AZURE pt. 4

Студия звукозаписи Юнги встретила его привычным полумраком и запахом озона от прогретой аппаратуры. Оставив спайку газировки у порога, он сразу погрузился в работу. Три часа пролетели как один миг: он нарезал семплы, выстраивал басовую линию, несколько раз перезаписывал партию синтезатора, чувствуя, как рождающаяся мелодия начинает вибрировать у него в груди. Он был в своей стихии, забыв о времени, о городе за окном, о случайном попутчике с широкой улыбкой, которого он оставил в своей студии. Только когда в наушниках вместо музыки запищал таймер, напоминая о необходимости поесть, Юнги откинулся в кресле и потер переносицу. Он все эти годы жил по особому расписанию. Таймеры оповещали его обо всем. Если он уйдет в работу, то может сутки просидеть за аппаратурой, забывая о еде, например. И только головокружение может об этом напомнить. Он решил не доводить до такого-поэтому таймер в помощь. В голове всплыло лицо Чонгука: наивное, открытое, с любопытными глазами олененка Бэмби. Юнги усмехнулся своим мыслям. Телефон лежал рядом он открыл последний набранный номер и нажал вызов. -Привет! –раздалось на том конце, после двух гудков, - я уже успел соскучиться. «Успел соскучиться» заставило мурашки пробежать по рукам Мина. Два слова, а так приятно грели душу. -Привет! Я освободился, - сказал он в трубку, чувствуя, как губы сами собой складываются в улыбку. – Надеюсь ты уже свободен? -Для тебя освобожусь, -внезапно прозвучало. -Да? Тогда будь готов, через пятнадцать минут буду у тебя, -улыбка снова озарила лицо Юнги. -Жду, до встречи, -разговор прервался. Мин почувствовал себя подростком в пубертате, который собирался на свое первое свидание. Хотя какое же это свидание? Он просто хотел сам поесть и покормить милого парнишку. Юнги за этот час или два, в одиночестве, уже успел понять то, что случайный знакомый, вероятно не такой и случайный. Его на самом деле за последние годы, никто так не волновал, как этот вокалист. Да именно вокалист. Юнги на уровне подсознания решил, что хочет его прослушать и с ним поработать невзначай, не открываясь пока полностью, чтоб потом сделать вероятно даже сюрприз. Но об этом он подумает как-нибудь в следующий раз, а сейчас ему пора ехать на (не)свидание. Чонгук ждал его на крыльце арт-студии, сжимая в руках потертый рюкзак, когда черный внедорожник Юнги припарковался у тротуара. Мин опустил свое окно и улыбнулся, кивая в сторону пассажирского сидения. Чон быстро обошел авто и запрыгнул на пассажирское сиденье с такой легкостью, словно они были старыми друзьями. -Я умираю с голоду, - сходу признался Чонгук, виновато улыбнувшись. - В студии был только чай, а им сыт не будешь… -Вредную еду? - Юнги бросил на него быстрый взгляд, приподняв бровь. – Ты ведь ее хочешь? -Хотел, -кивнул Чон, - я редко такое ем, но сегодня захотелось. -Значит, сегодня вечер без диет, -согласился Юнги, -я тоже хочу вредной еды именно сегодня. Они могли бы поехать в какой-нибудь модный ресторан, Юнги давно уже в состоянии оплачивать подобные мероприятия. Но свернул к знакомой вывеске «McDonald’s», спустя пару километров. Красный и желтый свет неоновой вывески залил салон, сделав его уютным и каким-то по-детски беззаботным. -Здесь поедим или в макавто?- спросил Юнги, останавливаясь чуть поодаль. -Давай в макавто и поедем поедим где-то, где не будет шумной толпы? –предложил Чонгук, -если честно, я не очень люблю есть под этими лампами дневного света. Юнги кивнул,и подъехал к пункту заказа. -Что будешь? –уточнил он у парня. -Давай, то что и себе! –отозвался Чон. -По две порции: Бигмак, Гамбургер, картофель фри, нагетсы, соус, Кока-кола, -Юнги сделал заказ не задумываясь, брал все что любит сам, -Спасибо! Через пару минут принял у девушки на раздаче увесистый пакет с коробочками и двумя стаканчиками колы, сунул его в руки парня, а затем развернул машину в сторону набережной. Мин знал одно тихое место, где фонари горели не так ярко, а городской шум превращался в едва слышный фон. Они доехали быстро, на удивление дорога была не занята совсем. Луна ярким месяцем уже поднималась над городом и даже пыталась через лобовое стекло освещать парней, которые мило беседовали о том, как прошел их вечер после расставания. -Как здесь здорово! –восхитился Чонгук, -Я тут никогда не бывал! Спасибо что привез сюда. -Это мое любимое место, -уточнил Мин, –когда хочу уединения и тишины. Чон с теплотой глянул на парня, его лицо было таким умиротворенным и если можно выразиться –домашним. Юнги вдруг вспомнил, что в багажник он как-то бросал плед. -Что ж, настал его звездный час, - хмыкнул Юнги, расстилая его на траве. -Готовь боеприпасы, - обратился он к парню . Они устроились с комфортом. Перед ними расстилалась темная гладь реки, отражающая огни дальнего моста, а над головой тихо плыло глубокое синее небо, которое медленно меняло свой оттенок с акварельно-розового на иссиня-черный. Чонгук открыл коробки, и воздух наполнился аппетитным запахом картофеля фри и горячих булочек. Он захватил одну фришку и, обмакнув в соус, погрузил в рот, почувствовав сразу взрыв вкуса. Он расплылся в довольной улыбке. Юнги же первым делом откусил бургер и тоже довольно замычал, кивая головой. -Я давно так не ел, -признался Чонгук, с хрустом откусывая наггетс. -В последнее время только рис и овощи. Экономлю. -Ты должен хорошо питаться, -заметил Юнги, наблюдая за тем, как ветер треплет черные волосы парня.- У тебя же рука не должна дрожать. И да голос тоже. Он у тебя хорош. -А ты? -Чонгук повернулся к нему, обмакивая снова картошку в соус. - Ты же композитор. Наверное, сутками сидишь в студии, забывая про сон? Юнги сделал глоток колы, чувствуя, как ледяные пузырьки щекочут горло. «Если бы он знал, что я не просто композитор, а еще и продюсер, владелец этой чертовой студии и человек, который подписывает контракты», — подумал он, но вслух сказал лишь: -Бывает. Музыка — это наркотик. Когда начинаешь, сложно остановиться. Очень сложно, но я стараюсь не упускать моменты приема пищи и сна. -Понимаю, - серьезно кивнул Чонгук. -У меня так же с рисунком. Могу начать портрет, а закончить только когда почувствую, что человек на холсте начинает дышать. Иногда это занимает всю ночь. Знаешь…хочу написать тебя в то время пока будешь писать музыку или играть на фортепиано. Уверен это получилось бы очень живо и эмоционально. -Ты еще и романтик… -Юнги почти невесомо коснулся руки Чона. Тот от неожиданности вздрогнул. Но место касания хранило тепло его руки еще какое то время, заставляя покрываться кожу мурашками. Они говорили о музыке и искусстве, перебивая друг друга, споря о любимых альбомах и смеясь над неудачными выступлениями известных артистов. Юнги с удивлением замечал, как легко и непринужденно течет этот разговор. Чонгук не лез в душу, не задавал лишних вопросов о деньгах или статусе, он просто наслаждался моментом, искренне радуясь простым вещам: вкусной еде, ночной реке и компании. -Слушай, а ты... -Чонгук запнулся, рисуя пальцем круги на картонной крышке от стакана. - Ты один живёшь? -Один, - коротко ответил Юнги, чувствуя, что парень к чему-то ведет, -мои родители в Корее. -Я тоже, - тихо сказал Чонгук. Потом, словно собравшись с духом, добавил,- наверное, поэтому я часто один в своей мастерской. Никого нет. Родители тоже в Корее. А так ни девушки, ни парня... Я... би, но скорее даже гей. Он произнес это быстро, словно боясь, что передумает, и уставился на воду, напряженно сжимая, уже пустой, стакан. Пауза...наполненная лишь шелестом волн и далеким гулом машин. Юнги почувствовал, как в груди что-то сжалось. Не жалость, а что-то теплое и будто бы понимающее. Он легко запустил руку в мягкие волосы, нежно поглаживая, массируя. Гук прикрыл глаза. Ему нравилось. Следом Мин аккуратно положил свою руку поверх напряженной кисти Чонгука. -Эй, - сказал он тихо, дождался, пока парень повернет голову и посмотрит на него своими большими глазами, блестящими в свете уличных фонарей. - Я тоже... гей. Чонгук выдохнул. Выдох был такой долгий, словно тот задерживал дыхание целую вечность. Его плечи расслабились, и на лице расцвела смущенная, но счастливая улыбка. -Правда? -переспросил он. -Правда, - кивнул Юнги, убирая руку и чувствуя, как между ними разрушилась какая-то невидимая стена. - Так что ты в хорошей компании…Я пойму тебя, а ты меня. Да и зачем мне тебя обманывать? На обмане отношений не выстроишь. «Отношений» это слово приятно кольнуло где-то в районе солнечного сплетения. Темнота сгустилась. Влажный ветер с реки стал прохладнее, пробираясь под тонкую ткань рубашки. Чонгук поежился, незаметно потирая предплечья, пытаясь согреться. Он не жаловался, но Юнги заметил, как тот начал подрагивать. -Пару сек, - коротко бросил Юнги, поднимаясь. Он отошел к машине, достал с заднего сиденья свою куртку косуху и, вернувшись, не спрашивая разрешения, накинул ее на плечи Чонгуку. А затем, повинуясь какому-то внутреннему порыву, он чуть приобнял его, оставляя руку на плече, ловя себя на мысли, что это слишком долго для простого дружеского жеста. -Замерзнешь, потом болеть будешь, - проворчал он, пряча искреннюю нежность за маской заботы. Чонгук утонул в его куртке, которая пахла терпким парфюмом и как будто студийным дымом или сигаретами. Он благодарно посмотрел на Юнги, и в этом взгляде было что-то большее, чем просто признательность. Но ни один из них не сделал следующего шага. Вода стала почти черной. Звезды, до этого скрытые городской подсветкой, проступили на небе отчетливее. -Уже совсем поздно, - заметил Юнги, глядя на часы. - Мне завтра рано вставать, да и тебе, наверное. Чонгук виновато улыбнулся, но не двинулся с места. Он явно не хотел уходить в холодную пустую студию. -Слушай, -Юнги сделал паузу, словно взвешивая слова. - У меня есть гостевая комната. Я живу один, говорил уже. Поехали. Ведь твое авто в ремонте, да и ехать к тебе в городок, чтоб потом возвращаться в свой, как-то несподручно. Он ждал отказа, легкой насмешки и даже грубости. Но Чонгук просто смотрел на него, и выражение лица было мягким, смущающимся. -Это верно, -обреченно покачал головой Чон, -если честно, как-то не удобно. Но... если это не стеснит тебя... -Не стеснит, Гука, все удобно, поверь!- твердо сказал Юнги, начиная собирать остатки еды в пакет. Они свернули покрывало, и Юнги, подхватив его, нечаянно коснулся плеча Чонгука, помогая ему подняться. Дорога до машины была короткой, но Чон так и не снял куртку Юнги, закутавшись в нее, как в спасительный кокон. В машине, когда двигатель мягко заурчал, а салон наполнился теплом, Гук повернулся к нему. Свет от приборной панели мягко освещал его лицо. -Юнги, -тихо сказал он. - Спасибо тебе за все, что ты для меня сделал. -Все нормально, - улыбнувшись кивнул Мин, выруливая на дорогу. –Тебе спасибо за компанию. -Мне было тоже хорошо в твоей компании, -Чонгук покачал головой, глядя прямо перед собой. – А еще спасибо, что ты просто был рядом. И за то, что понял все, и даже без лишних слов. Юнги молчал несколько секунд, чувствуя, как в груди разливается мягкое тепло. Он протянул руку и, не глядя, чуть сжал колено Чонгука, обтянутое джинсой. -Всегда пожалуйста, - ответил он тихо, убирая руку обратно на руль. Салон погрузился в пленящую тишину. Магнитолу Мин не стал включать, так как за мерной работой двигателя, он мог слышать сопение Гука, который, стоило чуть набрать скорость, уснул. Юнги вел авто не спеша, это давало возможность поглядывать на сопящее чудо. Кудри бесцеремонно спадали на лоб и легко пружинили. Губы чуть приоткрылись и выглядели такими привлекательными, что нестерпимо хотелось их коснуться своими. В воздухе между ними висело что-то едва уловимое, но Мин сравнивл это с первыми нотами еще не написанной, но уже рождающейся мелодии, которая обязательно увидит жизнь, вероятно даже голосом Чонгука. Дорога в пригород была другой. Те же улицы, то же шоссе, но все изменилось. Окна были приоткрыты, врывавшийся ночной воздух был прохладным и свежим. Он нагло охлаждал разгоряченные молодые тела. Не только воздух был виновником этого, но и близость тел. Этот факт будоражил сильнее… Через лобовое стекло луна, окруженная россыпью, блестящих золотом, звезд, застенчиво все так же смотрела на парней. На одном из поворотов, когда немного тряхнуло авто, Чонгук открыл глаза и не произвольно улыбнулся. -Я уснул, прости, -буркнул он. -Все нормально, -хмыкнул Юнги, кладя свою руку поверх руки парня и мягко ее сжимая, - ты очень красивый, даже когда спишь. Румянец вспыхнул молниеносно на щеках Гука, но благо из-за сумрака в салоне этого не было видно. Парни говорили о пустяках, шутили, смеялись. Напряжение, которое имело место, смягчилось, превратилось в сладкое, томительное ожидание чего то непривычного им. Когда Юнги, наконец, заглушил двигатель перед своим современным домом, цвета слоновой кости, с панорамными окнами в стиле арт-деко, воцарилась тишина. Только стрекот цикад нарушал ее. Парни молча вышли. Каменная дорожка вела прям ко входу, с обеих сторон от нее покоились в ночи ароматные лантаны. Поодаль, чуть за домом, была видна зона барбекю в окружении пальм и кустов бордюрных роз. -Вот и он, -внезапно сказал Юнги. - Мой небольшой дом. Чонгук запрокинув голову, осмотрел дом, а затем звездное небо. -Он очень модный и красивый. - брюнет повернулся к Юнги, и в свете луны его черты казались будто нарисованными. – Не такой уж он и небольшой. Всегда мечтал о таком. Кажись я в нем буду чужаком… Чонгук подошел ближе, сокращая дистанцию. Юнги почувствовал, как становится горячо внутри. -Ты не чужой… -не особо концентрируясь на этом ответил Юнги. - Спасибо, - прошептал Чонгук. -Да ладно тебе, -улыбнулся блондин, -все нормально. Добро пожаловать в один из моих мирков. -С удовольствием! Правда! -Чонгук в ответ только улыбнулся, взял Юнги за руку и позволил вести себя внутрь, под мерцающие огни фонарей. Дверь закрылась с тихим щелчком, отрезав их от ночной улицы и оставив в полусумраке просторной гостиной. В доме было тихо и темно. Аппетитно пахло вишней. «Вероятно это ароматизатор» подумал Чонгук, неспешно ступая за Мином. Было волнительно. Чужой дом, хранящий секреты хозяина, его святая святых. «Я чужой человек, которого он впускает в частичку своего личного пространства». От этих мыслей становилось слишком волнительно и в тоже время приятно. Брюнет понимал, что скорее всего не просто так ему предложили переночевать. Симпатия? Он был уверен, что она имеется. Искра? И она пробежала. Торопиться с выводами он не хотел, слишком больно обжигался раньше. Тихим щелчком Юнги включил подсветку. Мягкий, почти интимный, холодный свет разлился по комнате. Все было безупречно и довольно минималистично. Дизайнерский диван и кресло темно синего цвета, стеклянный столик, на котором стояла одна-единственная гипсовая фигурка рояля, мягкий коврик с длинным ворсом серого цвета и огромный экран на полстены. А вообще, темный интерьер очень подходил блондину. -Вау, - тихо выдохнул Чонгук, остановившись в центре комнаты, будто боясь нарушить эту аутентичную гармонию. - Это… очень похоже на тебя. Или на ту версию тебя, что я представлял. -В плохом смысле? -Юнги нервно рассмеялся, снимая свою куртку с плеч парня. -Скорее в точном, - поправил Чонгук, делая шаг. Его пальцы скользнули по спинке кресла, оставляя невидимый след. - Все на своих местах. Успокаивает… Ощущение будто мы в кинотеатре. -Хочешь… вино? Или воду? -Давай вино, пожалуйста, легкое. А вообще я не особо разбираюсь в алкоголе, - Чонгук последовал за парнем на кухню, которая тоже была образцом минимализма: блестящий металл -нержавейка, но уже белый мрамор, ни одной лишней вещи –только кофемашина, как олицетворение хозяина дома в этом пространстве, а все остальное будто спрятано от посторонних глаз. Юнги, отвернувшись, чтобы достать бутылку и два бокала, чувствовал прожигающий взгляд у себя за спиной. -Знаешь, я тоже не великий знаток алкоголя, - произнес блондин, пока выбирал какое вино они выпьют сейчас, - полагаюсь лишь на свой вкус и желание. Сейчас хочется Совиньон Блан, согласен? Прикосновение. Такое внезапное и такое обжигающее, будто пальцы Чонгука были раскалены, медленно изучали контуры его лопаток, линию позвоночника. Юнги не заметно вздрогнул и закатил глаза от приятности мгновения. -Да, полагаюсь на твой вкус, -на автомате выпалил брюнет, будто его застали на месте преступления, он убрал руку. -Мне нравится твоя кухня, - звучало спокойнее, садясь на высокий барный стул у острова. -Вероятно ты хорошо готовишь, - выдвинул идею Чон. -Вполне себе, - парировал Юнги, наливая вино. Их пальцы встретились на ножке бокала, когда блондин передавал напиток. Легкий, почти случайный контакт, но эффект от него, как от удара током. Оба вздрогнули и отдернули руки. Вино колыхнулось. Как неловко!.. -Прости. -Все нормально! Они сказали это одновременно и тут же рассмеялись, уже менее напряженно. -За знакомство! –предложил хозяин дома. -За приятное знакомство! –чуть застенчиво согласился брюнет, ударяя до легкого «дзынь» о бокал Юнги. Они пили вино, разговаривали о пустяках — снова о музыке, о том, как Чонгук продал сегодня небольшую работу, но разговор был похож на хождение по тонкому льду. Юнги заметил, как Чонгук теребит край своего бокала, как его взгляд падает на губы Юнги, когда тот говорит, и тут же стремительно убегает к окну, в темноту. Их поведение было слишком очевидным, но никто не пытался заметить этого…или боялся. - Покажи мне… остальной дом…если можно, — вдруг попросил Чонгук, спрыгнув со стула. -Твой дом...он уютный и тихий. Я хочу увидеть, где спит человек, который на одной ноге с Моцартом. Сердце Юнги екнуло. Вести его в спальню… это было как открыть сейф с самыми личными вещами. Она как его душа, как личное пространство. Но он кивнул. Спальня оказалась такой же безупречной: большая кровать с пепельно-серым постельным бельем, ни одной морщинки, прикроватные тумбы, лампа с мягким светом. Чонгук зашел внутрь, медленно, будто боясь нарушить ту тишину и покой что царили здесь, прошел до середины комнаты и повернулся. -Вот оно. Сердце дома, — он сказал это почти шепотом, его глаза блестели в полумраке. Юнги, оставаясь в дверном проеме, будто не решаясь войти в собственную спальню вместе с ним. Он чувствовал, как желание и стеснение ведут в нем жестокий бой. Хотелось подойти ближе, коснуться его волнистых волос, почувствовать, насколько тот нежен и мягок. Мин был уверен в своих мыслях на счет парня. Но он был скован, будто бы… страхом - спугнуть, порвать ту хрупкую нить, что тянулась между ними. Чонгук подошел к окну. Вдали мелькали огни города, как светлячки в лесу. Его силуэт, стройный и изящный, вырисовывался на фоне стекла. -Сегодня, когда мы были у реки… - он начал и замолчал, будто собираясь с мыслями. -У меня была странная мысль. Я хотел… остановить время. Чтоб этот вечер длился вечно. Это эгоистично, да? -Нет, - голос Юнгиа был хриплым, проникновенным. Он сделал несколько шагов на встречу. Теперь их разделяло всего пару метров. Чонгук обернулся. Его лицо было в тени, но Юнги видел, как он облизывает губы, нервно. Они замерли, смотря друг на друга через полутемную комнату. Воздух будто сгустился, стал сладким и тягучим, как мед. Юнги видел, как поднимается и опускается грудь Чонгука, как быстро он дышит. Да и сам блондин был слишком возбужден всей этой ситуацией. -Юнги…я -Чонгук произнес его имя, но Мин так и не угадал что в этом было, просьба или смущение. Юнги сделал еще один шаг. Теперь он мог разглядеть каждую ресницу, каждый лучик света в его темных глазах. Родинку под губой, милый шрамик на щеке. - Я… Я не хочу ничего испортить, -прошептал он, и это звучало как откровение. - А что если… ничего не испортится? -Юнги тоже прошептал. Чон не отступил, когда Мин оказался в шаге от него. Юнги медленно, давая брюнету время отстраниться, поднял руку. Тот не шелохнулся. Он коснулся его лица, почти невесомо, подушечками пальцев. Убрал со лба непокорную прядь, большим пальцем провел по тому самому шраму. Прикосновение было легким, как пух. Чонгук закрыл глаза, будто ожидая чего то более весомого. -Ты красивый, - произнес Юнги свое признание и коснулся губами теплой, бархатной щеки и тут же отстранился. Чонгук открыл глаза. В них стояли слезы, но он улыбался. -А ты… невыносимо хорош. И я не знаю, что с этим делать. Парни так и стояли, в сантиметрах друг от друга, их дыхание смешивалось. Желание было почти осязаемым, оно висело между ними. Но они оба застыли, боясь переступить его. Боясь, что реальность не оправдает этого сладкого, мучительного напряжения. Брюнет, жадно облизал губы. В паху Юнги, который не сводил с этого свой взгляд, начинал разливаться томительный жар. Первым отступил Чонгук, побоявшись все испортить. Он сделал маленький шаг назад, капитулируясь первым. -Я… могу принять душ, если ты не против? Дорожная пыль и вся эта… нервозность…Да и спать пора, время позднее… Юнги кивнул, с облегчением и сожалением одновременно. Он и хотел парня и боялся поторопиться с выбором. -Полотенца в шкафу ванной комнаты. Гостевая на против моей комнаты. -Спасибо! – с пониманием всей информации кивнул брюнет и вышел слишком быстро, боясь передумать. Парни разошлись, создавая необходимое расстояние - личное пространство. Они знакомы несколько часов и это было основное НО которое останавливало Юнги. Парень хорош, даже идеален визуально, только этого пока недостаточно. Нужно как минимум одно полноценное свидание. Блондин внезапно вспомнил касание к коже, потом облизанные пухлые губы. В паху снова стало нестерпимо горячо. Он потянулся к нему, накрывая рукой. Возбуждение выпирало сквозь брюки. Юнги с легкой силой его сжал и тихо простонал. Хотелось кончить, но он решил, что выдержка еще никого не убила. Тихо разделся и лег в постель. Блондин слышал, как прекратился шум воды, потом открылась дверь ванной комнаты. И только спустя пару минут закрылась дверь спальни гостевой. «Он стоял, надеясь, что я выйду?» промелькнуло в голове Юнги, но уже было поздно что-то предпринимать.