Всё ради Пандоры

— Нет, не получается… — блок выехал, открывшись. Нил резко встал, едва не сломав металлическую прибамбасу, потому что находиться так много в закрытом пространстве для него очень плохо. Пока Нил отходил, делая дыхательные упражнения, Жан возился с приборами. — Как… Хах… Не выходит?.. Ух… — А вот так. Накавовался ты так, что мозг аватара не готов принимать гостей. Думаю, в клане тебя трогать не будут ещё несколько часов… — Жан развёл руками. — Серьёзно, Нил, ну как так? — Жан, я понял, понял, хватит! Хух…       Нил встал с блока. Робин рядом уже несколько минут хихикала, вытирая слёзы из глаз. Нил её всё утро игнорировал. — Ладно, алкоголик, раз у тебя материализовались свободные часы, думаю, тебе полезно и за своим телом поухаживать. Ты похудел килограмма на четыре точно, Нил, — Жан скрестил руки на груди, скептически осматривая его тело. — И на’ви нужно подтянуть. Идём.       Жан пошёл в сторону столовой, не собираясь слушать ответ, поэтому Нилу ничего не оставалось, кроме как пойти за ним. Но он не хотел оставлять последнее слово за Жаном, так что крикнул ему в спину: — А когда ты мне в мамочки записался? — Когда ты ступил в эту лабораторию, сыночек, — отбил Жан.       Вообще, за эти дни, пока Нил уже здесь, они неплохо заобщались. Особенно Жану были интересны его рассказы про учёбу в клане. Оно и понятно, учёный не упустит такую возможность узнать больше про интересующий его вид. Жан предлагал записывать ему в журнал, чтобы заархивировать все те знания, которые он получал, но Нил отказался. После дня в клане он как будто бы своим телом всё это проходил, а не аватарским, сил ещё на журнал ему точно не оставалось.       Жан на его отказ поворчал для вида, но не настаивал. Они каждый день говорили о том, что Нил узнал, как проходил его день, про его взаимоотношения с членами клана. Он называл это «устные отчёты». Нил думал, что лучше пересказывать всё устно, нежели записывать всё на камеру (это и подразумевалось под ведением журнала), как дурачок.       Когда Жан услышал о том, как Нил отплясал праздник в клане, то выдал ему тираду о том, что нужно оставаться осторожным (Нилу показалось или в тоне Жана он услышал зависть?). Ведь некоторые его члены деревни на’ви всё ещё злятся на людей за вырубку деревьев и порчу экологии, поэтому могут что-то с ним сделать, как месть. Нил понимал это, но он также понимал то, что его новые друзья не дадут в обиду. На Эн’дрю он не надеялся, нет, а вот Элис или Рэнэ казались вполне надёжными.       В столовой Жан, используя свои преимущества высокой должности и лояльности Рико, взял дополнительную порцию еды Нилу. Туда входили кусочек мяса, овощной гарнир и чай с галетой. В комплекте шёл странный джем, но Нилу не привыкать есть странные вещи.       Пока он ел, Жан достал планшет. — Итак, помня о твоих словах, Эн’дрю разучил с тобой базовые фразы, да? — Нил видел, как Жан открыл вкладку с «Пособием для начинающих в изучении на’ви». — Ещё я сам отдельно учил слова, — ответил он, пережёвывая жёсткое мясо. — Много выучил? — Немного ориентируюсь. — А грамматика? — Ну… — Нил замялся. Грамматика это то, что он не любил в любом из языков, когда учил их. Да, он её знал, но приходил к ней очень неохотно. — Понятно. Ну смотри, для начала неплохо бы выучить основные префиксы, как, например, для множественного оттенка, для существительных, глаголов…       Они погрузились с головой в дополнения к словам, которые на’ви говорят для того, чтобы они приняли дополнительные значения или стали совсем другими.       Жан казался Нилу неплохим парнем. Да, он был саркастичен, дотошен, часто ворчал, но тем не менее проявлял заботу о своих подопечных. Он всегда был готов выслушать его или Робин, возился с ними, поясняя даже самое банальное. Жан подсказывал Нилу, что и как можно сказать другим на’ви, чтобы на него никто не обиделся, а также учил Робин, как правильно обращаться с данными, которые ежедневно вносят в систему базы. Можно сказать, он реально стал своеобразной «мамочкой» для них. Нил редко видел, чтобы Жан проводил так много времени с кем-то, кроме них и Рико. Правда, возможно, это из-за того, что большую часть времени он проводит в аватаре…       Он явно лучше тех «друзей», что остались на Земле. Если сравнивать, то компания здесь (не только люди, но и на’ви) сплошная доброта и отзывчивость по сравнению с его домом. Бывшим домом, как Нил надеялся. Травмы, оставленные ними не вылечить, но когда он возвращался в аватар, то как будто бы оставлял все проблемы с человеческим телом. Время, которое он проводил в клане на’ви становилось для Нила бесценным, где он может забыть про правила и законы, стать той версией себя, которой он не видел, как только ему исполнилось пять.       Нил размышлял некоторыми вечерами. А как повернулись бы события, если бы его брата не убил конкурент? Он улетел бы на Пандору, копался бы там в колбочках вместе с Жаном и ходил, собирая образцы в экспедициях, как Робин? Познакомился бы он с Эн’дрю вместо Натаниэля, выбрала бы его Эйва? Принял бы его клан?       А что собирался делать сам Натаниэль? Сменить имя, потому что фамилия Веснински очень давила ему голову, приехать к Стюарту? Попробовать обосноваться на новом месте, начать помогать дяде с его бизнесом? Навещать Мэри на день благодарения и рождество, а потом скупо отвечать на её звонки? Просыпаться от кошмаров, где его отец выходит из тюрьмы, а Лола наносит очередной порез? Полностью игнорировать психологическую помощь? Ухаживать за своей кошкой, смотреть в окно, созерцать, как его планета рушится? Видеть, как растёт дочь брата, отправлять ей подарки на день рождения? Жить или выживать? Умереть рано или дойти к старости?       Натаниэль не видел всего этого. Это не его жить, не то, к чему его готовили. Он бы не смог, к сожалению.       Возможно… Но только возможно… Это даже хорошо, что его брат-близнец… Умер? — Схватываешь на лету, это похвально, — Жан одобрительно кивнул головой. — Ещё пару недель и сможешь поддерживать простенький диалог. — Irayo, — «спасибо.» Да, спасибо брат, что ты погиб. Из-за тебя, я наконец-то почувствовал вкус жизни.

***

      Прошло пару часов, к ним присоединилась Робин. Они все втроём практиковали на’ви, смеялись из-за ошибок в произношении, пили чай с пресными галетами. Нилу нравилась эта атмосфера, что у них получилась. Другие сторонились его, Нил их понимал. Его шрамы… Не каждый сможет спокойно на них смотреть. Жан казался тем человеком, которого внешность интересует в последнюю очередь, а Робин… Что ж, Нил ещё не знает, почему Робин никак на них не реагирует.       Но тут Жан посмотрел на время, пробормотал «вспоминая себя…» и хлопнул в ладоши. — Ну всё, думаю, скоро тебя начнут будить. Прошло уже достаточно времени, чтобы аватар начал принимать оператора. Идём, — он встал, а Нил задумался над его словами. «Вспоминая себя»? Оказывается, ему не послышалась та зависть в тоне Жана. Видимо, каву он тоже пил, возможно даже, наслаждался ею. И на празднике на’ви отплясывал наверняка. Может быть, они вместе с Рико вытягивали самые высокие фальшивые ноты, чтобы Эйва их точно услышала. Непонятно зачем, правда. Что-то Нила занесло в своих фантазиях… — Хэй! Уснул на ходу, что ли? — Жан щёлкнул ему перед лицом. Нил едва ли смог убрать из головы танцующего Жана с Рико за ручку в самых ярких украшениях на’ви. А кава может ударить через нейронные связи?.. Робин рядом опять смеялась. Вот это ей потеха на утро, ха-ха… — Всё нормально. Давай, запускай. — Окей… Будь осторожен, — пальцы Жана начали резко нажимать на кнопки сенсора, калибруя блок. — Удачи, Нил, — Робин улыбнулась.       Уже ставшие привычные пожелания прозвучали, блок запустился, а Нил с удобством устроился. Что ж, аватар, рано или поздно ему придётся пустить Нила к себе.

***

      Первое, что его встречает в другом теле это поток ледяной воды прямо в рожу. — Что за…? — Нил заморгал, пытаясь смахнуть воду с глаз. Голова гудела, а конечности казались очень слабыми. — Стой, Эн’дрю, хватит, он уже очну…       Пока он пытался разобраться в управлении, в Нила прилетел второй поток. Он резко подскочил, бодрящая водичка послужила хорошим энергетиком. Тело дрожало от холода. Вместо уже ставшего удобным гамака, он лежал на жёстком листе в «медицинском крыле». Вокруг него столпились Рэнэ, Кэ’ви, Элис, Ник’ки, его муж, а также Эн’дрю и А’арон на заднем плане. Первый, кстати, нёс большую тарель в его сторону…       Нил встал, опираясь на ветку. — Я очнулся, хватит!       Он был весь мокрый, с волос капала ледяная вода, а холодный ветер, что трепал его влажную повязку на бёдрах, тепла не прибавлял. Толпа вокруг него выглядела взволнованно.       Эн’дрю закатил глаза, опустив тарель с водой. Наверное, это он сам придумал полить его водой, сам же и вызвался. — Нил! Ты долго не просыпался, мы переживали… Хотели звать тсахик, — Элис рядом попробовала пояснить ситуацию. — Эн’дрю вылил на тебя 5 тарелей ледяной воды! Но тебе вообще нипочём! Сильное тело! — восхищённо сказал Ник’ки. Его муж растерянно дёрнул его за руку. Ник’ки начал шёпотом переводить ему на на’ви. — Хорошо, что ты проснулся Нил. Но в следующий раз не пей больше шести чашей кавы, потому что уже после второй я не могла тебя найти, чтобы остановить, — Рэнэ рядом вздохнула.       Шести чашей?! Не удивительно, что аватар отказал в каких либо движениях ему…       А’арон, видя, что пациент не умер, перестал обращать на них внимание, возвращаясь к своим делам.       Кэ’ви всё это время молчал, всем своим видом выражая презрение. Наверное, он решил, что даже его фирменная тирада не поможет такому кавоголику, как Нил.       Эн’дрю подошёл ближе. — Нил жив, значит расходимся, — он начал размахивать руками, отгоняя всех остальных на’ви.       Нил осмотрел их. Они все, даже Эн’дрю, который выпил вместе с ним около четырёх чаш кавы (насколько он помнит), выглядели бодрыми. У Нила же, после того как тело немного согрелось, начала опять гудеть голова, а в мышцы наливалась прежняя тяжесть. — А вы что, каву не пили? Или тут только мне плохо? — Нил потёр лоб. Нужно было оставаться в человеческом теле сегодня. Жаль, что аватара нужно кормить и поить, чтобы он не умер. — Она так действует только на вас, таутутэ. На’ви не чувствуют себя плохо после неё, — сказал со своего угла А’арон. Нил аж выпрямился, смотря в его сторону. Если память не обманывает его, то это первая фраза, что сказал А’арон ему, не считая имени, за всё пребывание Нила здесь. И да, он тоже, оказывается, знает английский. Довольно-таки неплохо, по шкале оценки знания английского на’ви, что Нил построил у себя в голове. — Ага, понял…       Элис сочувственно посмотрела на него, но ничего не сказав, ушла, а за ней Рэнэ. Видимо, дела не ждут, а они тут провели с ним много времени. Ник’ки уже о чём-то бурно говорил на на’ви со своим мужем, не обращая на них внимания, полностью поглощённый разговором.       Кэ’ви вздохнул, очень по-человечески, кстати, и сказал: — Толку с тебя сегодня никакого. Думаю, нужно дать тебе сегодня выходной, — его зубы прямо-таки скрипели, когда Кэ’ви это говорил. Наверное, он из тех, кто батрачил даже в ленивое утро субботы. Возможно, из-за этого Нил редко видел Кэ’ви. Тот приходил только для того, чтобы высказать очередную лекцию, поправить Нила в его движениях, побесить Эн’дрю (это наверняка получалось не специально с его стороны, но факт) и уйти обратно делать свои важные дела. — Ура, день без этого скаунга можно считать даром Эйвы, — сказал Эн’дрю полностью без эмоций. — Ты бы мог ближе познакомить его с бытом клана, знаешь? — ухмыльнулся Кэ’ви.       Эн’дрю подошёл к нему ближе. Нил хихикнул про себя. Их разница в росте просто что-то с чем-то, Эн’дрю едва доставал ему до груди. Пожалуй, Кэ’ви действительно казался аномально огромным по сравнению с другими в клане. Он выше всех остальных как минимум на полголовы. Эн’дрю же, наоборот, вместе с братом получились аномально маленькими. Нил знал, что на Земле есть люди, чей рост достигал почти 240 сантиметров. Они могли бы сравниться ростом с Эн’дрю, хотя все остальные на’ви были сильно большими по сравнению с человеком. (Нил пытается игнорировать тот факт, что его аватар тоже аномально маленький, по сравнению с другими). Его задурманенный мозг кавой выдвинул на передний план такой вопрос: «А какого размера у Кэ’ви х…» — Ауч! — Кэ’ви скрючился, хватаясь руками за живот. Рост не решает в вопросах силы, понял Нил. Эн’дрю смачно ударил Кэ’ви по животу за его предложение, а потом посмотрел на Нила, закатил глаза и полез по веткам вниз. Кэ’ви за ним, видимо, планируя отомстить.       Нил хотел было последовать за этими двумя, но голова страшно разгуделась. Он закрыл глаза, пытаясь справится с болью в висках. — Вот, должно полегчать, — сказали рядом.       Он через силу открыл глаза, видя, что А’арон протягивал ему чашу с какой-то жижей. Она воняла, а цветом казалась то ли болотной, то ли блевотной… — Что за… — прокомментировал Нил. — Пей, говорю, — упрямо предлагал ему А’арон.       Нил сглотнул. В другой ситуации он бы отказался, но боль распространялась по голове со скоростью чёрной пантеры, так что он взял чашу.       Зажмурился, задержал дыхание и выпил одним глотком. В горло побежало что-то особенно противное, так что Нил едва сдержал рвотный рефлекс, скрючившись. Он просидел так минуту, пока ему неожиданно не начало легчать. — Обычно мы такое даём при отравлениях ядом, но кава, можно считать, тоже яд, — сказал А’арон, уходя.       Нил скривился, надеясь, что никогда не отравится. Он поднялся во второй раз уже бодрее. Повязка всё ещё неприятно липла к телу, но терпимо. Он поблагодарил А’арона, что тот проигнорировал, а затем полез вниз, туда, где кипела жизнь клана.

***

      Эн’дрю появился рядом так же неожиданно, как и всегда. Он шёл с ним рядом, пока Нил осматривал на’ви. Да, он тут уже больше недели, но все эти дни Нил проводил за тренировками, в клан приходил только чтобы поесть и поспать, так что теперь он внимательно всё рассматривал.       Украшения со вчерашнего праздника ещё не сняли, поэтому дерево выглядело красивее, чем всегда. Некоторые на’ви ходили вокруг интересных приблуд, на которых висели большие ткани. Он видел их ещё с первых дней, но только сегодня увидел, как на’ви за ними работают. На них они плели гамаки, ткань для повязок, изготавливали украшения и так далее.       Другие на’ви ходили с корзинами, в которых виднелись травы и фрукты. Они делились фруктами с другими соклановцами. Нил заметил интересную вещь, которую проделала одна парочка: первый предложил странный фрукт второму на’ви, тот принял, поблагодарил, но вернул фрукт назад. Вот это обычаи…       Часть пела, часть собирала растения, много кто общался между собой, а дети на’ви играли в разнообразные игры. Они прыгали один на одного, бегали с самодельными игрушками, некоторые помогали старшим.       Нила заворожила эта рутина. Намного лучше, чем людская, где люди раздражались друг от друга, не взаимодействовали адекватно между собой, что ходили хмурыми из-за вечных проблем с финансами, родными, жизнью в целом.       Пока Нил думал, застыв на месте (Эн’дрю всё время был с ним, будто охранник), рядом что-то двинулось. Он повернул голову в ту сторону. Маленький на’ви тихо подкрадывался к нему, желая тронуть. Когда он понял, что его засекли, то не убежал. Малыш всё равно подошёл и потянул его за руку. — Э, малой? Стой, это же ребёнок, откуда он меня поймёт… — Идём, — попросил на’ви. А нет, тут даже дети говорили на английском. Человеческое влияние распространилось глубоко в клане, как понял Нил. Даже на самых маленьких.       Эн’дрю рядом хмыкнул, но ничего не сказал. А Нил не хотел сопротивляться малышу на’ви, интерес захватил его.       Они вышли куда-то за дерево, где оказалась ещё кучка детей. Те радостно встретили Нила, будто ждали его. Он удивился. Что этим детям нужно от него? — Таутутэ! Таутутэ! — заговорили они взволнованно. Из всей толпы к Нилу вышел самый высокий на’ви, наверное, взрослее всех остальных. — Таутутэ! Мы хотим попросить! — начал он взволнованно.       Нил едва ли не начал оглядываться, надеясь увидеть тут какого-то другого «таутутэ». Дети хотят попросить его о чём-то? Ещё и умные дети, которые знают английский?       Но тут ребёнок застопорился, растерянно смотря на Эн’дрю. — Говори, я буду переводить, — сказал Эн’дрю ребёнку, кивнув головой. Нил радовался про себя, что смог это понять.       Дальше малыш продолжил говорить, а Эн’дрю параллельно переводить: — Наш гость! Ты не на’ви, ты ходящий во сне! Наши учителя тоже были ходящими во сне. Ты знаешь их? — Учителя? Учителя школы, что тут работала? — Нил уточнил. — Да! Школа! Мы любили школу! Столько всего необычного! — другие дети согласно загомонили. — Ну я знаю одного. Его зовут Жан. — Жан! Жан! Жан хороший! И Би! Би тоже хорошая! Очень хорошая! Ты можешь к нам их привести? Пожалуйста! — дети возбуждённо подскакивали, а Эн’дрю, переводя всю речь, немного застопорился на последнем слове. Интересный момент. — Э, ну я постараюсь, наверное… — тут он повернулся к Эн’дрю. — А разве вы пустите людей сюда? — Ты человек, — сказал как отрезал Эн’дрю.       Нил скептически на него посмотрел. — Ну да, меня конкретно привели. Сейчас ты тоже их приведёшь? — Мы поговорим с оло’эйктаном, — сказал Эн’дрю детям. — А Нил приведёт наших учителей, да? — Мх…       Вот это да, неожиданный поворот событий…

***

      Позже прилетел Рико на своём Вороне. Но в отличие от прошлого раза, он уже не был таким игривым. Скорее, более серьёзным, что ли. Нил впервые его таким видел. Рико сразу же, без всяких поддразниваний обратился к нему: — Прыгай. Плановый медицинский осмотр. Потом верну.       Эн’дрю опять заагрессировал, но его успокоила подоспевшая Рэнэ. Нил в растерянности встал перед Рико. — Что? Какой ещё осмотр? Жан ничего мне не говорил… — Приказ свыше. Им интересно глянуть на изменения в теле аватара в среде обитания на’ви. Не переживай, ты быстро вернешься к своим играм в охотники, — тут уже Рико показал свою привычную ухмылку. Так даже проще его воспринимать, если честно.       Нил с сомнением глянул на Ворона, но пришлось подчиниться. Он очень, очень аккуратно залез на икрана и краешками пальцев захватил Рико за талию. Вообще, он впервые будет летать на икране. Хотелось бы, чтобы первый раз был на его собственном (если он такой получит), но выбирать не приходилось. — Да сильнее ты, а то сорвёшься и улетишь! — Рико захохотал. — Я бы глянул! — Не переживай, не сорвусь.       Рико хмыкнул, что-то цокнув икрану. Эн’дрю всё это время внимательно смотрел за ними снизу, будто готовился к чему-то. Особенно с опаской он поглядывал на Ворона. Рэнэ стояла рядом, готова тут же среагировать на движения Эн’дрю.       Икран резко поднялся, да так, что Нил просто упал на Рико. Гадёныш, видимо, специально так сделал. Они взлетели так высоко, что все деревья слились в одно, только дом-дерево выделялся среди всех. Эта высота захватила Нила так, как при первом полёте на вертолёте. Ему хотелось восхищённо кричать, но рядом с Рико приходилось сдерживаться.       Таким образом они долетели на базу, где Рико отвёл его в медицинское крыло. Нила окружили медики, уложили его на кушетку и разрешили отключиться от аватара пока что, ведь сначала оператор не нужен. Нил вздохнул. Он редко отключался сам, чаще всего просто засыпал. Пришлось сосредоточиться. Прощай аватар, надеюсь они с тобой ничего не сделают.

***

— Погоди, дети просили…? — Да, они были так рады, когда говорили о тебе, — Нил тепло улыбнулся. Что человеческие, что на’ви, дети чаще всего вызывали у него приятные эмоции. Он видел в них новое начало, которое ещё не видело всей той грязи мира, которое надеялось на что-то и о чём-то мечтало. Взрослым эту привилегию убирали ещё с подросткового периода. — Я… — Жан выглядел растерянным. Он потерял той свой вид «важного учёного», растерянно таская еду по своей тарелке. Они все как раз обедали. — Жан, это же прекрасно! Разве ты не говорил, что хотел бы ещё с ними встретиться? — Робин радостно улыбнулась. Возможно, она надеялась, что её тоже возьмут с собой. Или Нил слишком всё очернял, и она просто радовалась за своего товарища. Хм. Товарищи. Вот кем они все приходились. Даже не коллеги. Они успели сблизиться за этот период работы, много говорили между собой, взаимодействовали. И даже сейчас сидели немного отдалённо втроём за столом. И если Робин он понимал, новичкам реально проще держаться вместе, то Жана не очень. Неужели за годы жизни здесь он не нашёл приятелей? Или за своими пробирками и тренировками с Рико не видел смысла в коммуникации? Есть, конечно, вариант с тем, что он просто разочаровался в людях. Вот тут Нил бы смог его понять. — Да, но… Я не ожидал, что дети реально этого хотят… Взаимоотношения людей с кланом в последнее время сильно ухудшилось и… Ох, эти дети… — Жан улыбнулся. Это выражение на нём Нил видел ещё тогда, в первую вылазку в заброшенной школе. Немного нежная, добрая улыбка, изогнутые брови, задумчивый взгляд. Видимо, он вспоминал давние времена. Нил не хотел трогать его в этот момент, и Робин была солидарна с ним, поэтому они дальше просидели в тишине, доедая еду.       Под конец трапезы Нил вспомнил. — Кстати, они упоминали ещё какую-то Би…? Она тоже была учителем.       Жан замер. Его хорошее настроение вмиг испарилось. — Би… Она заключённая. Она стояла в основании школы вместе с Кейли, первопроходящей женщиной-аватором. Бетси много лет учила детей, так что я не удивлён, что они её помнят. — Заключённая? — Нил сильно удивился. Хотя почему. Люди даже на чужую планету привезли с собой свои правила и тюрьмы для тех, кто их нарушает. — Если коротко, то она после закрытия школы тайно встречалась с на’ви. Сливала им информацию, где будут рыть следующую шахту, а потом на’ви совершали набеги в то место, прогоняя рабочих. Верхушка узнала. Её наказали большим штрафом, запретили подключаться к аватару и посадили в клетку. Хотели отправить домой, но что-то там не срослось. Вот и сидит теперь в клетке, — последнюю фразу Жан сказал неоднозначным тоном. Будто одновременно был недоволен и гордился этой женщиной. Нил вздохнул. Пожалуй, он скинет пояснения, почему учительница Би не пришла к ним, на Жана.

***

      Нил зашёл в свою комнату. Соседей не наблюдалось, к счастью, поэтому он расслабленно упал на кровать. Под подушкой что-то клацнуло. Его плеер с музыкой. Вообще, это можно даже сказать, давний раритет, который модернизировали к современным технологиям. Подарок Стюарда. Нил задумчиво взглянул в потолок. Интересно, как он там? Живой ещё, или дела мафии поглотили его… Заживо…?       Нил тряхнул головой. Лучше не думать о плохом. Он взял наушники, которые прикреплялись суперпрочным проводом к блоку плеера. Этот провод не сломить плохими погодными условиями и сильными механическими повреждениями. Дорогой, но служит годами. Сам плеер имел полупрозрачный корпус и голографический дисплей по последней моде. Наверное, последнее, что осталось от старого плеера, это только факт того, что это плеер. В современном мире уже многие не знали этого слова. Но эта особенная атмосфера от прослушивания музыки на специальном устройстве его очаровывала. Нил воткнул навороченные наушники в уши, ложась, никуда конкретно не смотря.       Приятная музыка полилась в уши. Устройство отслеживало интересным способом его настроение и включало композицию под стать. Нил задумался. На’ви тоже изобрели музыку, часто во время ужина кто-то играл на инструменте, развлекая клан. Потом он сам уходил есть, меняясь с другим музыкантом. А как Эн’дрю отреагирует на его музыку? Хм… Но подарок дяди не хотелось относить в лес, где он может спокойно поломаться. Нужно придумать альтернативу.

***

      Через несколько часов Нил, радостный, нашёл никому не нужный электронный архив. Он взял на складе специальные технические наушники самого максимального размера. Электронный архив мог записывать и воспроизводить любую информацию, так что с музыкой тоже мог справиться. Нил закачал на него половину своего плейлиста, подключил наушники, проверил, всё ли работает. Довольный результатом, он пошёл в медкрыло отдавать архив аватару.       Назад они возвращались на вертолёте. Жан взял себе законный выходной, отпросился у начальства на день отлучиться, и из-за того, что был на хорошем счету, его отпустили. Рико ворчал, говоря, что это время они могли бы потратить на тренировки и вообще «кому нужны эти вонючие тупые дети», но Жан, редким образом, показал свой внутренний стержень. Они с Рико о чём-то немного поспорили, после чего второй раздражённо ушёл из лаборатории, проклиная всё на своём пути. Так у Жана получилось уйти от Рико.       Робин всё же увязалась за ними, пообещав, что не будет лишний раз отсвечивать. Нил согласился приглядеть за ней, пока Жан будет проводить время с детьми.       Жан выглядел реально счастливым. Нил тоже улыбался, глядя на него. Как и Робин, которая вообще не умолкала, щебеча о том, как же ей интересно хоть краем глаза посмотреть на на’ви вблизи. Внутри Нила разливалось странное тепло, глядя на этих двоих. Неужели это то самое, что показывали в фильмах и о чём писали в книгах? Неужели это и есть… Дружба?