Держись, ты сможешь (Hold On, You've Got This)

Гу Си почувствовал, будто перед ним пронёсся ураган, от которого у него в голове всё перепуталось. Пока они с Жун Цзином несколько секунд смотрели друг на друга, блондин улучил момент. Свободной рукой он нащупал на полу упавший телефон, нажал клавишу быстрого набора и позвонил. Жун Цзин слегка прищурился. Длинным шагом перешагнув через блондина, он коленом придавил его всё ещё пытающуюся шевельнуться руку и забрал телефон. Из динамика смутно донёсся голос У Фуюя: — Алло? Алло, алло? Что там? Прижатый к полу, со ртом, заклеенным скотчем, блондин изо всех сил пытался что-то произнести: — Ммммм! Ммммммм! Перевод: Спасите! Не знаю, что они со мной сделают! Вызовите полицию! К сожалению, никто не мог понять такого «языка». Жун Цзин напрямую сбросил вызов. Тот самый У Фуюй, которого отец как раз позвал знакомиться с дядями, посмотрел на внезапно разъединившийся звонок, подумал, что тот ошибся кнопкой, и пробормотал: — Странно. Наверное, случайно нажал. Какая скука. Выпустить блондина сейчас, когда снаружи полно гостей, — кто знает, какую ерунду он наговорит. Жун Цзин и Гу Си переглянулись. Очевидно, их предыдущая встреча у бассейна подсознательно заставила их признать друг друга союзниками. Почти в одно и то же время они посмотрели на распластавшегося на полу блондина. Обменявшись лишь взглядами, они без слов договорились: Гу Си присмотрит за блондином, а Жун Цзин, следуя памяти изначального хозяина тела, отправится в подсобку снаружи искать верёвку, чтобы потом передать её Гу Си. Гу Си, глядя на верёвку в руках, обмотал её вокруг груди блондина, затем пропустил через кисти рук, между ягодицами… В середине процесса блондин, кажется, осознал, что делает Гу Си, и начал яростно сопротивляться. Жун Цзин мысленно сказал: «…Мало учился, но не обманывай меня. Это похоже на верёвочную игру в стиле БДСМ». Любого альфу, связанного таким методом, это очень унижает. Неудивительно, что блондин, будучи знатоком в этой области, отчаянно сопротивлялся. Наверное, за всю жизнь с ним так не обращались. Гу Си прижал блондина коленом, сдерживая его сопротивление. Сначала его техника была неуклюжей, но потом он наловчился и в конце даже мило завязал бантик. Всего за пять минут они запихнули полураздетого, демонстрирующего волосатые ноги, одетого только в носки и обувь блондина в подсобку, предварительно, конечно, проделав в мешке два отверстия для дыхания. Гу Си вымыл руки три раза, словно желая полностью, тщательно смыть с них запах альфы. Жун Цзин заметил, что человек перед ним, кажется, очень ненавидит прикосновения альф. Судя по тому, как он трижды мыл руки и этого было мало, если бы прикосновений было больше, не смыл бы он кожу? Жун Цзин не мешал Гу Си яростно мыть руки. Гу Си, придя в себя, тоже было неловко. Он убрал ставшие морковно-красными руки, вытер их, и они покинули туалет. По пути избегая камер, они вышли наружу. Вдалеке было видно, как гости у входа в гостевой дом один за другим уезжают. Неизвестно, когда прошёл ливень с громом. В воздухе смешались запахи земли и травы. Оба глубоко вздохнули — словно двое детей, натворивших шалостей, сбежали вместе с сообщником. На их лицах невольно появились улыбки. Они смотрели на полускрытую тучами луну и одновременно вздохнули: — Эх… Снаружи воздух такой свежий. Переглянулись и рассмеялись. Хотя они были всего лишь незнакомцами, но чувствовали, что в чём-то находятся на одной волне. Между ними возникла невыразимое взаимопонимание. Жун Цзин снова вспомнил давно терзавший его вопрос: — Откуда ты знаешь такой метод связывания? У Гу Си, который только что совершил проделку и был в особенно приподнятом настроении, после этих слов на душе стало немного пасмурно. Вспомнились нежелательные воспоминания. Он мог бы отделаться пустыми словами, но не хотел лгать человеку перед собой: — Когда-то так поступили со мной. Неужели ты думаешь, что я отвратителен? — подумал он про себя. Жун Цзин чувствовал, что тот многое опустил. У каждого в душе есть секреты, зачем вскрывать чужие раны? Жун Цзин просто сменил тему: — Кстати, тебе часто говорят, что ты похож на Гу Си? Хотя голос другой, и вначале у бассейна было слишком напряжённо, не было времени рассмотреть внимательно. К тому же он даже на свою внешность не обращал внимания, как мог бы разглядывать других парней? Но только что, глядя на профиль человека рядом, смотрящего на луну, вдруг показалось, что он похож на постер из того фильма. Если убрать густые прыщи и неровности, а также толстые очки, то черты лица немного похожи. Только Гу Си, кажется, немного белее. Сердце Гу Си ёкнуло. Он чуть не выпалил: «Нет, нет, ты ошибся». Но такой поспешный отказ больше походил бы на попытку скрыть очевидное. «Этот человек слишком наблюдательный. Хотя сегодня из-за нехватки времени я не накладывал специальный грим, но даже на своё лицо я смотреть не мог, а он смог увидеть?» Пока Гу Си думал, как бы ему отделаться подходящим предлогом, раздался оглушительный лай. К ним приближалось неизвестное существо. Жун Цзин тут же застыл, сделал вид, что спокоен, и попрощался: — Я пошёл вперёд. Гу Си смотрел, как та большая собака, неизвестно когда снова сорвавшая цепь, мчится к своему любимому «лакомству», прикрыл рот и рассмеялся. К счастью, Жун Цзин быстро спрятался в машине своего старшего брата и избежал беды. Се Лин в это время не был в машине. Он вызвал того самого Цзи Лэпина, с которым разговаривал Жун Цзин. Цзи Лэпин дрожал от страха, не зная, в чём дело, почему его вызвал молодой хозяин семьи Се. Глядя на холодное, красивое лицо Се Лина, он пугался и осторожно спросил: — Брат Се, вы меня звали? Се Лин только что от своего ассистента Чжоу Сяна получил ошеломляющую новость: его брат, возможно, гомосексуален. Всё началось с того, что Жун Цзин, приходя в компанию, на вопрос Чжоу Сяна, какие омеги ему нравятся, ответил: «А почему не альфы?» Се Лин сопоставил это с тем, что брат действительно взглянул на ключевую область У Фуюя. Разве обычный альфа будет смотреть туда на другого альфу? Все признаки указывали на то, что их догадка… возможно, верна. Из разговора с Цзи Лэпином Се Лин узнал, что изначально ориентация его брата была нормальной. Пока… его не бросили. «Что не так с Жун Цзином? Послушный, понимающий, красивый, с кубиками пресса. Кроме того, что иногда создаёт мелкие, безобидные проблемы, — это же идеальный брат, которому все завидуют. У этого человека глаза что ли, на затылке?» Ци Ин? Не слышал. У Се Лина не было интереса к именам проходных персонажей. Он прямо приказал Чжоу Сяну: — Во всех проектах, где инвестирует наша семья Се, не должно появляться этого артиста восемнадцатого уровня. Чжоу Сян мысленно вздохнул: «…Да. Если бы вы половину того внимания, что уделяете брату, направили на поиски партнёра-омеги, уверен, вы бы уже давно не были одни». Цзи Лэпин подумал: «Ци Ин, прости. Лучше погибнуть тебе, чем мне. В конце концов, мы не так уж и близки». Се Лин считал, что этого испорченного парня ещё можно выпрямить. Ведь он стал таким лишь недавно — значит, ещё есть шанс. «Разве не бывает геев, которые в реальной жизни были глубоко ранены представителем одного пола и просто обратились к представителям своего же пола за утешением?» — Се Лин постоянно утешал себя, что ещё не поздно. — Цзи… — начал он, но запнулся, уже забыв имя этого однокурсника. — Цзи Лэпин, — немедленно подсказал тот. — Хм. Помоги мне присмотреть за ним. Ничего особенного не нужно делать. Как только он сблизится с каким-нибудь альфой или если какой-то альфа будет к нему приставать — доложи мне. При необходимости можешь и помешать с его стороны, чтобы предотвратить ухудшение, — Се Лин всё же решил решить проблему с корней. Цзи Лэпину это не очень понравилось: — Это… не очень хорошо. Разве это не слежка? Если Жун Цзин узнает, убьёт он вас или меня? Вас, возможно, не получится, а я окажусь в опасности. — Фильм с бюджетом не менее ста миллионов, как минимум роль третьего плана или выше, — невозмутимо заявил Се Лин. Цзи Лэпин начал колебаться. Он был всего лишь ответвлением семьи Цзи, а Цзи только пробовали силы в шоу-бизнесе и определённо не стали бы так сильно за него стараться. — Плюс сериал, роль второго плана или второстепенная, — продолжил Се Лин. — Я… я… — забормотал Цзи Лэпин. Се Лин снова бросил «ручную гранату»: — И ещё новое шоу на телеканале «Фэнли». «На свете нет ничего, чего нельзя было бы решить деньгами. Если не получается — удвой сумму. Если и удвоенная не помогает — утрой». Цзи Лэпин не выдержал этих «сладких снарядов»: — Вы… не продолжайте! Я согласен! Пожалуйста, позвольте мне это сделать! Папа, могу я называть вас папой? Дело не в отсутствии принципов, а в том, что «папа» Се предложил слишком высокую цену. У этого человека совсем нет принципов по отношению к младшему брату. Се Лин, будучи очень прямолинейным, раз решив одно дело, тут же встал, чтобы уйти. — Подождите, — не удержался Цзи Лэпин. — Почему бы вам… не инвестировать напрямую в Жун Цзина? Ему стало немного завидно Жун Цзину. Такое чувство, когда за тобой молча присматривают и оберегают за спиной, действительно согревает сердце. В его семье Цзи каждый день разыгрывалась «Легенда Чжэньюань». Он, как периферийный участник, иногда тоже попадал под раздачу, и это было сложно описать словами. Редко можно увидеть таких братьев в богатых семьях. Се Лин холодно усмехнулся и спокойно сказал: — Пусть ему только снится. Какое там актёрство, пора домой возвращаться и наследство принимать. И таланта-то нет — четыре года учился, а в итоге всё равно ни на что не способен, даже на сцене выступать не может. Какая польза от любви? Разве любовью сыт будешь? Если только однажды Жун Цзин не сможет заставить меня изменить мнение, иначе пусть бьётся головой о стену. Пусть бьётся до крови — я не вмешаюсь.

***

У Ханьци отказался ехать на Ламборгини сына, привлекающем всеобщее внимание. Он достиг своего нынешнего положения вовсе не благодаря показухе, а скромности и практичности. Подойдя к своей машине и уже собираясь открыть дверь, он увидел, как сбоку выскочил симпатичный парень. Лет восемнадцати, от него исходил сладковатый, нежный запах омеги. Он жалобно смотрел на У Ханьци — это была красивая, хрупкая «жемчужина», от которой не смог бы отказаться даже бета. Самое главное — лицо парня было на два процента похоже на покорившего шоу-бизнес Гу Си. — Не могли бы вы подвезти меня? — спросил тот. Это был один из маленьких знаменитостей, пришедших на вечеринку. В этом блестящем кругу кто не хотел бы пойти коротким путём? А перед ним — У Ханьци, большой босс, почти не появляющийся в журналах и СМИ. Даже просто приблизившись к такому человеку, можно получить много преимуществ и зажить совершенно другой жизнью. Жалобный вид маленькой знаменитости на фоне влажного воздуха напоминал прекрасный цветок после дождя. У Ханьци смотрел на него. Его глубокие, спокойные глаза не выражали никаких эмоций. В тот момент, когда сердце парня чуть не выпрыгнуло из груди, он медленно произнёс: — Садись. Парень, как и хотел, сел в машину. К его удивлению, человек такого положения, как У Ханьци, сам вёл машину. Он не знал, что у У Ханьци не было водителя — просто чаще он предпочитал сам контролировать свою судьбу. Он не доверял никому. Парень нервно сидел на заднем сиденье, лишь украдкой поглядывая на молчаливо ведущего машину мужчину впереди. Тот не разговаривал с ним, казалось, действительно просто подвозил. Казалось, он не проявлял к нему интереса. Но если бы действительно не было интереса, зачем тогда позволил сесть в машину? Парень не выдержал тишины. Решив медленно приблизиться к водительскому сиденью, он выпустил дыхание, подобное аромату орхидеи. У Ханьци усмехнулся: — Не терпится? Наверное, из-за того, что слишком много самонадеянных предлагали себя, У Ханьци казался очень спокойным. Парню было немного стыдно, но следующая фраза У Ханьци чуть не остановила его сердце. У Ханьци взглянул в зеркало заднего вида и спокойно произнёс два слова: — Раздевайся. Раздеться? В том смысле, как он думал? Парень решил, что это проверка «товара». Для такого большого босса перед выбором проверить — это нормально. Раз он осмелился прийти, у него были на это основания. Для парня это было не впервые, но впервые он так нервничал. Подумав, что в машине больше никого нет, он дрожащими руками начал медленно снимать одежду. У Ханьци только мельком взглянул. И в тот момент, когда парню было одновременно и неловко, и возбуждающе, он неспешно сказал: — Я думал, ты только лицо подправил. Но теперь вижу — и «розовая жемчужина», и ягодицы, и там… всё сделано? У Ханьци сделал паузу: — Что в тебе настоящее? В шоу-бизнесе пластические операции не редкость, небольшие корректировки даже не считаются операциями. Но такие люди, как У Ханьци, видевшие всяких, с одного взгляда могут отличить подделку от настоящего. — Одевайся и выходи, — сказал он. Казалось, с самого начала, когда тот сам предложил себя, и до этого момента, для У Ханьци это было всего лишь развлечение. Он остановил машину на полпути в гору. Парень, глаза полные слёз, дрожащими руками стал надевать одежду обратно. У Ханьци оглянулся на него. Его тон речи излучал естественную элегантность: — Я не против подделок. Но если подделывать плохо, то и появляться не стоит, верно? Парень смотрел на снисходительную улыбку У Ханьци, ему было одновременно страшно и неловко. Вокруг было темно, даже кажущийся элегантным мужчина перед ним выглядел как призрак. Парень начал жалеть, что соблазнял У Ханьци. «Какого такого большого босса легко обмануть?» Внезапно он очень испугался мужчину перед собой. У Ханьци тоже было всё равно. Он только усмехнулся: — Забыл сказать, стать моим любовником непросто, потому что я особенно… разборчив. Парень в панике выскочил из машины, смотрел, как машина уезжает, и наконец слёзы покатились по его щекам. На этот раз это были не наигранные слёзы, а искренний страх.

***

У Ханьци проехал ещё немного, увидел впереди знакомый силуэт, и его взгляд медленно застыл. Он снова открыл телефон, проверил геолокацию. Увидев, что красная точка действительно находится рядом с машиной, он усмехнулся. Гу Си шёл по горной дороге, свет телефона тускло освещал его лицо. Он сосредоточенно открыл приложение для шопинга, выбирая необходимые материалы для грима: воск, масло для растяжения, латекс и т.д. «Сегодня из-за того, что я спорил на форуме, у меня не было времени на тщательный «грим». В следующий раз я точно не дам Жун Цзину так легко себя узнать». Гу Си стиснул зубы, добавил в корзину несколько самых дорогих товаров. Обычно он экономил каждую копейку, редко тратил такую большую сумму. Ему было немного больно, но он твёрдо нажал кнопку покупки. «Если в следующий раз ты снова меня узнаешь, я, Гу Си, возьму твою фамилию, ха». Гу Си так подумал, но почувствовал звук позади себя. Взглянув на тень на земле, он понял — за ним ехала машина. Гу Си настороженно посмотрел и увидел знакомое лицо. Его сердце необъяснимо сжалось. Вокруг было темно, в ушах шелестел вечерний ветер, пробивающийся сквозь лес. Элегантный голос мужчины также словно обрёл тёмный оттенок. — Садись, подвезу.