Хрен редьки не слаще

Утро началось весело. Выспавшийся и приведший себя в божеский вид Билл спустился вниз и замер: ага, значит, это ему не померещилось по пьяни. Хоумлендер и Солдатик чинно пили кофе, сидя возле окна, явно успев плотно позавтракать, а на полу лежал знаменитый щит первого супергероя. Билл осторожно подошёл к нему, пялясь во все глаза: металл цвета латуни или тёмного золота. Исцарапанный, со стилизованным изображением орла, раскинувшего крылья. Он попытался его поднять и понял, что скорее сорвёт спину, чем пошевелит эту банковскую дверь на ремнях. — Сколько он весит? — полюбопытствовал Билл, садясь. — Шестьсот тридцать семь фунтов, — совершенно без насмешки над его потугами сказал Бен. — Вольфрамовый сплав. — Он хоть удобный? — полюбопытствовал Билл. Форма сложная: ромб с одной срезанной вершиной. Напоминает рыцарский щит, но точное название формы Билли не помнил. Или даже морского ската. Да. — Даже очень, — с блеском в глазах заявил Солдатик. Он наклонился и, не вставая с кресла, поднял щит одной рукой. — Вот. Видишь? Можно подвешивать на руку, есть крепления для спины. — И как ремни выдерживают? — пробормотал Билли, наклоняясь и внимательнее рассматривая крепления. — Сверху и снизу прошитая и обработанная спецпропиткой кожа, усиленная металлом. Внутри сетка из металлических тросиков. Как ни крути, каким бы уродом ни был Воут, но обмундирование он делал… отменное. Сколько лет прошло, а даже не потрескалось. Джон протянул руку, и Солдатик вручил щит ему. Как тарелку передал. И принял этот неподъёмный груз Джон с той же лёгкостью, с какой принял бы тарелку. — Пули его не пробивают, — сказал он. — Это понятно. Но чтобы за ним укрыться, он маловат. — Я отбивал им снаряды, — напомнил Солдатик. — Ну и врагов лупил. А пули... Что нам те пули, сын? — И верно, — согласился Джон. — Билл, позавтракаешь с нами? — Я лучше домой, — пробормотал Бутчер. — Привезу Бекке тёплых булочек. Чувствовал он себя странно по множеству причин. Во-первых, вчера откровенно наквасился. Во-вторых, встреча со страшной легендой лицом к лицу просто ошеломила. В-третьих, убедился, что легенда легенде соответствует: щит реально неподъёмный. Всё это следовало переварить и обдумать: Солдатик — это такая ультимативная хрень, которую игнорировать ну никак не получится. И тут стоило поговорить с женой, она в этой теме разбирается лучше. Опять же, большой вопрос, стоит ли о появлении Солдатика знать руководству. С одной стороны, в США припёрся самый первый супер, которого предали свои же — большой скандал. С другой, как ни крути, он и правда член их странной извращённой семьи. — Бен, — обратился Бутчер к Солдатику. — О твоём возвращении на родину сообщать? — По должности Билл обязан, — объяснил Джон. — Конечно, сообщи, — расплылся в кошмарной улыбке Солдатик. — Во-первых, у меня был контракт с армией. Во-вторых, пусть Пентагон и «Воут» подёргаются. — Графиню ты грохнул, помню, — кивнул Билл. — Пусть радуются, что только её, — отрезал Солдатик. — Так что сообщай и наблюдай реакцию. Кстати, — оживился он, — а твоя контора о контракте знает? — Знает, — хмыкнул Билл. — И планы строит. — Ну-ну, — неопределённо улыбнулся Солдатик. Выглядел он молодым и безобидным, но Бутчер видел, насколько обманчива внешность. Солдатик был чудовищем и скрывать этого не собирался. Его всё устраивало. Джона, судя по всему, тоже: он сам был не лучше. Билл воспринимал это как данность. Особенно после краткого размышления о семидесятилетнем плене и пытках. — Выпей хоть кофе, — радушно предложил Джон. Этот контраст между совершенно человеческой заботой о своих и тем, что из себя представлял Хоумлендер, сносил Бутчеру крышу похлеще алкоголя. На попытку как-то прояснить данный вопрос Джон просто пожал плечами и сообщил, что Билли теперь семья. А это для Хоумлендера, героя и той ещё твари, значило неимоверно много. Теперь в этот маленький тесный кружок влился и Солдатик. Билли собирался как следует всё это обдумать в тишине и спокойствии, на трезвую голову и обязательно в компании жены. Он выпил таки кофе и поехал домой. Жена к его загулам относилась понимающе: Хоумлендер добавочно перевёл ей на счёт ещё миллион, просто так, чтобы она спокойно удовлетворяла свои прихоти, и теперь Бекка могла позволить себе и ресторан в час ночи, и пиццу в три, и сопровождение с компаньонкой в кино, чтобы всласть порыдать над романтической трагедией. И специалиста, в два счёта вернувшего ей душевное равновесие, заодно вычистившего голову от лишнего и ненужного. Билли только облегчённо вздыхал и помогал ей по мере сил и возможностей. Ущемлённым щедростью Хоумлендера он себя не чувствовал: тот не ощущался равным, таким же, как сам Бутчер. Другим. Не то чтобы новая ступень эволюции, но что-то вроде. Хоумлендер был стихией, и спорить с ним было, что ссать против ветра. Баки тем временем сделал себе ещё кофе и пожаловался: — В Советах кофе не давали совсем, а чай был такая дрянь... — Чифирём догонялся? — понимающе спросил Брок. — Издеваешься? — страдальчески посмотрел на него Баки. — Подопытных кролей такими изысками не кормят. А в последние годы и вовсе перевели на какую-то бурду и внутривенное питание. Брок сочувствующе сжал его плечо и полез в холодильник за пирожными. Снабжали его отменно, армию прокормить можно. — Что делать будешь? — поинтересовался Брок, разглядывая щит, вновь перекочевавший на пол, и прикреплённый к бедру нож с орлиной головой на рукояти. — Представляю, как эти тараканы забегают. Кстати, что там с песней? Ты упоминал. Сильно дёргает? — Не дёргает, — ответил Баки. — Бесит чудовищно. Почти до потери контроля. Потому что это часть семидесяти лет пыток. Он шевельнул пальцами левой руки, но рука была живая, и привычную успокаивающую волну калибрующихся сегментов пустить не получилось. Джон внимательно за ним наблюдал. — Надо срочно это исправить, — заявил он. — Раз ты держишься, значит, всё поправимо. Знаю я тихое местечко, если что, никто не увидит. — Да, — выдохнул Баки. Воспоминаний Солдатика ему не досталось, что он считал неимоверным благом, но и чисто телесных реакций хватало. Как тот же Синатра… Выяснять, только от одной песни Синатры его клинит, или и голоса для ассоциации достаточно, Баки в густонаселённом городе не рискнул. И так едва не сорвался. — С Беккой познакомишь? — поинтересовался он. — Конечно! — уставился на него Брок. — Обязательно. Билл её предупредит, так что она будет готова. Жаль, только два дня осталось… А потом опять работа. — Слушай, а вруби «Московский буги», — попросил Баки. — Оно сюр полнейший, но мне нравится. — Да легко, — пожал плечами Брок и полез в приложение Спотифая. Юрия Наумова там не оказалось. Брок сунулся в поисковик. Пусто. Википедия о таком исполнителе знать не знала. И он с подозрением уставился на Солдатика. Тот прищурился и без единого движения сменил расслабленную позу на боевую стойку. Знал Брок такого умельца менять стойки, не двигаясь. Любителя русской альтернативной музыки, торта «захер» и кофе с таким количеством сахара, что от одного взгляда на него можно в гипергликемическую кому впасть. Он улыбнулся, сел удобнее, совершенно расслабленно, и глаза чуть потеплели. Мир окрасился в лёгкие розовые тона. — Месяц назад, значит, уморили… — произнёс он задумчиво. — И меня тоже… Зимний? Глаза Солдатика стали квадратными. Он тут же расслабился, подался вперёд, впившись взглядом, явно прогоняя в голове все их разговоры, вспоминая движения, разные мелочи… Брок ждал, не убирая алое свечение глаз, свидетельствующее о том, что два турбо-лазера биологического происхождения начинают набирать обороты, готовясь к работе на полную. — Брок, — уверенно заявил Баки и тоже откинулся на спинку кресла. — Охренеть. Интересно, как? Сразу двое — это ни черта не совпадение. — Да, это уже закономерность, — кивнул Брок. — Ты палишься. Я-то имею, с чем сравнить. Слишком борзый и ехидный для вырвавшегося из плена. И цитаты. Цитаты особенно. — Прикручу обороты, — покивал Зимний, наблюдая, как гаснет алое свечение в глазах Хоумлендера. Рамлоу. С ума сойти! — Просто… — Понимаю, — кивнул Брок. — Пошли поедим. И думать будем, что и как. Нет, ну надо же! Вторая жизнь, и тут у тебя коды. — Да хрен с ними, с кодами, — махнул рукой Баки. — Как там Стив без нас? — Без тебя, — поправил его Брок. — Я-то ему кто? — Мы тебе триаду после Ваканды собирались предложить, — печально сказал Баки. — И правящий триумвират. — А я, сука такая, помер, — пробормотал Брок, которому этой новостью прилетело, как капитанским щитом по темени. — Так ведь и я помер, — вздохнул Баки. — Единственная радость, что руки теперь обе живые. Мне от этого едва крышу не сорвало, я к протезу привык, ну и… — Понимаю, — кивнул Брок, опустошая холодильник. — Сам как увидел себя, так и… И так всё закрутилось! Как тебе этот мир? — Кошмар, — чистосердечно признался Баки, с интересом наблюдая за готовкой. — Такого уровня бардака и вообще идиотизма я давно не видел. Корпорация эта, сверхлюди… Солдатик та ещё тварь. — Как и оригинальный Хоумлендер, — вздохнул Брок, переворачивая стейки. — Да и другие не отстают. Но ты реально палишься. Месяц как из плена, а уже на Реддите читаешь всякую гадость. Да и цитаты и прочее… Нам надо всё это обговорить и правильно подать. «Воут» кипятком ссать будут, а специалистов по мозгокрутству у них полно. Живо найдут нестыковки. Баки скривился. — Как я не хочу снова во все эти обследования, исследования и прочую мутоту ввязываться... На Аляске я сидел, осваивался с современностью. Знаешь, что по-настоящему и хорошо, и плохо? Мне не досталось памяти Солдатика. А русские с ним и его кровью и прочими жидкостями мутили много. Я в Арсенале уничтожил штук двадцать мутантов, часть совершенно неадекватная. — Людоеды? — понимающе хмыкнул Брок. — Я тоже читал пару интересных статей. И мне тоже памяти не досталось. — Значит, будем выкручиваться, — пожал плечами Баки. — Но ты прав. Хорошо, Билли пьяный был и свалил утром быстро. Отличный мужик. Ситуация… Да. Та ещё. — Вот-вот, — поддакнул Брок, и они сели завтракать. Второй раз. Эти два дня они посвятили проработке легенды и изучению информации. Баки, тот ещё диверсант, живо обнаружил и контракт Солдатика с Армией, и условия соглашения с «Воут», и списки деяний первого супергероя Земли. Список впечатлял: тварь тварью, а возложенные на него обязанности Солдатик исполнял от и до. Все страны из кожи вон лезли, ведя исследования, и нормами морали не заморачивались. Солдатик шёл вперёд и давил иногда такое, что даже в фильмах ужасов не показывают. Именно поэтому продали его только тогда, когда начали подводить итоги войны, закончив бои. — В теории на этом можно было бы сыграть, — сказал Баки. Он накалывал крохотные профитроли на свой знаменитый нож и отправлял в рот. — На практике мы не знаем, как глубоко «Воут» проникла во все государственные структуры, кто их лоббирует и не попытаются ли нас убрать по-тихому, когда мы начнём скандал. — Недостаточно глубоко, раз они ещё не достигли своей цели, — предположил Брок. — Или они играют вдолгую, как Гидра, — возразил Баки. — При наличии сверхцели короткие человеческие жизни ничего не значат. Роевое сознание. А, ты не читал то исследование... Ну, неважно. Учитывая, что корпорацию создал всё тот же сумрачный германский гений, что и Гидру, я ничему не удивлюсь. — Значит, нам надо потрясти верхушку и узнать точно, — предложил Брок. — А у меня и повод имеется, и кандидатура на встряску. — Мадлен Стиллвелл, — дёрнул бровями Баки. — Она, — кивнул Брок. — И в этом случае даже «Воут» не подкопается, если мы её грохнем после допроса третьей степени. — Грохнуть придётся, — сказал Баки. — Нам нужны чистые репутации.