Удушающий захват

Глава 18

Лука

Не думаю, что когда-либо видел Тая таким умиротворенным. Солнечные лучи, проникающие сквозь шторы в спальне, подчеркивают его идеальные скулы. И пока я лежу, наблюдая за ним, тихую атмосферу нарушает лишь звук его размеренного дыхания. Мне никогда не доводилось видеть его в таком состоянии, потому что Тай всегда просыпается раньше меня. И есть что-то... утешающее в его положении. Полностью расслабленный, без напряжения и какого-либо беспокойства. Откинув одеяло, я встаю, чтобы пройти приготовить кофе, но Тай тут же шевелится и, приоткрыв свои карие глаза, окидывает меня сонным взглядом. Конечно, даже после ночи, наполненной разнообразной выпечкой, он все еще спит нереально чутко. — Доброе утро, солнышко, — с улыбкой говорю я. Но Тай в ответ лишь хмурится и когда садится, глядя в окно на яркий дневной свет, все его тело тут же напрягается. — Кофейный торт? — интересуюсь я. — Который час? — спрашивает он, потирая лицо рукой. — Не знаю, — отвечаю я, пожав плечами. — На утренние мультики по телеку мы точно не успели. Отбросив покрывало, Тай подскакивает с кровати, направляясь вон из спальни. Посмеиваясь, я следую за ним, всю дорогу любуясь его задницей, обтянутой тканью боксеров. Найдя свой телефон среди кучи принадлежностей для выпечки и мисок на столешнице, на лице Тая мгновенно возникает паника. — Уже полвторого! — Хм, — мычу я, потягиваясь. — Ужасно рано. Я бы не отказался поспать еще пару часиков. — Мы просрали дохрена времени! — Это не конец света, — отвечаю я со смехом. — Уверен, в эпоху твоих диких тусовок, у тебя было огромное количество бессонных ночей. Но ты ведь уже не такой, иногда можно позволить себе немного пофилонить. Несколько мгновений Тай просто молча смотрит на меня. — Думаешь, ночь, проведенную в погоне за кайфом, можно сравнить с ночью выпечки? — Нет, — отвечаю я, пожимая плечами. — Но ничего страшного же не случилось. Вздохнув, он бросает телефон обратно на стойку, а затем поворачивается к кофеварке. В последний раз оценив его потрясающую задницу, я хватаю свой мобильный. Мое сердце тут же замирает, а хорошее настроение улетучивается так быстро, словно его никогда и не было. Два пропущенных звонка от отца и одно голосовое сообщение. Бляяять... — Лука. Подняв глаза, я вижу, что Тай уже смотрит на меня. — А? — У тебя есть еще фильтры для кофе? — Ах, да, — отвечаю я, указав на шкаф позади него. Но он не двигается, чтобы взять их, указывая вместо этого на мой телефон. — Расскажешь, что только что произошло? — Угадай, — отвечаю я, запустив пальцы в волосы. Когда я опускаю руку, Тай все еще стоит передо мной с выражением беспокойства на лице. И я не могу не улыбнуться. Мне известно, что он хочет помочь, но так же понимаю, что Тай понятия не имеет, как именно. И как бы... я тоже не знаю. Так что, к хренам собачьим. Единственное, в чем я уверен наверняка – мне хочется продолжать находиться в состоянии того блаженного кайфа, который мы испытали сегодня ночью во время совместной выпечки. И если мои родители желают и дальше быть занозой в моем боку, голове... да, короче, где бы то ни было – флаг им в руки. Я просто и дальше буду стараться держать их на расстоянии и игнорировать. Двадцать шесть лет прошли в этом состоянии, так что еще пара недель особо погоды не сделают. Сократив разделяющее нас расстояние, я тычу пальцем в голову Тая. — Отпусти ситуацию. Перестань думать. Он уклоняется от очередного тычка и бросает на меня уничтожающий взгляд. — Просто вижу, что ты все еще беспокоишься. И если я могу чем-то помочь... Тай резко замолкает, и я не могу сдержать улыбку от выражения уязвимости на его лице, пока он пытается понять, что сказать или сделать. — Хочешь помочь? — спрашиваю я, а затем поворачиваюсь к огромным стопкам печенья, пирожных, булочек с корицей и кофейного торта. — Что нам делать с ними? Он смотрит в сторону выпечки, а затем снова на меня. — Думал, у тебя есть план. — Неа, — отвечаю я и, протянув руку, хватаю булочку с корицей, а затем одариваю Тая лукавой ухмылкой. — Знаю, как ты можешь помочь... Он несколько секунд глядит на булочку, а затем поднимает взгляд на меня. — Как? — Маленький кусочек. Тай качает головой. — Не хочу. — О, я уверен, что хочешь... — говорю я, делая еще один шаг в его сторону. — Давай же, Тигр. Не попробуешь свою первую выпечку? — продолжаю я, и наклонив голову, пытаюсь состроить гримасу кота из Шрека. — Даже ради меня? Тай не сдвигается ни на миллиметр, продолжая тупо смотреть на меня. Но затем мое сердце буквально вырывается из груди, потому что он тяжело вздыхает и, закатив глаза, наклоняется, откусывая небольшой кусочек. Господи... кажется, я сейчас лопну от нереальной радости. Ну, если так произойдет, то я хотя бы умру счастливым. — Было горячо, — шепчу я, и вся кровь в теле резко опускается к члену, когда я вижу, как он слизывает сахар с корицей со своей верхней губы. Настороженно глядя на меня, Тай отворачивается, направляясь к кофеварке. — Иди одевайся. Нам нужно в спортзал. *** — Ребята, вы опоздали, — говорит нам Макс вместо приветствия, когда мы с Таем заходим в спортзал. — Обычно приходите первым. — Да, — вздыхаю я. — Извини, босс. Вчера вечером я измотал Тая, когда обучал его правильному поведению с булочками и яйцами. Улыбка медленно сходит с лица Макса и он смотрит сначала на меня, затем на Тая. — Боже-боже, ты не так понял, — усмехнувшись говорю я, размахивая рукой в воздухе. — Макс, ну что ты в самом деле. Мы пекли. Я имел в виду, сколько нужно разбить яиц в миску, чтобы получить идеальное тесто для печенья. — Хорошо... — медленно произносит Макс. — Какой план на сегодня? — спрашивает Тай, потирая лицо рукой. — Веса, — говорит Макс. — А завтра спарринг на матах на полной мощности. Ты ведь планируешь выжать из себя все соки перед предстоящим боем, — продолжает он, смотря на Тая. — Так что, скоро тебе необходимо будет показать свой прогресс в клетке. Тай отрывисто кивает, поправляя сумку на плече. — Понял. — Так же, хочу увидеть пару спаррингов на ринге на неделе, — говорит Макс, и его тон немного смягчается. — Дел готов потренироваться с тобой сегодня, а более подробно обсудим завтра. — Хорошо, — отвечает Тай, опустив взгляд в пол. — Хорошей тренировки. Макс сжимает плечо Тая и, уходя, кивает мне. Тай немедленно разворачивается, направляясь в раздевалку, и следуя за ним, я вижу, как с каждым шагом он все больше и больше погружается в пучину своих переживаний. Ну, да... на него свалилось слишком много. У него есть всего две недели, чтобы доказать Максу, что он справится и давление на него лишь возрастает по мере того, как приближается окончание срока. Распахнув дверцу шкафчика, Тай бросает сумку на скамейку. Сейчас он полностью погружен в свои мысли, и я знаю, что в этот раз его будет трудно вытащить. Но как только я начинаю думать о том, как помочь ему, в кармане вибрирует телефон. Закрыв глаза, я глубоко вздыхаю. Уверен на сто процентов, от кого пришло сообщение. И как только достаю телефон, мне даже не хочется его открывать. Папа: Лука, ты слишком долго тянешь. Мы слушали и пытались понять тебя, изо всех сил стараясь угодить. Но, достаточно. Сейчас тебе предоставили прекрасную возможность, и это именно то, что тебе нужно. Ты так же сможешь жить недалеко от Сент-Луиса и посещать свой тренажерный зал. Мы хотим помочь тебе составить ответ для Энтони, чтобы ты был самым достойным кандидатом из всех. Мама оказала тебе огромную услугу, сообщим Энтони о твоей заинтересованности в должности. Не подводи ни нас, ни себя. Как быстро настроение может снова стать максимально дерьмовым. Плюхнувшись на скамейку, я сбрасываю кроссовки и тяжело вздыхаю. — Что такое? — спрашивает Тай, повернувшись ко мне лицом. — Сообщение от отца, — бормочу я и, приподнявшись, бросаю одежду в шкафчик. — Он не дает и секунд покоя. — Мне казалось, ты планировал игнорировать их? — спрашивает Тай, направляясь к выходу. — Стараюсь изо всех сил, — бормочу я, следуя за ним. Мы вместе выходим из раздевалки, окруженные тяжелым облаком напряжения, нависающим над каждым из нас. И тут я понимаю, что пора позволить эмоциям внутри выйти наружу, потому как становится все труднее и труднее отбрасывать их в сторону. Родители, которые постоянно дышат в затылок, пытаясь заставить меня чувствовать, что я недостаточно хорош, если не делаю так, как они хотят... ужасно раздражают. Ну, и конечно же, стресс от того факта, что Тай, возможно, не успеет подготовиться к Далласу... Блять. Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него, и вижу, как он глядит на клетку встревоженным взглядом. И как только наши глаза встречаются, я вижу в них панику. — Нам нужно выйти на ринг сегодня вечером, — говорит он, и я слышу отчаяние в его голосе. — Как скажешь, — соглашаюсь я. Потому что во мне не осталось сил спорить с ним. Хорошая ли затея выйти сегодня на ринг? Вероятно, нет. Но этот шаг, по мнению Тая, нужен ему, а сейчас я и сам понятия не имею, что для нас лучше. Поэтому проще сдаться. Просто хотелось бы вернуться к тому счастью, которое мы чувствовали на кухне вчера ночью.