Держись, ты сможешь (Hold On, You've Got This)

Чжоу Сян решил, что У Фэйюй шутит, и переспросил для верности: — Вы уверены, что нужно искать человека именно с этого рисунка? У Фэйюй счёл вопрос бессмысленным: — Конечно, это же он сам! Пусть не похоже, но дух-то передал! Вот, посмотрите, эта свирепость — один в один! Чжоу Сян понял, что молодой господин У и вправду считает свой рисунок удачным. У Фэйюй и не запомнил, как выглядел случайный прохожий, хотя при новой встрече, возможно, и узнал бы. Он помнил только, что тот был выше его и имел весьма представительную внешность — такую, что специально создана, чтобы смущать омег. Теперь же он точно воспроизвёл саму ауру того человека. Он считал себя настоящим художником, схватившим самую суть. У Фэйюй был уверен в деловой хватке Се Лина: — Тогда буду надеяться на вас, брат Се. Се Лин передал рисунок Чжоу Сяну и коротко бросил: — Угу. Краткость Се Лина в деловом общении всегда была полна непререкаемости и вселяла уверенность. У Фэйюй понял, что дело в шляпе. Улыбнувшись и пообещав в следующий раз устроить ужин, он, прижимая руку к всё ещё ноющей шее, снова стремительно удалился. Хотя семьи У и Се на карте находились на разных концах — север и юг, у них были деловые связи. Его отец велел ему, приехав в Пекин, почаще общаться с Се Лином. Коренная причина была в том, что с существованием такой личности, как Се Лин, нельзя было не считаться. Иначе почему, при выборе из множества отелей, он остановился именно на принадлежащем семье Се. Таковы приёмы в мире бизнеса: не говорить открыто «я поддерживаю вас», но, приехав в Пекин, останавливаться и питаться именно в ваших заведениях. Если делать так часто, оказывая должное уважение, сиюминутной выгоды не видно, но создаётся хорошее впечатление. Подобные долгосрочные инвестиции не редкость. Конечно, помимо таких мелочей, они прилагали усилия и в других сферах. Иными словами, если в будущем мне понадобится помощь семьи Се, вы тоже должны будете оказать мне небольшую услугу. Поэтому У Фэйюй, хоть и встречался с Се Лином всего несколько раз, совершенно естественно обратился к нему за помощью. Се Лин смотрел вслед удаляющемуся У Фэйюю: — Наследника этому семейству явно растили с большими усилиями. Выглядит легкомысленно, в том возрасте, когда им пренебрегают, но в делах хаос у него сочетается с порядком. Чжоу Сян в нерешительности разглядывал абстрактное творение: — Господин Се, искать этого человека? Если серьёзно взяться, задача будет эпической сложности. Уголок рта Се Лина слегка приподнялся: — Зачем искать? Через пару дней забудет. У детей быстро проходит увлечённость. Чжоу Сян сложил рисунок — видимо, скоро он отправится в мусорку: — Слушаюсь. Се Лин не интересовался делами чужих семей, его мысли были заняты собственным отпрыском: — Тебе не кажется, что Сяо Цзин немного изменился? Чжоу Сян ничего особенного не заметил: — Это... Ну, кроме того, что наконец добавил вас в WeChat, разве он не убегает при виде вас, как и раньше? Что тут другого? Се Лин сам себе ответил: — Стал немного почтительнее. Чжоу Сян: — А, да, точно. Как скажете. Лишь бы вы были довольны. Спустя некоторое время Се Лин снова вспомнил, как спрашивал Жун Цзина, не хочет ли он всё ещё быть актёром. Хотя младший брат ловко уклонился от темы, было очевидно, что он не оставил эту мечту. Он просто не мог понять — что хорошего в актёрстве? Разве шоу-бизнес открыт для всех? В этот момент в отель к Се Лину прибыли руководители нескольких внутренних проектов компании. Помощник повёл всех к машине, ожидавшей у входа в лобби. Се Лин сначала спросил о планах инвестиций в киноиндустрию на этот год. Выслушав отчёт, он мрачно взглянул на ответственного за кинодепартамент: — Никто из вас не смеет ему помогать! Се Лин отдал строжайший приказ: все связанные с семьёй Се кинопроекты отныне будут для Жун Цзина закрыты. Он не собирался ничего предпринимать, просто хотел, чтобы Жун Цзин сам увидел реальность. Он не верил, что Жун Цзин, с его четырьмя годами потраченного впустую времени, сможет чего-то добиться в будущем. Разве дети в период бунта не идут напролом, пока не стукнутся лбом о стену? Чем больше старшие запрещают, тем сильнее хочется. Что ж, пусть стучится. Только разбив голову в кровь, он поймёт, что ему подходит. Все, естественно, согласились. Пекинская киноакадемия считалась одной из лучших в стране. Каждый год она отправляла в шоу-бизнес множество людей, но яркими становились лишь единицы, большинство же тонуло в этой массе. Ответственный за кинодепартамент на самом деле помнил Жун Цзина. Тогда он ещё не знал о его связи с семьёй Се, просто обратил внимание на исключительные данные парня благодаря той самой фотографии с военных сборов на первом курсе. Та фотография стала легендарной, но последующая череда сценических провалов привела к тому, что люди в индустрии перестали обращать внимание на такой, хоть и красивый, но «бракованный товар». По мнению ответственного, путь Жун Цзина прервался ещё три года назад. Востребованность не вернуть, да и никто не верил в него. Таков шоу-бизнес: новичкам нельзя ошибаться. Ошибешься — кто захочет вкладываться?

***

Тем временем Гуань Хунъи, отказавшийся от попыток раздобыть информацию о Жун Цзине, тяжело вздыхал раз за разом. Гу Си поддразнил его: — Говорят, каждый вздох сокращает жизнь на сорок секунд. Продолжай так и дня жизни не останется. Гуань Хунъи серьёзно воспринял это: — Правда, что ли? Есть научное обоснование? Гу Си был внимателен к деталям: — Ну, это как посмотреть. Тебе же скоро встречаться с продюсером, лучше попшикай ещё раз блокирующим спреем. Ты же с прошлого вечера его не использовал. У Гуань Хунъи ещё была похмельная апатия. Наконец он вспомнил, что действительно не пользовался спреем с прошлого дня, и его запах так и не просочился? Только открыв сумку и найдя свой обычный спрей, он в уголке обнаружил ещё один, новый. — Этот не мой, кто его положил? — И тут в его затуманенной памяти всплыло: тёмное заднее сиденье такси, и альфа, сунувший ему что-то в руку. Это был тот самый альфа, контактов которого он не смог раздобыть. Эх, не достать! Не стоит жить! Гу Си, глядя на спрей «Розовый сад» от Watsons, начал верить, что тот альфа и правда просто оказался несчастной жертвой, к которой прилип Гуань Хунъи. Бедняга: и деньги потратил, и в мыслях остался. Жить нелегко, храни тебя судьба от новых встреч с нашим Хунъи. Друзья уже прощались. Гуань Хунъи, видя, как Гу Си разговаривает по телефону, понял из диалога, что тому скоро записывать развлекательную программу. — Ты теперь даже программы сам согласовываешь? Твой агент Ян Ци что, сдох? — Не бывает же, чтобы популярный артист сам договаривался со съёмочной группой — это же потеря лица. — Мой контракт скоро истекает, у него на руках другие артисты, ему не до меня, — коротко объяснил Гу Си. — К тому же сегодня вечером тот банкет по случаю оловянной свадьбы главы влиятельной семьи и его жены. Он достал пригласительные и собирается провести туда нескольких новичков «засветиться». Сейчас как раз занят их образами. С утра готовят образ: подбирают одежду, выбирают украшения, делают причёски и макияж. К трём часам дня уже можно будет отправляться на место банкета. Гуань Хунъи знал об этом приёме. Кажется, его устраивал магнат в сфере недвижимости из семьи Се. Приглашали только известных и влиятельных персон, и лишь немногие из шоу-бизнеса могли получить приглашение. — У твоего агента неплохие связи. Но в такой обстановке, возможно... Ты ведь тоже собираешься пойти? Гу Си приспустил кепку, солнце резало глаза и причиняло дискомфорт: — Пойду. У меня нет других возможностей. Гуань Хунъи знал причину и не хотел вновь поднимать эту болезненную для Гу Си тему. Он тут же сменил тему: — Какую программу ты снимаешь? Гу Си: — «День знаменитости». Я попросил их подъехать ко входу в «Шэрил». «День знаменитости» — это новое развлекательное шоу. В каждом выпуске приглашают трёх знаменитостей, за каждым из которых на протяжении всего их дня следует оператор с мини-камерой, а потом материал монтируют. В студии семь приглашённых звёзд-гостей ведут программу и дают комментарии. Так как в каждом выпуске есть одна популярная медийная персона, рейтинги шоу стабильно растут. Чтобы выжать из Гу Си максимум в последний месяц контракта, компания сходила с ума, согласовывая для него выступления. Гуань Хунъи, даже не гадая, понимал, что Гу Си, возможно, уже несколько дней не отдыхал. — Это займёт как минимум до пяти-шести вечера, да ещё и съёмки весь день — ты же не выдержишь! — Гуань Хунъи был полон угрызений совести. — Ты же не спал? Даже божеству не выдержать без остановки! Всё я виноват, зачем столько пил... — Если бы с тобой что-то случилось, я бы никогда себе этого не простил, — серьёзно сказал Гу Си. В детстве северная часть города была старым, ещё не реконструированным кварталом, местом смешанным и пёстрым. Многие там жили, собирая мусор, их называли «мусорными людьми». Он и сам в детстве был одним из таких, пока его не подобрал Гуань Хунъи. Тот был для него как родной. Посадив обеспокоенного Гуань Хунъи в машину, Гу Си позвонил своему младшему ассистену Мо Дяню и сказал, чтобы тот не приезжал. Помощник не спал вместе с ним уже два с половиной дня и на пределе. Гу Си дождался съёмочной группы. Так как предварительных репетиций не было, место встречи Гу Си назначил спонтанно. Группа понимала: у такой звезды, как он, нет времени согласовывать с ними график, так что им приходилось подстраиваться под гостя. Однако на этот раз произошло досадное происшествие: агент Гу Си не только резко взвинтил цену прямо перед съёмками, но и вёл переговоры из рук вон плохо. Если бы не своевременное вмешательство самого Гу Си и пересмотр гонорара, платформа уже готова была занести этого популярного артиста в чёрный список. Ведущая спросила Гу Си, можно ли начинать. Тот снял кепку и маску, у него ещё кружилась голова. Прижав руку к колотящемуся сердцу, он иногда задумывался: а не умрёт ли он внезапно однажды от переутомления? Но до той смерти ему нужно сделать ещё очень многое. Приняв таблетку нитроглицерина, он кивнул. Камеры приготовились. Ведущей сам Гу Си нравился, и она подошла ближе: — Заметила, что у Гу Си даже вблизи кожа почти без пор. Думаю, многим интересно, какими средствами вы пользуетесь? Гу Си: — Обычно пользуюсь теми, что рекламирую. На самом деле сегодня он ничего не использовал, всю ночь искал человека и выходил в эфир с абсолютно чистым лицом. В душе у Гу Си ёкнуло: Ой, чистое лицо — это тревожно! Гу Си приостановил съёмку, достал карманное зеркальце и проверил себя. Отлично, всё ещё самый красивый. Ведущая изначально считала Гу Си тем типом красоты, что можно лишь созерцать издалека, окутанной дымкой и холодком. Этот неожиданный маленький жест оказался полной неожиданностью. — Прошу... этот отрезок вырезать, — немного смущённо попросил Гу Си. — Хорошо, — ведущая сдержала улыбку. Съёмки продолжились. Ведущая задала простой вопрос: — Гу Си ночевал в отеле? Гу Си улыбнулся в ответ: — Вчера заново озвучивал сцены на студии и остановился на ночь в ближайшем отеле. Оператор сообразил и снял фасад отеля. Позже, при монтаже, название, конечно, замажут, чтобы зрители не обвинили в назойливой рекламе. — Это для только что завершённого сериала «Король Лу»? Говорят, это ваша первая роль отрицательного персонажа? — Перед встречей с Гу Си ведущая подготовилась, и такой вопрос заодно помогал немного разрекламировать проект. Гу Си: — Да. Рядом со съёмочной площадкой велись строительные работы, и возникли сложности со звукозаписью. — Что побудило вас сыграть злодея? Ведь ваша внешность совсем не соответствует роли, — спросила ведущая, и в её голосе звучало искреннее недоумение. Ведь когда Гу Си дебютировал как айдол, он был невероятно популярен, его ангельская внешность сводила с ума многих. Такому человеку трудно представить, как он будет выглядеть в роли злодея. Гу Си подмигнул. Под объективом его густые ресницы трепетали, словно крылья бабочки, выглядя особенно загадочно и соблазнительно: — А почему бы мне не сыграть злодея? — Конечно, можно, — ведущую пронзил этот взгляд, сердце пропустило удар, и она невольно согласилась. В этот миг казалось, что на что бы ни попросил Гу Си, ей трудно было бы отказать. Она вспомнила, как коллега, узнав, что сегодня она будет снимать Гу Си, сказал: «Не подходи к нему слишком близко, и особенно не смотри, когда он улыбается». Она не придала этому значения — столько звёзд уже снимала, что ко всему привыкла. Но сейчас она поняла: Гу Си с лёгкостью пробуждает в других самые глубокие, самые потаённые желания. Даже она, бета, захотела им завладеть. Они поговорили перед камерой ещё немного, и Гу Си получил от режиссёрской группы задание: доехать до киноакадемии на метро. Ещё две недели назад Гу Си получил приглашение от руководства института выступить сегодня с речью перед студентами младших курсов. Это и так было в его расписании. Программа также считала, что этот пункт может стать изюминкой выпуска. Рейтинги этого эпизода во многом зависели от Гу Си — две другие знаменитости не были такими популярными. Задание было следующим: если по пути в метро его не узнают, побеждает Гу Си и получает право один раз в течение дня отказаться от задания. Если же по дороге его узнают, то он должен будет вместе со съёмочной группой и узнавшими его обычными людьми принять участие в игре. Каждому гостю на этом шоу устраивали различные остросюжетные мини-игры, чтобы подогреть интерес зрителей. У Гу Си после трёхлетнего простоя популярность сильно упала. Сейчас у него был горячо обсуждаемый фильм, но лояльность новых фанатов была невысока. Как раз требовался мощный приток популярности, чтобы пережить этот переходный период. Получив карточку с заданием, Гу Си, в отличие от других звёзд, не сразу принялся его выполнять. Машина уже проехала некоторое расстояние. Он взглянул на магазин игрушек у входа в метро. Немного поколебавшись, спросил: — Можно мне кое-что купить? Ведущей стало интересно, что он задумал, но им нравились гости, умеющие гибко мыслить: — Тогда сначала посмотрим, что вы хотите сделать, и режиссёрская группа решит, можно ли~ И вот Гу Си вошёл в тот магазин игрушек и приобрёл простой костюм Дораэмона. Костюм был тонким комбинезоном из флиса, только головной убор в виде круглой и толстой головы персонажа. В таком головном уборе лицо было совершенно неразличимо. Но комбинезон был тонким, надетым поверх обычной одежды Гу Си, и по нему можно было угадать очертания фигуры. У ведущей возникло предчувствие: рейтинги этого выпуска обеспечены! Гу Си и правда умел: такой безупречный и возвышенный человек, а готов был пожертвовать имиджем — совсем не похоже на айдола, следящего за своим образом. С такими, как Гу Си, которые наперекор съёмочной группе находили неожиданные решения, искать изюминки можно было каждую минуту. Изначально режиссёрская группа считала, что шансы на их победу высоки. Разве какая из этих звёзд, оказавшись среди обычных людей, не будет сиять, как яркая звезда? Манера, вкус, одежда — всё выдавало их отличие. Даже полностью замаскированные, они оставались в центре внимания. Кто бы мог подумать, что Гу Си придумает такой оригинальный ход? Теперь кто мог бы узнать в нём Гу Си? Сейчас было время, когда час пик уже шёл на спад, но людей всё ещё было много. Костюм персонажа, хоть и привлекал внимание, в быстром ритме метро в час пик заставлял людей лишь на секунду задержать взгляд, и большинство предполагало, что человек носит его по работе. Гу Си беспрепятственно прошёл в метро. Три оператора следовали за ним на небольшом расстоянии. Пару раз их останавливали сотрудники метро, но после переговоров со съёмочной группой съёмки возобновлялись. Одна восторженная сотрудница даже попросила автограф, и Гу Си любезно расписался у неё на одежде.

***

Позавтракав тем завтраком, после которого ему не терпелось сбежать, Жун Цзин по навигатору без проблем добрался до ближайшей станции метро. Удаляя фоновые приложения на телефоне, он увидел вчерашний фильм, который досмотрел до конца во сне. Он перемотал на непросмотренное место, поставил закладку, чтобы потом продолжить. Он считал, что актёрская игра Гу Си действительно хороша — это тот тип одарённого артиста, с которым играть в одной сцене было бы невероятно захватывающе. Жун Цзин покачал головой, отгоняя мысли. С учётом нынешней репутации прежнего хозяина, какая съёмочная группа взяла бы его? Мечтать о сотрудничестве с топовой звездой — это уже чистая фантазия. Сможешь ли ты работать с Гу Си? Нет, не сможешь. Проехав одну станцию до предпоследней перед центром, он увидел, как в вагон набилось множество людей. Жун Цзин вместе с потоком пассажиров оказался в середине вагона. На экране в метро показывали сводку погоды по стране — чтобы работающие люди могли по дороге на службу получить информацию самым эффективным способом. Внезапно в середине передачи вставили срочное сообщение: на заброшенной стройке на окраине города было обнаружено обезглавленное тело женщины. По данным с места преступления, это была омега. На её конечностях остались следы борьбы различной степени, голова снова исчезла. Это уже третье жестокое преступление за месяц. Полиция просила очевидцев сообщить любую информацию и напоминала всем омегам по возможности не выходить на улицу поздно вечером. Несколько омег рядом с Жун Цзином побледнели, увидев новость. Против большинства альф им трудно было получить преимущество, и такие происшествия не могли не тревожить. — Как жестоко, даже целого тела не оставили! — Разве рядом нет камер? Говорили же, что наблюдение везде! — Там же реконструкция старого города, кругом снос и стройки, кто станет там камеры ставить? — Да и... зачем идти туда глубокой ночью, это же странно? И правда, кто отправится в такую глушь посреди ночи? Жун Цзин заметил, что в том районе, о котором говорили в новостях, даже фонарей не было по ночам. Значит, была лишь одна возможность: убийца хорошо знал ту местность и мог ориентироваться в темноте. Возможно, он жил поблизости или когда-то жил в тех краях. Экран снова переключился на прогноз погоды. Жун Цзин по привычке продолжил размышлять. Он же технарь, мог вывести лишь базовую информацию. Но если он додумался, то полиция, наверняка, уже всё поняла. Нечего зря голову ломать. Жун Цзин смотрел на световое табло в вагоне, как вдруг в щели между стоящими людьми заметил чью-то подозрительную руку, медленно тянувшуюся к ученице в короткой юбке. Однако из-за внезапного движения толпы та повернулась в другую сторону, и «метро-волку» не удалось осуществить задуманное. Жун Цзин нахмурился, не сводя глаз с той руки. Мельком он разглядел часть лица: среднего роста, худощавый, в чёрных очках в роговой оправе — выглядел как типичный добропорядочный служащий. «Чёрные очки», казалось, заметил более «аппетитную» добычу. Подобно мыши, привлечённой сыром, его лицо покраснело, дыхание участилось. Он тут же юркнул в сторону, скрываясь из поля зрения Жун Цзина. Тот насторожился: по внезапной смене поведения и выражения лица этого человека можно было сделать вывод, что добыча идеально соответствовала его вкусам и он ни за что не упустит её. «Жун Цзин, не лезь не в своё дело. Своих проблем выше головы, куда уж до чужих». Так он думал, но не мог оторвать глаз от тех рук, которые так и не останавливались. По пути тот облапал и офисную служащую, та гневно на него посмотрела, и он переместился дальше — видно было, что цель чётко определена. Спустя ещё несколько секунд Жун Цзин крепко зажмурился. Затем шагнул в сторону, куда скрылся тот человек, протискиваясь сквозь толпу. Жун Цзин был благодарен своему высокому росту — в поисках человека это было врождённым преимуществом. Он прошёл через один вагон, но так и не нашёл того типа. Вдруг он снова заметил подозрительную фигуру, вынырнувшую из угла, — это были те самые «чёрные очки»! Тот двигался в сторону человека в синем костюме персонажа. Хоть это и был костюм, но из-за его тонкости можно было угадать тонкую талию и округлые бёдра. «Чёрные очки» тяжело дышали. У него был наметанный глаз, и он с первого взгляда определил — это точно первоклассный экземпляр, просто испорченный этим дурацким костюмом. Его дыхание становилось всё тяжелее. Он представлял себе эту упругость, не сводя жадных глаз с аппетитного места. В тот миг, когда его пальцы уже готовы были прикоснуться, чья-то большая рука резко схватила его за запястье. Казалось бы, лёгкое сжатие, но сила была такой, словно кости вот-вот треснут. Острая боль заставила его вскрикнуть: — А-а-а! Раздался ледяной голос: — Даже Дораэмона не пощадил? Ты человек вообще?