Пока не замёрз.

—Какого хуя ты вчера на стрелку не пришел, а?— Хулиган схватил Леона за шиворот, притянув к себе. И вправду, почему он не пришел? В общей группе обсуждали детали, что да как будут делать своими грязными руками, но видимо Леон забыл заглянуть туда. —Сорян, с сестрой надо было посидеть,—отмахнулся тот, отталкивая от себя ладони кореша. Тот лишь взглянул на него с чудной ухмылкой, но отпустил. —Ладно, на очереди у нас та страшненькая,— перевел тему главарь, подразумевая Колетт. Да, безупречно, у этой девушки были свои «странные» увлечения и то, как она фанатеет по абсолютно разным персонажам было трудно не заметить. Леону, в свою очередь, было и будет глубоко все равно на эту личность до тех пор, пока она не начнет общаться с ним. Парень взглянул на время которое ему подсказывал экран телефона. 16:05. Несмотря на то, что на данный момент всего-то четыре часа дня, небо уже успело залиться темно-синим оттенком, почти черным. Звезды и снежинки смешивались в одно целое, а уличные фонари освещали всю улицу. Кровь на костяшках давно застыла, но они все еще жгли болью. —Она идет!— Почти выкрикнул кореш глядя за угол. Колетт выглядела довольно счастливой. Интересно, что дало ей так почувствовать себя? Даже немного печально, что её счастью скоро прийдет конец. Но не Леону же жалеть очередную жертву? Один из «друзей» вышел на встречу к девушке, делая из себя обыкновенного прохожего, который лишь пересечет улицу и его больше никогда не увидят. Её почти обесцвеченные волосы сияли под ослепительной атмосферой фонарей, а кончики её губ были приподняты настолько, словно она только что выиграла лотерею. Парень в черном шел за метр от неё, делая вид что сейчас пройдет мимо. Бам, и ее телефон выпадает из рук. Раз, и ей прилетает в щеку. Два, она уже валяется в снегу и к ней подходит группа задир. Полный радости взгляд погас, а руки затряслись. —Нет, подождите! У меня есть деньги, еда, да все что нужно! Не нуж.. — Удар по её лицу заставляет закрыть рот. Её били беспощадно, что утратить надежду на лучшее не составляло труда. Удары прилетали куда только можно и нельзя. В лицо, по ногам, рукам, в живот. Девушка корчилась от боли, пока из неё буквально выжимали все живое. Глаза её выражали беззащитность и потерянность. Что она могла сделать? Колетт пыталась подняться, но её калечили еще сильнее и больнее. Дыхание охрипло, она не могла моргать а глаза были выпучены. Пульс знатно подскочил, а стук сердца отдавал в ушах. Зрение подводило, мутнело и почти затуманилось. Ужас захватил её с головой, в которую каждый миг прилетали пинки. Алая кровь из носа и губ хлестала на снег. Она хотела кричать, но голос выдал лишь хрип, который смог понять лишь Леон. Если судить по её взгляду, она хотела сказать что то важное. Не мольбы о пощаде, не угрозы. Что-то по настоящему стоящее. —Передайте маме, что я люблю её,— промолвила она, окончательно теряя сознание. Очи её закрылись, а хрустальные слезы продолжали стекать по замерзшему лицу. Над ней насмехались, швыряли сумку в урну и доставали, создавая на ней дырки. Куртку сняли и также поиздевались над ней, не жалея сил. Веселье прекратилось тогда, когда все вещи были испорчены. Компания оставила её лежать в одной лишь кофте и штанах, переохлаждаясь в сугробе. —Сделал дело — гуляй смело,— подбодрил корешей самый главный из них. Хулиганы двинулись по переулку, обсуждая все, что они нашли у этой «нетакуси», как выразился их «друг». Разговор шел гладко и легко, каждый добавлял свои комментарии. Каждый, кроме Леона. Тот шел вновь весь в своих мыслях и летал в облаках за тысячу миль отсюда. Он держался хуже обычного, ноги еле как шли а глаза закрывались на ходу. —Ты в последнее время какой-то не такой,— заявил парень, который шел ближе всех к нему,—ты вложил даже меньше сил, чем на того пидора! Да что с тобой не так? Родители дома пиздят?— —Кстати о том типочке, я видел их вместе на остановке. Клянусь мертвой мамашей Леона, они даже общались,— вставил свои пять копеек главарь. —Ты что!?— все резко оглянулись на него. Кровь стыла в жилах, а сердце на мгновение, казалось, остановилось. Он хотел возразить, соврать, что все это не правда. Но что он мог иметь против самого главного из них? —Значит, пока мы, блять, тут на всю отдуваемся и хуярим по полной, ты с этим педиком гулял? Я так и знал, что ты, скотина, предашь нас! — Парня свалили с ног, подставив тому подножку и ударив по спине. Леон лицом грохнулся в снег. —Ты пожалеешь, очень сильно пожалеешь.— Леон повернулся на спину и попытался заново встать на ноги, но тут же живот вспыхнул огнем от пинка. Его начали бить все семеро, тратя последние силы. Как бы они не устали, какими бы «друзьями» они не были, он должен был расплатиться за свои ошибки. —Ты предал нас! Мы дали тебе все: уважение, безопасность, поддержку, а ты?!— Леон почти рассмеялся, но из уст выдался лишь кашель. Поддержку? Уважение? Когда это такое было? На любых встречах и прогулках из него делали шутку и не воспринимали в серьез его проблемы. О какой поддержке может идти речь? Все, что видел парень в этот момент, это лишь темные силуэты. Глаза слипались, а дрожь пробегала по всему телу, начиная от ног заканчивая тремором на кончиках пальцев. Руки были запачканы в его же собственной крови, жалко пытаясь остановить кровь из носа. Все, что можно было желать, это что бы все скорее закончилось, либо это был лишь кошмарный сон. *** —Что вы делаете? Не видите, это же ребенок!— хулиганы, избивавшие очередного первоклассника мигом обернулись на вмешавшегося парнишку. —Вы представьте лицо его мамы, когда она увидит этот ужас,— уже тише пробормотал Леон. Маленького мальчика и вправду было жалко, без слез не взглянешь. Губа разбита, глаза стеклянные. Можно было угадать, что в своей голове он молил о помощи. Леон приподнял голову, сверля сердитым взглядом задир. —О, ты тоже получить хочешь? Нехуёвенько так, мы еще одно приключение себе на жопу нашли,— подшутил, скорее всего, главарь этой «банды». Он крепко сжимал порванные рукава бедного мальчишки, встречаясь взглядом с очередной «проблемой». —Ты лучше съебывай отсюда,— предупредил хулиган стоявший рядом с главарем, —тебе же хуже будет.— —Отпустите его! —А ты нам что? —А за это что-то еще взамен дают? Суки! Парень повалил защиту на землю, принявшись набивать тому лицо. Главарь был в попытках отдернуть его руки, но бестолку, Леон навалился на него всем весом его же тела. Одним кулаком он разбил ему нос, откуда похлестала алая жидкость. Остальные глядели на это зрелище в недоумении. Они не старались оттолкнуть «проблему» от своего лидера, с уст их даже не срывалось ни одно «прекрати». Лишь куча раскрытых глаз наблюдали за тем, как их «другу» разбивают лицо. —Хватит, я понял,— почти выкрикнул тот, от чего кровь попала ему в рот. Леон не сразу отпустил его, напоследок он еще раз ударил тому по уже и так сломанному носу. Закончив дело, он все таки слез с него, даже протянув руку, дабы помочь встать. Тот ответил на жест, и всеми силами схватился за ладонь. —Слушай…—начал тот,—мне нравятся такие смелые как ты. Не хочешь к нам в компанию?— —Что? —Я гарантирую тебе поддержку с нашей стороны, уважение и безопасность на этом районе. Ты согласен? —Я что-то должен давать взамен? —Я не оставляю тебе выбора. Либо бьешь ты, либо мы бьем тебя. Слова отзывались в голове. Что только что произошло? —У тебя три секунды. Раз.. Что делать? Что выбирать? Подожди немного, пожалуйста… —Два… Если выбрать первое, то он будет цел. Если второе, то мать каждый день будет видеть его раненным. Выбор очевиден. Сильный бьет слабых. —Я выбираю первое,—нервно выдохнул Леон. Хулиган широко улыбнулся, но так искренне и радостно, что парень поверил в сказанное. —Добро пожаловать,— группа парней принялись обнимать Леона. Ого, неужели так легко заводить друзей? А что насчет первоклассника? Тот уже давно сбежал, как только ему дали возможность. Одни дрались, другие смотрели. А за мальчиком никто не уследил! *** —Леон, ты слышишь меня?— Парень приоткрыл глаза, но зрение все еще было размыто. —Ау, очнись,— приказал ему кто-то рядом. Леон начал постепенно приходить в себя, хотел опереться о снег и встать но тело вновь его подвело. Мгновение спустя, он видит перед собой руку. Кто то протягивает ему руку. —Вставай,— усталым тоном произнес незнакомец. Леон пытался понять кто это, но перед собой лицезрел лишь размытое пятно. Пару моментов спустя, он пришел в норму. Перед ним своей же персоной стоял Сэнди, протягивающий руку. —Ну?— хватит давить, неужели он не видел, что Леон сейчас не в состоянии просто взять, и встать? —Плджди,— непонятно промолвил парень. —Я не собираюсь ждать, пока ты тут проснешься. Вставай.— Леону не осталось ничего, кроме того как схватить парня за руку и подняться с окровавленного сугроба. Отряхнувшись от прилипшего снега, Леон встретился с ним взглядом. —Что ты тут забыл?—задался вопросом собеседник. —Ну, погулял весело. —С кем? —С компанией. —Ясно. Отрезал Сэнди и постоял еще немного. Пауза была довольно неловкой и большой, перед тем как Леон вновь заговорил. —Зачем ты протянул мне руку?— Сэнди провел рукой по своим фиолетовым волосам, после чего ответил. —Если я стану таким же, как ты — дальше будет хуже,— голос его был честным, а фраза имела смысл. Если бы Сэнди не помог ему очнуться, сколько времени он еще пролежал бы на морозе? Всю ночь? День? Не очнулся бы? Это не имело значения. Леон хотел огрызнуться, но глядя в эти спокойные глаза, вся злость развеивалась где то на ветру, который шевелил их волосы. —Ладно, я пойду тогда,— собирался закончить этот разговор, которых разговором даже не назвать из-за очень долгих пауз. Он уже развернулся и двинулся с места, как только Леон не закричал ему вслед. —Стой!— попросил, или приказал тот. —Что еще?— Сэнди повернул голову в его сторону, оглядывая того с головы до ног. —Можно я,— парень запнулся на середине предложения. Он хотел сказать что-то, но что он мог сказать? —Можно я с тобой?— высказался тот, и сразу пожалел о сказанном. Мысли вслух, так выразится. Зачем он сказал это? Почему позволил Сэнди помочь? Что с ним не так? Компания была права. —Можно,— Сэнди улыбнулся коротко и мягко, не оставляя за собой сомнений. Леон подошел к нему, и они шли рядом вдоль неизвестной дороги. Тишина между ними была не неловкой, а более успокаивающей и дающей подышать. Мелкие снежинки все продолжали падать на землю, а звезд стало еще больше. Леон наконец мог вдохнуть свежего, прохладного воздуха и хотя бы немного почувствовать себя счастливее. Что вообще такое счастье? Заключается ли оно в том, чтобы идти полуживым после драки? В том, что с каждым днем становится все приятно холоднее? В том, что тебя поддержал человек, которого ты сам, своими же действиями ломал? В чем смысл? Так много вопросов, но вряд ли кто-то даст на них ответы. —А за что они тебя так?— начал парень, который шел почти плечами сталкиваясь с Леоном. Парень даже не знал, что и ответить. Какую отмазку придумать на этот раз? «Так нужно было»? Нет, полный бред. «Я накосячил»? Тоже нет. Оставалось ответить лишь чистейшую правду. —Они видели нас на остановке,— начал Леон, —они подумали, что мы-друзья. Сказали, что я предал их,— слова звучали фальшиво даже для самого Леона, хотя это была не ложь. Сэнди лишь многозначительно кивал на каждое слово, и продолжал шагать вдоль тротуара. В поле их зрения появилось трех-этажное заброшенное здание, полностью украшенное граффити. Леон даже не поднял голову, но Сэнди произнес. —Пошли посидим там, вид оттуда неплохой,— сказал он так, словно ничего и не произошло, а они — лучшие друзья. Какое глухое предложение. Ради чего он это делает? С какой целью? Но у Леона не была никакого выбора, кроме того что бы согласиться. Оставаться наедине со своими мыслями сейчас довело бы до панической атаки. Шагнув внутрь здание, их проглотила темнота. Дабы Леон не потерялся на ходу, Сэнди аккуратно взял того за плечо и повел за собой по ступеням. Таким образом они зашли на последний этаж, где красовалось огромное, без стекла окно. А можно было это вообще назвать окном, если там вовсе и не было ни одного осколка? Просто ровная дыра. Леон сел на это «окно» и начал любоваться видом. Цветные огоньки от машин, фонарей и магазинов сверкали в его зрачках, а холод перестал падать на его руки. Сэнди сел рядом, но смотрел вовсе не на завораживающий город. Он смотрел на что-то другое, но Леон не знал, на что. Его внимание было занято видом. Они просидели так еще пять минут, а может десять, а может полчаса. Телефон в кармане завибрировал, заставляя Леона взглянуть на контакт и на время. Ему звонила мать, а часы твердили 20:07. Неужели и вправду прошло столько времени? Он целых три часа провалялся в снегу? Ну нельзя такому верить… Трубку он не взял, а мобильник обратно спрятал в карман. Он знал, мать звонит ему дабы узнать, где он и упрекнуть за то, что тот еще не дома. Ему не хотелось сейчас слушать все эти крики и оры. Сейчас есть только он, удивительный вид на город, и… Сэнди. Леон потрогал свежую рану сквозь рукав, и представил, какое лицо будет у матери, если бы она видела его в таком состоянии. Мысли вновь забивали и так больную голову новыми раздумьями. Сказать честно, Леон никогда не слышал хороших мыслей. Всегда, лишь одни последствия, воспоминания, и другой негатив. —Тебе разве не нужно домой?—любопытным вопросом задался парень, сидящий рядом. Леон шмыгнув носом, ответил. —Если сейчас развернусь—все снова станет прежним.— —Все правда настолько плохо? —Почему ты спрашиваешь? —Я хочу знать. Ветер вновь пошевелил их волосы, только слегка слабее. Леон не знал, что и сказать. Почему он вообще сейчас с ним? В какой момент он свернул не туда? —Я знаю что ты другой, Леон,— прервал тишину Сэнди, —поверь, я знаю что ты тоже так думаешь.— С чего такая уверенность? Не может же он заглянуть ему в голову. Тогда как он это понял? Кто ему об этом сказал? Что- —Я знаю, что это из-за меня они перестали относиться к тебе так, как раньше.— —Откуда тебе вообще знать, а? Ты ничего обо мне не знаешь. —По тебе видно. Иначе как, по твоему мнению, они поняли, что ты какой-то не такой? —Ну… Леон запнулся. Сэнди был прав, внешний вид Леона выдавал его. И что сейчас говорить на это? Стоило поблагодарить его за помощь, или вновь оттолкнуть? —Я не хочу продолжать этот разговор. Леон достал пачку сигарет и зажигалку. Крутанув мелким колесиком, маленький огонек засветился в его руках, поджигая сигарету. —Ладно. Кстати говоря, ты ведь к третьему сегодня пришел. Так вот, ты пропустил то, что учительница говорила, что мы на экскурсию едем,— просветлил его Сэнди. Раз уж экскурсия была вместо уроков, то радости нет придела! Леон с улыбкой затянулся, и выдохнул этот ядовитый дым. —Ну и слава богу, хотя бы один день не буду видеть эти рожи,— обрадовался Леон, подразумевая одноклассников. Сэнди непонимающе взглянул на него. —Ну, вообще то будешь.— —Я просто не стану смотреть на них. Экскурсия на то экскурсия, она для того что бы смотреть на что-то другое. —Ну, тут ты прав. Время тянулось медленно, что давало Леону еще больше сил. Дом, он подождет. Возвращаться туда было одно и тоже, что осознанно идти на саморазрушение. Место, которое он привык называть «домом» всегда выжимало из него силы. В этих четырех стенах всегда царили либо плохие мысли, ссоры или что-то еще хуже. Место, которое мы привыкли называть «домом» иногда разрушает нас своим содержанием внутри. Но какая разница, что сейчас происходило там, где мать и сестра, если сейчас перед Леоном такой чудесный вид и сигарета? Парень вновь выдохнул дым, и наконец позволил себе расслабиться.