Всё ради Пандоры

      На базе действует 24-суточная система, которая поддерживается с помощью специального освещения, времени и организованного распорядка дня. Пусть на Пандоре будет день, ночь или сумерки, жителям «Адских Врат» всё равно. Они спят по расписанию, едят по расписанию, имеют немного свободного времени и в основном батрачат не покладая рук, потому что бездельников на Пандоре не любят. Только менеджеры и начальники могут позволить себе вольно попивать кофеёк и заниматься фигнёй. Вот что Нил понял об этой системе человечества на Пандоре за то время, что был здесь.       Его отправили приводить себя в порядок после такого долгого пребывания в блоке соединения, а после динамики озвучили приближающуюся «ночь» для первой смены и скорое начало второй. Ведь нельзя, чтобы работа полностью встала, правда?       Нил поспал всего 7 часов, а потом его разбудил будильник и расписание в планшете говорило о том, что скоро нужно идти на завтрак.       Там его уже встретили Жан, Робин и часть сотрудников лаборатории их смены. Жан уже явно успокоился, даже немного повеселел. Он принялся рассказывать всей их компании о приключениях Нила на первой вылазке: — А потом он побежал на такой скорости, что едва ли хвост не оторвался! — Все за столом рассмеялись, а Нил раздражённо закатил глаза. Посмотрел бы он, как они бежали бы от такого зверя.       Нил нехотя поел ту массу, которую здесь назвали белковой кашей, а после поклевал салат, от которого сильно пахло химией. Сплошное гастрономическое удовольствие. В такие моменты он вспоминал банкеты, что устраивал его отец для привлечения крупных шишек в его бизнес. Натан не экономил на еде, поэтому на столах всегда стояло мясо настоящего животного и растения, что выращивали люди из витаминной почвы почти без удобрений. Дорого-богато, зато эти «шишки» летели на его банкеты, лишь бы полакомиться деликатесами и заключить выгодную для них сделку. Отец его учил, как дурить людей и подталкивать их на сделки. От количества подписей на бумагах зависело количество ножевых ранений, которые он получал от Лолы. Весёлые деньки, счастливое детство. Грустно, но вкусно, как говорили в некоторых странах, где они побывали с мамой.       Неожиданно к их столу подлетел Рико и уставился прямо на Нила. Он явно всё ещё зол на него из-за того, что клан так легко принял новичка вместо него, человека, который им дал намного больше (Нил это узнал из кусочков сплетен). Рико ткнул в него палец и буквально прорычал (или только постарался): — Ты! Тебя вызывает начальник! Поторопись, потому что скоро в клане утро, они рано встают, — и ушёл, резко развернувшись. Нил подумал, что Рико, наверное, ни разу не ел в этой столовой, учитывая, что он занимает довольно-таки высокую должность. (Хотя пользы от него Нил всё ещё не увидел.)       Все за столом умолкли в тот момент и только когда он ушёл, начали шептаться. Жан повернул к нему голову: — Тэцудзи Морияма, глава проекта «Аватар» и один из первых аватаров на Пандоре. Не самый доброжелательный человек, так что не раскрывай перед ним рот лишний раз и слушай всё, что он говорит, понял? — Нилу показалось, что Жан немного вздрогнул, упоминая имя этого человека.       Нил кивнул на его наставления и, быстро проглотив оставшуюся порцию, двинулся в сторону выхода. Робин пожелала ему удачи и ободряюще улыбнулась. Она добрая девушка, так что Нил надеялся, что с ней ничего критичного на Пандоре не случится.

***

      Долго путь не искал, просто выстроил его в планшете и ориентировался на знаки. Но что-то перед главным поворотом замялся. Почему этот человек решил его вызвать? Скорее из-за такого быстрого контакта с на’ви. Что от него требуется? Скорее, какое-то противное задание, что омрачит всё его пребывание здесь. Да, Нил знает, он смотрел фильмы и читал книги, когда удавалось. (Временами не всегда и приходилось как-то выкручиваться и врать, чтобы хоть немного почувствовать себя адекватным человеком. Мэри немного помогала.) Это такое клише, если честно, но без него сюжеты никого бы не заинтересовали… Он глубоко вздохнул. Итак, пора.       Его встретила большая комната с голограммой по центру. Таких карт он видел несколько, наверное, по одной в каждом важном блоке. Нил осмотрелся. Куча компьютеров, голограмм, люди, что активно работают. Большие окна открывали вид на пейзажи Пандоры, но из-за медленно приближающегося рассвета мало что видно. На противоположной стороне дверь. По виду дорогая. Нил сразу понял, что ему туда. Перед кабинетом стояло пара военных. Только осмотрев его, они пустили внутрь.       Внутри маленький коридор, три на вид дорогие двери и литые таблички на них. «Кенго Морияма», «Ичиро Морияма» и «Тэцудзи Морияма». Сплошные Морияма, куда ни плюнь, даже Рико и тот Морияма. Нил подумал, что тут либо процветает кумовство, что нередкость в большом бизнесе, либо вся семья с рождения привлечена. Но от этих строгих дверей и табличек веяло холодом, что пробивал до мурашек. Он постучал в дверь Тэцудзи. — Войдите.       Нил осторожно открыл дверь и сначала огляделся. Бедный кабинет (по меркам важных шишек, Нил знает): один шкаф, стол, стул и хороший компьютер на нём. Стены увешаны голограммами, схемами строения и всякими научными плакатами. И всё. Ни окна, ни украшений. — Нил, я так понимаю? Нил Джостен, бывший Натаниэль Веснински, — человек за столом подал голос. Это был мужчина, чьё лицо показывало: я хочу или умереть, или на пенсию. Да, такие в сфере бизнеса Нилу тоже встречались. Часто они слишком активно участвовали в гонках за «чем-то». Богатство, слава, признание. Некоторые не доверяли никому и тянули всё на себе, а другие со временем всё больше и больше разочаровывались в мире и окружении. Возможно, этот человек — один из первых аватаров, разочаровался в своём проекте, а возможно, вся их семейка каждому успела поднасрать. Нил вздохнул в мыслях. Как бы это не вылилось в крупную проблему. — Добрый день. Предпочитаю всё же первое имя, — Нил кивнул головой и подошёл к столу. — Мне всё равно, что ты предпочитаешь, — Тэцудзи замолчал на миг, будто обдумывая что-то. — Как я узнал, ты теперь вхож в клан на’ви.       Он выразительно посмотрел на Нила, а тот только кивнул головой. — Да, теперь меня будут обучать «видеть», как они это обозначили. — Хм… — Тэцудзи опять замолчал, его взгляд направлен куда-то в стол. Руки он сложил под головой, поддерживая на весу. — «Видеть», да?       Дальше он что-то пробормотал, почти что без звука, только движения губ. И откинулся на стуле. — Как ты наверняка знаешь, наша основная миссия — это добыча ресурсов из земли этой планеты. Очень дорогой минерал анабтаниум, — на этом Тэцудзи указал на одну из голограмм сзади. Там изображён маленький камушек, стрелочками указаны какие-то компоненты внутри него. — Материал очень дорогой и полезный Земле. Но возникла одна проблемка… Основная жила этого материка находится прямо под деревом клана, о котором мы сейчас говорим. Кстати, ты знаешь его название?       Нил нахмурился, вспоминая то сложное слово, которое ещё не успел заучить. — Омотык…я? — Оматикайя. Очень низкий уровень владения на’ви, мистер Веснински. Я слышал, что вы знаете 4 языка, так что, надеюсь, изучение этого не доставит вам особого труда, иначе… — Тэцудзи выразительно замолчал. У Нила чесался язык ответить ему что-нибудь каверзное, но он заставил себя его прикусить. Лучше он выговориться Робин. — Да, думаю, на’ви меня хорошо обучат, босс, — упс, что-то да вырвалось.       Тэцудзи хмыкнул, но ничего не ответил на это. Он продолжил: — Мы пытались дать им медицину, образование, одежду и хорошую кухню, но им это не нужно. Они живут в полной гармонии с природой… И это плохо, — Тэцудзи дёрнул головой и потёр переносицу. — Итак, у нас два выбора. Или мы наконец-то заставляем их переехать, или у нас намечается резня. И знаешь, моему брату и племяннику немного всё равно на этих синих человечков. У них пальцы лежат на кнопке с бомбой, а военные уже давно набили автоматы обоймой. Только приказ их останавливает.       У Нила внутри бушевало противоречие от этих слов. Каждое слово Тэцудзи сопровождалось новым витком раздражения, злости и разочарования внутри него. С одной стороны, ему должно быть всё равно. Он не успел ни к кому привязаться, узнать их мир, даже сутки не провёл в их клане. А с другой… На’ви, что заботились о каждом своём члене деревни, их разговоры и эмоции почти как у людей, улыбчивая Элис, угрюмый Эн’дрю и добрая женская на’ви, что дружелюбно к нему отнеслась и предложила знания. Червячок сомнения копался в его мозгах и не давал так просто согласиться на эту миссию. Нил вздохнул. Ну, может, ему всё-таки, как избраннику Эйвы, удастся их уговорить? Переехать? Это же просто дерево. Они не могут ценить дерево больше, чем свои жизни, правда? — Итак, твой ответ? — Тэцудзи дал немного времени на раздумия и уже потребовал ответ. — Я не думаю, что они пойдут за незнакомцем. Думаю, мне нужно немного времени, чтобы они начали меня слушать и… видеть, — Нил надеялся, что время даст ему подсказку о том, как ему поступить. — Если брать в учёт те шахты, что нам доступны, количество анабтаниума в них и терпение моих родственников… Три земных месяца. Это меньше, чем здесь, можешь высчитать в своём планшете то время, что я тебе даю. Используй его с пользой, понял меня, Натаниэль Веснински? — Тэцудзи сложил руки на груди и уставился мимо него. Видимо, это знак того, что ему пора уходить. — Я понял, спасибо, — Нил встал и ушёл, не оборачиваясь.

***

      Робин подлетела к нему как только он вошёл в операторскою и едва ли не вцепилась в руки Нила от волнения. — Ну что? Нил, что он говорил?!       Нил, опустошённый, только легко оттолкнул её и двинулся к Жану: — Ты знал?       Жан не смотрел в его глаза, опустив голову к планшету. Он что-то бормотал про себя и листал картинки. — Жан, ты знал? — Нил толкнул его в плечо. Робин рядом дернулась. — Да, я знал, — Жан удосужился обратить на него внимание. — И что? Тебя это успокоило?       Нил угрюмо уставился на него. — А зачем тогда этот проект продолжает своё существование? Я вот думал всё это время, пока шёл. А зачем мы этой корпорации? Миссию уже свою вы просрали (чёрт, даже здесь) всё, можно сворачивать этот кружок естествознания, — пока Нил всё это говорил, он немного закипал, а Робин сзади негромко спросила «Что?». Но ей никто ничего не ответил. — Скажи мне, Жан, что это за потуги в добропорядочность, если уже всё готово и без нас? — Нил, успокойся! — Жан взял его за плечи и посмотрел прямо в лицо. — Ты тут только недавно, ещё ничего не знаешь! И, понимаешь, людям с Земли не всё равно на местных, как и большим организациям, что пытаются казаться милыми овечками. Просто делай, что тебе сказали и может ещё мы сможем внести свою лепту в этот начинающиеся хаос.       Нил прикрыл глаза и посчитал до десяти. Сначала на английском, потом испанский, французский. А потом вздохнул. Жан его отпустил и развернулся к замершему персоналу, который внимательно всё это слушал. — А вы чего застыли? За работу, шоу закончилось.       Все разбежались по углам, а Нил присел на ближайший стул. — Вот, на отвлекись. Тут все важные шишки их имена, лучше бы тебе запомнить, чтобы опять не опозориться.       На планшете, что дал ему Жан, были фотки уже знакомых ему на’ви. Вот Эн’дрю, а вот та женская на’ви, вождь, Кэ’ви. Кстати, женскую на’ви звали Эб’би, наконец-то есть адекватное обозначение ей. Она занимала роль тсахик. Как Нил прочитал, тсахик очень важны для клана, это целители и духовные лидеры, на уровне с вождём. А вот сам вождь, Дэвид, уже играл более военную роль, по сути организатор и следил за порядком. Они вместе создавали тандем, при котором клану хорошо жилось.       Кэ’ви оказался сыном вождя, будущим оло’эйктан. Нилу даже стало интересно, как такой на’ви, что боялся Рико, мог повести за собой целый клан. Наверное, в этом есть что-то глубже, чем просто первый взгляд.       Робин рядом тоже заинтересованно смотрела в планшет, хотя наверняка и так знала об этом. Через время она тихо спросила: — Теперь я могу?.. — Тэцудзи приказал мне прогнать клан с их дерева, иначе все погибнут, — резко ответил Нил — Что? Но это же… Совсем против морали и этики! Это мы тут гости и вот так просто прогоняем коренных… — Робин. — он прервал её тираду, пока та не начала кричать на всю лабораторию. — Я знаю. Но есть ли выбор?       Робин замолчала и вздохнула. Немного повтыкав в пол, она подняв взгляд, указала Нилу что-то в планшете. У него как раз была открыта фотка Эн’дрю. — Интересно то, что Эн’дрю — единственный в своём клане охотник, не проходивший обряд Икнимайи. У него нет икрана, и мы пока не знаем почему. Хотя он довольно взрослый, для старожилов в клане Эн’дрю всё ещё ребёнок. — Этот обряд посвящает на’ви во взрослых персон? — Не совсем, его проходят только охотники. Но не все в клане охотники, есть и собиратели, и певцы, и ткачи. Те не проходят. Но Эн’дрю — охотник без икрана, что очень аномально для клана на’ви. Может, ты узнаешь, в чём тут тайна? — Робин легко улыбнулась. Видимо, так она решила отвлечь его от груза миссии. — Так, Нил, наступает рассвет. Прыгай в блок, скоро нужно будет просыпаться.       Итак, начинаем.

***

      Нил проснулся от того, что кто-то бил его по лицу. Возможно, уже долго бил, но пока он опять присматривал, с какой стороны подойти к блоку, чтобы не схватила клаустрофобия, пока подключался, уже прошло какое-то время. Эндрю нависал прямо над ним, расставив ноги по обе стороны его тела и как-то умудрялся сохранять равновесие. Он шлепками ладони проходился по его лицу и, видимо, получал от этого удовольствие. Нил дёрнулся и попытался схватить его за руки, но в голове молнией пронеслась мысль, где вождь не сразу положил руку ему на плечо. Он больше всех понимал, какими неприятным могут быть прикосновения, поэтому оставалось только закричать: — Я проснулся, проснулся! Хватит!       Эн’дрю ещё пару раз ударил, видимо, для закрепления результата, и ловко залез на ветку. — Очень долго, Ниил, просыпаться нужно быстро. — Ты понимаешь, что это не всегда от меня зависит? — Он встал, потягиваясь и разминая тело после сна не в самом удобном месте. — Сделай так, чтобы зависело.       После этих слов Эн’дрю спрыгнул вниз и Нилу пришлось его догонять. — И что мы сейчас будем делать? — спросил он, едва ли догоняя этого прыткого на’ви. — Мыться! От тебя воняет, как от вэрумута! — Эн’дрю издевательски ухмыльнулся ему и как обезьяна спустился вниз. Нил немного засмотрелся. К такому мастерству ему ещё долго работать, но он не может не восхищаться этой грациозностью на’ви и их мастерством… в таких вещах.       Нил осмотрел это дерево. Большое, разлогое, мощное, оно уже много лет служило домом для этих на’ви. И люди вот так просто хотят его разрушить? Тут каждая веточка играет свою роль, на коре вырезаны разные рисунки, внутри корней — красивые украшения, что добавляют особой атмосферы этому месту. Но эгоистичным людям, жадным до денег, это не аргумент. Нил напрягся. Ему нельзя привязываться. Нужно просто выполнить свою миссию.       Эн’дрю стоял снизу и смотрел на него. — А вроде бы быстро бегаешь. Да что-то не вижу, — у него, видимо, сегодня хорошее настроение, потому что слова так и льются. Эн’дрю крикнул это на всё дерево и другие на’ви заинтересованно начали осматриватся.       Рядом с ним откуда-то сверху прыгнула Элис. — Нил, чего застыл? Бегом, а то Эн’дрю ждать не любит! — она хихикнула и легко толкнула его.       Мысли полностью пленили его, Нил не заметил, что остановился. Он быстро, но неуклюже спустился и встал рядом с Эн’дрю. Тот отвернулся, будто и не его ждал. Он пошёл куда-то за территорию дерева. Нил поспешил за ним, почёсывая свою рану через повязку. Пора, наверное, её поменять.       Через время, пробираясь сквозь кусты, они вышли к водопаду. Большой, красивый водопад, вокруг которого росли самые интересные растения из-за близости к водоёму, а вода снизу текла настолько чистая, что Нил мог увидеть полностью всё дно реки. — Снимай, — подал голос Эн’дрю. Он показывал пальцем на повязки на бёдрах и ране. — Что, хочется увидеть, что у меня вот тут, — Нил ухмыльнулся, указав на свои бёдра.       Эн’дрю не оценил и толкнул его в воду. Нил от неожиданности проглотил немного, закашлялся, пытаясь неуклюже выбраться. — Ну кто так на шутки, кха, реагирует, кха кха…       Уже после того как Нил снял мокрую одежду с себя (Эн’дрю даже не смотрел в сторону его интимных зон) и повязку, он пошёл под водопад. На’ви, окликнув его, кинул ему кусок чего-то пахучего. Местное мыло, как понял он. Плохо пенилось, но хорошо отмывало грязь. Вот только во всём этом был один минус — полностью ледяная вода. Нилу пришлось глубоко вдохнуть воздух и буквально быстро встать под воду, чтобы намочится. Потом он, дрожа, намылился, аккуратно промыл рану на животе и снова в эту холоднючую воду. Когда он уже закончил и воодушевленно вышел из воды, Эн’дрю его остановил и показал на волосы. — Их тоже мой.       Нил застыл, поражённый, и скривился. Вообще, отец и холодной водой любил его окроплять, но это же не значит, что он её любит и готов терпеть! — А потеплее чего-то нет? — Ну какой ты воин после этого? Даже холодную воду не терпишь, — Эн’дрю презрительно на него глянул. — Мойся, потому что нас раздражает твой человеческий запах.       Через ещё некоторое время Нил, полностью чистый, вышел из воды, дрожа. Наверное, на’ви с детства в такой моются, привыкли, но его аватару ещё нужно приноровиться. Ну ничего, Нил ещё сотрёт ухмылку этому заносчивому на’ви.       Когда он уже стоял на берегу, Эн’дрю вручил ему его мокрую повязку, которая немного подсохла. Нил тяжело её натянул и вздохул. И это только начало…       Кстати, его рана выглядела намного лучше, но немного ныла. Даже можно сказать, чудовищно быстро исцелилась. Видимо, местные травки имеют какую-то магию внутри себя. Эн’дрю вручил ему что-то зелёное и сочащееся. — Это для раны. Выдави сок и растери.       Сок отдавал свежестью, как мята. Он приятно лёг на рану, успокаивая её после мытья. На’ви кивнул и указал пальцем на поляну, где солнце пробивалось сквозь листья и можно было обсохнуть. — Кстати, а почему воин? Ты будешь учить меня, как воюют на’ви? — спросил Нил, вспомнив о фразе, что говорил Эн’дрю. — Что-то не нравится? Ты кем хочешь быть, собирателем? Целителем? Или делать одежду? — Эн’дрю скривился, когда перечислил всё это. — Ну, я не думаю, что это плохие профессии… Безопасней, чем гонятся за сильными животными… — Ну тогда это не ко мне! Пусть тебя другие учат, как собирать цветочки и вязать повязочки! — Эн’дрю резко встал и попытался уйти, но Нил легонько дёрнул его за хвост. Тот развернулся, свирепо на него уставившись. Его хвост хлестнул его по руке. — Не трогай! — Чёрт, извини! Ну воин так воин, зачем так злится? — Нил потёр свою руку, что немного ныла. — Потому что глупый! Скаунг… — последнее слово Эн’дрю уже сказал тише. — Окей, понял… — Нил решил, что тут лучше отступить, а то ещё прилетит не только хвостом.

***

      Уже вымытый, чистенький и пахучий Нил вернулся обратно с Эн’дрю к дереву, где их встретила Элис и Рэнэ. — О-о-о, Нил, я чую запах мыла Рэнэ! Эн’дрю, ты утащил у неё мыло? — Ничего, зато Нил больше не воняет, — Рэнэ впервые подала голос. У неё тоже присутствовал акцент, но не такой сильный, как у Элис. — Конечно, у тебя хорошее мыло! А ну Нил, подойди, — Элис улыбнулась ему.       Она обнюхала его тело, волосы, а потом одобрительно кивнула. — То что надо. Ой, погоди… А ну-ка встань сюда… Рэнэ, ты только глянь!       Она подошла и тихо охнула. — Нил, у тебя такие яркие голубые глаза! Я вчера не заметила! — Элис пристально смотрела прямо в его глаза, да так, что Нилу стало совсем неловко.       Жан объяснял ему это как: «У вас генетически почему-то сильные голубые глаза, они и аватару передались, хотя для лесных это неестественно…», но Нил не посчитал, что это будет сильным чудом. — Эн’дрю такого красавчика себе забрал! Поделишься, Эн’дрю? — Элис всё ещё его рассматривала, а Рэнэ посмотрела на Эн’дрю, и они как будто бы мимикой о чём-то поговорили между собой. Она как будто что-то поняла. Неожиданно спросила: — Вы ведь мылись в той реке, что около камней?       Нил непонимающе нахмурился, а Эн’дрю сзади издал странный хмык. — Нет, я мылся под водопадом, холодный он, правда, сильно… — Погоди, водопад? — Элис удивлённо округлила глаза. Они у на’ви довольно-таки большие, так что получилось комично, подумал Нил. — Там же ледяная вода, Эн’дрю! Ого, молодец Нил, выдержал! — Стой, а была тёплая?! — Нил резко повернулся в сторону Эн’дрю. Тот стоял, отвернувшись, будто его там вообще не было. — Мы моемся в реке около камней, она не закрыта деревьями. Вода там быстро нагревается от солнца, а камни греют ночью, — пояснила Рэнэ с милой улыбочкой.       Нил нервно засмеялся. Он посмотрел на этих на’ви перед ним и задумался. Решил обойтись без возмущений и задумал месть одному конкретному на’ви. О да, мстя его будет хорошей.

***

      Потом брат Эн’дрю, «А’арон», как он представился одним словом, выдал ему листья-повязки. Нилу пришлось самому их повязывать, ведь никто не хотел помочь. И это тот самый дружелюбный клан, который заботится о каждом своём члене… Да ладно, Нил, не бурчи, ты же ещё не часть клана, почему они должны о тебе заботиться?       Эн’дрю повёл его к каким-то существам. — Молодому охотнику нужно уметь ездить. Быстрого зверя так просто не догонишь. У тебя быстрые ноги, но для охоты они не годятся. Каждый охотник сначала учится ездить на па’ли.       Эти животные похожи на коней, но намного мощнее. Шесть ног, продолговатое лицо, две антенны, торчащие из головы, какой-то серовато-красновато-зеленоватый цвет. Они высотой больше самих на’ви, так что Нил представлял, как легко они могут затоптать людей. На их лицах висела какая-то сбруя, напоминающая уздечку, как у самих людей. — Сначала связь, тсахейлу, — Эн’дрю схватил его косу и протянул к одной из антенок животного. — Связь даёт возможность почувствовать. Ты чувствуешь животное, оно чувствует тебя. Ты говоришь, он делает. Понятно?       Нил кивнул головой и с опасением взялся за свою косу, которую держал Эн’дрю. Он присоединил её к коню. И… Чёрт возьми…       Он чувствовал дыхание, нет, он дышал. Дышал тем, чем дышит па’ли. Его сердце билось в мощной груди коня, его тело чувствовало мышцы животного. Зрачки коня расширились. Он немного запереживал, но Эн’дрю его успокоил хлопком по спине. Он подошёл к другому коню, что стоял рядом. — Смотри и учись, — Эн’дрю грациозно поднялся на коня и сел, показывая как правильно.       Нил попытался повторить, но не с первого раза получилось. Эн’дрю встал из коня и подошёл к нему. — Руки сюда, ноги туда. Ну что за глупый таутутэ… — Кто?       Эн’дрю проигнорировали вопрос и отошёл подальше.       Вторая попытка получилась более удачной, он залез на па’ли. Но ногами как будто бы всё ещё стоял на земле. Очень интересное чувство. — А теперь скажи беги. — Беги!       И она побежала, да так побежала, что уронила своего наездника. Нил упал в грязь и весь обмазался. — Тьху! Вот же, пхэ! Да только помылся!       Эн’дрю рядом опять издал странный звук, похожий на хмык. И только сейчас Нил понял. Это он так смеялся! Да он конкретно так смеялся над ним! Ну вот и время мести… Нил, маскируя свои движения под попытки встать, набрал немного грязи в руку. И когда Эн’дрю отвернулся, взглянув в сторону па’ли, видимо, его вид был слишком убогим для такого, как он, запульнул эту грязь ему прямо в лицо. В яблочко!       Эн’дрю резко развернулся к нему и округлил глаза ещё сильнее чем Элис сегодня утром. О, он явно возмущён. Нил рассмеялся: — О да, вот это смешно! Твои глаза как два идеальных круга! — которые на свету особенно ярко отдавали коричневым оттенком, похожим на свежий мёд (по кино видел). Но он не позволил этим глазкам его отвлечь и вскоре в Эн’дрю полетел второй снаряд.       Он разозлился, оскалился и резко присел. Началась война.       Эн’дрю зачерпнул много грязи и метко кинул ему в голову. Нил немного откинулся назад, но это помогло ему взять сильно вязкую грязь из лужи рядом, и во время полёта она рассыпалась и попала на всё тело Эн’дрю. Тот уже кидал два снаряда с каждой руки, и каждый попал по нему.       Сложно сказать, кто лидировал, потому что вскоре они оба были полностью грязными. Все кони разбежались от этого побоища куда подальше, а дети наоборот прибежали и подбадривали каждый свою сторону. У Эн’дрю болельщиков явно больше.       Закончили они на том, что один снаряд попал по ребёнку и дети начали бойню грязью между собой.       Эн’дрю и Нилу пришлось кооперативно смыться, иначе их синей кожи не было бы видно за коричневым цветом.       Нил откровенно смеялся, не обращая внимания на боль от особо твёрдых снарядов, а Эн’дрю шёл и ворчал что-то на на’ви про себя. Но Нил видел как дрожали его уголки губ. — Ну что, идём мыться? Только на этот раз в тёплой реке.       Эн’дрю только хмыкнул. (Позже вечером им явно влетит от тсахик и вождя за кучку грязных детей, но это уже будет вечером.)