Новая жизнь

Крис проснулся в уже привычной ему кровати и в пижаме пошёл завтракать. Он жил в этом доме уже полгода, и за это время произошло немногое. Больше всего времени он проводил с отцом, Томасом, потому что тот не работал и занимался домом, пока мать, Джейн, работала с утра до позднего обеда. Его новая семья была довольно обеспеченной, несмотря на то что работала только мать, и почти всё свободное время она отдыхала. Отец и мама любили проводить время наедине, что было огромным плюсом для Криса — тогда он мог взять телефон и хоть что-то узнать о мире, в котором оказался.

***

Когда родители включили ему мультики и ушли в свою комнату, Крис заметил телефон отца и сразу же схватил его. Он понимал, что находится где-то в будущем: раньше он никогда не видел телевизоров почти во всю стену — да ещё и таких тонких. Телефоны тоже выглядели иначе. Всё в этом доме и за его пределами казалось чужим, словно он попал в далёкое будущее. Крис открыл телефон и нажал на иконку Google (он видел, как Томас им пользуется) и в поиске набрал: «какой сейчас год?». На экране сразу появился ответ: «13 июня 2056 года». Крис ожидал большего, но никак иначе не отреагировал. — Эндрю уже должно быть семьдесят. Интересно, как он там… Крис вышел из поиска и заметил, что его запрос о годе отобразился ниже. — Мне нужно быть осторожнее, — промелькнуло у него в мыслях. Теперь ему нужно было узнать, как там Эндрю, но так, чтобы поисковый запрос не выглядел странно для пятилетнего ребёнка. Крис ввёл в поиск «экси», и ему предложили посмотреть новые матчи. Он пролистал ниже, где была страница со знаменитостями экси. Там он ввёл: «Эндрю Миньярд-Джостен», но, пролистав страницу, не нашёл ничего нового. Тогда он открыл страницу Кевина — о нём информацию найти было проще всего, а через него можно было выйти и на остальных Лисов. На странице Кевина была вся информация о том, когда закончилась его спортивная карьера и как сложилась его дальнейшая жизнь. Всё это Нил уже знал: что у Кевина есть собственный бизнес, что он женат на Тее Мулдани и у них трое детей. И наконец он нашёл гиперссылку: «Лисы после распада команды и до сегодняшнего дня». Перешёл на другой сайт и там нашёл информацию об Эндрю. Он быстро пробежался по тексту, который частично уже знал: «После распада команды навсегда ушёл из спорта и женился на Ниле Джостене. Первые годы занимался случайными подработками, пока не купил небольшое кафе рядом с домом и не начал развивать его. На сегодняшний день все кафе либо закрыты, либо проданы. После смерти своего мужа отдал трёх котов в приют и закрылся дома. 5 марта 2031 года его нашли в квартире мёртвым (детали…)» С каждым словом лицо Криса становилось всё бледнее. В его голове не укладывалось, что его Эндрю не смог пережить смерть Нила. Он всегда был уверен, что если кто-то и сможет справиться с этим, то именно Эндрю. Эндрю, который выдерживал больше, чем кто-либо другой. Эндрю, который молчал, когда было больно. Эндрю, который умел закрываться так крепко, что казалось — ничто не пробьётся внутрь. Нил никогда не думал, что его отсутствие станет тем, что сломает его окончательно. Он не ожидал этого. Не позволял себе даже представить. Ему казалось, что Эндрю сильный. Что он справится. Что найдёт способ жить дальше — как всегда находил. — Ты же сильнее меня, — почти беззвучно подумал Крис, глядя на сухие строки текста. — Ты всегда был сильнее. В груди стало пусто. Нил вдруг понял, что, возможно, именно он ошибался. Что он переоценил силу человека, который просто умел терпеть. Что выдержать — не значит пережить. Если бы Крис знал, что так будет… Что бы он сделал? Он не согласился бы прожить остаток жизни, будучи ни на что не способным. Он не хотел становиться обузой. Не хотел, чтобы Эндрю смотрел на него и видел лишь оболочку. Но теперь, читая эти строки, Нил впервые усомнился: а может, стоило остаться? Пусть даже слабым. Пусть не таким, как раньше. Может, самого факта его присутствия было бы достаточно. Но он всё равно ничего не смог бы изменить. Время уже сделало свой выбор за них обоих.

***

Крис обучался дома. На вопрос, почему он не ходит в детский сад, как другие дети, он никогда не получал чёткого ответа — и начал догадываться почему. Его родители были гиперопекающими и постоянно за ним наблюдали. Остаться одному он мог только в своей комнате, которую ему разрешали закрывать, или когда родители проводили время вдвоём. В детском саду они не знали бы о каждом его шаге — и волновались бы ещё больше. Хотя Нил не был против учиться дома — так даже интереснее, и с отцом он быстро научился читать и писать, хоть буквы у него и оставались кривыми (мелкая моторика была развита как у обычного пятилетнего ребёнка).

***

Крис позавтракал, и они с отцом, как по привычке, пошли гулять в парк на детскую площадку. Всё проходило как обычно, но почему-то после площадки они не пошли домой заниматься, а сели в машину и поехали. Крис не был глупым и сразу понял, что что-то не так: они уже проехали третий супермаркет, а ему впервые дали в руки телефон. Телефон казался слишком продуманным жестом. Будто его нужно было отвлечь. Будто к чему-то готовились. Вопросов стало ещё больше, когда они забрали маму с работы раньше обычного и поехали дальше. — Милый, тебя не тошнит? — мама повернулась к Крису и протянула ему леденец. — Нет, мам, всё хорошо. А куда мы едем? — после часа дороги Крис не мог не спросить. — Скоро узнаешь, солнышко, — мама улыбнулась. Они ехали ещё около получаса и остановились у большого здания. Когда машина остановилась, Крис сразу почувствовал знакомое напряжение под кожей. Здание было слишком стерильным. Слишком тихим. Слишком правильным. Внутри пахло антисептиком. Это была больница. Нил сидел спокойно, но мать время от времени гладила его по голове — слишком часто, будто проверяла, здесь ли он. Похоже, больница была частной: повсюду стояла современная техника, а в зоне ожидания даже был телевизор. — Девинсоны, к неврологу. Третий этаж, кабинет 315. Их встретила высокая блондинка с тёмными кругами под глазами и в медицинском халате. Во время осмотра она проверяла координацию, рефлексы, водила по голове каким-то прибором. Всё это время врач разговаривала с родителями: — Сон у Криса полноценный? — Не замечали ли вы тиков или странного поведения в последнее время? Слово «странного» прозвучало слишком отчётливо. Нил не понимал, зачем они об этом говорят и почему вообще привели его сюда. И почему эта «милая» женщина бросает на него внимательные, слишком изучающие взгляды. Крису дали игрушку и отошли поговорить с родителями. Затем врач подошла к нему, отвела в другой кабинет, усадила на стул и надела на голову нечто вроде шапочки с проводами. Если Нил правильно расслышал, это была электроэнцефалография. Обследование длилось долго, и Нил так и не понял, зачем всё это нужно. Родители попрощались с врачом, и они вернулись к машине. По дороге домой зашли в магазин игрушек. — Крис, солнышко моё, ты такой молодец, что спокойно всё высидел. Теперь, как всегда, можешь выбрать любую игрушку, и мы её купим, — сказала мама нежным, но немного напряжённым голосом, пока отец задумчиво стоял рядом. Нил выбрал набор LEGO с машинкой. Коробка была большая и дорогая, но родители не отказали. После этого они поехали домой, и Нил так и не решился спросить, зачем они были в больнице.