Красная нить судьбы

Чайник закипел с громким свистом. Попов поспешно выключил его и разлил кипяток по кружкам. Запах мяты наполнил кухню — Алёна любила мятный чай перед сном. Обычно этот аромат успокаивал Арсения, но сейчас он только усиливал чувство вины. Он вернулся в зал с двумя дымящимися кружками. Девушка всё ещё была погружена в просмотр фильма, но когда брюнет сел рядом, она благодарно улыбнулась и взяла свою кружку. — Спасибо, милый. — Не за что. Они сидели в тишине, прерываемой только звуками из телевизора. Арсений делал вид, что смотрит фильм, но на самом деле его мысли были где-то далеко. Телефон в кармане толстовки ощущался как груз. Он постоянно проверял время — прошло пять минут, десять, пятнадцать. Где же Серёжа? Наконец, когда прошло минут двадцать пять, телефон завибрировал. Сообщение от Сергея: «Я у подъезда». — Алён, извини, мне нужно отойти, — сказал мужчина, уже поднимаясь с дивана. — Опять? — удивилась девушка. — Что случилось? — Серёжа звонил, у него какие-то проблемы. Он внизу, я быстро схожу, узнаю, что к чему. Девушка нахмурилась. — В такое время? Может, пусть завтра позвонит? — Он сказал, это срочно. Я буквально на пять минут. Не дожидаясь дальнейших возражений, Арсений схватил куртку и выскочил из квартиры. Он сбежал по лестнице, не дожидаясь лифта, и распахнул дверь подъезда. Матвиенко стоял возле машины, закутанный в пуховик. Увидев друга, он кивнул. — Залезай в машину. Попов забрался на пассажирское сиденье. В салоне было тепло, на заднем сиденье валялся спортивная сумка и куртка. — Покажи, — коротко сказал Сергей. Арсений закатал рукав толстовки. При свете салонной лампы надпись выглядела ещё более зловеще. Сергей присвистнул. — Вот это да. Я, честно говоря, думал, что ты преувеличиваешь, но это... это настоящее. — Я же говорил. — И что ты собираешься делать? — Не знаю! — выдохнул брюнет. — Вот поэтому я тебе и позвонил. Я понятия не имею, что делать. Сергей задумался, потирая подбородок. — Логически рассуждая, нам нужно найти этого Антона. Но как? У нас есть только имя. Это может быть прозвище, никнейм, сценический псевдоним... — Или настоящее имя, — добавил Арсений. — Или настоящее имя, да. Знаешь, может, стоит начать с соцсетей? Пробить по имени Антона в нашем городе? — В нашем городе? А откуда ты знаешь, что он вообще в нашем городе? — Не знаю, но с чего-то нужно начинать. Если это твой соулмейт, то, возможно, вы живете недалеко друг от друга. Обычно так бывает. Брюнет кивнул. Это было логично. Большинство историй о соулмейтах, которые он слышал, заканчивались тем, что люди находили друг друга относительно быстро, потому что оказывались в одном городе, а иногда даже в одном районе. — Хорошо. Давай попробуем. Матвиенко достал свой телефон и начал листать страницы в социальных сетях. Арсений смотрел через его плечо, напряженно вглядываясь в экран. Было несколько профилей с именем Антон, но все они явно не те — старые аккаунты без активности, фейковые страницы с непонятным контентом, профили из других стран. — Чёрт, — выругался Сергей. — Это как искать иголку в стоге сена. Внезапно телефон Попова зазвонил. На экране высветилось незнакомое имя — Позов Д.Т. — Кто это? — удивился брюнет. — Это мой друг, — нахмурился Матвиенко. — Дмитрий. Но откуда у него твой номер? Мужчина нажал на кнопку ответа. — Алло? — Арсений Попов? — спросил мужской голос, взволнованный и какой-то надломленный. — Да, это я. А вы... — Это Дмитрий Позов, друг Сергея. Слушай, я знаю, это прозвучит странно, но... ты случайно не знаешь человека по имени Антон? Сердце Арсения ухнуло вниз. — Что? Откуда... откуда вы знаете? — Значит, знаешь! — Дмитрий говорил быстро, задыхаясь от волнения. — Слушай, это мой друг. Он попал в аварию сегодня вечером. Машина столкнулась с грузовиком на трассе. Его сейчас везут в больницу, и я... я подумал, может, это как-то связано. У тебя появилась надпись, да? Попов онемел. Он посмотрел на Сергея, который тоже слышал разговор и смотрел широко раскрытыми глазами. — Да, — прохрипел Арсений. — Появилась. Минут сорок назад. — Боже... — выдохнул Дмитрий. — Значит, это правда. Слушай, приезжай в городскую больницу, срочно. Второе отделение, реанимация. Антон там. Он в тяжелом состоянии. — Я... я сейчас выезжаю. Связь прервалась. Арсений и Сергей смотрели друг на друга в полной тишине. За окном моросил дождь, капли стекали по стеклу, размывая огни уличных фонарей. — Дмитрий знает Антона? — наконец выдавил Попов. — Видимо, да, — Матвиенко всё ещё был в шоке. — Я понятия не имел. Он никогда не упоминал никого с таким именем. — Нужно ехать. Немедленно. Сергей кивнул и завёл машину. Мотор заурчал, и они выехали со двора. Арсений достал телефон — сообщение от Алёны: «Ты где? Фильм уже закончился». Он быстро набрал ответ: «Извини, у Серёги серьёзные проблемы. Нужно помочь ему кое с чем разобраться. Не жди меня, ложись спать. Люблю тебя». Отправил. Чувство вины сжало горло, но сейчас было не до того. Где-то в больнице лежал человек по имени Антон — его соулмейт. Человек, которого он никогда не видел, но который каким-то непостижимым образом был связан с ним невидимой нитью судьбы. Дорога до больницы заняла минут двадцать. Город в это время был почти пустым, лишь изредка попадались такси и ночные автобусы. Арсений смотрел в окно, не видя ничего. В голове крутились мысли, одна страшнее другой. «А что, если он умрёт? Что, если я не успею? Что вообще я должен сделать?» Наконец показалось здание больницы — серое, мрачное, с редкими освещенными окнами. Матвиенко припарковался у входа, и они вдвоем бросились к дверям. В холле было тихо и пусто. Дежурная медсестра подняла взгляд от журнала. — Молодые люди, посещения закончились в девять вечера. — Нам нужно в реанимацию, — сказал Арсений. — Второе отделение. Там наш... там наш друг. — Фамилия больного? Мужчина растерялся. Он не знал фамилии. Знал только имя — Антон. — Мы не знаем точно, но его привезли сегодня вечером после аварии, — вмешался Сергей, немного соврав. — Мой брат, Дмитрий Позов, должен быть там. Медсестра посмотрела в компьютер, что-то проверила. — Второй этаж, направо по коридору. Но учтите, в реанимацию вас не пустят. Они поблагодарили и бросились к лестнице. Подъём на второй этаж показался бесконечным. Коридор был длинным, стены покрашены в унылый желтоватый цвет, пахло антисептиком и лекарствами. Возле дверей с табличкой «Реанимация» стоял невысокий темноволосый мужчина лет тридцати. Он нервно расхаживал из стороны в сторону, постоянно поглядывая на двери. Увидев Сергея, он остановился. — Серёга? Что ты здесь делаешь? — Привёз Арсения, — Матвиенко кивнул на друга. — Это тот самый человек. Дмитрий перевёл взгляд на Арсения. Его лицо было бледным, под глазами залегли тени. — Покажи запястье. Арсений молча закатал рукав. Позов посмотрел на надпись и закрыл глаза. — Господи. Значит, это правда работает. — Что случилось? — спросил брюнет. — Расскажите всё. Дмитрий тяжело вздохнул и прислонился спиной к стене. — Антон — мой друг. Мы познакомились года три назад на концерте. Он... он музыкант. Гитарист. Попов кивнул, впитывая каждое слово. — Сегодня вечером он ехал домой после репетиции. Была гололедица, и на трассе его машину занесло прямо под грузовик. — Голос Дмитрия дрогнул. — Машину смяло полностью. Я не понимаю, как он вообще выжил. — Он... он сейчас как? — Тяжёлое состояние. Множественные переломы, внутреннее кровотечение. Врачи делают всё возможное, но они не дают гарантий. — Позов посмотрел на Арсения. — Знаешь, я никогда особо не верил в эти истории про соулмейтов. Считал это романтической выдумкой. Но когда мне позвонили из больницы и сказали про аварию, я вспомнил, как Антон однажды говорил, что интересно, существует ли где-то человек, на запястье которого может появиться его имя. И я подумал... Позвонил Серёге, спросил, нет ли у него знакомых, у которых недавно появилась надпись. — И ты дал ему мой номер, — понял Сергей. — Да. Извини, что не спросил разрешения, но времени не было. Дверь реанимации открылась, и вышел врач в белом халате. Дмитрий сразу же метнулся к нему. — Доктор, как он? — Состояние стабилизировалось, — устало сказал врач, снимая медицинские перчатки. — Мы остановили кровотечение, но он всё ещё в критическом состоянии. Следующие двадцать четыре часа покажут, пойдёт ли он на поправку. — Можно его увидеть? — Нет. Сейчас он в реанимации, без сознания. Приходите завтра утром. Врач ушёл, оставив троих мужчин в коридоре. Дмитрий опустился на стоящую у стены скамейку и обхватил голову руками. — Он должен выжить. Обязан. Арсений подошёл и сел рядом. — Расскажите мне о нём. Пожалуйста. Я хочу знать, кто он.