Железное наследие Слизерина

      — Ты хочешь сказать, — медленно, тщательно контролируя голос, произнёс Старк, — что за девять лет твои родственники ни разу не покупали тебе самый популярный детский обед с игрушкой внутри?       Гарри смущённо покачал головой и по привычке втянул голову в плечи. Ему казалось, что он снова сделал что-то не так.       — Тётя Петунья всегда готовила дома. А когда они возили Дадли в какие-то кафе, меня всегда оставляли со старушкой миссис Фигг, — тихо ответил мальчик. — Она кормила меня чёрствым кексом с тмином.       Старк тяжело выдохнул сквозь зубы и бросил быстрый, мрачный взгляд на начальника охраны. Хоган лишь хмуро покачал головой и молча вернулся в своё кресло, всем своим видом выражая сожаление, что не раздавил Вернона Дурсля прямо в его идеальной гостиной.       — Открывай коробку, парень, — уже мягче сказал Тони, кивнув на красный картон. — Считай, что сегодня твоё детство наконец-то началось.       Дрожащими пальцами мальчик открыл картонную крышку. Внутри лежала идеальная золотистая картошка, горячий бургер и маленькая запечатанная машинка. Это был настоящий пир.       Гарри краем глаза заметил, как грузный телохранитель впереди с явным остервенением впился зубами в свой обед. Мальчик осторожно взял единственную соломинку картофеля и положил в рот. Вкус соли и масла мгновенно почувствовался на языке. Гарри зажмурился, ощущая, как где-то глубоко внутри распускается крошечный, робкий узелок тепла.       Возможно, эта новая жизнь окажется не такой уж и плохой.       Гарри ел так аккуратно, как только мог, панически боясь уронить хотя бы крошку на безупречно чистый пол.       Когда с картошкой и бургером было покончено, он бережно сложил обёртки обратно в красную коробочку, а маленькую запечатанную машинку несмело спрятал в карман своих безразмерных джинсов, рефлекторно прижав ладонь к бедру, чтобы сквозь плотную ткань чувствовать твёрдые, надёжные грани своей первой настоящей собственности.       Тони, уже расправившийся со своей порцией, отпил колу и откинулся на спинку кресла.       — Ну как? — поинтересовался он, наблюдая за действиями мальчика. — Жить будем?       — Очень вкусно, Тони. Спасибо тебе большое, — искренне ответил Гарри. Еда придала ему немного смелости, и, поколебавшись немного, он всё же решился задать вопрос, который мучил его с самого отъезда с Тисовой улицы. — Тони... а куда мы летим? То есть, я знаю, что в Малибу, но... где мы будем жить?       Тони изогнул бровь.       — В моём доме. Он расположен прямо на прибрежном утёсе. Места там столько, что можно ездить на велосипеде прямо по гостиной.       Гарри напрягся, нервно сцепив пальцы на коленях. Настало время прощупать почву.       — А... кто ещё там живёт? — осторожно спросил он, внимательно следя за лицом опекуна. — У тебя есть жена? Или... дети?       Старк усмехнулся, мгновенно раскусив причину этой настороженности.       — Расслабься, парень. У меня нету злобных тётушек с тряпками и никаких избалованных кузенов, претендующих на твои игрушки. Я закоренелый холостяк. В доме живу только я, мои роботы-помощники в мастерской и Джарвис.       — Смею заметить, сэр, что мисс Поттс проводит в особняке около сорока процентов своего времени, пытаясь поддерживать в вашей жизни хотя бы подобие порядка, — тактично, но с явной иронией встрял голос искусственного интеллекта где-то сверху. — И если бы не она, Вы бы питались исключительно пиццей.       Тони закатил глаза.       — Пеппер — мой персональный ассистент и, по совместительству, моя совесть, — пояснил он Гарри. — Она строгая, но справедливая. Тебе она понравится.       Гарри немного расслабился. Отсутствие других детей было огромным облегчением. Но оставался ещё один вопрос. Он вспомнил дядю Вернона, который постоянно кричал о важности своей работы в компании по производству дрелей.       — А чем ты... занимаешься? — спросил мальчик. — Дядя Вернон говорил, что нормальные люди должны ходить в офис с портфелем. Ты ведь владеешь компанией, да? Значит, ты начальник?       Где-то в передней части салона сыто хмыкнул Хэппи, откидывая спинку кресла до состояния кровати.       — Наш босс и офис — понятия несовместимые, парень, — донеслось от начальника охраны, прежде чем он натянул на глаза маску для сна.       Тони улыбнулся, крутя в руках пустой стакан.       — Хэппи прав. По всем документам я Генеральный директор «Старк Индастриз», — ответил Старк, и в его голосе прозвучало лёгкое пренебрежение, словно он говорил о досадной простуде. — Но это только на бумаге, чтобы у акционеров не случился сердечный приступ. На самом деле я терпеть не могу костюмы и бесконечные совещания.       Он подался чуть вперёд, и в его глазах зажегся азартный огонёк.       — По профессии я инженер. Механик. Моя настоящая работа начинается там, внизу, в мастерской. Я просто изобретаю вещи, которые мне нравятся. А Пеппер потом делает так, чтобы эти изобретения работали на компанию и приносили деньги, на которые мы покупаем новые самолёты и бургеры.       Гарри во все глаза смотрел на Старка. В его представлении генеральные директора должны были быть скучными, злыми и обязательно носить тугие галстуки, как мистер Граннингс с работы дяди.       Тони Старк ломал все его представления о мире.       — Я... я даже не знаю, что ещё сказать.       — А ничего говорить и не нужно, — мягко отозвался Старк. — Просто наслаждайся полётом. Отдыхай. Впереди у нас очень долгий путь.       Тони потянулся к соседнему пустому креслу и взял второй планшет — невероятно тонкий и почти невесомый. Он протянул его Гарри.       — Держи. Пока мы взлетали, Джарвис создал для тебя персональную учётную запись. Здесь собрана вся открытая база данных «Старк Индастриз». Тысячи книг, научные альманахи, учебники. Всё, что душе угодно. Пароль — дата твоего рождения.       Гарри принял планшет с такой осторожностью, словно это был хрупкий хрустальный флакон, готовый рассыпаться в пыль от одного неловкого движения. Слова Старка на мгновение выбили у него почву из-под ног.       Дата его рождения. У Дурслей этот день никогда не означал ничего, кроме лишних упрёков. А здесь, в этом парящем над океаном самолёте, цифры его появления на свет были ключом к сокровищнице знаний.       — И что... мне правда можно всё это читать? — с замиранием сердца спросил мальчик.       — Абсолютно всё, — подтвердил Тони. — Кое-какие технические файлы, конечно, зашифрованы, но для начала там хватит чтива, чтобы занять тебя на ближайшие пару лет.       Гарри робко провёл пальцем по гладкому стеклу. Высветилось поле для ввода. Мальчик неуверенно коснулся сенсорных кнопок: три, один, ноль, семь, два и три нуля... Экран мгновенно ожил, высветив приветствие и бесконечный список категорий. Физика.       Химия. Биология. История.       Литература. Инженерия. В глазах мальчика вспыхнул неподдельный восторг.       — Спасибо, — повторил он, на этот раз куда увереннее.       Тони коротко кивнул и откинулся на спинку кресла, смеживая веки.       — Разбуди меня, когда пересечём Восточное побережье и начнём снижаться над Калифорнией, — сонно пробормотал Тони. — Или если вдруг что-нибудь взорвётся. Хотя Джарвис должен предупредить о таком заранее.       Гарри не успел ответить, как из передней части салона донёсся низкий, мерный рокот.       Хэппи окончательно провалился в глубокий сон и теперь храпел с такой самоотдачей, что, казалось, обшивка самолёта вибрировала в такт его дыханию.       Тони лишь страдальчески поморщился, не открывая глаз, окончательно проваливаясь в дремоту.       Гарри нерешительно замер над сияющим экраном планшета. В его руках был артефакт из будущего — прохладный, тонкий, пугающе дорогой. В чулане на Тисовой улице единственной электроникой, к которой Гарри позволяли прикасаться, был старый пылесос, и сейчас он панически боялся, что одно неловкое движение превратит это чудо техники в бесполезный кусок пластика.       — Эм... мистер Джарвис? — едва слышно прошептал Гарри, опасливо косясь на спящего Тони.       — Просто Джарвис, мистер Поттер, — раздался в ответ такой же тихий, вежливый голос. Звук шёл из скрытых динамиков прямо в подголовнике кресла, создавая ощущение, что искусственный интеллект говорит Гарри прямо на ухо. — Чем я могу Вам помочь?       — Я... я боюсь сломать его, — признался Гарри, крепче сжимая края устройства. — Тут столько всего. А если я нажму не туда и всё испорчу?       — В данной системе предусмотрена многоуровневая защита от случайных нажатий, — мягко успокоил его Джарвис. — Вы не сможете ничего повредить. Позвольте мне откалибровать яркость экрана и размер шрифта под Ваше зрение. Мистер Старк часто забывает, что глаза человека не так совершенны, как его оптические сенсоры.       Экран планшета на мгновение мигнул, и свет стал теплее, переставая резать глаза. Гарри выдохнул, чувствуя, как напряжение в плечах постепенно уходит. Он поудобнее устроился в кресле, и его поразило новое ощущение: кожа сиденья была не просто мягкой, она словно подстраивалась под него, согревая спину и даря чувство защищённости. В доме Дурслей он вечно мёрз под тонким колючим одеялом, а здесь само пространство заботилось о его комфорте.       Очередной мощный раскат храпа Хэппи заставил переборку самолёта жалобно звякнуть.       — Анализ звуковых волн подтверждает, что мистер Хоган находится в фазе максимально глубокого сна, — прокомментировал Джарвис. — Я активировал дополнительные фильтры шумоподавления в Вашей и мистера Старка зоне, чтобы его дыхание не мешало Вам сосредоточиться.       Гарри робко улыбнулся и открыл раздел «Физика». Он выбрал его не просто так. В школе Дадли и его друзья часто смеялись над ним, когда вокруг Гарри происходили странные, необъяснимые вещи. Взрывались лампочки, когда он злился; отрастали волосы, которые тётя Петунья состригала почти под корень; исчезали стёкла... Дядя Вернон всегда называл это «ненормальностью», но Гарри, со своим цепким и логичным умом, отказывался в это верить.       Он помнил, что каждому такому случаю предшествовало странное физическое ощущение — внезапный укол жара под кожей или статическое электричество на кончиках пальцев.       В глубине души он надеялся, что в книгах по физике найдутся формулы и законы, способные объяснить эти «чудеса» и эту энергию. Он хотел верить, что мир устроен логично, и если он поймёт, как работают частицы и энергия, то перестанет быть «сломанным».       Под тихий, едва уловимый гул двигателей и защитную опеку невидимого Джарвиса, Гарри погрузился в чтение. Строчки об агрегатных состояниях вещества и законах движения поглотили его целиком.       Впервые в жизни его окружали не стены тесного чулана и запахи пыли, а бескрайнее небо, технологии будущего и люди, которые — он начинал в это верить — действительно не дадут его в обиду. Впервые за несколько лет Гарри Поттер просто летел домой.