GODISNOWHERE

Bad Omens —The Death Of Peace Of Mind

I made another mistake

Thought I could change, thought I could make it out

Promises break, need to hear you say

"You're gonna keep it now".

***

Кровь. Так много крови, вытекающей из раны. Его лицо становилось бледнее с каждой секундой. Глаза медленно теряли цвет. Сайлент чувствовала теплые капельки крови на своем лице. Она не могла пошевелиться, не могла закричать, не могла помочь. Ее парализовало неожиданность произошедшего. Все, что оставалось, так это смотреть, как парень заваливается на бок. Как из ослабевших рук выпадает на землю молоток.        — Фолло... За несколько дней до этого. Прошло несколько довольно скучных и тягучих дней. Сайлент большую их часть проводила во сне. Организм постепенно восстанавливался, и снаружи она выглядела почти здоровой. Но внутри оставалась пустота, которую пока не удалось заполнить. Постепенно ее начали вводить в курс дела. Ей объясняли, что такое дзинки, и как они появляются от бережного отношения к предмету. Рассказывали, как сильные негативные эмоции порождают мусорных тварей. Следом шла информация об уборщиках — о тех, кто стоял на защите их опасного мира, зачищая безопасные зоны от аномальных и опасных. Сайлент слушала внимательно, стараясь запомнить каждую мелочь, что могла пригодиться, каждую деталь, потому что другого выбора у нее не было. Это была ее новая реальность, и от того, насколько быстро она сможет адаптироваться, зависела ее жизнь. Семиу, женщина в особых очках, которые являлись ее дзинки, долго и пристально всматривалась в Сайлент, словно пыталась увидеть что-то, что скрыто глубоко внутри. Семиу ничего не говорила, но позже Сайлент заметила, как Семиу, нахмурившись, переговаривалась со статным мужчиной, Корвусом, главой организации. Когда речь зашла о дзинки, Сайлент рассказала все, что помнила про цепи, которые на краткий миг подчинялись ее воле в самые опасные моменты. И про то, как после они рассыпались, будто никогда и не существовали. Но, как узнала Сайлет, это не было нормой. И что, возможно, не сумев совладать с силой, она неосознанно уничтожила свой дзинки. Потеря дзинки была серьезной проблемой. Без собственного оружия Сайлент не могла стать полноценным уборщиком, потому что мусорных тварей было просто так не убить. И тогда внутри что-то осело тяжелым камнем. Она чувствовала себя бесполезной. Лишней. Хотя позже ей и сказали, что она может вполне стать помощником и выполнять не менее важную работу, почему-то такое положение не так сильно радовало и заставило сомневаться в собственных силах и значимости. Сайлент ни с кем так и не подружилась за эти дни. Она держалась в стороне, большую часть времени проводя в своей комнате. Там было безопаснее. Если же она выходила в общие помещения, то выбирала такое место, чтобы получалось оставаться незаметной. Эндзина она больше не видела. Он постоянно уходил на задания и не навещал ее в эти дни. А вот Тамзи появлялся в поле ее зрения довольно часто, однако он к ней не подходил. Лишь иногда она чувствовала, что он на нее смотрит. Но сильнее всего ее выбивало из колеи другое. Среди уборщиков были дети и подростки. Одного, кажется, звали Рудо. Другой и вовсе ходил с соской. Сайлент не могла понять, как можно подвергать их такой опасности? Как можно позволять им выходить против тварей, дышать отравленным воздухом? Это казалось таким неправильным, но вместе с тем логичным для этого мира. Подчеркивающим его жестокость. В один из дней в ее дверь неуверенно постучали. Звук был таким осторожным, будто человек по ту сторону не был сам до конца уверен, что хотел прийти, и был готов вот-вот броситься наутек. Боялся не столько отказа, сколько самого факта вторжения в чужое пространство. Открыв дверь, она увидела невысокую юную девушку со светлыми волосами. Та тут же смущенно отвела глаза, переминалась с ноги на ногу, словно готовая в любой момент сбежать. Под руку она держала невысокого парня, который, в отличие от нее, выглядел куда спокойнее и даже дружелюбно улыбался. — Привет… — начала девушка тихо, будто боялась, что ее голос прозвучит слишком громко. — Я Аиша, а это Фолло. Можно нам войти? — Да, конечно. Я... Сайлент. Привет? — Она отступила в сторону, пропуская их, все еще не до конца понимая, чего от нее хотят. — Фолло просто заметил, что ты постоянно сидишь в своей комнате, — торопливо пояснила Аиша, все так же не отпуская его руку. — И Эндзин просил меня за тобой приглядеть. Но… — Она смущенно замялась. — Мне было одной страшно, поэтому я не приходила, а потом привела с собой Фолло. Сайлент невольно улыбнулась. Ее позабавило, с какой силой Аиша вцепилась в руку парня. Фолло же, казалось, вовсе не возражал, напротив, выглядел так, будто ему нравилось, но старался этого не показывать. Аиша осторожно прошла в комнату и, стараясь не выглядеть навязчивой, присела на край кровати. Она скрестила ноги и сжала руки на коленях, желая скрыть волнение. Фолло устроился рядом. — Знаешь, — снова заговорила Аиша, собравшись с духом, — иногда нужно просто выговориться, даже если кажется, что не с кем. — Спасибо… Правда, спасибо, что пришли. — тихо сказала Сайлент. — Мне действительно хотелось бы поговорить. Я… — она на секунду запнулась, — дело в том, что я чувствую себя обузой. Дзинки, как оказалось, у меня нет. Как я могу вам помочь, если бесполезна? — Но ты ведь не забывай, — перебил ее Фолло, — есть еще и помощники. Они тоже играют важную роль. И тоже рискуют жизнями. Я помощник! Ты поэтому ни с кем не общаешься? Я тоже иногда чувствую себя неуверенно, — продолжил он, — но делаю все, чтобы быть полезным. К тому же я верю, что однажды стану дарителем. Он вытащил молоток и показал его Сайлент. — Когда-нибудь он станет моим дзинки, — сказал он почти мечтательно. — Постой, Тамзи говорил, что у тебя ведь уже была сила. Значит, вполне возможно, что дзинки появится снова. Правда, пройдет несколько лет, а то и больше... "Тамзи рассказывал обо мне? Хотя чего удивляться, наверное, им всем было интересно узнать обо мне хоть что-то, раз я сама к ним не подходила...", — думала она про себя. — Я понимаю тебя, Сайлент. Каждый боится, что не справится. Но даже если кажется, что мир слишком тяжелый и одинокий, всегда есть люди, которые готовы быть рядом. Ты напрасно все время сидишь в комнате. Ребята хотят с тобой познакомиться, поговорить… просто не понимают, почему ты держишься особняком, и боятся потревожить твой покой. Сайлент почувствовала, как напряжение в груди понемногу отпускает, становится легче. — Спасибо, — сказала она уже увереннее. — Правда. Это значит для меня очень много. — Попробуй к кому-нибудь подойти, — предложил Фолло с улыбкой. — Как увижу, так и сделаю, — ответила она с улыбкой. Ей действительно понравилось общаться с Аишей и Фолло. Оказывается, заговорить с кем-то было не так тяжело, как она себе представляла. Поговорив еще немного, они попрощались и ушли. Комната снова погрузилась в тишину, но теперь она не давила. Разговор действительно ей помог понять, что пусть сейчас у нее и нет дзинки, это не делает ее бесполезной. В роли помощника она выложится на максимум. Ее вдохновил настрой Фолло. Настроение было хорошим. И Сайлент даже не могла предположить, что спустя несколько дней будет проливать слезы над мертвым телом товарища, в смерти которого считала себя виноватой.

***

Их отправили на обычное задание, чтобы Сайлент могла понять, как работают уборщики. Компания состояла из Тамзи и Фолло. Ничего необычного и сложного, всего лишь мелкие мусорные твари. Она должна была оставаться в стороне, вести наблюдение, записывать и фиксировать ход сражения: реакцию тварей, их поведение, любые мелочи и детали, которые происходили. Все шло относительно спокойно. Твари нападали с неохотой, их движения были предсказуемы и медлительны, и Тамзи легко справлялся с ними, а Фолло ловко задерживал более мелких, не представлявших особой угрозы. Сайлент делала пометки, отмечала скорость тварей, их численность, на что они были похожи и из какого мусора состояли. Но внезапно все изменилось. Среди обычных мусорных тварей появилась другая. Она двигалась иначе, ее атаки были быстрыми. Фолло попытался вмешаться, но остановить ее не мог, поэтому перекрывал дорогу мелким тварям, чтобы Тамзи сосредоточился на главной цели. Бой мгновенно стал напряженным. Сайлент это почувствовала. Тамзи быстро двинулся к тварям, уворачиваясь от ударов. Эта тварь была другой. Ее движения были резкими, осознанными, мощными. Сайлент понимала, что это не является нормой, поэтому ускорила темп записей, пытаясь фиксировать все. И она не сразу заметила движение сбоку. Похожая тварь появилась слишком быстро, чтобы она успела среагировать. Сайлент едва успела поднять руки, неосознанно стараясь прикрыться. — Сайлент! — Фолло резко толкнул ее в сторону. Горячая кровь хлестнула ей в лицо. Мир замедлился, а потом она увидела Фолло, из груди которого торчал какой-то обломок. Кровь стремительно продолжала вытекать даже когда он упал. Сайлент опустилась рядом с ним. — Фолло, прости... — Сай...лент... — слова с булькающим звуком вырывались из горла. — Помни, о чем... мы... гов..вори...ли Свет в его глазах начал медленно гаснуть. Пальцы, все это время сжимающие рукоятку молотка, разжались. Сайлент закричала от боли. Тамзи уже расправился с первой тварью и добивал вторую. Он видел, что произошло, но только когда убедился, что опасности больше нет и все твари уничтожены, подошел к ним. — Я… я… — слова застревали в горле. — Все будет хорошо… — бормотала Сайлент непонятно кому. — Сайлент. Ему уже не помочь. Он умер. — Нет! Замолчи! Как ты можешь так говорить?! Тебе совсем что ли все равно? — Сайлент. — Ты не понимаешь? Он жив! Жив! Его еще можно спасти! — Сайлент, мне очень жаль. Тамзи подошел и крепко сжал ее в объятиях, не в утешение, а стараясь оттащить от мертвого тела. — Пусти! Пусти меня! — истошно завопила девушка, впадая в истерику. — Сайлент... — как-то обреченно прошептал он ей в ухо, но разжал объятья. Она вырвалась и упала к мертвому телу Фолло. Подняла его молоток, которым парень дорожил, и прижала к себе. — Прости... Прости меня... — повторяла она. Внутри все кричало и рвалось. Она сжимала зубы до боли, чтобы не закричать.       

***

Никто не винил ее в том, что случилось. Но сама Сайлент не могла простить себя. Она не выходила из комнаты. Несколько дней прошли в тишине, где она почти не шевелилась и не проронила ни слова. Все это время ее руки крепко сжимали молоток Фолло. Иногда кто-то приходил. Эндзин пытался поддержать ее своей болтовней, заходила заплаканная Аиша. Но Сайлент не отвечала, не поднимала взгляда, не давала ни намека на реакцию. Казалось, вместе со смертью Фолло в ней тоже что-то умерло. Когда вошёл Тамзи, девушка не удивилась. Ей было все равно. Он сел на край кровати, где она полулежала клубочком. Несколько минут он просто смотрел на нее, не говоря ни слова, боясь сделать что-то не так. Если даже друзья не смогли пробиться сквозь ее оцепенение, чего ожидать от него? Ведь с того момента, как она стала жить в штабе, прошло около недели, а они едва ли обменялись хотя бы парой слов до задания. — Эти твари были аномальными, — нарушил он тишину Тамзи. — Внутри них был особый предмет. Раньше такого никогда не было. Только уничтожив их дзинки, можно было и обезвредить саму тварь. Сайлент не отреагировала. — Это значит, что никто не был готов к такому. Если бы об этом было известно, то послали бы больше людей, в том числе и уборщиков. Тварь была слишком сильной для... — ему не хотелось говорить "для слабых, для тех, кто не обладает силой", поэтому он запнулся на мгновение, подбирая более удачное окончание фразы, — ... для не столь опытных. Тишина не изменилась. Девушка все так же смотрела в сторону, сжимая молоток, словно тот был последней вещью, удерживающей ее в этом мире. Тамзи замолчал. Он искал подходящие слова, но не находил. Что сказать? Наверняка уже многие пытались ее утешить. — Я не знаю, что еще тебе сказать, — признался он наконец. — Но посчитал, что нужно прийти, раз тогда мы были вместе. Ответа не последовало. — Ты правда так и будешь молчать? — Тамзи протянул к ней руку, намереваясь коснуться ее ладони в попытке поддержать. Остановился на полпути. Плохая идея. — Ты не можешь вечно здесь сидеть, — сказал он более твердо. — Прятаться тоже. Привыкай к новому миру. Адаптируйся. Иначе он тебя сломает. Не ты одна дружила с Фолло. Не ты одна грустишь из-за его смерти. Ему показалось, что слова прозвучали грубо и жестко. Вообще-то, парень не рассчитал на какую-то реакцию, но все равно посчитал, что лучше не обвинять ее, не давить. — Они не считают тебя виноватой, если тебе это важно, — добавил он, устало запрокинув голову и чуть поддаваясь назад. — Если ты хочешь, чтобы я ушел, так и скажи. Тамзи не мог понять, что именно не дает ему уйти и бросить ее одну. Это была забота о товарище? Сочувствие? Жалость? Или нечто другое? Тишина затягивалась. Сайлент по-прежнему сидела неподвижно. И тогда он решился попробовать привести ее в шок. А сделать это можно тем, что человек не ожидает увидеть в данный момент. Он резко сократил расстояние. Слишком быстро, чтобы успеть передумать. Короткое прикосновение губ к ее губам. И так же резко отстранился. Он смотрел на нее, ожидая шока, злости, слез, ярости. Думал, что это встряхнет и заставит проявить ее хоть какие-то эмоции. Неужели не сработало? Сайлент приподнялась, принимая сидячее положение. Медленно скосила на него взгляд. На его руки. Потом на грудь. На губы. Глаза. Она смотрела долго, и Тамзи не торопил ее. А потом тишину разрезал резкий звук. Он машинально приложил руку к горящей щеке. — Ты что вообще себе позволяешь? — ее голос казался уставшим, но в нем появилась хотя бы капелька жизни. Тамзи смутился на секунду, но отступать уже было поздно. — Просто подумал, что на такое ты уж точно отреагируешь, — начал оправдываться он, потирая щеку на месте удара. — Спасибо, что хотя бы не молотком треснула в висок. Об этом я как-то не подумал. — Кажется, ты вообще не думал.        — И правда… Но не думай, что в этом были хоть какие-то чувства. Я хотел проверить, сможет ли это тебя удивить и заставить реагировать. После этого они оба растерялись. Никто не знал, что сказать дальше. Они просто сидели рядом. Но Сайлент поймала себя на мысли, что ей спокойно. Сейчас не чувствовалось неловкости. Она была уверенна, что Тамзи не станет больше лезть с утешениями, стараться разбавить тишину бессмысленной болтовней. Он просто будет рядом. — Зачем тебе молоток Фолло? — Он хотел, верил, что когда-то это будет его дзинки. А теперь... — по щекам потекли первые слезы. — Ты можешь попробовать оставить его себе и посмотреть, что из этого выйдет. Они вновь замолчали. И Сайлент не понимала, почему он не торопится уходить. Однако, где-то глубоко внутри ей не хотелось, чтобы он уходил. Но и спрашивать особо было не о чем, поэтому в голову пришла абсурдная мысль. Она тоже его шокирует, спросит о чем-то личном, что не захочется рассказывать. Возможно, тогда он уйдет? — Откуда? — Вопрос сорвался с ее губ сам собой. — Что? — переспросил парень. — Откуда у тебя эти шрамы? Сайлент сама не до конца понимала, зачем спросила именно про это. С другой стороны, внутри было так пусто, что, казалось, было плевать на любые последствия. — Ты правда хочешь узнать именно это? Она не ответила. Просто отвела взгляд. Тамзи тихо выдохнул. Сайлент подумала, что он так и будет молчать, однако он заговорил. — История не особо приятная. — Расскажи, — попросила она сразу, будто боялась, что он передумает. — Почему ты хочешь знать? — Почему нет? Я про тебя ничего не знаю.        Он чуть усмехнулся, но в улыбке не было веселья, только горечь. — Вот как. Уверена? Сайлент не обратила на его вопрос внимание. — Ты мало говоришь. Больше смотришь. Держишься в стороне. — И что же, это настолько плохо? — ... — Или тебе просто хотелось побыть в моей компании, а я не обращал на тебя внимания? Она не ответила, но лицо исказила гримаса боли. Заметив, что девушка реагирует не так, как ему хотелось бы, он решил не юлить лишний раз. — Это сделала девушка, которую я любил. Такой ответ тебя устроит? Слова прозвучали глухо. Тамзи поднял руку и коснулся шрама на шее, чьи очертания уходили ниже, скрываясь под рубашкой. — Не такой ответ ожидала услышать? Думала, я скажу что-то совершенно обычное и предсказуемое? — Это ужасно, — тихо сказала Сайлент. — Я ее не виню. У нее на тот момент не было иного выбора. — ответил он довольно резко, как бы показывая, что это не обсуждается и поднимать тему дальше не стоит. В его глазах появилась боль. Сайлент впервые увидела его таким уязвимым. — И что же произошло потом? — нарушила она тишину. — Слишком много вопросов. Они снова замолчали. Сайлент смотрела на его профиль и никак не могла понять, как можно искалечить человека, которого любишь. И как, самое главное, можно простить такой поступок? Что же между ними тогда произошло, как они вообще пришли к такой ситуации? Да, у этого парня действительно были свои тайны. Или демоны, которыми он не хотел делиться. — Под одеждой… тоже есть? Тамзи тихо рассмеялся. Ему почему-то нравилось, что она спрашивает об этом. Нравилось отвечать. И хотелось понять, как далеко она готова зайти. Хотелось подразнить ее. Поиграть. Смутить. Сделать это специально. — Да. По всему телу. Ему стало интересно, попросит ли она показать шрамы. Но Сайлент молчала. И почему-то это задевало. Парень уже был готов мысленно признать свое поражение, как Сайлент повернулась к нему. Она наклонилась ближе и затем, едва касаясь, провела кончиками пальцев сначала по лицу, где был шрам, затем по нежной коже его шеи, медленно и плавно переходя к травмированным участкам. Изучая. Тамзи застыл. К такому он явно не был готов. Совершенно. Он хотел ее смутить. А получилось наоборот. И все же... Все же это не было неприятно. Ее пальцы были теплыми. Мягкими. Приятными. Но движения такими легкими и неуверенными. И он не решился ее прервать, ожидая, что Сайлент сделает дальше. Даже дыхание стало осторожным. По коже пробежала предательская дрожь. Может, он и в силах был контролировать эмоции, но тело не обманешь. — Больно?.. — спросила она тихо, не убирая руки. — Нет… — голос прозвучал ниже обычного. — Прошло много времени. Уже все давно зажило. То, что она делала, оказалось куда интимнее, чем он ожидал. Да, возможно, он хотел ее спровоцировать, поставить в неловкое положение. Но проиграл. И почему-то странно чувствовал себя он. Она же, словно не видела в этом ничего романтичного. Или не понимала, как это выглядит со стороны.        Ее пальцы изучающее скользнули вниз, к ключице. Было видно, что шрам продолжается дальше, уходя вниз, к груди. Он медленно, с неохотой поднял руку. Его пальцы коснулись ее запястья, уверенно останавливая движение. Делать этого не хотелось, но следовало, чтобы не допустить ошибку. — Не надо, — остановил он, выдыхая слова. — Ты будешь жалеть. Он осторожно отпустил ее руку и выпрямился, обозначая между ними дистанцию. Оба были к этому еще не готовы. Да и атмосфера была совершенно не той. Это было неправильно. Невовремя. — Рад, что ты снова говоришь, — произнес он уже ровнее, в своей привычной манере. — Завтра возвращайся в строй. Доброй ночи. И, не добавив больше ни слова, он поспешно вышел, оставляя Сайлент одну. Тепло от ее прикосновений он чувствовал даже когда лежал в своей комнате, обдумывая, зачем и почему позволил это допустить.