74 глава
11 мая 2026 г., 17:53
Жун Цзин почувствовал, как его ухо... кажется, лизнули.
Может, губы Гу Си были слишком близко, но он невольно отшатнулся в сторону.
Настроение, только что висевшее на волоске от смерти, сбилось. Сердце запуталось, словно в клубок спутанных нитей.
Жун Цзин понимал: после того случая друзьями им уже не быть.
Их физическая связь изменилась, но душа за ней не поспевала. Им нужно было найти в этих отношениях хрупкий баланс.
Гу Си не отрываясь смотрел на стоящего неподалёку мужчину, источавшего свирепую ауру. Их взгляды встретились в безмолвии.
У Фуюй заметил, что из глаз омеги вот-вот выплеснется собственническая ревность. Эти двое на публике делали вид, что незнакомы, а втайне предавались страсти.
У Фуюя ещё никогда так не унижал омега. Он бросил долгий взгляд на Жун Цзина, фыркнул и, развернувшись, ушёл.
Не уйди он, он бы разорвал этих двоих. Но если бы он это сделал, Жун Цзин бы его точно побил.
Услышав звук, Жун Цзин хотел обернуться, но пальцы Гу Си мягко легли ему на шею. Влажные глаза Гу Си, полные нежности, мгновенно приковали к себе внимание Жун Цзина.
— Я думал, ты сейчас... — Гу Си холодно смотрел на удаляющегося У Фуюя.
— Всё в порядке. Хорошо, что ты вовремя заметил.
— Это снова те галлюцинации, о которых ты говорил?
После череды странных событий, происходивших с Жун Цзином, Гу Си начал подозревать, что его окружает какая-то неведомая сила. Неизвестность — вот что пугало больше всего.
***
У Фуюй был в раздражении. Лёжа в больнице, он листал телефон и наткнулся на тренды. Тот самый альфа, которого пользователи в восторге называли «возьми меня», был не кто иной, как попавший в кадр Жун Цзин. В отличие от всеобщего ажиотажа вокруг шоу, У Фуюй смотрел на вещи более глобально. Один только поисковый индекс говорил о том, что шоу, выйдя в эфир, вызовет настоящий бум и принесёт колоссальную прибыль. Изучая Жун Цзина, У Фуюй обнаружил, что тот владеет немалым пакетом акций в разных компаниях. Не желая отставать, он выпросил у отца несколько мелких фирм. Права на это шоу он тоже давно присмотрел. Просто опоздал на шаг. И их уже купили. У Фуюя захлестнуло чувство горечи и досады от того, что всё пошло прахом. Он вспомнил слова отца: у Жун Цзина отличное чутьё и острая реакция на рынок. Он, У Фуюй, по сравнению с ним — просто ничто. Услышав такую уничижительную оценку от отца, которым всегда восхищался, да ещё в сравнении с Жун Цзином, У Фуюй вспыхнул, как порох. Увидев, как Гу Си прыгнул в воду, он на мгновение тоже порывался. Но, как и режиссёр с остальными, подумал, что Жун Цзин, всегда такой собранный, не мог допустить такой ошибки. И в этот раз выбор Гу Си оказался верен. Среди сверстников Жун Цзин стоял перед ним, как неприступная гора. Ни в любви, ни в делах он, У Фуюй, был ему не ровня. Он чувствовал тотальное поражение.***
Когда они вышли из-за угла, Жун Цзин чувствовал себя крайне неловко, а Гу Си, словно демон, напившийся энергии, сиял. Замаскировавшись, Гу Си проводил Жун Цзина до внутренней парковки. Садясь в машину, Жун Цзин скользнул взглядом по голым ногам Гу Си. Поколебавшись, промолчал. Гу Си, будто не замечая его взгляда, показал на телефон — мол, спишемся. Проводив Жун Цзина, он, напевая, направился к лифту на подземную парковку. Он не заметил, как в тени стоял мужчина с букетом роз. Взгляд его, устремлённый на Гу Си, был полон яда. Он мечтал вернуться и продолжить ухаживать за своей Венерой. Но его сокровище уже переметнулось к другому альфе. Оно осквернено, оно нечисто. [Ты мой. Как ты посмел?] [Малыш, ты пожалеешь.] Весёлое выражение лица Гу Си вдруг застыло. Он резко распахнул дверь лифта и выбежал наружу. Этот голос напомнил ему о неприятном прошлом. На парковке точно кто-то был. Гу Си выбежал, но никого не увидел. Обойдя всё вокруг, он наконец в углу обнаружил букет ярко-алых роз, брошенный на пол. Букет был жестоко измят, лепестки облетели, голые ветки, казалось, придавили ботинком. На сером полу он лежал, как растоптанный труп. Гу Си с тревогой огляделся. Кроме тусклого света подземки, никого. Розы... Это напомнило ему об одном человеке.***
Гу Си был не в себе и не вернулся на съёмочную площадку. У него сегодня и так не было сцен, а после того как он спас Жун Цзина, все хотели, чтобы он отдохнул и пришёл в себя. Гу Си и правда нужно было прийти в себя, особенно после тех растоптанных роз. Но он сохранял спокойствие. Проходя мимо той самой шашлычной палатки у входа на базу, он вспомнил тот простой, но незабываемый вечер и подошёл. — Можно мне палочку яблок в карамели? Парень, увидев замаскированного Гу Си, опешил, но, хоть и был вне себя от радости, не стал просить автограф. Когда Гу Си собрался сканировать код для оплаты, он закрыл его рукой. — В подарок. Вам... и вашему другу. Удачи! Гу Си посмотрел на засунутое ему в руки яблоко, потом на сияющую улыбку парня и не удержался от улыбки: — Хорошо, спасибо. Но когда парень убрал руку, он быстро отсканировал код и оплатил. Прежде чем парень успел крикнуть, он обернулся и улыбнулся: — Бизнес маленький, нелегко. Удачи тебе в торговле и поступления в хороший университет. Только когда Гу Си ушёл далеко, парень вытер набежавшие слёзы. «Как хорошо, что у меня такой кумир».***
Гу Си, жуя яблоко, смотрел на диалог с Жун Цзином. Там ничего не было, он просто привычно открывал его. Из припаркованного неподалёку чёрного внедорожника вышел мужчина в безупречном костюме. Увидев Гу Си, он вежливо спросил: — Вы господин Гу? Не могли бы мы поговорить? Гу Си, оценив обстановку, холодно кивнул. — Поздравляю вас. Ваш брат, Гу Юэ, проявил выдающиеся способности в области биологических мембран и феромонов. Его досрочно зачислили в нашу S-лабораторию в США. Перед подписанием контракта он выдвинул условие: чтобы лаборатория позаботилась о его старшем брате. Председатель У всегда ценит таланты. Узнав об этом, он поручил нам связаться с вами. Вы можете выбрать: поехать с братом в США — лаборатория выделит ему грант. Или остаться в Китае. Через пять дней у вас заканчивается контракт с «Шэнтэн», и председатель У профинансирует открытие вашей собственной студии. Что скажете? Гу Си знал, что брат преуспевает в науке. Несколько дней назад они созванивались, и тот сказал, что собирается подписывать контракт. Гу Си специально искал информацию об этой лаборатории. Её оценили как S-класс. Лабораториям S-класса по всему миру разрешено проводить 90% исследований. У них самые передовые технологии. В интернете можно было узнать только то, что она основана на средства китайской компании. В негостеприимной Америке, под двойным давлением политики, это единственная S-лаборатория, которой позволено там существовать. Они с братом решили, что лучше работать в китайской лаборатории, чем на США. Привязанность к родине у них в крови. Оба склонялись к тому, чтобы подписать контракт. Но Гу Си и представить не мог, что в итоге всё опять упрётся в семью У. — Председатель У — это У Ханьци?***
Жун Цзин поехал в больницу, прошёл полное обследование и теперь сидел в ожидании результатов. Случай с падением в воду, как он и надеялся, благодаря стараниям Лю Юя и других, пока не вызвал шума. Жун Цзин, замечтавшись, снова заглянул в приложение «Деревянной груши». Привычка, от которой он не мог избавиться. На этот раз приложение показало кое-что необычное. Синяя точка, обозначавшая Гу Си, мигала жёлтым. Это означало, что владелец хочет установить голосовую связь. Эта цепочка, с виду обычная, была задумана дизайнером именно такой — неприметной. Помимо Bluetooth и геолокации, с её помощью, если владелец согласен, можно было вести короткие разговоры. Эту функцию можно было использовать и как прослушку. Большинство омег считали эту функцию оскорбительной и крайне редко ею пользовались. Все эти функции как нельзя лучше соответствовали безумной ревности альф. Жун Цзин нажал «подтвердить связь». Телефон подключился по Bluetooth, и в наушнике раздался холодный голос Гу Си: — Председатель У, здравствуйте. Это Гу Си. — Знаю. Мы же недавно общались. Как ты? — Хорошо. Я всё не мог поблагодарить вас за вашу прошлую помощь. — Пустяки. К тому же Чу Ян всё равно вышел. Сожалею. У Ханьци заметил предупреждающий сигнал о прослушке. Он беззвучно усмехнулся и продолжил: — Это не ваша вина. Вы и так мне очень помогли. Кстати, по поводу того, что вы сказали о моём брате... — Видимо, ты уже встретил моего помощника. Я и не думал, что Гу Юэ окажется твоим братом. Талантливый выпускник Массачусетского технологического. Его уже несколько компаний переманивают. Он сам склоняется к нам, но с условием, чтобы мы позаботились о тебе. Что выберешь? Услышав голос У Ханьци, Жун Цзин мгновенно переменился. Он выпрямился и отошёл в угол. — Да. А можно не выбирать? Вы знаете, я могу себя прокормить. — Это был вопрос с вариантами ответа. Но твой брат, боюсь, будет против. Ты же не хочешь, чтобы он из-за тебя не мог спокойно заниматься наукой? — Думаю, если у меня всё будет хорошо, он успокоится. Гу Си повесил трубку и спокойно вернул телефон помощнику. Сел в такси и, убедившись, что скрылся из виду помощника У Ханьци, перезвонил Жун Цзину. — Жун Цзин... — в его голосе звучала зависимость, известная только ему. — Не бойся. Одно короткое слово заставило Гу Си, который до этого изо всех сил делал вид, что всё в порядке, слегка расслабиться. — Ты не хочешь, чтобы твой брат шёл в эту лабораторию? — Нет! — Хотя там он мог бы многому научиться, это значило бы отдать заложника прямо в руки У Ханьци. Как он мог на это пойти? У Ханьци никогда не делал ему ничего плохого, но Гу Си не мог ему доверять. — Срочно позвони брату и откажись от этого предложения. Выбери другую лабораторию такого же уровня. Лучше такую, до которой у семьи У не дотянуться. — Если я просто откажусь, он не навредит брату? — Не должен. Но раз он сам с ним связался, значит, твой брат — ценный кадр. Если с ним что-то случится, это привлечёт много внимания.***
Шанхай. У Ханьци повесил трубку и закрыл глаза. Золотая фигурка, отказавшись от его предложения, мигнула и слегка потускнела. С самого начала он чувствовал, что это Гу Си. Похоже, он не ошибся. Гу Си был слишком заметен. Многие альфы теряли из-за него голову, влюблялись, стремились завладеть им. А события, происходившие вокруг него, всегда были полны драматизма. И эти феромоны, сводящие с ума. Такая особенность не могла не привлечь внимания. Теперь нужно было найти главный баг. Кто бы это мог быть? Должно быть, кто-то из окружения Гу Си. Может, на виду, может, в тени. У Ханьци перебирал в уме кандидатов. В его сознании другие пункты над багом были серыми. Энергия «Иллюзии» обнулилась, и пункт тоже стал серым. Чтобы разблокировать новые возможности, нужно было пожертвовать одним из своих ощущений. Логично. Чтобы что-то получить, нужно что-то отдать. У человека пять чувств: вкус, слух, зрение, обоняние, осязание. Слух и зрение жизненно важны. Потерять их — значит отдать своё слабое место в чужие руки. Значит, он может пожертвовать только тремя другими. Трёх должно хватить. У Ханьци был заинтригован. Угрозы Небес его не пугали и не могли повлиять на его волю. Он ввязался в это только потому, что захотел. С давних пор всё вокруг казалось ему пресным. Чувства никогда не волновали его, пока он не обнаружил особенные феромоны Гу Си и не встретил мальчишку, который ему понравился. Тогда стало интересно, но не настолько, чтобы вмешиваться. Он не понимал притяжения между альфой и омегой, не чувствовал прелести феромонов. Он просто хотел идеально замаскироваться среди людей. Он так давно не испытывал такого возбуждения. Раз уж играть, то по-крупному. Иначе какой смысл? Он выбрал потерю вкуса. Во рту мгновенно пропали все ощущения. Взамен он получил вторую способность убийства: «Заточение». «На этот раз тебе не уйти».
