Руководство по выживанию в отомэ-игре для Нила Джостена

Нил с самого утра проснулся с ужасным настроением. И всё это было из-за бесящей розовой системы. А недоволен Нил был потому, что система с самого утра выдала ему раздражающий квест. Задача была в том, чтобы помочь Кевину. Когда он спросил с чем, система ответила: «С чем угодно». Ещё это был первый квест с временным ограничением, которое составляло два часа. Если он не успеет пройти квест за это время, он потеряет слух на два часа. Совершенно несправедливое наказание за такой пустяковый квест. Обиднее было оттого, что награда составляла всего пятьдесят очков. За такое наказание и награда должна быть соответствующей. Нил посчитал систему скупой, и толика уважения где-то глубоко в нём растаяла, как снег в разгар лета. — Система, скажи честно, ты просто хочешь, чтобы я замутил с Кевином? Тишина. Красноречивая, тягучая, будто система демонстративно закатила глаза где-то в недрах своего цифрового сознания. — Я серьёзно. Какой это уже квест за неделю, связанный с президентом студсовета? У тебя фетиш на идеальные брови или что? [Хост, я не обладаю фетишами. Я вспомогательная программа.] — Тогда как это называется? [Квесты формируются на основе анализа оптимальных маршрутов развития сюжета. Кевин Дэй — ключевая фигура школьной иерархии. Взаимодействие с ним повышает ваш социальный рейтинг.] — Социальный рейтинг, — Нил хмыкнул так, будто поперхнулся тухлой рыбой. — У меня сейчас рейтинг «подозрительный тип, который тонет в бассейне и шлёт тех, кто его спас». Спасибо, кстати. [Это было не наказание, хост. Это был сбой.] — Ага. Сбой. Как и прошлый сбой. И позапрошлый. Ты собираешься решать эту проблему или как? Система промолчала. Нил вздохнул и уставился в потолок общежития. Времени оставалось один час и сорок семь минут. — Ладно. Где он? [Информация о местоположении целей недоступна для данного типа квеста.] — Что значит «недоступна»? [Это значит, хост, что вам придётся проявить инициативу. Попробуйте заглянуть туда, где обычно собираются люди с завышенным чувством ответственности.] — Ты сейчас описание Кевина выдала или издеваешься? Система не ответила. Нил мысленно досчитал до десяти, потом до двадцати, потом решил, что десяти было достаточно, и просто встал с кровати. Благо его дом был близко к школе, и он добрался туда за пятнадцать минут. Коридоры встретили его привычным гулом. Школьники перетекали из класса в класс, обсуждали домашку, сплетничали, смеялись. Нилу хотелось каждому из них сказать: «Вы вообще понимаете, что вы просто набор пикселей? Нет? Ну вот и сидите в этой фальшивой реальности». Нил по очереди заглядывал в разные кабинеты. Сначала в библиотеку: там не было Кевина. В столовую: никого. Идти в учительскую он не стал, всё равно его не пустят. А кабинет студсовета был заперт. — Где тебя носит, Кевин… — пробормотал он, сворачивая в восточное крыло. Актовый зал. Конечно. Где же ещё быть человеку, который любит находиться в центре внимания, делая вид, что ему это безразлично? И, как оказалось, он был прав. Кевин стоял у сцены, окружённый тремя взволнованными старшеклассницами, и что-то помечал в своём неизменном планшете. Идеально выглаженная форма, ни одной лишней складки, ни одного сбившегося волоса. Он слушал с выражением лица, которое можно было описать как «я здесь исключительно из чувства долга, и вы все мне должны». Нил задержал взгляд на его безупречном лице и подумал, что эта сцена была вполне себе красивой. В этот момент их глаза встретились, и Нил невольно задержал дыхание. [Обнаружен Кевин Дэй. Уровень симпатии: 18%. Помните, хост: даже отрицательный прогресс — тоже прогресс!] — Заткнись, — одними губами. Нил переступил порог и, стараясь держать спину прямой, направился к сцене. Девушки обернулись, окинули его оценивающими взглядами и, видимо, не найдя ничего интересного, потеряли к нему интерес. Кевин, напротив, смотрел слишком пристально. — Нил, — сказал он тем тоном, которым обычно говорят «опять ты». — У тебя какое-то дело? — Да. Нет. То есть да. Шедеврально, Нил. Три варианта ответа, и ты выбрал «позор». — Мне нужна… — он запнулся, потому что фраза «помочь тебе» застряла в горле колючей проволокой. — Есть задание? Кевин приподнял бровь ровно на три миллиметра. Этого хватило, чтобы Нил почувствовал себя идиотом. — Задание? — переспросил Кевин так, будто Нил предложил ему вместе пойти грабить банк. — Любое. Разобрать документы. Переставить стулья. Полить цветы. Я непривередливый. — Ты плохо себя чувствуешь? — Кевин отложил планшет и посмотрел на него с выражением лёгкой озабоченности. — У тебя необычный цвет лица. — Я в порядке. Просто… — Нил выдохнул. — Мне нужно помочь. Тебе. С чем-нибудь. Пауза затянулась. Девушки переглянулись. Кевин молчал, и это молчание было хуже любой насмешки. — Нил, — наконец произнёс он. — Я ценю… жест. Но у меня нет задач, требующих твоего участия. Займись своими делами. Внутри Нила что-то вспыхнуло и погасло, оставив горький осадок. «Да пошёл ты. Тебе так сложно дать мне чёртово задание? Просто скажи прибрать мусор или протереть пыль, что угодно!» — Всего одно дело, — сказал он вслух. — Любое, иначе я не отстану. Нил чувствовал себя так, будто выпрашивал у него внимания, и это было просто отвратительно. Нил подумал, что стоит как-нибудь отомстить системе. Кевин посмотрел на часы. Потом на Нила. Потом снова на часы. — У меня нет времени на… И тут началось. Сначала Нил подумал, что у него снова глючит слух. Звук нарастал постепенно, низкий, вибрирующий гул, будто где-то глубоко в здании включили гигантский вентилятор. Но потом добавились голоса. Не обычный школьный шум, а нечто другое. Резкие, сдавленные выкрики, в которых отчётливо проступали панические ноты. Кевин замер. Его брови сошлись к переносице, не раздражённо, а настороженно. — Что это? — спросила одна из девушек, оглядываясь. Дверь в актовый зал распахнулась с такой силой, что ударилась о стену и, кажется, оставила вмятину. На пороге стоял запыхавшийся парень. Нил узнал его: кажется, из класса Жана, вечно очкарик с пачкой книг под мышкой. Сейчас книг не было. Было только белое, как мел, лицо. — Кевин! — выдохнул он. — Там… там это… нужно… — Дыши, — Кевин уже двигался к выходу, на ходу убирая планшет в сумку. — Что случилось? — Кто-то… девушка из 10-Б, она… упала прямо в коридоре! Мы думали, приступ, вызвали медсестру, а она… — парень сглотнул. — Она очнулась и… — И? — И укусила её! Медсестру! За руку! До крови! — голос парня был наполнен ужасом и паникой. — Там всё в крови, и некоторые ученики свалились в конвульсиях… В общем, тебя вызывают! Тишина в актовом зале стала абсолютной. Даже гул за стеной, казалось, стих, словно мир задержал дыхание перед прыжком. Кевин не стал задавать уточняющих вопросов. Не стал переспрашивать, не посмеялся, не назвал это глупой шуткой. Его лицо приняло более жёсткое выражение, однако в глазах была толика беспокойства. — Я пойду и разберусь, — с уверенностью в голосе сказал Кевин и обернулся к Нилу: — Извини, поговорим потом. Он вышел. Девушки, переглянувшись, рванули следом. Очкарик задержался на пороге на секунду, посмотрел на Нила круглыми глазами и тоже исчез. Нил остался один. В актовом зале было тихо. Слишком тихо для места, где пять секунд назад стояли пять человек. Эхо шагов уже растаяло где-то в коридоре. — Ну, — сказал Нил в пустоту. — Отлично. Просто замечательно. На лбу запульсировала вена. Он сжал кулаки, потом разжал. Снова сжал. Квест. Провален? Нет, он технически даже не начался. Но два часа всё ещё тикали где-то на внутреннем таймере, и Кевин ушёл, и помощи он не получил, и всё это было… Странно. Очень странно. То, что он только что услышал, было полнейшим бредом. Однако если это было взаправду, то это уже далеко не глюк. Это что-то другое. Неприятная дрожь прошлась по его коже. Нил шагнул к выходу. Не сказать, что ему было дело до игровых персонажей. Просто если где-то происходит хрень, он должен знать, какая именно. Коридор встретил его хаосом. Ученики не бежали, они толпились, создавая пробки, перекрывая проходы. Одни пытались заглянуть за угол, другие, наоборот, пятились назад, расширенными глазами провожая что-то невидимое. Гул голосов слился в единый встревоженный монотон, из которого вырывались отдельные обрывки: — …не двигается… — …кровь была, я сам видел… — …вызвали скорую? А полицию? — …она вскочила и как вцепится… — Зомби, это зомби, боже мой, это прямо как в игре… Как в игре. Нила прошиб холодный пот. Он протолкнулся ближе, работая локтями, игнорируя недовольные возгласы. В самом центре толпы, у дверей медпункта, стоял Кевин. Он что-то говорил учителю физкультуры, жесты были резкими, рубящими. Рядом суетилась женщина в окровавленном халате — не медсестра, библиотекарша, кажется. Она прижимала к груди чью-то куртку и повторяла: «Я не знаю, я просто услышала крик, я не знаю». Кевин обернулся. На секунду его взгляд встретился со взглядом Нила — и в этом взгляде не было ни раздражения, ни оценки. Там был страх. Настоящий, холодный, неигровой страх. А потом перед глазами Нила вспыхнуло розовое окно. Не привычное, с аккуратными краями и игривым шрифтом. Дрожащее. По краям побежала рябь, как на старом телевизоре, ловящем помехи. Текст вписывался рывками, будто система не успевала печатать. [ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ!] [ОБНАРУЖЕНА КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА ИНТЕГРАЦИИ ДАННЫХ!] [ПРОИЗОШЛО НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ НАЛОЖЕНИЕ АКТИВОВ: МОДУЛЬ «ШКОЛЬНАЯ ПОВСЕДНЕВНОСТЬ v.3.4.2» И МОДУЛЬ «ПОСТАПОКАЛИПСИС: ГРАНИЦА БЕЗДНЫ v.1.0.7b»] [СТЕПЕНЬ КОРРУПЦИИ: НЕ УСТАНОВЛЕНА] [ИСТОЧНИК: НЕ УСТАНОВЛЕН] [МЕТОД УСТРАНЕНИЯ: НЕ УСТАНОВЛЕН] — Что… — выдохнул Нил. [Хост!] Голос системы ворвался в его сознание, не привычно-бодрый, а сдавленный, почти человеческий в своей панике. [Хост, это не я! Я не знаю, как это произошло! Я связалась с администрацией, но они не отвечают, я…] — Система, объясни нормально, что происходит?! [Если кратко, то данные с другого игрового мира были смешаны с данными вашего мира, причина ошибок не установлена.] Интерфейс мигнул. Часть букв рассыпалась в статику, собралась обратно. [Я не буду доступна какое-то время. Пожалуйста, будьте в порядке. Я… я постараюсь вернуться быстро.] — Подожди, — Нил забыл, что говорит вслух. — Подожди, что значит «не будешь доступна»? Что мне делать? Система? Тишина. Окно схлопнулось, оставив после себя только прозрачную полоску статуса: [СВЯЗЬ С АДМИНИСТРАЦИЕЙ… УСТАНОВЛЕНИЕ СОЕДИНЕНИЯ… РЕЖИМ ОЖИДАНИЯ…] И больше ничего. Ни подсказок. Ни вариантов действий. Ни даже дурацких квестов с абсурдными наказаниями. Нил остался один. — Нет, — сказал он тихо. — Нет, ты не можешь просто… Крик перекрыл его слова. Высокий, режущий, полный животного ужаса. Кричала девушка, та самая, которая десять секунд назад стояла рядом с Нилом и сплетничала о том, у кого с кем роман. Сейчас она не сплетничала. Сейчас она пятилась, вжимая голову в плечи, и пальцем указывала в конец коридора. — Т-там… — заикаясь, выдавила она. — Там… Нил повернулся. В конце коридора стоял человек. Нет. Существо, которое когда-то было человеком. Школьная форма висела лохмотьями, пропитанная чем-то тёмным и влажным. Кожа — неестественно бледная, с синеватым отливом, будто тело пролежало в воде несколько дней. Голова была запрокинута под неестественным углом, и из приоткрытого рта тянулась тонкая нитка слюны, смешанной с кровью. Оно двигалось. Не ходило — переставляло ноги, словно заново училось управлять телом. Каждый шаг сопровождался судорожным рывком, хрустом, от которого у Нила свело челюсть. Левая рука висела плетью, правая — неестественно выгнута в локте. И оно смотрело. Прямо на Нила. — Охренеть, — выдохнул кто-то рядом. — Бежим! — завизжала девушка, и толпа, секунду назад парализованная ужасом, пришла в движение. Нила толкнули. Кто-то вцепился в его руку, отбросил в сторону. Кто-то пробежал прямо по ногам, не извинившись. Крики множились, заполняя коридор многоголосой какофонией паники, и Нил, оглушённый, дезориентированный, успел только отшатнуться к стене, когда существо в конце коридора сделало первый шаг в его сторону. Зомби с каждым шагом двигался более уверенно. Оно двигалось быстрее, и тяжёлые шаги были слышны даже сквозь крики и возгласы других. — Нет, нет, нет, нет, — зашептал Нил, пятясь вдоль стены. Его сознание, которое секунду назад пыталось переварить предательство системы, исчезновение Кевина и конец грёбаного света, выдало только одну чёткую, кристально ясную мысль: ОНО БЕЖИТ КО МНЕ. Нил развернулся и рванул. Он не думал, куда бежать. Ноги сами выбрали направление — прочь от медпункта, прочь от толпы, прочь от этого не-человека, который, судя по звукам, уже преодолел половину коридора. Лёгкие горели, хотя он пробежал всего метров десять. Сердце колотилось где-то в горле, перекрывая дыхание. — Твою мать! — выкрикнул он, влетая в поворот. — Твою мать, твою мать, твою… За поворотом был тупик. Нет, не тупик — лестница вниз, в подвальный этаж. Нил метнулся к перилам, перемахнул через три ступеньки, приземлился на четвереньки, ободрал ладони, вскочил, побежал дальше. Сзади послышался звук падения. Оно упало с лестницы. Оно не чувствует боли. Оно встанет и продолжит. — Ненавижу, — прохрипел Нил, влетая в дверь спортивного крыла. — Ненавижу эту игру, ненавижу эту школу, ненавижу глюки, ненавижу зомби, ненавижу… Стук шагов за спиной. Ближе. И, чёрт возьми, их было больше. Больше одного. — …Кевина, систему, этот чёртов розовый интерфейс и… Он вбежал в раздевалку бассейна. Вода в бассейне была спокойной, гладкой, как зеркало. Сквозь окна под потолком пробивался мутный дневной свет. Выход. Где выход? Выход был там, откуда он пришёл. Нил развернулся, вжимаясь спиной в кафельную стену. В груди колотилось сердце. Руки дрожали. Я не хочу умирать. Я не хочу умирать снова. Я не хочу… Дверь распахнулась. На пороге стояло оно. И не одно. Их было несколько. Около четверых. Бледное лицо, запрокинутая голова, мёртвые глаза, которые, казалось, смотрели сквозь Нила куда-то в бесконечность. Из разодранной шеи всё ещё сочилась кровь, заливая воротник формы. Рука, та, что была выгнута, дёрнулась вперёд, пальцы скрючились, пытаясь ухватить воздух. Нил замер. Они приближались. Из их скрюченных ртов выходили хрипы. Глаза были покрыты белой плёнкой. Они смотрели на него, а в их глазах — жажда. Жажда плоти и крови. «Твою мать, как из школьной драмы всё перешло в это?! Он не был готов к чертовому зомби-апокалипсису. Ещё и система свалила чёрт возьми куда!» Нил не мог ничего сделать. Он чувствовал, как его конечности каменеют и дрожат. Он был беспомощен. Во рту появился металлический привкус. Вдруг один из них рванул вперёд. Не медленно, не ковыляя, а буквально побежал прямо на него. Нил вскинул руку — не для удара, для защиты, бессмысленный жест обречённого — и тут… Кто-то, стоящий позади зомби, с силой ударил того по голове чем-то вытянутым. Зомби рухнул на кафель и словил приступ. Ещё несколько ударов пришлись по его затылку, и тот наконец перестал шевелиться. Позади остальные тела медленно приближались. Нил убрал руку с лица и посмотрел на того, кто пришёл. Школьная форма была вся в складках и пятнах крови. Чёрные волосы прилипли ко лбу от пота. А в таких же чёрных глазах была хищность, не хуже, чем у зомби. Рико Морияма. — Ну и вонь, — сказал он, брезгливо кривя губы. — Это что, трупный яд? Какая мерзость. Он перешагнул через тело и посмотрел на Нила сверху вниз. — А ты, — его голос сочился привычной ядовитой насмешкой, но в глазах плескалось что-то другое. Что-то, похожее на интерес. — Вечно ты влипаешь в самое дерьмо, а, Нил? Нил, как идиот, открывал и закрывал рот, не в силах ничего сказать. — Ты… — выдохнул он. Рико ухмыльнулся уголком рта. — Я. Но времени на разговоры не было. К ним приближались другие зомби, и Рико цокнул, окинув их раздражённым взглядом. Он не выглядел как испуганный парень, который впервые столкнулся с подобным. Скорее он был странно возбуждён от этой ситуации. «Больной…» — промелькнуло у него в мыслях. Внезапно Рико схватил его за шиворот и толкнул вперёд. Прямо на еле ковыляющих зомби. Разум Нила на мгновение остановил свою деятельность. Он повернул голову и с ужасом смотрел на улыбавшегося Рико. Тот ему подмигнул. Нил больно упал на колени. Он поднял голову и смотрел, как зомби подходят к нему. Нил закрыл глаза. Но, к его удивлению, его никто не тронул. Рико шагнул вперёд и, как сумасшедший, стал махать битой и бить зомби по голове. Один упал на спину и пытался встать, а того, кто подошёл сзади, он пнул ногой в живот. Удары раз за разом падали на них, и белая рубашка почти обрела кроваво-красный цвет. Закончив с ними, Рико встал перед ним и направил конец биты ему в лицо. Нил вздрогнул и пополз назад. Это позабавило Рико, и он со смешком насильно поднял его и запрокинул на плечо. Нил не шевелился и смотрел на спину Рико. Его только что запрокинули на спину, словно мешок с картошкой. К тому же Рико сделал это с такой лёгкостью, будто он ничего не весил. «Неужели я такой лёгкий?» — Ч-что ты делаешь? — смущённо сказал Нил. Рико как ни в чём не бывало зашагал туда, откуда Нил пришёл. Его рука держала его за сгиб колена, чтобы Нил не свалился. Плечо неудобно впивалось в его живот, и Нил ударил его по спине. Удар вышел слабый из-за позы и истощения. — Молчи, тебя только что не сожрали, а ты смеешь жаловаться, — Рико цокнул языком. — Или предпочитаешь подохнуть от рук гребанных зомбаков? — Я не просил тебя помогать… — тихий шёпот вырвался из его крепко сжатых губ. — Ш-ш-ш, — Рико похлопал его по заднице, как нашкодившего кота. — Не отвлекайся. Я тут геройствую. Нил заскрежетал зубами. В висках запульсировала глухая, нарастающая боль. — Ты… — Нил попытался приподнять голову, чтобы видеть хоть что-то кроме спины Рико и ускользающего за спиной коридора. — Ты знаешь, что происходит? — Понятия не имею. — Голос Рико был на удивление беззаботным. — Утром проснулся, пришёл в школу, а тут веселье. — Веселье? — Ну да. — Рико свернул в лестничный пролёт, на секунду остановился, прислушиваясь. Где-то наверху кричали. — Бегают, визжат, кусают друг друга. Скучно не будет. Нил хотел ответить, но в этот момент Рико шагнул на первую ступеньку — и одновременно с этим из-за угла вывернулась фигура. Ещё одна. Дёрганая, бледная, с вывернутой челюстью. — О, — сказал Рико. — Ещё один. Он даже не сбавил шаг. Просто перехватил биту поудобнее, дождался, пока существо сделает два шага в их сторону, и отправил его в короткий полёт обратно за угол. — Семь, — пробормотал он. — Или восемь? Надо считать. Нил зажмурился. Каждый удар отдавался где-то в позвоночнике. — Ты… у тебя это не в первый раз? — Что именно? — Ну… — Нил запнулся. — Убивать… ты делаешь это так легко, будто каждый день таким занимаешься. Рико не ответил сразу. Он поднялся на пролёт, свернул в коридор второго этажа и только тогда, перешагивая через опрокинутую парту, бросил: — Неа, у меня это впервые. Разве что в играх такое творил. Нил промолчал. Коридор второго этажа встретил их хаосом. Люди бежали. Несколько человек — в сторону лестницы, натыкаясь друг на друга, сбивая с ног тех, кто падал. Кто-то пытался открыть запертую дверь класса, кто-то просто сидел у стены, обхватив голову руками и раскачиваясь. Девушка в разорванной форме кричала в телефон: «Мама, мамочка, тут… тут…» — но связь, судя по всему, уже не работала. Люди, видя его вид, отшатывались как от болезни. Никто не преграждал им путь, и все как один расступались перед Рико. Нил, вися на его плече, видел, как другие смотрели на Рико с шоком и толикой страха. — Нил! Голос пробился сквозь пелену усталости. Нил приподнял голову, пытаясь понять, откуда он. Кейтлин бежала к ним, расталкивая локтями зазевавшихся. Её рыжие волосы растрепались, на щеке красовалась грязная полоса, но глаза горели тем же знакомым огнём. — Нил! Ты жив! Ты цел?! — Она вцепилась в его руку, которая безвольно свисала с плеча Рико. — Боже, у тебя кровь! Где? Откуда? — Не моя, — выдохнул Нил. Хотя не был в этом полностью уверен. Кейтлин выдохнула с таким облегчением, будто он подарил ей полжизни. — Я тебя обыскалась! Там, у бассейна, я думала, ты… а потом эта тварь, и все побежали, и я потеряла тебя в толпе, и… — Трогательная встреча, — перебил Рико тоном, не предвещающим ничего хорошего. — А теперь отойди. Кейтлин только сейчас, кажется, заметила, кто именно держит её друга на плече. Она поджала губы, но с места не сдвинулась. — Куда ты его несёшь? — Подальше отсюда. — Я с вами. — Нет. — Я не спрашиваю. Они смотрели друг на друга секунду. Две. Три. Где-то в конце коридора раздался крик — резкий, обрывающийся. — Чёрт, — Рико дёрнул головой. — Ладно. Но если будешь мешать, оставлю. Кейтлин фыркнула так выразительно, что даже Нил, висящий вверх ногами, это оценил. — Мешать буду только тебе. Рико закатил глаза, но спорить не стал. Развернулся, оценивающе оглядел ряд дверей и решительно направился к третьей слева. — Сюда. Кабинет химии встретил их запахом всяких химикатов, спирта и тишиной. Пустые парты, чистая доска, на столе учителя — забытая кружка с остывшим чаем. Будто жизнь здесь остановилась внезапно, посреди обычного учебного дня. Рико сгрузил Нила на ближайший стул с такой небрежностью, будто тот был мешком с оборудованием. — Сиди. Не двигайся. Не привлекай внимания. — Я не… — Я сказал — не двигайся. Нил захлопнул рот. Кейтлин уже метнулась к двери, пытаясь закрыть её на щеколду. — Тут сломано, — выдохнула она. — Не работает. — Отойди. Рико одним движением сдвинул с места тяжёлую учительскую парту — ту самую, за которой обычно сидела химичка с непроницаемым лицом. Парта со скрежетом перегородила проём. — Ещё одну, — скомандовал Рико. Они с Кейтлин — странный, невозможный дуэт — взялись за вторую парту. Нил наблюдал за ними, чувствуя себя бесполезным куском мяса, и ненавидел это чувство всеми фибрами души. — Я могу помочь, — сказал он, пытаясь встать. — Сидеть, — рявкнули оба одновременно, даже не обернувшись. Нил сел. Вторая парта легла поверх первой. Третья — чуть сбоку, для устойчивости. Кейтлин, запыхавшись, отряхнула ладони и оглядела баррикаду с плохо скрываемой гордостью. — Не пройдут, — сказала она. — Пройдут, — отрезал Рико. — Но не быстро. Он отошёл от двери, опустился на корточки у стены — так, чтобы видеть и вход, и единственное окно одновременно. Бита легла на колени, готовая к новому удару. Тишина повисла в кабинете тяжёлым одеялом. Снаружи всё ещё кричали. Где-то далеко, на первом этаже, грохнуло что-то тяжёлое. Сквозь стены пробивался приглушённый топот ног — одни бежали в одну сторону, другие в другую, и никто уже не понимал, где безопасно, а где смерть. Нил смотрел на свои руки. Они дрожали. Он сжал их в кулаки. — Эй, — тихо сказала Кейтлин, присаживаясь рядом. Её голос дрожал чуть заметно, но она держалась. — Ты как? — Нормально. — Врёшь. — Все врут. Она не обиделась. Только вздохнула и положила голову ему на плечо — осторожно, будто боялась, что он оттолкнёт. — Я испугалась, — прошептала она. — Когда увидела, что тебя нет. Думала, ты там остался. С этими… — Я здесь, — сказал Нил. — Ага. — Она помолчала. — Спасибо этому придурку. — Я слышу, — бросил Рико, не оборачиваясь. — И хорошо. Нил почти улыбнулся. А потом дверь содрогнулась от удара. — Есть кто там?! — заорали с той стороны. — Откройте! Откройте, там эти… там они! Кейтлин вскинула голову. Рико уже был на ногах, бита в руке. — Сколько вас? — крикнул он. — Двое! Мы с моим другом, он ранен, откройте, пожалуйста! Рико посмотрел на Нила. Нил на Рико. — Это не заражённые, — выдохнула Кейтлин. — Они просто… — Я знаю, кто это. Рико помедлил секунду. Потом коротко кивнул и начал разбирать баррикаду. Дверь распахнулась. В проём ввалились двое — парень и девушка, оба в изодранной форме, оба бледные до синевы. У девушки рука была замотана чьим-то галстуком, и ткань набухала красным. — Быстро внутрь, — скомандовал Рико. — И помогите собрать парты обратно. Они закивали. Девушка, не обращая внимания на раненую руку, уже вцепилась в край ближайшего стола. Кейтлин подскочила помочь. Нил смотрел, как они работают — слаженно, молча, не задавая лишних вопросов. Как страх на их лицах медленно сменяется чем-то другим. Не уверенностью. Нет. Но, может быть, надеждой. Они выживают, — подумал он. — Прямо сейчас, в этой сломанной игре, эти NPC выживают. Не по сценарию. Не по чьей-то воле. Просто потому что могут. — Эй, — окликнул Рико, не оборачиваясь. — Ты там как, поэт? Очнулся? Нил посмотрел на свою руку. Пальцы больше не дрожали. — Да, — сказал он. — В норме. Рико хмыкнул. — Тогда держись рядом. Ты мне должен. И, прежде чем Нил успел спросить за что, Рико уже отвернулся к окну, вглядываясь в школьный коридор. И в этот момент Нил внезапно понял, что ничего не слышит. Абсолютно. Все посторонние звуки были заглушены, словно всё поставили в беззвучный режим. Крики, разговоры и даже чужое дыхание не были слышны. Нил оглох. Он вспомнил, что такое наказание было за невыполнение квеста. Но разве система не отключилась? И каким боком он должен был выполнить этот квест?! Обида накатила к горлу. Это было несправедливо. Теперь ему придётся два часа обходиться без слуха. — Просто блеск, — прошипел он сквозь зубы, но не услышал собственного голоса.