Новая жизнь

Нил проснулся в холодном поту. Руки дрожали, тело не слушалось, и он с трудом сел. В теле было какое-то странное ощущение, но он оставил это без внимания — сейчас было кое-что гораздо важнее. «Кажется, мне приснился кошмар. Очень долгий и детальный, будто я прожил его. Жуть», — отметил он про себя и по привычке, ища поддержку, повернулся к Эндрю. Но рядом его не было. Не было даже следов того, что кроме Нила здесь кто-то лежал. И тогда его мозг забил тревогу, прокручивая бесконечное количество сценариев: как он здесь оказался и почему. Оглядев тёмную, тихую комнату, он подметил несколько деталей: он лежал на небольшой кровати, рядом с которой стояло что-то похожее на шкаф — скорее всего, это он и был. Справа находилась дверь, возле неё — странные мешки и стол. Осмотрев комнату ещё несколько раз, он заметил шнурок прямо перед носом, ведущий к тусклому светильнику над кроватью. Он включил его и попытался встать, чтобы найти основной свет, но тело не подчинилось. И тогда стало понятно, почему ещё при пробуждении возникло ощущение, будто тело — не его. «Я ребёнок!!» — закричал он про себя. Сознание оставалось ясным. С этого момента он совсем ничего не понимал: то ли это сон и он ещё не проснулся, то ли… что вообще происходит, где он и где Эндрю?! Через несколько минут бесполезных размышлений он снова поднялся и поплёлся к двери, включив основной свет. Прищурившись, он ещё раз всё обдумал: «Значит, самая вероятная версия — я во сне. Это всё сон. Но сон мой, а значит, страдать буду я… в теле ребёнка». На раздумья не было времени. Он чётко чувствовал всё происходящее, а значит, если его будут мучить, боль будет настоящей. Ему нужна хоть какая-то защита — оружие или хотя бы что-то, чем можно обороняться. Это была детская комната, поэтому особо рассчитывать было не на что, тем более она явно не его. Он не помнил ничего подобного в своей жизни. Нил быстро осмотрел подушку, когда услышал едва различимые шаги неподалёку. Под ней ничего не оказалось. Тогда он высыпал мешки с игрушками и схватил металлический паровоз — единственное, чем можно было хоть как-то защититься. Шаги становились всё ближе. Он встал в стойку и сжал игрушку крепче. В дверь постучали два раза с интервалом в пять секунд, и он услышал голос. Нежный женский голос, с нотками усталости и тревоги. — Крис, что-то случилось? Голос напомнил ему голос матери. Пусть он уже не помнил тембр, но понимал: Мэри говорила так же. Он всё ещё стоял напряжённо. В дверь постучали снова. — Крис, что с тобой? Почему ты молчишь?! В голосе больше не было лёгкости — только сильная тревога, и в тот же момент он забыл о Мэри. Но голос за дверью не стихал. — Крис, скажи хоть что-нибудь! Если ты не ответишь, я выломаю дверь! Она выломает дверь?! Они у него что, закрыты?! Ладно, нужно что-то сказать. Даже если он не какой-то там Крис, надо убедить её в обратном. Если эта женщина уйдёт, он сможет переждать ночь и проснуться рядом с Эндрю. — Со мной всё в порядке, — голос прозвучал испуганно и пискляво. — Крис, открой дверь! С тобой что-то случилось? — с каждым словом она становилась спокойнее. — Всё нормально, просто мне приснился страшный сон, — он ответил тише, с явной сонливостью в голосе. — Хорошо, сынок. Если тебе что-то понадобится или снова приснится кошмар, я в нашей комнате, с папой. Она полностью успокоилась и, пожелав спокойной ночи, ушла. Нил выключил основной свет, оставив только лампу у кровати, сел, прислонившись к двери, и уснул, обнимая игрушечный паровоз — как единственную защиту.