. Как будто ответ был очевиден, но язык не поворачивался сказать ей «да». Особенно когда она так сидит на нём и явно намеренно раззадоривает. - У всего есть своя цена. Амелия вскинула бровь и широко улыбнулась. - Боже, ты что, думаешь, что отпугнёшь меня? – девушка наклонилась над ним так близко, что почти коснулась кончиком носа его щеки, - попробуй ещё, пока не убедительно. Уильяма словно пригвоздило к кровати. Она была так близко, ему хватило бы одного небольшого усилия, чтобы сбросить её с себя, но так не хотелось. Любопытство взяло вверх, и он чуть повернул голову, подставляя шею под укус. Боли не было. Совсем. Складывалось ощущение, что она его целует, а не кусает. Только становящийся всё громче шум в ушах и головокружение говорили о том, что он теряет кровь. Но противиться всё ещё не хотелось, было в этом процессе что-то животное, что-то до боли в висках правильное. Сдерживаться стало сложнее, когда в густой ночной тишине прозвучал довольный стон. «Ей что, вкусно?» - пронеслась мысль в голове Уильяма. Второй стон подтвердил его догадку. Он потерял счёт времени, сколько это длилось. Но с каждым её движением, с каждым звуком, который она издавала, становилось всё невыносимее. Наверное, ему сорвало голову совсем, когда он почувствовал, что вампирша больше не пьёт его кровь, а проводит горячим мокрым языком по месту укуса. В одно движение Уильям сбросил с себя девушку и навис над ней, зажимая ей руки над головой. Он и представить себе не мог, что эта девушка может быть ещё красивее, но сейчас, когда она лежала под ним, выгибаясь ему на встречу, когда её лицо перепачкано его кровью, когда она улыбалась, не скрывая клыков, ожидая его следующего действия, наверное он не видел картины прекраснее за всю свою жизнь. Медный резкий вкус крови обжог язык, когда Уильям перестал сдерживаться и начал целовать девушку. И это только больше его распаляло. Амелия активно отвечала, вырывала руки из его захвата, царапалась, кусала его за язык и губы. Иногда это было даже больно, что сводило парня с ума. Он прижимал её к себе всё сильнее, гладил её, залезая под тонкую ткань пеньюара, сжимал так сильно, что это должно было быть уже больно. Амелия не отставала, впиваясь ногтями ему в спину, по ощущениям она сдирала кожу с его лопаток, он даже мог почувствовать, как кровь течёт по его телу, а из-за рваных ран начинают болезненно вылезать крылья. Его сознание было настолько затуманено похотью и болью, что он не отдавал себе отчёта в том, что происходит. Он только чувствовал её тело, её поцелуи, и столько крови, что в ней начала тонуть кровать. В какой-то момент перед его глазами лежало месиво вместо девушки, но он продолжал слышать её смех и стоны. Его руки были красными по локоть, а на пальцах красовались длинные острые когти, во рту мешался ряд острых зубов, крылья за спиной становились всё больше, он превращался в то чудовище, которые скрывал все эти годы, и всё из-за одной чёртовой вампирши. Уильям подскочил на кровати в холодном поту. Он судорожно осматривался вокруг и ощупывал себя. Никаких следов укусов или царапин, никакой крови, Амелия спокойно спала на своей кровати. Это был только сон. Очень странный, чертовски реалистичный сон. Смотреть в сторону девушки было теперь даже как-то стыдно. Он попытался лечь обратно, но стоило ему закрыть глаза, как из темноты выплывали образы из сна, один хуже другого. Нужно было умыться. Стараясь не шуметь, он вышел из комнаты. Пробуждение от голода было не самым приятным. Амелия с трудом оторвала голову от подушки и осмотрелась. Она была в комнате одна. Что ж, и хорошо, болтливый сосед был сейчас не лучшим дополнением к нарастающей головной боли. Девушка быстро осмотрела себя и пришла к удовлетворительному выводу, что жажда не была ещё настолько сильной, чтобы начать использовать ресурсы собственного организма. Осталось выяснить, где медпункт. Тут пригодился бы Уильям. Пришлось приложить немало усилий, чтобы подняться с кровати. Амелия не глядя нащупала халат и запахнула его как раз перед тем, как дверь в комнату открылась. Холодная вода помогла не особо, остатки сна всё ещё преследовали Уильяма, но уже превращались в обрывки. Войдя в комнату, он столкнулся взглядом с вампиршей. Она выглядела уставшей, её глаза горели алым, прямо как во сне. По спине побежали неприятные мурашки. - Доброе утро, - он смахнул с лица остатки воды и тряхнул головой. - Скверно выглядишь, - девушка расплела косу и попыталась собрать из волос что-то, напоминающее хвост, но быстро отказалась от этой идеи. - Могу сказать то же. Кошмары мучают? - Хуже, - на несколько секунд Амелия остановилась, сверяя парня взглядом, - где здесь медпункт? - Ам… - всё конечно было совсем не как во сне, но этот шарящий по его телу взгляд был слишком похож на то, что ему снилось, - налево по коридору, после лестницы вторая дверь. Там большой красный крест, не пропустишь. Тебе может помочь? Амелия отрицательно тряхнула головой. Видимо, слишком резко, её слегка повело, но у неё получилось сохранить равновесие. - Лучше не стоит. - Что-то по тебе не скажешь, - парень подошёл к ней и протянул руку, - давай, ничего такого в этом нет. Голод был сильнее, чем девушке казалось. Протянутая рука больше выглядела как добыча, чем как помощь. Но упасть посреди коридора тоже не хотелось. - Ладно, ты прав, - она оперлась на Уильяма, - только нам бы побыстрее. - Понял. Вдвоём они достаточно быстро дошли до центральной лестницы. Амелия старалась идти прямо, но нарастающая головная боль и головокружение заставляли всё-таки пользоваться предложенной помощью. - Это так весь день на солнце тебя подкосил? - Давай не сейчас. Раздражал даже звук собственных шагов, а уж любые разговоры были невыносимой пыткой. А главное, нарастало желание напасть на так удобно находящегося рядом парня, полного свежей горячей крови. Кабинет врача действительно оказался не так далеко. Уильям без стука открыл дверь и с облегчением обнаружил доктора на своём месте. Пухлый мужчина средних лет с огненно-рыжей шевелюрой сидел за небольшим столиком и что-то писал. Круглые очки дополняли его достаточно комичный образ, форма на нём еле сходилась, и из-под не застёгнутой до конца рубашки торчали такие же рыжие, как и на голове, кучерявые волосы. - И что же у нас случилось в два часа ночи? – доктор поднял голову, и ответил на вопрос пришёл сам собой, - ох ты ж! Доктор неуклюже вылез из-за стола и подбежал к ночным посетителям. - Ай, голубушка, ну что ж вы так, - он поддержал Амелию под руку и повёл к кушетке, - сейчас-сейчас, солнышко, сейчас-сейчас. Уильям, вы можете идти, на это не обязательно смотреть. - Да нет уж, я подожду, - парень закрыл за собой дверь. - Ну дело ваше, юноша. Амелия щурилась, свет от ламп жёг глаза. Каждый звук отдавался болью в голове. Где-то рядом доктор открыл холодильник и зазвенел склянками. Вот он уже стоял перед ней и протягивая ей бутылёк, наполненный кровью. - Давай, душечка, давай, - он откупорил бутылёк, и запах крови ударил в нос вампирше. Амелия осушила стекляшку в два глотка и поморщилась так, будто ей подсунули горькое лекарство. - Боже, что это? - Цитрат натрия, голубушка, а вы как хотели? – доктор открыл следующий бутылёк, - Чтобы кровь не сворачивалась. Давайте, милочка, нужно выпить ещё. От новой порции холодной крови с примесью химикатов Амелию начало подташнивать. Зато голова становилась ясной, голод отступал. - Спасибо, больше не надо. Смешной пухлый человек покачался из стороны в сторону, показывая своё несогласие. - Надо, заинька, надо, давай ещё одну. Спорить сейчас девушка не собиралась и, задержав дыхание, выпила ещё порцию. По телу пробежала неприятная дрожь. - Честное слово, у свиней кровь приятнее. - Конечно приятнее, моя дорогая, мы её даже людям иногда переливаем. Но где ж я вам сейчас целого живого поросёнка найду. Амелия и Уильям переглянулись. Видимо, им обоим пришла в голову одна и та же шутка про некоторую схожесть доктора и поросёнка. - Ну что, душечка, чувствуем себя лучше? - Да, благодарю. - Ну что вы, золотце, ну что вы, - он вернулся за стол и вытащил из стопки разлинованный листок, - так, пол унции крови. Эммелина, так ведь? Девушка кивнула и уже открыла рот, чтобы спросить, откуда он знает. - А вы у меня в этом году одна такая, - мужчина махнул рукой, - но как-то вы неосмотрительны, душа моя. Как же вы так довели себя до такого состояния? - Местная кровь, - ей пришлось прокашляться, чтобы говорить дальше, - не такая, к какой я привыкла, хватает не надолго. - Это я понимаю. Но что ж вы до глубокой ночи дотянули? Надо было прийти ко мне раньше, не пришлось бы тогда нашего милого юношу напрягать. И вообще, - он снял с носа очки и начал их протирать карманным платочком, - чем раньше вы договоритесь с донором, тем лучше и для вас, милочка, и для нас. Кровь – материал редкий, у меня не такие уж и большие запасы. Уильям всё это время стоял у двери и наблюдал за процессом. За пару минут вампирша осушила несколько немаленьких бутылок крови. Ему было бы всё равно, если бы не сон. К горлу подступала нервная тошнота. Интересно, как долго она сможет держаться, прежде чем напасть на него. - Я понимаю, - девушка уже встала, - буду впредь осторожнее. Спасибо, мистер… - Барнс, - доктор лучезарно улыбнулся, водрузив очки обратно на свой нос-кнопку, - можно просто док. Уильям, проводите барышню, будьте любезны. - Конечно, док, - парень улыбнулся ему своей самой приветливой улыбкой и открыл перед Амелией дверь. Отойдя от кабинета достаточно, чтобы доктор их точно не услышал, Амелия захихикала. - Ты тоже хотел пошутить про то, что он похож на поросёнка? - Боже, я еле сдержался! – Уильям засмеялся в голос, у него оказался раскатистый заразительный смех, - не, он-то мужик хороший, но нельзя же так подставляться! Они смеялись вдвоём даже слишком сильно над такой глупой шуткой. Оба за последние пару часов пережили не самое приятное состояние, и сейчас этот смех был как спасательный круг. Зайдя в комнату, они ещё некоторое время не могли отдышаться. Амелия даже почти плакала от смеха. - Господи как я рада, что не у одной у меня такие шутки в голове. Уильям рухнул в кресло, переводя дух. - Поверь, у меня в голове шутки похуже. - Пф, поспорим? - О, так значит? Ну смотри, ты сама напросилась. Знаешь что такое обратный экзорцизм? - Когда дьявол просит священника выйти из мальчика. Новый взрыв смеха заполнил комнату. Ночь обещала быть весёлой. - А ты-то это откуда знаешь? - Я восемь лет жила в маленьком городке с рабочими, умоляю! И не такие шутки были. Позволь спросить, откуда у тебя такой арсенал? - Эй, то что я аристократ не значит… - Что ты не был в детстве церкви? Атаки в свою сторону Уильям, конечно, не ожидал, но это было чертовски смешно. Надо было отдать девушке должное, она не стеснялась выдавать подобное. - Ладно, хорошо. Как называется отделение в больнице с лежачими больными? - И как же? - Овощной ряд. - Боже, как плохо! – Амелия уже натурально плакала от смеха, ей приходилось время от времени утирать слёзы, - но я знаю, чем это перебить, - она откашлялась и набрала воздуха в грудь, - Собака по кличке «Новость» нашла бомбу. - Так? - Новость разлетелась по всей улице. - Хорошо, - Уильяму понадобилось время, чтобы перестать смеяться, - даже не знаю. Что общего у собаки и слепого гинеколога? - Что же? - Мокрый нос. - Какая мерзость! – девушка захлёбывалась смехом и уже с трудом дышала, - ой погоди, дай подышать. - Вот то же самое говорит десятилетний мальчик из-под рясы священника. Наверное, если бы кроме них двоих на этаже ещё кто-то был, они бы уже перебудили всех соседей. Амелия вообще не помнила, когда смеялась так много. От смеха у обоих уже болел живот и челюсть. - Честно говоря, - Уильям прокашлялся и только потом смог говорить дальше, - никогда в жизни не подумал, что девушка вроде тебя любит такую чернуху. - Девушка вроде меня это ты что имеешь в виду? - Амелия сидела на кровати и обмахивалась подолом халата. - Давай так скажу, ты создаёшь совсем другое впечатление. Девушки из высшего света, которой папенька не позволяет смеяться над словом «жопа». - Вот как, - она усмехнулась, - мне казалось, что как раз в таких тихих омутах водятся все возможные черти. - Сильно не всегда. По крайней мере, в наших широтах. - Я ведь действительно девушка из высшего света. Но напоминаю, восемь лет с простыми людьми. Местные мужики не выбирали выражения ни при женщинах, ни при детях. Наверное, будь я дома, у меня бы не было такого, - она запнулась, думая, как ёмко назвать всё, что она имеет в виду, - широкого культурного кругозора. - Могу понять, - Уильям откинулся на спинку кресла, - слышала бы это моя мать, она упала бы в обморок. - Хм, даже не знаю, как отреагировали бы родители. - Почему? - Потому что они не застали моё взросление, - она говорила об этом как-то буднично, словно это мелочь, - конечно, ребёнка они оберегали как могли. Но я всё равно умудрялась проводить время с детьми слуг. А там тоже были не самые достойные наследницы престола развлечения. - Подожди, что? – парень подался вперёд и посмотрел на собеседницу так, словно впервые её видит. - Как будто ты не знаешь, как развлекаются дети. На кого помои вылить, кого навозом закидать… - Нет, я не об этом. Наследница престола? - Оу, - девушка разглаживала несуществующие складки халата на коленях, - я разве об этом не упоминала? - Да как-то нет. Синтия сказала, что ты аристократка, но я-то думал, ты дворянка типа меня. Но ты наследная принцесса? - Получается так, - она пожала плечами, - а какая собственно разница? В этом мире я всё равно никто, нечего и утруждать людей лишними деталями. - А как так вышло, что наследница престола оказалась в чужом мире? - Это, - ей явно не очень-то хотелось это обсуждать, - долгая история. - О, не переживай, у нас куча времени, которое мы должны провести вместе. Кажется, настырный собеседник не собирался отступать. Было видно, что ему искренне интересно. Да и он создавал впечатление того, кому можно доверять. Более того, ему придётся доверять, если они будут жить вместе. - Хм. В общем, в моём мире достаточно жёсткая иерархическая система. Она складывалась веками. Вампиры правят, смертные, или люди, как угодно, в подчинении. Эта система не могла работать вечно, и начала трещать по швам ещё при прошлом правителе. Собственно, моя семья – одна из боковых веток королей. Отец унаследовал трон, так как живых наследников у короля не осталось. Первые лет двадцать его называли узурпатором. Сейчас я думаю, что это отчасти правда, просто мне, ребёнку, не всё рассказывали. Так или иначе, какое-то время он укреплял свою власть, убирал приспешников прошлого короля, собирал вокруг себя союзников, чтобы начать изменения. Он собирался дать смертным больше прав, больше свободы, привлечь их к управлению государством. Но это не делается в один день. И в один год тоже. Мы ещё и время чувствуем по-другому, что для смертного целая жизнь, для нас только этап взросления. - И сколько тебе лет? Вопрос немного выбил Амелию из её размышлений. - А, мне двадцать. - То есть по вашим меркам, ты ребёнок? Девушка кивнула. - Здесь, конечно, совсем другое отношение к возрасту. Это непривычно. Отец бы меня ещё на первую охоту не отпустил. Но у нас и немного другое развитие. Мы активно растём и меняемся лет до тридцати, а потом замедляемся. Мы стареть начинаем только после третьей сотни лет. Некоторые наши предки живы до сих пор, а им уже за пятьсот. Но это редкость. - Почему? - Обычно убивают раньше. Древний вампир - это угроза для многих, в том числе для своих же потомков. Никто не хочет расставаться с властью добровольно. А возвращаясь к политике, конечно смертные хотели быстрых изменений, здесь и сейчас, а не лучшего мира для своих правнуков. Отцу стоило быть жёстче. - Дай-ка угадаю, что случилось. - Да, догадаться не сложно. Им показалось, что отец мягкий правитель и его будет легко свергнуть. В тот день всё и случилось. # # # В замке было шумно. На улице кричали люди, были слышны выстрелы. Амелия, вцепившись в доверенный ей кейс с фамильным мечом, сидела в своей комнате, зажмурившись. Она верила, что сейчас мама с папой быстро разберутся, и всё вернётся на круги своя. Двери в комнату распахнулись, и в них вбежала женщина. Это была мать Амелии. Они были очень похожи, но во взрослой женщине уже были стать и гордость, которые никуда не делись даже сейчас, когда всё катилось в ад. - Амелия, пойдём – женщина протянула девочке руку, - быстрее. Не выпуская тяжёлый кейс из рук, Амелия схватила мать за руку, и они вдвоём побежали в дальнюю башню замка. Туда детям запрещалось заходить. Взрослые говорили, что там сложные механизмы, которые ни в коем случае нельзя трогать. Однажды Амелия туда заглянула и увидела кучу непонятных железяк, светящиеся камни, бумаги с чертежами. Ей действительно там нечего было делать, да и поймавшая её служанка быстро увела ребёнка от запретной двери. - А где папа? Женщина нахмурилась. - Прости, золотце, папа сейчас занимается обороной замка. Он не сможет проводить тебя. - Проводить? Куда? Они пересекли длинный коридор и сейчас поднимались по винтовой лестнице. Здесь было безопасно, можно было остановиться. - Моя девочка, - королева поставила дочь перед собой на ступеньки повыше, чтобы их глаза оказались на одном уровне, - ты же знаешь, что ты – наше главное сокровище? - Да, мам, - Амелия чувствовала, как слёзы подступают и начинают щипать глаза, ей было страшно. - Умница, - матери это тоже давалось нелегко, - наша задача тебя уберечь. Поэтому мне придётся отправить тебя подальше отсюда, понимаешь? Девочка кивала, пыталась сдержать слёзы, но этого ей не удалось. - Мам, я не хочу. - Я понимаю, - женщина обняла девочку и постаралась вытереть слёзы с её лица, - я тоже не хочу тебя никуда отпускать. Но послушай, когда всё закончится, ты обязательно вернёшься. Мы с папой тебя найдём, где бы ты ни была. Хорошо? Амелия кивала, цепляясь за мамину одежду. Она всё понимала, но было очень страшно покидать дом, страшно от доносящихся издалека криков, от громыхающих выстрелов и лязга оружия. Через узкое окошко башни были видны вспышки магии. Девочка не понимала, что именно происходит, но уж точно ничего хорошего. Да и её мама, её всегда собранная спокойная ласковая мама никогда не была такой взволнованной. Так они простояли на лестнице несколько коротких минут. Королева рукавом вытерла собственные слёзы и повела девочку дальше наверх. В комнате был бардак. Одним движением руки женщина смела всё с пола, открывая символы, которыми была исписана каменная кладка. Поставив девочку в центр, она положила рядом с ней какие-то сумки, свёртки, и начала раскладывать разные предметы в только ей понятном порядке. - Ты окажешься далеко отсюда. У нас есть дружественные страны, поддерживающие нашу семью. О тебе позаботятся, не переживай. Ты должна будешь найти любого служителя закона, назвать ему своё имя, и он приведёт тебя куда нужно. Запомнила? - Да, мам. - Умничка, - женщина шагнула в центр и крепко обняла дочь, - я люблю тебя, моя золотая девочка. - И я тебя люблю, мама. Стиснув зубы, женщина поцеловала Амелию, и отступила. Она встала на колени и коснулась нескольких символов. Пол вокруг девочки засветился, беспорядок линий начал складываться в стройный узор, казалось, что сама башня загудела. Королева была сосредоточена, она не обращала ни на что внимания, только смотрела, чтобы ритуал шёл как надо. Вдруг башню что-то толкнуло, она шатнулась в сторону. Несколько предметов съехали со своих мест. - Нет! Последнее, что увидела Амелия, пока падала, лицо матери, которая попыталась её поймать. - Амелия! Портал захлопнулся высоко над головой девочки. # # # Амелия смотрела в ночное небо, вспоминая тот день. Долгие восемь лет в чужом мире. А портал в небе так снова и не появился. - Я, - неожиданно для себя она обнаружила, что у неё дрожал голос, - добрела до ближайшего дома, который увидела. Всё было неправильно. Проходящие мимо люди говорили на языке, который я никогда не слышала. Мне повезло, жившие там люди меня не прогнали, не испугались ребёнка, постучавшегося к ним в дом. Хорошие люди. Они даже клыков моих не испугались. Кормили меня кровью домашней скотины. Обучили языку. Терпели все мои выходки. Я, наверное, года три каждую ночь смотрела в небо, ожидая, что сейчас облака разойдутся, откроется портал, и мама заберёт меня обратно. Но чем дольше я здесь, тем меньше надежды, что это вот так само собой случится. И вот я в академии, - она почувствовала, как по щекам покатились слёзы, вытерла их руками и постаралась сразу взять себя в руки, прямо как её мать всегда делала, - я не уверена, что получится, но я попытаюсь вернуться. Не знаю, правда, куда я вернусь. Может, моего дома и моей семьи уже нет, - на этих словах голос снова предательски дрогнул, разрушая её попытки успокоиться, - но я хочу хотя бы попытаться… Она не заметила, как Уильям подошёл к ней. Он осторожно сел рядом, стараясь не делать лишних движений. Когда слёзы начали неконтролируемо течь по лицу девушки, он молча осторожно притянул её к себе и обнял. - Мне жаль. Эта бойкая острая на язык барышня сейчас была просто потерянной девушкой. Потерянной и очень одинокой. Уильям прекрасно понимал, что сейчас он ничем не может ей помочь, но ему хотелось просто быть рядом, чтобы ей было, на чьём плече поплакать. Амелия не ожидала такого, и как только Уильям её обнял, больше не смогла сдерживаться. Она плакала так, как, наверное, не позволяла себе плакать уже много лет. Почему-то было ощущение, что сейчас можно. Вот так, без ужимок и притворства, просто поплакать о своём горе и о том, что, возможно, её дома больше не существует, что, возможно, она больше никогда не увидит ни чёрное солнце, ни замок, ни родителей. А этот мир слишком чужой и вряд ли когда-то станет для неё домом. Но что-то похожее можно было найти хотя бы на миг, в объятьях человека, которого она знает всего день. Они так просидели ещё какое-то время, пока плачь не перешёл в тихие редкие всхлипы. Всё это время Уильям молча гладил её по спине и слегка покачивал в своих объятьях. В какой-то момент девушка подняла голову, стараясь вытереть лицо. - Прости, не думала, что так… - Перестань, - он смотрел на неё с неподдельным сочувствием, - нет в слезах ничего такого. Тем более, тебе правда есть что оплакивать. Девушка грустно улыбнулась. - Наверное. Мне просто казалось, что я уже смирилась. - Если бы смирилась, ты бы здесь не была, разве нет? Осталась бы там в глуши, пасла бы коров, вышла бы замуж за парня из соседнего дома и нарожала бы ему ватагу детишек. Амелия слабо засмеялась сквозь остатки слёз. - Это вряд ли, - она выпрямилась, выбираясь из объятий, и перевела дух - во-первых, я в основном колола дрова и таскала воду, животными занимался старший сын моих опекунов. - Серьёзно? – Уильям удивлённо поднял брови, - колола дрова? - А что такого? - Да как-то это, как бы сказать, не девичье дело. - Так я и не обычная девица, - она уже улыбалась, - забыл? Я сильнее человека. Для меня это было несложно. Во-вторых, с рожанием кучи детишек тоже могут быть сложности. Это и так задачка для нашего рода, а со здешними мужчинами вообще не факт, что я могу забеременеть. Так что, соседнего мальчишку могло ждать большое разочарование. - Хм, - парень внимательно смотрел на собеседницу, - у вас как-то по-другому работает зачатие? - Ты правда сейчас хочешь об этом говорить? Серьёзно? - Эй, не я поднял эту тему, мне теперь интересно. Не каждый день удаётся поговорить с пришельцем из другого мира. - Ладно, - Амелия запахнула развязавшийся халат потуже, к большой грусти Уильяма, - в вашем мире вампиры «размножаются», - она изобразил пальцами кавычки, - исключительно укусом. Но в моём мире мы можем выносить и родить полноценного вампира. Для этого нужно до зачатия и во время беременности э… Питаться в основном кровью отца ребёнка. По мере развития ребёнка, крови требуется очень много. А ещё наши женщины могут останавливать ход беременности, некоторые годами ходят с животом, ожидая подходящего момента для рождения. Так что да, у нас всё несколько сложнее. Уильям внимательно слушал всё, что ему говорила девушка. Для него, конечно, это было несколько дико, но в определённой степени удобно. - То есть случайно это произойти не может. - Не совсем. Супруги могут подолгу пить кровь друг друга, а там может и зачатие произойти. Всякое случается. - Как будто у вас тогда не возникает вопросов наследия. - Любовников тоже кусать никто не запрещает, - девушка пожала плечами, - но да, вероятность ниже. Почему тебе это так интересно? - Да просто, правда. Амелия глубоко вздохнула. От слёз не осталось и следа, Уильям как-то незаметно увёл её от грустных мыслей. Этот человек умел поддерживать и делать ровно то, что нужно было. - Что ж, до рассвета ещё пара часов. Есть идеи, чем заняться? «После разговоров о размножении-то, конечно есть идеи» - Уильям решил это не говорить. Он задумался. И, кажется, ему пришла в голову отличная мысль. - Для этого надо будет одеться. - От любых предложений раздеться я бы отказалась, - съёрничала девушка. - О, какие мы гордые, - если уж она начала его подкалывать, значит настроение стало получше, - я и не собирался такое предлагать. - Конечно, ты ведь образец целомудрия. - Приставать к девушке, которая только что плокала у меня на плече, это даже для меня перебор. Тем более к той, кто может смертельно покусать. Амелия засмеялась. - Ладно, так что мне надеть? Уильям поднялся с кровати и пошёл к своему шкафу. - Что-то удобное. Хочу показать тебе полигон. - Помнишь о нашем уговоре не подглядывать? - Конечно, ваше высочество, как я смею поднимать свои недостойные глаза на вашу королевскую особую. Девушка закатила глаза, но всё-таки усмехнулась. Ему самому бы не мешало переодеться из пижамных штанов. Ночи были ещё тёплыми, но не настолько, чтобы полуголым выходить на полигон. Он быстро нашёл нужную одежду, не забывая поглядывать в зеркало на соседку. Она к этому моменту накинула на себя свободную рубашку и сейчас, стоя на одной ноге, залезла в плотные штаны. У неё был вкус в одежде. Наверное, королевское воспитание не выветривается даже спустя годы, прожитые среди простолюдинов. Сейчас он задумался, как, наверное, ей тяжело. Не только из-за всей истории с революцией и попаданием в другой мир. - А каково это?, - он сел на кровать, завязывая ботинки, - вчера быть королевской дочкой, а сегодня колоть дрова? Не подумай, просто хочу понять, как ты это переживаешь. Амелия обернулась. Она перевязывала волосы лентой, формируя высокий хвост. - Сейчас уже попривыкла, но первое время, конечно, - она аж поёжилась, - ту ещё жизнь я устроила приютившей меня семье. Но я всегда находила, куда деть свои амбиции. - Строила соседский детей? - Ага. Как только начала язык понимать. Удивительно, но они правда меня слушались, даже старшие. Некоторых, правда, пришлось побить, но эй, сработало же. Уильям удивлённо поднял брови. - Ты дралась? - О, всю жизнь. Королевских детей обучают военному делу, владению оружием и да, основам рукопашного боя. На детском уровне, но мне хватало, чтобы надавать тумаков особенно наглым. Так я ещё и сильнее. - Вот и проверим. Парень подошёл к окну и раскрыл его настежь. Ловко перемахнув через подоконник, он оказался на улице. Амелия последовала его примеру. Полигон представлял собой огромное поле. Где-то оно было помечено линиями, где-то были видны глубокие борозды, оставленные ни то оружием, ни то магией. - А где барьер? Уильям сделал несколько шагов перёд и носком ботинка смёл пыль с земли. - Вот же он. Девушка наклонилась и увидела вязь букв. Вычленить из этого отдельные слова не представлялось возможным, да и не все буквы ей были знакомы. Вязь уходила далеко вокруг полигона. - Ты знаешь, что здесь написано? - Не всё. Не моя магия, никогда её до конца не понимал. - А какая твоя? Он ухмыльнулся. - Боевая, заговор оружия и преобразовательная алхимия. Они шли куда-то вдоль здания общежития. Амелия прикидывала, что где-то в той стороне была оружейная. - Ты же говорил, что не понимаешь алхимические формулы. Парень махнул рукой. - У меня к этому подход больше как к искусству, чем как к науке. Девушку это удивило. - Мне казалось, что это крайне строгая дисциплина. - Поначалу так и есть, но чем больше изучаешь, тем больше понимаешь, сколько там допущений, неточностей и простора для экспериментов. Не забивай голову, сначала всё равно надо основы изучить. Уильям поймал себя на странном чувстве. Ночной воздух был чистым и свежим, небо освещалось ярким полумесяцем, окружённым россыпью звёзд. До начала учёбы оставалось ещё два дня. А он шёл, не заботясь ни о чём, и просто болтал с симпатичной барышней. Никакой неловкости, никаких лишних ужимок. Просто болтовня обо всём и ни о чём. Наверное, он от этого отвык. Даже наваждение сна рассеялось, пусть и не бесследно, о чём он вспомнит позже. Но сейчас, в этот миг, он был почти счастлив. Тихо, без помпезности, очень по-человечески счастлив. Из-за угла здания кампуса выглядывала стена из тёмного камня. Высокое здание даже создавало зловещее впечатление. - Пришли. Амелия подняла глаза и улыбнулась. - Прямо как дома. - Погоди, ещё увидишь, что внутри. Почему-то у Уильяма сложилось впечатление, что девушку порадует то, что она увидит. Дверь была заперта, но он сделал с замком, Амелия даже не совсем поняла, что, и они вошли внутрь. С щелчком зажглись лампы над длинными рядами оружия. Мечи, клинки, копья, пистолеты, ружья, топоры, самых разных форм и размеров. Уильям глянул на свою спутницу и остался доволен. Она выглядела как ребёнок, распаковавший рождественский подарок. Улыбка до ушей, сияющие от радости глаза, она даже слегка переминалась с ноги на ногу от нетерпения. «Вот чёрт» - пронеслось в его голове, когда он понял, что, кажется, девушка начинает ему по-настоящему нравиться. - А нам разве сюда можно? - Пока никто не видит, - он кивнул вперёд на ряды оружия, - дерзай. - Даже не знаю, за что хвататься. Она прошла вглубь комнаты, перебегая от одного стола к другому, не рискуя прикасаться к чему-либо. Какое-то время она разглядывала мечи, но быстро потеряла к ним интерес. Зато вот топоры полностью завладели её вниманием. Она потянулась к парным топорам, но одёрнула руку. - Можно? - Можно, - парень стоял, оперевшись о стену, - зачем бы я ещё тебя сюда привёл. Он почти услышал тихий счастливый визг. Амелия взяла топоры и прокрутила их в руках, взвешивала, рассматривала рукоять и лезвие. - Мечтала о таких. - Умеешь с ними управляться? - Неа, - она усмехнулась, продолжая внимательно осматривать вожделенное оружие, - меня учили обращаться с мечом, так, на совсем начальном уровне. А в деревне я научилась только дрова колоть. Но эти красавцы, вот чем всегда хотелось научиться драться. - Если умеешь колоть дрова, то и голову расколоть сможешь, - он подошёл к полке с огнестрельным оружием и снял со стены револьвер, - а стрелять пробовала? - Из ружья по банкам, - девушка положила топоры на место и пошла дальше, рассматривая каждую вещицу. - Больше, чем ничего, - он проверил, чтобы в барабане не было патронов, и защёлкнул его, - значит меч и ружьё. Может, тебе понравится вот эта красотка. Он потянулся куда-то наверх, и спустил оттуда длинное оружие, которая Амелия раньше вообще никогда не видела. - И кто это? - Винтовка. Тяжёлая, тугой затвор, обычно людям с ней тяжело. Но позволяет далеко и точно стрелять. Девушка взяла у него из рук оружие так, будто оно ничего не весило. - Ух ты, - ну точно ребёнок в магазине с мороженным, - какая она красивая. Без понятия, как из неё стрелять, но мне нравится. - Давай, - он обошёл девушку и, встав за её спиной, начал показывать, - сначала надо проверить, нет ли там патрона. Скорее всего нет, но такова техника безопасности. Вот эту ручку наверх и на себя. Осторожно с пальцами, может отбить. Одним движением с характерным щелчком Амелия дёрнула на себя затвор. - Как она звучит! Девушка была в неподдельном восторге. Вообще Уильям впервые видел, чтобы человек так реагировал на оружие. С другой стороны, она-то и не человек. И воспитана не в человеческом обществе, по большей части. - Это правда. Смотрим внутрь, убеждаемся, что патрона нет. Затвор вперёд и вниз, - снова раздался звонкий щелчок, - вскидываешь, прижимаешь к плечу. Локоть выше, - он помог ей правильно поставить руку, - второй рукой вот здесь снизу. Прицел, - парень наклонился к самому уху девушки, глядя через её плечо на мушку, - и выстрел. Амелия нажала на спусковой крючок, отчего винтовка тихо щёлкнула. Ей нравился и вес, и конструкция, и, если не лукавить, то, как Уильям себя вёл сейчас. Без шуточек и глупых намёков. А ещё он был чертовски тёплым и стоял так близко, что ей становилось жарко. Хотя, возможно, дело было не в температуре его тела. - Затвор. Она подняла и потянула на себя ручку затвора. - Гильза патрона выпадает сама, дальше загоняешь следующий патрон в ствол. Уильям чуть помедлил, ловя себя на мысли, что еле сдерживается, чтобы не поцеловать девушку прямо сейчас. Она была очень близко и слишком увлечена оружием, чтобы вообще заметить, но он всё-таки сдержался. - Огонь. Тихий щелчок. Амелия опустила винтовку и ещё раз рассмотрела её со всех сторон. Ей безумно нравилось, хотелось конечно не просто держать в руках, а по-настоящему пострелять из такого. - Здесь же учат стрелять? - Да, это факультатив. Но, - он осёкся. - Но? - Девушкам обычно не дают винтовку. Тяжёлая, неудобная, можно сломать пальцы, если неправильно себя вести с затвором. Да и учатся здесь в основном дамы, которые к оружию притрагиваются только в рамках программы обучения. Вряд ли они выйдут на поле боя хоть когда-то в своей жизни. - Зря, - Амелия передала ему винтовку, чтобы он положил оружие на место, - никогда не повредит такой навык. Кто знает, может завтра война начнётся. Уильям пожал плечами. - Объясни это нашей администрации. - И что, нельзя договориться, чтобы заниматься с тем оружием, которое хочется? - Ты можешь попробовать. Я даже, наверное, смогу помочь. Но препод по военной подготовке вредный, придётся его долго обрабатывать. - Долго - не вечно, - девушка пошла дальше, праздно рассматривая ассортимент, - а твоё оружие какое? - Короткие клинки, рапира и револьвер, - он продемонстрировал последнее, - есть уже пушки и поновее, но мне нравится. Ну что, побьёмся на мечах или обойдёмся в рукопашную? Девушка повернулась и удивлённо посмотрела на Уильяма. - Что? - Я же не просто так тебя привёл на полигон, погулять можно и по внутреннему двору. - Серьёзно? - Вполне. Она усмехнулась, окидывая взглядом всю оружейную. Предложение ей казалось странным, но заманчивым. - Тебе не кажется, что силы не равны? Ты постоянно тренируешься, а я последний раз дралась лет пять назад. - Использовать магию не запрещено. - Вот как. Тогда пойдём без оружия. - Как скажешь. Они вышли из оружейной и отправились к центру полигона. Вокруг них было достаточно пространства, чтобы не сдерживаться. Амелия потянулась всем телом. Наконец-то ей было не жарко, тело чувствовало себя прекрасно, тем более после всей поглощённой крови. Она размяла плечи и хрустнула шеей. - А можно я сначала пар выпущу? Уильям наблюдал за девушкой, не скрывая удовольствия. - Мне отойти? - И подальше. Он сделал несколько шагов назад, прежде чем перед его глазами мелькнуло пламя. Амелия стояла в центре огненного круга, от земли к её рукам поднимались пламенные потоки, которые она то вздымала высоко над головой, то опускала обратно на землю. В такт её дыхания пламя то становилось ярче, то затухало. Уильям готов был поклясться, что пару раз увидел, как огоньки вылетают из её рта на выдохе. Огненная феерия закончилась так же быстро как началась. Видимо, девушка наигралась. - Давно так не было, - она смотрела на свою руку, по которой между пальцами прыгал огонёк, - так, и что будем делать. Уильям усмехнулся и собрал волосы в хвост. В следующую секунду он уже стоял вплотную к девушке, глядя на неё сверху вниз. - Попробуй меня ударить. Амелия даже чуть отшатнулась назад от неожиданности. - Ты серьёзно? - Вполне. - Ты же понимаешь, что это будет больно? - Ты сначала попади. - Ну ладно. Она сжала руку в кулак и собиралась ударить его в живот, но парень уже исчез и оказался за её спиной. Она попыталась быстро развернуться и ударить его локтем, но он снова оказался быстрее. Некоторое время Амелия просто пыталась наносить удары туда, где он появлялся, выучивая его манеру перемещения. И, кажется, начинала понимать. Он ведь не исчезал в одном месте и резко появлялся в другом, просто был очень быстрым. Поэтому, когда Уильям очередной раз оказался от неё по правую руку, она сделала вид, что бьёт в право, выставляя при этом другую руку вперёд. Парень остановился прямо перед поджидавшим его кулаком. - Неплохо, - он мелькнул в воздухе и схватил Амелию сначала за одну руку, потом за другую, заводя их за спину, - что теперь делать будешь? Девушка дёрнулась и попыталась вырваться, но в таком положении её сила мало что решала. Она могла бы попытаться присесть и вывернуть руки вперёд, но после такого, даже с её регенерацией, плечи будут ныть весь день. Выход нашёлся быстро. Амелия дёрнулась вперёд так, чтобы её волосы перекинулись через плечо, и зажгла огонь, подпаливший парню руки. - Ах ты! – от неожиданности он выпустил руки девушки и чуть отшатнулся. В тот же момент Амелия присела и подсекла ему ноги. Уильям рухнул на землю. Он собирался тут же подскочить, но увидел, что девушка стоит над ним, не давая встать, победоносно скрестив руки на груди. - Ты не сможешь быстро бегать, если сбить тебя с ног. - Умно, - он делал вид что спокойно лежит и не собирается ничего делать, - но есть один маленький нюанс. Амелия наклонилась к нему поближе. - Это какой же? Резко подавшись вперёд, он схватил девушку за руки и потянул на себя. Она потеряла равновесие и рухнула на него сверху, после чего Уильям перевернулся и уложил её на лопатки. - Никогда не думай, что ты выиграла, пока противник жив. Вот сейчас. Сейчас бы чуть наклониться, совсем немного, пока она всё равно никуда не может деться и так удобно под ним лежит, и поцеловать. И будь что будет, даже если она влепит ему пощёчину, оно будет того стоить. Из этих размышлений Уильяма выдернул смех девушки. - Решил уложить меня хотя бы так? Ай-ай-ай, поведение, недостойное джентльмена. - Вот же язва, - он улыбнулся и отпустил девушку, - ты правда сильная, я не ожидал, что ты сможешь сбить меня с ног. - А я говорила, - Амелия села на земле и поправила причёску, - но вот эта твоя скорость, ужас. Как вообще с тобой драться? Уильям сел рядом с ней и отдышался. - Ты же как-то догадалась, что надо бить на опережение. Правда, не советовал бы прямо так делать, я мог сломать тебе руку, если бы не остановился. - Я как-то об этом не думала, когда била, - Амелия подняла голову и глубоко вздохнула. - М? - Хорошо здесь. - Это пока учёба не началась, - усмехнулся Уильям, - и пока не так людно. Завтра уже начнут заезжать остальные, станет суетно. - Это завтра, - она откинулась назад, опираясь на руки, - сейчас хорошо. Честно говоря, давно так легко себя не чувствовала. Спасибо, - девушка легонько пихнула сидящего рядом с ней Уильяма плечом. - Да ладно, - он ответил тем же жестом, - мне несложно. Не сидеть же всю ночь в четырёх стенах. - Ты не обязан был меня развлекать. Парень пожал плечами и улыбнулся. - Самому тоже было бы странно слоняться без дела. А тут появился такой очаровательный повод развеяться. Амелия не сразу поняла, что это был комплимент, но когда да неё дошло, густо покраснела и перевела взгляд куда-то наверх, старательно делая вид, что это было не про неё. Смотреть на то, как она строит из себя непробиваемую было забавно. Уильям про себя отметил, что у неё очень живая мимика, любое её переживание сразу видно на лице. Воспоминание из сна ударило по вискам. Как бы хорошо не шёл этот вечер, и какой бы притягательной не была сидящая рядом с ним девушка, какое-то странное неприятное холодное опасение не отпускало Уильяма. Конечно, она ему нравилась. Даже очень. Живая, не скованная воспитанием чванливых аристократов, но со своей гордостью и статью, смешливая. С ней было хорошо. Так, как ему ни с кем до того хорошо не было. Но склизкая липкая тревога, проникающая под кожу и сжимающая желудок своей холодной рукой, то отступала, то накатывала с новой силой. И он не мог понять, что вызывает это чувство. - Слушай, - он решил нарушить тишину и спросить то, что его гложило с самого пробуждения, - не хочу портить момент, но не могу не спросить. Твоя жажда, она как вообще работает? Амелия смотрела в небо, мысленно соединяя звёзды в фигуры. Совершенно другое небо, ни одного родного созвездия, но за годы в этом мире она научилась находить местные. Она не соврала, ей было хорошо и легко сейчас, в этот момент. Для неё было странным, что можно так себя чувствовать рядом с человеком, которого она знает один день. Он явно старался, особенно после того, что было в комнате. Про себя девушка думала, а какой он, когда вокруг люди. Он всё-таки из знатного рода, и она прекрасно знала, как меняются люди в зависимости от окружения. Его манеры, его шутки, всё его поведение говорило о том, что ему не впервой уделять девушке внимание. Такие, как он, болтливые красавчики, обычно легко находили общий язык с кем угодно. Амелия немного опасалась его. Не только из-за того, что не знала, как он будет себя вести в других условиях, но и потому, что не понимала, что творится у него внутри. И какая часть из всего того приятного образа, который складывался у неё, это демон. Его вопрос выдернул девушку из размышлений. - Ах, жажда, - она села по-турецки, развернувшись лицом к собеседнику и собиралась уже ответить, но её посетила другая идея, - давай так, - она недобро ухмыльнулась, - у меня тоже есть вопросы. Ты мою историю знаешь, а свою не рассказываешь. Не честно. - Ах так, - перемена в настроении девушки привела Уильяма в трудно скрываемый восторг, - хочешь поиграть? - Ответ за ответ. - Ну хорошо, - он устроился поудобнее, - дам тебе фору, задавай вопрос. - Почему ты согласился на сделку с демоном? - Вот так сразу. Ладно, - ему было с одной стороны неприятно отвечать, но азарт был сильнее, - он предложил то, от чего я не смог отказаться. - Что же? - А-а-а, - он покачал пальцем в воздухе, - это уже второй вопрос. Моя очередь. Как долго ты можешь обходиться без крови, прежде чем кинуться на ближайшее живое существо? - Ясно, - она продолжала улыбаться не самой дружелюбной улыбкой, - беспокоишься о своей безопасности. Справедливо. Не более двух дней. К концу второго дня жажда начнёт застилать разум, и я могу напасть. Что конкретно тебе предложил демон? - Два дня, понял. Демон предложил мне силу, вечную жизнь и долгую молодость. Можешь считать это глупым. - Ни в коем случае, - ответ удивил Уильяма, - на месте смертного я тоже согласилась. Может что-то ещё? - Да, я собирался продолжить. Здоровье сестры. Амелия удивилась. - Это совсем не глупо. - Это очень глупо, это была ловушка. Сестра была больна, но, как потом оказалось, врачи справились с её состоянием. Но было поздно. Что мне делать, если ты на меня накинешься? - Важное уточнение: ты хочешь, чтобы я осталась в живых, или нет? - Как тебя убить, думаю, я бы и сам разобрался. Весь разговор походил на бой, но уже на равных. Амелия знала, какие вопросы задавать, и как отвечать. Уильям не отставал и старался выудить из неё всё, что ему было нужно. - Приятно знать, что ты рассматриваешь альтернативы. Что ж, если страшное уже случилось, значит во мне осталось мало человеческого и я ближе к зверю. Если получится, стоит меня связать, и уже после этого давать кровь. - Связать? – теперь улыбался Уильям, представляя себе эту картину, - не самый мой любимый фетиш, но кто я такой, чтобы тебя осуждать. - Боже, - она закатила глаза, - это будет непросто. Я же не буду смиренно ждать, пока ты всё сделаешь, я буду сопротивляться. Так что, если связать не выйдет, придётся дать себя укусить. Лучше в руку, в шею и убить могу, сложнее контролировать. После этого я должна буду стать поспокойнее, но обездвижить всё равно придётся, я буду пытаться выпить всю кровь, что в тебе есть. - Чудно, то есть, даже если дать тебе кровь, в таком состоянии ты остаёшься опасной. - Именно так. Дальше никакой крови, тебе придётся со мной разговаривать, вызвать к человеческой части. - Это как? Она пожала плечами. - Честно говоря, я до такого никогда не доводила. В теории, звать меня по имени, разговаривать, напоминать о вещах, которые мне важны. Это должно сработать. - Поразительная чёткость инструкций. - Эй, я надеюсь, что это тебе никогда не понадобится. Как на тебя влияет демон? Со способностями понятно, но имеет ли он влияние на мысли и чувства? - А ты не церемонишься, - разговор нравился Уильяму всё меньше, но надо было продолжать, - Да, он проникает в чувства и мысли. Я стараюсь его сдерживать и не давать ему волю. Я сам по себе не подарок, но этот, - он попытался подобрать слово так, чтобы не обидеть сущность внутри него, он и отомстить может, - хитрец ещё хуже. - Интересно, ты всё ещё отделяешь его от себя. - А есть другие варианты? - Это вопрос? – девушка ухмыльнулась. - Чёрт, - Уильям смиренно принял своё поражение в этом раунде, - да, это вопрос. - Директор сказала, что я могу тебе с этим помочь. Значит, она считает, что мой внутренний зверь и твой внутренний демон – одного поля ягоды. Но зверь – это часть меня. Всегда был, есть и будет. А вот ты считаешь своего симбиота чем-то отдельным. Уильям повёл плечами, словно пытался сбросить с себя неприятное ощущение. - Даже думать о том, что он часть меня тошно, честно говоря. - Почему? А вот и она попалась. - Это вопрос? Девушка недовольно цокнула языком. - Ладно, это вопрос. - Потому что он – всё то, что я в себе не хочу видеть. Похотливое, жадное до власти, хитрое, изворотливое, жестокое чудовище. Реакция девушки Уильяма удивила. Она почему-то казалась куда более заинтересованной, чем до этих слов. Её не отпугнул этот набор качеств, не заставил усомниться в нём. Ей было как будто даже весело. - Не звучит, как что-то ужасное. Парень оказался натурально шокирован. Без малого десять лет он борется с проявлениями того, что абсолютное большинство людей, да и он сам, считали ужасом во плоти. И вообще перед ним сидит девушка, совсем не похожая на чудовище, которая почему-то не ужасается. - Тебе не страшно? Она пожала плечами. - А должно быть? Уильям оказался настолько растерян, что даже не знал, что ответить. Ему пришлось помолчать с минуту, чтобы прийти в себя. - Может, ты не до конца понимаешь, о чём я говорю? - Очевидно, я же не видела, как себя ведёт твой демон. Может, всё хуже, чем ты описываешь, но пока что, нет, не напугал. А тебе кажется, что эти качества совсем к тебе никакого отношения не имеют? - Эм… - уже который раз она ставила его в тупик, - намекаешь на то, что я сам по себе такой? - Не знаю. В моём мире демоны не приходят к своим противоположностям. Они ищут ровно тех, кого считают похожими на себя. Не знаю, работает ли так в вашем мире. - Погоди, ты же понимаешь, что сейчас практически назвала меня чудовищем? Кажется, его это обидело, но Амелия никак не могла взять в толк, почему, ведь для неё здесь не было ничего плохого. - Я тоже чудовище. Я вообще считаю, что в каждом живёт чудовище. И нет хуже людей, чем те, кто делает вид, что это не так, прикрываясь щитом добродетели. - Интересно, - Уильям смотрел на собеседницу, изучая её, как на нового человека, - может, ты и права. Мне нужно подумать над этим. - Кажется, у тебя не осталось вопросов. - С чего ты взяла? – он отразил хищную улыбку девушки, - у тебя раньше вообще были отношения? - Вау, от философии к постели, вот так сразу? - Не я затеял эту игру. - Хорошо, - Амелия приосанилась и поправила рубашку, которая вообще-то и так была в порядке, - были. С шестнадцати лет встречалась с парнем из городка. Но год назад всё закончилось. Сколько тебе было, когда ты заключил сделку? - Тринадцать. То есть вы были вместе года три. И что же, три года держались за ручки? - Если хотел узнать девственница ли я, то да. Это был резкий выпад. Кажется, Уильям задел больную точку. - Честно говоря, до этого я сам догадался. Мне просто интересно, как можно три года встречаться и не дойти до самого интересного. - Пф, как будто я не хотела. Эта девушка была полная сюрпризов. - Прости, что? - Что? - Я, может, тебя не так понял. - Думаю, ты всё правильно понял. Он был из религиозной семьи, мы встречались чуть ли не тайно, хотя, естественно, все всё знали. Но он был уверен, что секс до свадьбы это тяжкий грех. - Погоди, - теперь Уильям откровенно смеялся, не веря своим ушам, - то есть встречаться с вампиршей - это в порядке вещей и богоугодно, но вот спать с тобой - это грех. - Я тоже не понимаю. Мне пару раз почти получилось его уломать, но этот придурок сразу начинал трястись за своё церковное будущее. «Да я на ней женюсь» - шальная мысль промелькнула в голове парня. Он сам от себя такого не ожидал, поэтому постарался не зацикливаться на такой странной идее. - Почему ты не ушла к другому? - Вообще-то моя очередь задавать вопросы, - она прищурилась, прожигая собеседника взглядом, - не было, к кому. Остальные были совсем уж неотёсанными дебилами, этот хоть книжки читал. И о боги, как он целовался. Можешь посчитать, сколько у тебя было девушек? - Уточни, - он ухмыльнулся и про себя отметил, что фразу про поцелуй воспринял как вызов, - в отношениях или вообще? - Вот как. Для начала, в отношениях хотя бы дольше пары месяцев. - Таких было двое. - А вообще? - Дай-ка подумать, - он закатил глаза, стараясь вспомнить каждую, - с десяток наверное. - Кобель, - Амелия протянула это слово скорее как комплимент, чем как оскорбление. - Ну я же не религиозный идиот, чтобы отказываться от того, что само идёт в руки. В этот момент Амелия изменилась. Она перестала усмехаться и как-то странно улыбнулась. - Хочешь сказать, - она подалась вперёд и встала на четвереньки, - если я тебе предложу, - она сделала несколько шагов в сторону ошарашенного Уильяма, - то ты не раздумывая согласишься? Она оказалась очень близко. Уильяму пришлось отшатнуться назад и опереться на локти, после чего Амелия нависла над ним. Ещё немного, и она буквально сядет на него сверху. Сдерживаться, когда такая девушка так на него смотрела и говорила такие вещи было невыносимо тяжело. Но он не был дураком, нужно было вести себя очень осторожно. - Одно твоё слово, - его взгляд скользнул по её лицу, чуть задержался на губах, которые чертовски хотелось поцеловать, и опустился ниже, к свободному вороту рубашки, который был раскрыт достаточно, чтобы кровь отлила от головы окончательно, - и, - он сделал паузу, снова глядя в глаза вампирше, - я весь твой. Амелии было не легче. Вся сегодняшняя ночь, вся их прогулка подстёгивала и её любопытство, и её желание наброситься на парня. Только если раньше её вела только жажда, то сейчас ей было уже всё равно, какая его кровь на вкус. Ещё немного, и она перестанет делать вид, что он её не интересует. Её останавливало только то, что они знакомы слишком мало для такого крутого поворота событий. - Вот как, - девушка чувствовала, как бешено колотится её сердце, - ну что ж, - она вскочила на ноги и начала отряхиваться, - приятно знать. Буду иметь в виду. Уильям громко выдохнул и упал на землю. Ему понадобилось время, чтобы прийти в себя. Это было близко, он почти сделал глупость. Очень хотелось, конечно, после такой провокации, уже не ждать от вампирши позволения и просто завалить её в кровать. Но он слишком хорошо понимал, что с девушкой, у которой никогда не было мужчины, так поступать не просто свинство. Он бы себя не простил, да и она его тоже. - И это ж каким кретином надо быть, - он поднялся на ноги и поправил одежду, - чтобы отказаться. Серьёзно, на него не сработало? Девушка развела руками и направилась в сторону единственного освещённого окна общежития. - Представь себе. Думаю, сработало, прошу прощения, физическую реакцию было не спрятать, но религиозные принципы оказались сильнее. Догнав её в два широких шага, Уильям схватил девушку за талию и притянул к себе спиной. Он, конечно, джентльмен, но спускать ей с рук подобное издевательство был не намерен. Он наклонился так, чтобы его губы оказались ровно над её ухом. - Демонстрация, конечно, блестящая, - он не без удовольствия отметил, как у неё сбилось дыхание, - но я попрошу тебя больше так не делать. С трудом сдерживая дрожь в ногах, Амелия всё же смогла собраться и ответить. - И почему же? - Потому что моё терпение и желание соблюдать нормы приличия не безграничны, - он чуть сильнее прижал девушку к себе, не двусмысленно давая ей понять, что у таких действий есть последствия. - Прости, - она громко сглотнула слюну, когда парень прижал её сильнее. На самом деле, она только сейчас поняла, что по физической силе они вполне вероятно равны, - обещаю, буду аккуратнее. - Вот и умница. Он отпустил её. У него зачесалась рука напоследок хорошенько шлёпнуть вампиршу по наглой заднице, но этот жест он отложил до более приемлемой ситуации. Оказавшись в комнате, Амелия в первую очередь скинула с себя сапоги. Для неё вообще любой отдых начинался только в тот момент, когда она могла разуться. Взглянув в окно, она с сожалением отметила, что небо начинает светлеть, рассвет наступит совсем скоро. Ей бы хотелось, чтобы эта странная, противоречивая ночь длилась дольше. Впереди были ещё две такие, и кто знает, чем бы они обернулись. С раздражением девушка взглянула на тот бардак, который царил вокруг её кровати. Самым противным было то, что она даже не могла разложить вещи в шкаф, ведь неизвестно, останется ли она жить в этой комнате. Ей, конечно, хотелось бы. После того, что было на полигоне, стало довольно очевидным, что Уильям ей нравится. Даже слишком. Это произошло так быстро, что она немного сомневалась, а не влияние ли это демона. Если бы она была уверена в том, что испытывает, её бы уже ничто не останавливало. Но с бардаком надо было что-то делать. Девушка принялась аккуратно складывать не нужные ей сейчас вещи обратно в сумки, после чего она попыталась сложить чемоданы в хоть какое-то подобие порядка. Что-то ушло под кровать, что-то она поставила между стеной и шкафом. Она была так увлечена, что даже не обернулась, когда Уильям запрыгнул в комнату. - А скажи мне… - О нет-нет-нет, - он вытащил из шкафа сменную одежду и полотенце, и направился к выходу из комнаты, - сначала я схожу в душ, и только потом смогу с тобой нормально разговаривать. Девушка удивлённо посмотрела на него, после чего тихо захихикала. - Ладно, я подожду. Как только за ним закрылась дверь, Амелия засмеялась в голос. Конечно, так делать было нехорошо, она прекрасно осознавала, что поступила жестоко, но это было чертовски весело. Расправившись со своими многочисленными сумками, Амелия упала на кровать. По полу пополз первый луч солнца. К несчастью, ей совершенно не хотелось спать. Ещё несколько часов нужно было себя чем-то занимать. Хотя, кажется, с таким соседом скучать ей не придётся.