Гарри Поттер и Бюрократия Средиземья

У Чёрных Врат всё было относительно спокойно. Армия Гондора праздновала. Орки разбежались (спасибо Гарри и его Конфундусу). Никто не умирал. Идеальная ситуация. Конечно, это не могло длиться долго. — Эй, — Леголас прищурился, глядя на Мордор. — Это только мне кажется, или земля дрожит? Все замолчали. Почувствовали. Вибрация. Слабая сначала. Потом сильнее. Сильнее. — Землетрясение? — Гимли схватился за топор (по привычке, хотя топор против землетрясения бесполезен). — Может, это орки вернулись? — Пиппин забеспокоился. — Чтобы доиграть в чехарду? — Мерри хихикнул. — Может, они обиделись, что мы не дали им закончить партию! — Это не землетрясение, — Гэндальф поднял голову, глядя на небо над Мордором. — Это... это что-то другое. И тут они увидели. Око Саурона. Огромное. Красное. Горящее над Барад-дуром. Оно всегда было там, конечно. Но сейчас... Сейчас оно начало меняться. Сначала вспыхнуло. Ярче обычного. Так ярко, что даже за много миль было видно. — Что с ним? — Арагорн шагнул вперёд. — Не знаю, — Гэндальф нахмурился. — Но что-то происходит... — Может, у него воспаление Ока? — Пиппин предположил. — ПИППИН! — Что? Оно красное! Воспалённое! Это классические симптомы! — У тёмного властелина нет воспаление Ока! — Откуда ты знаешь? Ты его врач? Гарри стоял рядом с Джинни, держа её за руку. — Это... это из-за Фродо? — Должно быть, — Гермиона смотрела на Око, записывая что-то в блокнот (даже в момент апокалипсиса она вела записи). — Если Кольцо уничтожено... — ...то Саурон умирает, — закончил Рон. — Логично, — согласилась Гермиона. — Подождите, — Драко поднял руку. — Если Кольцо уничтожено, значит, Снейп добрался? — Кто же ещё, — Гарри кивнул. — Фродо бы не смог. Слишком... привязан. — Профессор наверняка просто вырвал у Фродо Кольцо Акцио и бросил в лаву. — Классический Снейп, — Рон хмыкнул. Око вспыхнуло снова. Затрепетало. И начало гаснуть. Медленно. Мучительно. Красный свет тускнел. Пламя угасало. — Он... он умирает, — прошептала Джинни. — Наконец-то, — Драко облегчённо выдохнул. — Я уже устал бояться гигантского глаза. — Ты боялся глаза? — ОН СМОТРЕЛ НА МЕНЯ! ПОСТОЯННО! — Драко, он смотрел на всех. Он же Око. — ЭТО НЕ ДЕЛАЕТ ЕГО МЕНЕЕ ЖУТКИМ! Барад-дур, огромная башня в центре Мордора, затряслась. Видимо даже отсюда. Стены покрылись трещинами. — О нет, — Гэндальф побледнел. — Она рушится! — Рушится?! — Эомер повернулся. — ВСЯ БАШНЯ?! — Магия Саурона держала её. Без него... — Без него она падает, как карточный домик Рона, — Гарри закончил. — ЭЙ! Мои карточные домики очень прочные! — Рон, последний развалился от того, что ты на него дышал. — Это было... стратегическое дыхание! Гермиона закатила глаза. — Сосредоточьтесь! Башня рушится! И она была права. Потому что в следующую секунду Барад-дур начал падать.

Это было... впечатляюще. Башня, стоявшая тысячи лет, символ тьмы и ужаса, начала разваливаться. Сверху вниз. Камень за камнем. Уровень за уровнем. С грохотом, который прокатился по всему Мордору. — ВООООУ, — Рон смотрел, разинув рот. — Это... это... — Невероятно, — Гермиона не отрывала глаз. — Эпично, — добавил Гарри. — Дорого бы стоило, — Драко оценивающе кивнул. — Если бы это был спецэффект. — Драко, это реальность! — Знаю! Поэтому впечатляет! Башня продолжала рушиться. Быстрее. Быстрее. Пыль поднималась столбом до небес. Чёрная. Густая. Закрывающая солнце. — Красиво, — Леголас задумчиво сказал. — Красиво?! — Гимли повернулся. — ЭТО ПАДЕНИЕ ВРАЖЕСКОЙ КРЕПОСТИ! — Но эстетично падает. — У тебя странное понимание красоты, эльф! — У гномов вообще нет понимания красоты, — Леголас парировал. — ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?! — ТО, ЧТО СКАЗАЛ! — ХВАТИТ! — Арагорн разнял их. — Вы можете поспорить ПОСЛЕ апокалипсиса?! — Это не апокалипсис, — Гэндальф поправил. — Это победа. — Выглядит как апокалипсис, — буркнул Гимли. — Потому что победа иногда апокалиптична! Око Саурона вспыхнуло в последний раз. Отчаянно. Ярко. Как последний крик. — Он пытается что-то сказать! — Пиппин указал. — Что? — Не знаю! Может, «извините»? — Саурон не извиняется, Пип. — Тогда, может, «до встречи в аду»? — Пиппин, прекрати! Око погасло. Просто исчезло. Как задутая свеча. Тишина. Потом Мерри тихо свистнул: — Ну вот и всё. — Вот и всё, — Гэндальф повторил. — Он... он правда мёртв? — Да. — НАВСЕГДА? — Да. — НЕ ВЕРНЁТСЯ? — Пиппин, если ты спросишь ещё раз, я тебя заткну! — Просто уточняю! Тишина снова. Никто не двигался. Все смотрели на то место, где была башня. Где был Саурон. Где была тьма. И теперь было... ничего. Только пыль. И тишина. — Мы... — Арагорн медленно повернулся к армии, — мы выиграли? Гэндальф улыбнулся. — Да, Арагорн. Мы выиграли. Пауза. Ещё одна пауза. Все переглянулись. Потом один солдат неуверенно поднял меч: — Ура? — УРА! — подхватил другой. — УРААААААА! — взревела вся армия. И это был хаос. Прекрасный, радостный, абсолютный хаос. Воины кричали. Плакали. Обнимались. Падали на колени. Кто-то целовал землю. Кто-то целовал соседа (потом извинялся, но настроение было такое). Кто-то просто стоял и плакал от облегчения. — МЫ ЖИВЫ! — орал один воин. — Я НЕ ВЕРЮ! МЫ ЖИВЫ! — САУРОН МЁРТВ! — ВОЙНА ОКОНЧЕНА! — Я СМОГУ УВИДЕТЬ ЖЕНУ! — Я СМОГУ УВИДЕТЬ КОРОВУ! — ...Корову? — Я СКУЧАЛ ПО СВОЕЙ КОРОВЕ! — ЭТО НОРМАЛЬНО! Гимли схватил Леголаса в медвежье объятие (эльф попытался вырваться, но гном был сильнее). — МЫ ВЫЖИЛИ, ЭЛЬФ! — Гимли... не могу... дышать... — ДЫШИ ПОТОМ! СЕЙЧАС ОБНИМАЕМСЯ! Пиппин и Мерри танцевали джигу, держась за руки и крича что-то нечленораздельное. Арагорн просто стоял, глядя на небо, со слезами на лице. — Мы сделали это, отец, — прошептал он. — Мы действительно сделали это.

В центре этого хаоса Гарри повернулся к Джинни. Она смотрела на рушащийся Мордор, на пыль, на гаснущее Око. Слёзы текли по щекам. — Мы сделали это, — прошептала она. — Гарри, мы действительно сделали это. — Да, — он обнял её. — Сделали. Джинни повернулась к нему. Посмотрела в глаза. И поцеловала. Прямо там. Посреди поля битвы. На фоне рушащегося Мордора. Извержение Роковой Горы вдали добавляло драматизма — красная лава, чёрный дым, огонь в небе. Идеальная картинка. Как из фильма. Гарри обнял её крепче, отвечая на поцелуй. Мир вокруг исчез. Остались только они двое. Рон смотрел на них, улыбаясь. — Ааааа, посмотрите на них! Гермиона вытирала слёзы (счастливые). — Это так мило! Драко стоял в трёх метрах, скрестив руки, с выражением глубокого отвращения на лице. — Это так кинематографично, что тошно. Рон расхохотался. — У тебя просто зависть, Малфой! — НЕТ! — Драко развернулся. — Я просто... это... они... ЦЕЛУЮТСЯ! НА ФОНЕ ИЗВЕРГАЮЩЕЙСЯ ГОРЫ! — И что? — ЭТО СЛИШКОМ ДРАМАТИЧНО! — Драко, мы только что выиграли войну против тёмного властелина. Немного драмы уместно! — НЕМНОГО! А не голливудский блокбастер! — Ты просто злишься, потому что некому тебя поцеловать, — Гермиона ухмыльнулась. Драко покраснел. — Я НЕ... мне не НУЖНЫ поцелуи! — Конечно, не нужны, — Рон подмигнул. — НЕ НУЖНЫ! — Тогда почему ты такой красный? — ОТ ЖАРЫ! ТУТ ГОРА ИЗВЕРГАЕТСЯ! — Мы за сто миль от горы. — МАГМАТИЧЕСКИЙ ЖАР РАСПРОСТРАНЯЕТСЯ! Гермиона фыркнула. — Малфой, просто признай, что завидуешь. Драко молчал секунду. Две. Три. Потом сдался: — Ладно. ЛАДНО! Завидую! Счастливы?! — Очень! — Рон и Гермиона хором ответили. — Ненавижу вас всех. — Мы тебя тоже любим, Драко. — Это НЕ... Но тут Гарри и Джинни наконец разорвали поцелуй. Улыбались друг другу, не обращая внимания на мир вокруг. — Я люблю тебя, — Гарри прошептал. — И я тебя, — Джинни прижалась к нему. — Даже когда ты делаешь глупости. — Я стараюсь делать меньше глупостей. — Плохо получается. — Знаю. — Но я всё равно люблю. — Взаимно. Они засмеялись. А Драко демонстративно отвернулся. — Не могу на это смотреть. Слишком сладко. У меня диабет начнётся. — У тебя нет диабета, — Гермиона закатила глаза. — НАЧНЁТСЯ! От переизбытка сахара в атмосфере! — Малфой, это не... — НАУЧНО ДОКАЗАННЫЙ ФАКТ! — Каким учёным?! — МНОЙ! Я только что доказал! Рон покачал головой. — Он безнадёжен. — Абсолютно, — согласилась Гермиона.

Мордор разваливался. И это было зрелище. Не только Барад-дур. Всё. Чёрные Врата треснули пополам. Огромные железные створки упали с грохотом, который услышали даже в Минас Тирите. — Мои ворота! — один стражник заплакал. — Они были такие красивые! — Красивые? Они были символом зла! — НО КРАСИВЫЕ! Роковая Гора извергалась. Лава текла по склонам, освещая всё вокруг красным светом. — Это нормально? — Пиппин дёрнул Гэндальфа за рукав. — Для Роковой Горы? Да. — А для нас? — Мы достаточно далеко. Не волнуйся. — А Фродо?! Гэндальф замолчал. Посмотрел на гору вдали. — ...Надеюсь, что Снейп успел вытащить его. — А если нет? — Тогда мы будем очень грустить. И напьёмся. В таком порядке. Земля тряслась. Разрывалась. Трещины появлялись по всему Мордору. — Магия Саурона пронизывала всё, — Гэндальф объяснял собравшимся. — Земля. Воздух. Сами камни. Без него всё разрушается. — А когда закончится? — Скоро. Час, может, два. — А потом? — Потом Мордор станет просто... мёртвой землёй. Без тьмы. Без силы. Просто пустошь. — Можно будет туда заселиться? Гэндальф посмотрел на солдата как на идиота. — Зачем тебе жить в Мордоре? — Дёшево? — ТАМ НЕТ ВОДЫ! — А, ну тогда неудобно. Мерри подбежал, запыхавшийся. — Гэндальф! Орки! Все орки в Мордоре бегут! — Куда? — Кто в горы, кто в пустыни! Кричат что-то про конец света! — Для них это и есть конец света, — Арагорн подошёл. — Саурон был их богом. Теперь бог мёртв. — Значит, война окончена? — С организованной силой — да. Но отдельные группы орков останутся. Мародёры. Разбойники. — Арагорн вздохнул. — Работы ещё много. — Но худшее позади? — Да. Худшее позади. Пиппин и Мерри переглянулись. Потом закричали одновременно: — УРААААААА! И побежали прочь, к остальным хоббитам из армии (да, их было несколько — добровольцы из Шира). — ВОЙНА ОКОНЧЕНА! — САУРОН МЁРТВ! — МОЖЕМ ДОМОЙ! — К ПИВУ! — И К ПИРОГАМ! — О БОЖЕ, Я ТАК СКУЧАЛ ПО ПИРОГАМ! Леголас и Гимли подошли к Гэндальфу. — Что теперь? — эльф спросил. — Теперь? — Гэндальф улыбнулся. — Теперь мы ждём Фродо. И Снейпа. И молимся, чтобы орлы успели. — Орлы? — Гимли нахмурился. — Какие орлы? — Те, которых я попросил спасти наших друзей с Роковой Горы. — А ты уверен, что они успеют? — Гвайхир никогда меня не подводил. — Но гора ИЗВЕРГАЕТСЯ! — Поэтому я попросил его поторопиться, — Гэндальф затянулся трубкой. — Всё будет хорошо. Наверное. — «НАВЕРНОЕ»?! — У меня нет Палантира с собой, Гимли. Могу только надеяться. Гимли застонал. — Я слишком стар для этих волнений. — Тебе сто тридцать девять лет. — ИМЕННО! СЛИШКОМ СТАР!

Гарри, Джинни, Рон, Гермиона и Драко сидели в стороне от армии. На камнях. Уставшие. Грязные. Но живые. И очень довольные собой. — Итак, — Рон потянулся, — мы спасли мир. Снова. — Технически, мы помогли, — Гермиона поправила. — Фродо уничтожил Кольцо. Ну, Снейп. — Снейп, Фродо, какая разница? Главное — Кольцо уничтожено! — Рон, разница огромная! — Почему? — Потому что Фродо — назначенный носитель Кольца! Герой истории! А Снейп просто... помог. — Снейп БРОСИЛ КОЛЬЦО В ЛАВУ! — Гарри вмешался. — Это больше, чем «просто помог»! — Справедливо, — Гермиона кивнула. — Хорошо. Снейп — со-герой. — Он будет в восторге, — Драко хмыкнул. — «Со-герой». Прямо то, о чём он мечтал. — Драко, Снейп спас мир! — Знаю! Я просто говорю, что он предпочёл бы, чтобы его оставили в покое! Все засмеялись, потому что это была правда. — Как думаете, он в порядке? — Джинни забеспокоилась. — Там гора извергается... — Он Снейп, — Гарри пожал плечами. — Он всегда в порядке. — Или в очень плохом настроении, — Рон добавил. — Одно из двух. — Обычно второе, — Гермиона согласилась. — Почти всегда второе, — Драко поправил. — Всегда второе, — все хором сказали. Пауза. Потом Рон фыркнул: — Бедный Фродо. Снейп наверняка уже отчитал его раз пять. — «Бэггинс! Минус сто очков за неспособность бросить проклятый артефакт!» — Гарри изобразил голос Снейпа. — «Вы позорите всех хоббитов!» — Драко подхватил. — «Ваша зависимость от Кольца — неприемлема!» — Гермиона добавила. Они давились от смеха. — Бедный, бедный Фродо, — Джинни вытирала слёзы. — Прошёл полмира, чтобы встретить Снейпа на финише. — Это судьба хуже смерти. — Эй! — Гарри толкнул её. — Снейп не так уж плох! — Гарри, он дал тебе подзатыльник на третьем курсе за то, что ты ЧИХНУЛ не вовремя. — Я чихнул на зелье! — ОНО БЫЛО В КОТЛЕ! ПОД КРЫШКОЙ! — Но я мог испортить! — Ты не мог! Крышка закрыта! — ТЕОРЕТИЧЕСКИ МОГ! Все снова засмеялись. — Знаете, — Рон откинулся на камень, глядя в небо, — когда мы свалились сюда месяц назад, я думал, что это худшее, что могло случиться. — Это и было худшее, — Драко буркнул. — Но мы справились! — Едва. — Но справились! — Джинни ткнула его в бок. — Драко, мы ПОБЕДИЛИ. Можешь признать, что это было... не так уж плохо? Драко задумался. Долго думал. Потом вздохнул: — Ладно. Не так уж плохо. Если не считать орков, назгулов, Балрога, осаду, чехарду армии, пауков, лошадей, Мерри с Пиппином, недостаток ванных комнат... — Мы поняли! — Рон перебил. — ...отсутствие нормальной еды, постоянную опасность смерти, Гэндальфа с его загадками, Арагорна с его героизмом, Леголаса с его... — Драко покраснел, — ...волосами... Все уставились на него. — Драко, — Гермиона медленно сказала, — ты только что покраснел, говоря про Леголаса. — НЕТ! — Покраснел! — Я НЕ... это от ЖАРЫ! — Какой жары?! Солнце село! — ВНУТРЕННЕЙ ЖАРЫ! — Драко влюбился в эльфа! — Джинни захихикала. — Я НЕ ВЛЮБЛЁН! Я просто... профессионально восхищаюсь его техникой ухода за волосами! — Конечно, конечно, — Гарри подмигнул. — ПРОФЕССИОНАЛЬНО! — Драко, это нормально, — Гермиона положила руку на его плечо. — Леголас красивый. Даже я это признаю. — Я ТОЖЕ! — Джинни подняла руку. — И я, — Рон пожал плечами. — Объективно говоря. Гарри посмотрел на него. — Рон? — Что? Я могу оценить эстетику! — ...Ладно. Драко закрыл лицо руками. — Я ненавижу вас всех. Всех до единого. — Мы тебя тоже любим, Драко, — Гермиона улыбнулась. — Это НЕ... уххх! Но он улыбался. Несмотря ни на что. Гермиона достала блокнот. — Я записала всё. Для истории. Когда вернёмся, никто не поверит. — Гермиона, у нас нет доказательств, — Рон указал. — Никаких фото. Никаких свидетелей из нашего мира. — Зато есть воспоминания, — она улыбнулась. — И это важнее. Рон посмотрел на неё. Долго смотрел. Гермиона подняла глаза от блокнота. — Что? — Ты... ты всегда такая, — Рон покачал головой. — Всегда находишь хорошее. Даже когда мы чуть не умерли. Раз двадцать. — Рон, мы живы. Это главное. — Нет. — Рон встал. — Главное, что ты была со мной. Всё это время. Гермиона моргнула. — Рон? — В Хогвартсе. В охоте на крестражи. Здесь. В Средиземье. — Рон сделал глубокий вдох. — Ты всегда была рядом. Даже когда я был идиотом. — Ты часто был идиотом, — Гермиона улыбнулась. — Знаю! Поэтому удивительно, что ты осталась! — Рон засмеялся нервно. — И я... я понял кое-что. — Что? — Что я не хочу проводить ни дня без тебя. — Рон опустился на одно колено. Гермиона ахнула. — Рон... что ты... — Гермиона Грейнджер, — Рон взял её руку, — хочешь выйти за меня замуж? Тишина. Полная. Абсолютная. Гарри, Джинни и Драко застыли, разинув рты. — ОН ЧТО... — Драко прошептал. — ТИХО! — Джинни зашикала. Гермиона смотрела на Рона. Слёзы текли по щекам. — Ты... ты серьёзно? Прямо сейчас? На фоне извергающейся горы? — Я просто... момент показался подходящим? — Рон неуверенно улыбнулся. — Мы выиграли войну, Саурон мёртв, мир спасён... — У тебя даже кольца нет! — Кольца? — Рон запаниковал. — Ох. Э-э-э... — он начал шарить по карманам. — У меня есть... э-э... кусок лембаса? — РОН! — Извини! Я не планировал! Это просто... получилось! Гермиона засмеялась сквозь слёзы. — Ты невозможный. — Знаю. — Абсолютно безнадёжный. — Согласен. — И ты делаешь предложение БЕЗ КОЛЬЦА! — Я... да, я идиот, — Рон опустил голову. — Извини, глупая идея, забудь... — ДА. Рон замер. Медленно поднял голову. — ...Что? — Да, Рон! — Гермиона рыдала и смеялась одновременно. — Да, я выйду за тебя! — ПРАВДА?! — ПРАВДА! Рон вскочил, схватил её в охапку и закружил. — ОНА СКАЗАЛА ДА! ОНА СКАЗАЛА ДА! — РОН, ПОСТАВЬ МЕНЯ! — НЕТ! Я СЛИШКОМ СЧАСТЛИВ! Они поцеловались. Долго. Нежно. Совершенно не обращая внимания на аплодисменты вокруг. Потому что, конечно, вся армия Гондора видела. И хлопала. И кричала. — БРАВО! — ОНА СКАЗАЛА ДА! — ЛЮБОВЬ ПОБЕЖДАЕТ! — Это красивее, чем падение Барад-дура! — один солдат вытирал слёзы. Гарри и Джинни обнимались, смеясь. — Рон сделал это! — Гарри не верил. — Он действительно сделал это! — Без подготовки! — Джинни хихикала. — Без кольца! Просто... взял и сделал! Драко сидел, прикрыв лицо руками. — Теперь ДВЕ пары целуются на фоне апокалипсиса. Две. Я в аду. Это ад. — Драко, это мило! — Джинни толкнула его. — Это приторно! У меня зубы сводит от сладости! — Ты просто завидуешь! — КОНЕЧНО ЗАВИДУЮ! Все вокруг счастливы и влюблены, а я застрял здесь один! — У тебя есть мы! — ВЫ ВСЕ ЦЕЛУЕТЕСЬ! — Не все, — Гарри указал на себя и Джинни. — Мы уже закончили. — ВРЕМЕННО! Вы через пять минут опять начнёте! — ...Справедливо. Рон и Гермиона наконец разорвали поцелуй. Смотрели друг на друга, улыбаясь. — Я люблю тебя, — Рон прошептал. — И я тебя. Даже без кольца. — Куплю! Обещаю! Самое лучшее! — Мне не нужно лучшее. Мне нужен ты. Рон расплылся в улыбке. — Это было так романтично, что даже я впечатлён. — Спасибо? — Пожалуйста. Они засмеялись. Гарри подбежал, обнял Рона в медвежьем объятии. — Поздравляю, приятель! — Спасибо! — Рон сиял. — Я жених! Я настоящий жених! — Ты стал женихом пять минут назад... — НО ТЕПЕРЬ Я ЭТО ОСОЗНАЛ! Джинни обняла Гермиону. — Добро пожаловать в семью! Официально! — Я уже чувствовала себя частью семьи, — Гермиона улыбалась сквозь слёзы. — Теперь это юридически! Как только поженитесь! — О боже, свадьба... — Гермиона побледнела. — Мне нужно планировать свадьбу! — НЕ СЕЙЧАС! — Рон схватил её за плечи. — Сейчас мы просто радуемся! — Но нужно выбрать дату! И место! И платье! — ГЕРМИОНА! — И гостей! О боже, список гостей! Твоя семья огромная! — ГЕРМИОНА, ДЫШИ! Джинни засмеялась. — Она уже в режиме планирования. — Это Гермиона. Она не может НЕ планировать. Драко подошёл, всё ещё выглядя страдающим. — Поздравляю, Уизли. Грейнджер. Вы заслуживаете друг друга. — Это... комплимент? — Рон прищурился. — Да. Я делаю комплимент. Наслаждайся, это редкость. — Спасибо, Малфой, — Гермиона улыбнулась. — Это... неожиданно мило. — Не привыкай. Но он тоже улыбался. Арагорн, наблюдавший издалека, повернулся к Гэндальфу. — Они помолвились. На поле битвы. На фоне извержения. — Молодость, — Гэндальф затянулся трубкой. — Им кажется, что это романтично. — Разве нет? — Романтично было бы в тихом месте. С вином. С цветами. — Но они счастливы. — Это правда, — Гэндальф улыбнулся. — И в конце концов, это всё, что важно.

Пока команда Хогвартса болтала, Гэндальф стоял на холме, глядя на Роковую Гору. Она всё ещё извергалась. Лава. Дым. Огонь. — Они там, — пробормотал он. — Снейп, Фродо, Сэм. Где-то на склонах. Арагорн подошёл сзади. — Ты уверен, что орлы успеют? — Должны. Я послал Гвайхира час назад. Он быстрый. — Но гора извергается. Жар. Дым. Как они найдут их? — Орлы видят лучше людей. И эльфов. И всех остальных. — Гэндальф затянулся трубкой. — Гвайхир найдёт их. Я верю. — А если нет? Гэндальф помолчал. — Тогда я буду очень, очень пьян. Долгое время. — Вдохновляюще. — Я реалист, Арагорн. Не оптимист. Они стояли молча, глядя на гору. Ждали. А на склонах Роковой Горы, в окружении огня и разрушения, три фигуры сидели на выступе. Ждали. Надеялись. Молились (ну, Сэм молился, Фродо был в шоке, а Снейп просто саркастически комментировал происходящее). И где-то в небе три орла летели к ним. Быстро. Решительно. На спасение.