Улыбка под прицелом гения

Прошло два дня с отъезда Саймона Солуса. Джон Дейви Харис находился в своей лаборатории — пространстве, где хаос соседствовал с гениальностью. Воздух разрезал мерный бой старинных часов, подчёркивая напряжённую тишину. Джон планировал дать интервью журналистам — ещё одна возможность продемонстрировать свою гениальность. Но в нынешние неспокойные времена без надёжной охраны ему запретили покидать лабораторию, оснащённую многоуровневыми защитными механизмами. Пришлось вернуться к отчётам. Стол утопал в документах: листы с пометками, разбросанная канцелярия, стопки бумаг. Для постороннего это выглядело бы как полный беспорядок, но Джон ориентировался в этом хаосе безупречно — каждый документ лежал «на своём месте», доступном его гениальному разуму. В дверь робко постучали. На пороге появился один из младших сотрудников. Он нервно сжимал в руках несколько листов. — Извините, я хотел спросить по поводу отчёта… — голос дрогнул. Парень протянул бумаги Джону. Харис принялся изучать документ. Спустя мгновение его лицо исказилось от гнева. — Это что такое?! — он ткнул пальцем в пару строк. — Посмотри сюда! Сотрудник вгляделся, но не нашёл ничего подозрительного. — Что‑то не так? Я пересмотрел их дважды… Там не может быть ошибки, — в конце фразы голос стал совсем неуверенным. — «Дважды»?! И всё равно не заметил, что в столь важных строках отсутствует запятая?! — Джон вскочил с кресла, размахивая бумагами перед носом парня. — Н‑но это всего лишь запятая… Разве надо так реагировать? — голос предательски дрожал. — Да из‑за этой твоей «маленькой» запятой можно выкинуть в мусор двадцатистраничный отчёт! — почти выкрикнул Харис. — Извините… Кажется, я и правда ошибся… Я… — «Кажется»?! Да ты хоть знаешь, сколько людей ждали этой работы?! — Джон ударил ладонью по столу. — Выметайся отсюда, пока я тебя не уволил! И пока не научишься правильно оформлять отчёты — ко мне не подходи! Парень вылетел из кабинета, едва сдерживая слёзы. Джон ещё несколько минут бушевал, затем, решив направить энергию в работу, углубился в документы. Спустя полчаса он отправился за чаем — небольшой перерыв был необходим. Вернувшись, Харис замер на пороге: за его столом хозяйничала Молли. Она… убиралась. Бумаги, которые Джон раскладывал по особой системе, теперь лежали аккуратными стопками. Документы перемешались, заметки оказались оторваны от своих «контекстов». Всё, над чем он трудился последние часы, было безжалостно «упорядочено». Терпение лопнуло. — Ты, сука! Кто тебе, блять, разрешил притрагиваться к моим вещам?! Нахуй ты сюда вообще припёрлась опять?! — голос Джона звенел от ярости. Он разразился трёхэтажной тирадой, выплескивая всё накопившееся раздражение. Молли, казалось, уловила лишь обрывки смысла, но достаточно, чтобы понять: лучше исчезнуть. Когда она выбежала, Джон с грохотом захлопнул дверь и повернул ключ. Тишина. Только бой часов. И стопки «упорядоченных» бумаг, превратившиеся в бесполезный набор листов. Джон сидел за столом, погружённый в ворох документов. Он методично перебирал листы, сверял цифры, время от времени что‑то помечая на полях. Атмосфера в лаборатории оставалась напряжённой — бой старинных часов лишь подчёркивал гнетущую тишину. Вдруг раздался чёткий щелчок ключей в замке. Дверь распахнулась, и в помещение спокойной, размеренной походкой вошёл Саймон Солус. Джон резко поднял голову. В его глазах мелькнуло удивление, тут же сменившееся едкой иронией. Он встал, скрестив руки на груди, взгляд стал пронзительным. — Неужели наш Саймон Солус вернулся? Я уже думал, ты сбежал, — с усмешкой произнёс Джон, оскалив зубы. Его взгляд скользнул за спину Саймона — там стояла тёмная фигура молодого парня. Джон вопросительно приподнял бровь, переводя взгляд на Солуса. Саймон, заметив это, расплылся в улыбке: — Джон, что за холодный приём? Разве так встречают друга? Джон лишь закатил глаза. Саймон кашлянул в кулак, привлекая внимание, и слегка отступил в сторону, освобождая обзор на юношу. — Джон, я привёл того, кто тебе нужен. Это Дейв Уильям из Игаргарфа. С этого момента он — твоя верная тень. Дейв, услышав своё имя, слегка поклонился и одарил Джона улыбкой — неожиданно детской, почти невинной. Джон замер в замешательстве. В его представлении телохранитель выглядел иначе: зрелый мужчина с крепкими мускулами и каменным выражением лица. А перед ним стоял парень примерно его возраста, с лёгкой улыбкой и открытым взглядом. Он усмехнулся, подняв ладонь ко лбу и слегка приподняв чёлку. — Неужто сегодня первое апреля? Солус, мне не до твоих розыгрышей. Этот юноша с улыбкой скаут‑лидера должен меня спасать? Он даже пистолет, наверное, в руках не удержит, — саркастично бросил Джон; в голосе звучала усталость. — Джон, он лучше, чем ты думаешь, я в нём уверен, — твёрдо заявил Саймон. — Ха! Хорошо. Я дам ему шанс. Но когда он его провалит, я не хочу больше видеть никаких телохранителей, — отрезал Харрис. Саймон усмехнулся, бросил взгляд на Дейва и передал ему папку с документами — информация о предстоящих встречах. — Ну ладно, знакомьтесь. А мне пора — столько работы накопилось за моё отсутствие, — кивнул Саймон и направился к выходу. Джон недовольно цокнул и вернулся к своему столу, где в хаотичном порядке лежали бумаги. Дейв же отошёл в сторону, в тень, и принялся наблюдать за хозяином лаборатории. Час спустя Джон решил сделать перерыв и заварить себе зелёного чая. Перед выходом он распахнул окно — в помещении было душно. Затем, сонно зевая, направился к мини‑кухне, расположенной в офисе для удобства сотрудников. Выходя из лаборатории, Джон забыл закрыть дверь. Но едва он сделал несколько шагов, как услышал громкий хлопок. Он вздрогнул, обернулся и встретился взглядом со своим новым телохранителем. — Блять, это ты?! А аккуратно закрывать дверь тебя не учили? — раздражённо бросил Джон, явно забыв о присутствии Дейва. — Прошу прощения. Такого больше не повторится, — холодно ответил Дейв. От его прежней нежной улыбки не осталось и следа. Джона это даже позабавило. Только сейчас он заметил некие сходства во внешности между собой и Дейвом — те же резкие черты лица, тот же проницательный взгляд. Он молча отвернулся и продолжил путь к кухне. После чая Джон и его «тень» вернулись в лабораторию. Помещение успело проветриться, воздух стал свежее. Но едва они переступили порог, как позади них возник мужчина средних лет. Он начал оживлённо рассказывать о новом проекте, который, по его мнению, стоило взять в работу. Разумеется, он рассчитывал возглавить это начинание. Джон уже открыл рот, чтобы отшить назойливого сотрудника, но внезапно между ним и мужчиной встал Дейв. Вежливо, но твёрдо он попросил мужчину уйти. Его глаза стали до ужаса холодными, а взгляд — пронизывающим. Мужчина вздрогнул и поспешно ретировался. Джон не смог сдержать улыбки. Этот эпизод его обрадовал — теперь он знал, кого посылать, чтобы избавиться от нежелательных собеседников. Ближе к ночи Джон стоял на парковке возле своего элегантного автомобиля. Дейв тут же подошёл и открыл перед ним дверь. Затем обошёл машину и сел на водительское место. — Воу~ Так ты водить умеешь? Я‑то думал, что малолеткам права не выдают, — с сарказмом бросил Джон, растягивая губы в хищной улыбке. — Я всего на год младше вас, так что имею полное право водить машину, — спокойно ответил Дейв, глядя в зеркало заднего вида и выезжая с подземной парковки. Джон устало посмотрел в окно. Дорогу освещали жёлтые фонари, на обочинах мелькали рекламные баннеры. Асфальт блестел после недавнего дождя. В салоне царила холодная тишина. Подъехав к загородному коттеджу, Дейв плавно остановил белоснежный автомобиль перед массивными коваными воротами. Место разительно отличалось от вечно шумного Хенфорта — здесь царили покой и уединённость. Ограждение имения представляло собой настоящее произведение искусства: ажурный чугунный забор с витиеватыми узорами, словно сотканными из металлических нитей. Ворота, монументальные и в то же время изящные, напоминали портал в иной мир — настолько гармонично они вписывались в общий облик поместья. Любой, увидев их, сразу понимал: здесь живёт человек не просто состоятельный, но и обладающий безупречным вкусом, разбирающийся в дизайне. Дейв достал планшет, выданный ему при назначении на должность. Несколько касаний экрана — и ворота начали плавно разъезжаться в стороны, открывая вид на обширный двор. Перед взором предстал идеальный ландшафт: аккуратно подстриженные кусты, образующие геометрические фигуры, элегантные беседки с резными перилами, извилистые дорожки, выложенные разноцветной плиткой, клумбы с экзотическими цветами, расположенными по принципу цветовой гармонии. Выйдя из машины, Дейв машинальным движением обошёл автомобиль, одновременно сканируя окружающую территорию. Его взгляд отмечал: возможные укрытия в кустарнике. позиции для наблюдения на крыше. потенциальные пути отхода. системы видеонаблюдения, замаскированные в декоративных элементах. Лишь после этого он открыл дверь для Джона. Хозяин поместья вышел, не проронив ни слова, и направился к коттеджу с той особой, врождённой грацией, что присуща лишь истинным аристократам. Переступив порог, Дейв оказался в мире изысканной роскоши. Интерьер поражал продуманностью каждой детали: фарфоровые вазочки стояли на строго выверенных позициях; картины висели под идеальными углами; каждая мелочь находилась на своём месте, создавая гармоничную композицию. Джон уверенно двинулся к лестнице, ведущей на второй этаж. По пути им встречались уборщицы в строгих чёрно‑белых униформах. Одни аккуратно вытирали пыль с поверхностей, другие заботливо поливали экзотические растения, расставленные вдоль коридоров. Одна из девушек как раз занималась картиной, висевшей на стене. На полотне были изображены две рыбки , гружашие в прозрачном водоёме: чёрная — с бархатистой, почти мистической глубиной чешуи, и золотая — с переливающимися, словно живые, блёстками на плавниках. Заметив приближающихся Джона и Дейва, девушка поспешно отвернулась. Было непонятно — то ли от смущения, то ли по негласной инструкции избегать внимания хозяев. У двери своей спальни Джон наконец нарушил молчание: — Вон твоя комната, — кивнул он в сторону соседней двери. — Нет нужды заходить в мою. Его тон не предполагал возражений, но Дейв ответил спокойно, однако твёрдо: — Мне нужно убедиться в вашей безопасности. В голосе телохранителя звучала непоколебимая уверенность — он не просил разрешения, а констатировал факт. Джон лишь слегка приподнял бровь, затем пожал плечами и распахнул дверь. Дейв вошёл, мгновенно переключившись в режим тщательной проверки. Его движения были отточенными, выверенными: Он внимательно осмотрел каждый угол, присаживаясь, чтобы заглянуть под мебель. Проверил окна — прочность стёкол, надёжность замков, наличие скрытых датчиков. Оценил возможные точки проникновения — вентиляционные отверстия, смежные помещения. Просканировал поверхности на предмет подозрительных предметов. Взгляд Дейва скользил по комнате с точностью сканера, отмечая малейшие несоответствия идеальному порядку. Он даже присел на корточки, чтобы осмотреть плинтусы и стыки стен. Закончив осмотр, Дейв коротко, но учтиво извинился за доставленные неудобства и вышел. Своя комната встретила его приглушённым светом и влажным воздухом, пропитанным ароматом цветущих растений из сада. Дейв медленно осмотрелся: плотные шторы на окнах создавали ощущение защищённости, кровать, хоть и меньше, чем у хозяина коттеджа, выглядела уютной и комфортной, минималистичная мебель — шкаф, тумбочка, письменный стол — располагалась так, чтобы не загромождать пространство. Он присел на край матраса, прислушиваясь к звукам дома. Откуда‑то издалека доносился шум воды — очевидно, Джон принимал душ. Дейв закрыл глаза, концентрируясь на акустической картине: тиканье часов в соседней комнате; отдалённый гул системы вентиляции; шорох листьев за окном. Когда звуки воды стихли, Дейв поднялся и бесшумно вышел в коридор. Его шаги были лёгкими, почти невесомыми — как у хищника, выслеживающего добычу. Он двигался плавно, экономно, будто скользил по полу, не оставляя следов. Вскоре он остановился перед той самой картиной с рыбками. Приблизившись, Дейв начал внимательно изучать полотно. Сначала его пальцы осторожно коснулись нижнего угла картины, затем медленно двинулись к хвосту золотой рыбки, прослеживая линию её изящного изгиба. Далее путь пролегал к плавникам чёрной рыбки — Дейв словно изучал каждый мазок кисти художника. Наконец, его пальцы достигли рамы. Она оказалась необычной — волнистой, имитирующей морские волны. Дейв слегка приподнял картину от стены, и тут его взгляд уловил едва заметное мерцание. На обратной стороне полотна мигал тускло‑красный огонёк — маленькая кнопка, оказавшаяся жучком для записи звуков. Дейв аккуратно снял устройство, держа его между пальцами. Несколько минут он внимательно изучал находку, поворачивая её под разными углами. Его лицо оставалось бесстрастным, но глаза внимательно анализировали конструкцию. Затем рука сжалась в кулак — раздался тихий хруст. Разжав ладонь, Дейв увидел сломанный жучок — теперь это был просто мусор. Без колебаний он направился к мусорному ведру и избавился от устройства. После этого он развернулся и двинулся вглубь коридоров. Его фигура постепенно растворялась в полумраке, словно призрак, никогда не оставляющий следов.