Безмолвные ночи

В хижине, где время словно замерло, каждый звук обретал особый вес. Иллуга, чей разум всегда был заточен под строгие расчеты, теперь полностью сдался на милость чувств. В полумраке комнаты, освещенной лишь бледным лунным светом, реальность расслаивалась, оставляя место только для них двоих. Флинс, чья природа всегда казалась мастеру чем-то эфемерным, теперь проявлял пугающую и одновременно желанную осязаемость. Его ласки были подобны морскому приливу — то мягкие и вкрадчивые, то неодолимо властные. Когда губы альва коснулись шеи и плеч Иллуги, тот почувствовал, как по телу проходит электрический разряд. На бледной, почти фарфоровой коже мастера, не знавшей палящего солнца, начали расцветать темные отметины — немые свидетельства обладания, которые Флинс оставлял с какой-то первобытной, скрытой за маской спокойствия жаждой. Эти «засосы» горели на коже Иллуги как клейма, заставляя его судорожно выдыхать имя своего спутника. Они переместились на кровать — старое ложе, которое жалобно скрипнуло под их весом. В этом звуке было что-то глубоко приземленное и честное, контрастирующее с мистическим обликом Флинса. Альв действовал без спешки, с той тщательностью, с которой он ухаживал за своим кладбищем, но теперь его внимание было сосредоточено на живом и трепещущем теле командира. Каждое движение Флинса, направленное на то, чтобы принести Иллуге наивысшее наслаждение, отзывалось в мастере дрожью. Командир, привыкший все держать под контролем, впервые чувствовал себя абсолютно беззащитным и в то же время — бесконечно свободным. Напряжение, копившееся неделями, выходило из него вместе с тихими, сорванными стонами. В этой близости не было места уставам или планам; здесь была только жадная потребность одного существа в другом, утоляемая в тишине маяка. Когда наконец буря стихла, оставив их опустошенными и согретыми, Иллуга лежал на смятых простынях, чувствуя, как пульсирует кровь в тех местах, где губы Флинса были особенно настойчивы. Ритм его сердца постепенно выравнивался, подстраиваясь под глубокое и размеренное дыхание альва