Хрен редьки не слаще

Для Ребекки Бутчер знакомство с супергероями началось не с фанатского восхищения, а с работы. Хотя восхищалась поначалу она довольно искренне, чего уж там. Работа в корпорации приносила ей деньги, статус и встречи с Семёркой, правда, издали, о чём она поначалу сожалела, не понимая, что скрывается за роскошным фасадом. Время шло, Ребекка поднималась по карьерной лестнице, став директором по цифровому маркетингу, и вот тут-то реальность и разбила её розовые очки стёклами внутрь. Неприязнь Мадлен Стиллвелл Ребекка поначалу воспринимала стоически: та на личное не переходила, просто придиралась достаточно часто. Работы прибавилось, Ребекка исполняла свои обязанности на отлично, вот только чем дальше, тем больше её многое, скажем так, смущало. И она начала искать. Ребекке казалось, что следов она не оставляет, да и интерес не демонстрирует, всё шло как обычно… Вломившийся в кабинет прямо во время рабочего дня Хоумлендер стал полной неожиданностью. А изнасилование — страшным ударом не только по психике. Бекка была в ужасе. Хоумлендер не просто изнасиловал её, он её почти искалечил: травмы, разрывы, синяки, трещина в левой лучевой кости... О психотравме и говорить не приходилось: Бекка начала до ужаса бояться суперов, у неё начинались панические атаки при одной мысли, что ей придётся находиться в одном пространстве хоть с кем-то из них. И хотя ей полагался больничный по состоянию здоровья, её уволили прежде даже, чем она выписалась из больницы. Муж, как на грех, отсутствовал. Командировка непонятно куда, а позвонить Бекка не могла: у неё горло перехватывало от одной мысли, как она скажет, что с ней произошло, по телефону — почему-то внутри крепла уверенность, что её номер прослушивают. И тогда на неё натравят кого-то… Бекка пыталась. Пыталась начать ходить к специалисту, пыталась сама проговаривать свои проблемы, запершись дома, под одеялом, но ничего не помогало. А потом приехал Билли и всё понял с первого взгляда. Он не спрашивал, не ковырял раны, просто держал её в своих объятиях, давая возможность выплакаться, задал лишь один вопрос, на который Бекка, зажмурившись, кивнула… И умчался в ночь. Бекке казалось, что она видит его в последний раз в жизни. Но Билли вернулся, в таком странном состоянии, что Бекка, заинтересовавшись, вылезла из своего кокона, пытаясь узнать, что же его так… ошеломило. — Он его убил, — ответил Билли. — Кто убил? Кого убил? — нахмурилась Бекка. — Что произошло? — Я хотел разобраться с ним. А там всё в крови и никого живого. И Хоумлендер. — Он тебя отпустил?! — Пригласил в гости. Выпить, поговорить. Это был не он, Бекка. С тобой был не он. Я видел доказательства. Хоумлендер его убил. Нуара. — Не он?! — Бекка понимала, что муж врать ей не будет, да и зачем, но понять до конца, о чём он говорит, всё никак не получалось. — Не он, — твёрдо заверил её Билли. — Можешь мне поверить. Бекка кивнула. Билли тем временем состроил такое лицо, что она уставилась на него, не зная, чего ещё ожидать. Муж не подвёл. — Хоумлендер… — Билли запнулся, но решил сказать как есть, — готов признать отцовство. Но только если ты намерена оставить… ребёнка. Если нет, он готов и оплатить, и… В общем, так. Бекка моргнула, сидя в полнейшем шоке, как боксёр, пропустивший удар в челюсть. Грогги, кажется. Вроде так называется. Не нокаут. Или всё-таки он? — Он сказал, только тебе решать, — добил её муж окончательно. Бекка прижала ладони к вискам. — Мне нужно уложить это всё в голове. — Мне тоже, — обнял её Билли. — Ненавижу, когда всё переворачивается с ног на голову. Бекка полностью его понимала. Но ей стало легче. Не Хоумлендер. Его чёрный двойник. И она была практически уверена в том, откуда тот взялся и почему пришёл по её душу. Подумать ей предстояло о многом. О том, что заключение об изнасиловании исчезло из системы. О том, что ребёнка придётся оставить: она уже несколько раз пила таблетки, но ничего не помогало. И, скорее всего, не поможет. О том, что корпорация узнает. О том, что Хоумлендер готов взять на себя ответственность. О том… Очень о многом. И думать надо очень быстро, к сожалению. Она не может себе позволить роскошь долгих обдумываний. Своё решение Бекка сообщила Биллу на следующий день, вернувшись от врача. Тот лишь мрачно кивнул и уехал. А потом приехал обратно, с гостем. Бекка завизжала от ужаса и неожиданности, когда открыла дверь. Увы, Хоумлендер, выглядящий совершенно непривычно в роскошном костюме, ей не померещился. Но когда он встал на колени и предложил дать ему по морде, потому что не пресёк и не уследил, Бекка не смогла удержаться. И с невероятным удовольствием влепила по этой холёной физиономии пощёчину. Такую желанную… и совершенно безопасную для неё. И такую освобождающую! Дальше начался спокойный — ну, относительно, Хоумлендер пялился на её живот как на величайшее в мире сокровище, — конструктивный разговор. Живо примчался адвокат. Последовало привычное: обсуждение контракта, разговоры о мельчайших его деталях. Это Бекку успокаивало. Это было нормально. Цивилизованно. Без того привкуса хаоса, который всегда присутствовал для неё в общении с суперами. Она знала, как их делают. И всё равно ей, образованной и начитанной женщине, казалось, что все они — слуа. Тёмные чудовища хаоса, натянувшие гламур перед простыми смертными, прежде чем утащить их с собой в темноту, чтобы сожрать. Подпись под контрактом она поставила не колеблясь: последняя попытка избавиться от плода ядрёной химией успеха не имела. У неё даже голова не закружилась. Бекка знала, что и физически не получится прервать беременность. Врачи это подтвердили. А контракт давал возможность чётко обосновать, почему она будет рожать. Хоумлендер кивнул, расписался и встал. Бекка видела: сама по себе она его совершенно не интересует. А вот как мать его — на этом Хоумлендер настаивал особо! — ребёнка была для него сокровищем, защищая которое, суперчеловек разорвёт на части всех без исключения, не моргнув глазом. Всё, что угодно: сумма контракта не укладывалась в голове. Бонус в один миллион, просто так, — тем более. Они уехали, и Бекка осталась одна, переваривать произошедшее в тишине и спокойствии. Она проверила банковское приложение. Сумма на счёте приятно радовала глаз. Даже её достаточно, чтобы беременность вела лучшая клиника, чтобы она спокойно занималась чем угодно, а не работала до самых схваток, чтобы... Да что угодно! И Бекка сделала заказ в самой дорогой кондитерской Вашингтона. Клубника в шоколаде. Она её просто обожала. Курьер примчался со скоростью истребителя, доставив заказ и маленький комплимент от кондитерской: сумма была приличной. Щедро отвалив курьеру чаевые, Бекка закрылась в доме, села в любимое кресло и принялась есть клубнику. Она была восхитительна, именно то, чего ей хотелось последний час просто невыносимо. Вернувшийся домой Билли вид имел озадаченный. — Он странный, — сообщил муж, переодеваясь. — Очень странный. Но при этом вменяемый. Я… у меня в голове не укладывается. И… про бомбу — это правда? — Да, — вздохнула Бекка. — Это правда. Они так его боялись, что создали целую систему ниточек, крючков у него в голове, чтобы хоть как-то его контролировать. Но у меня ощущение, что он внезапно избавился от всего этого. Однако меньше психопатом от этого не стал. — Оно и понятно, — вздохнул Билли. — Пошли поедим. Время шло. Бекка жила в своё удовольствие. Ей не нужно было никуда спешить, ей не грызли мозги подчинённые и начальники, чувствовала себя она просто превосходно, а самое главное, ей никто не докучал. Она даже пару раз звонила Хоумлендеру — Джону, — и они просто разговаривали. Ведь теперь этот сверхчеловек стал частью их семьи. Билли регулярно ездил к Джону в гости — поболтать и выпить. Бекка к этому относилась снисходительно: пусть квасят, зато ей перегар не нюхать. А потом муж опять примчался перекошенный. — Бекка, ты не поверишь! — выдохнул он, выкладывая в корзинку свежие, ещё тёплые булочки. — Солдатик вернулся! — Он... — ахнула она. — Он жив?! — Да, — ответил Билли. — Явился к Джону: «Встречай папку, сына!». Джона аж перекорёжило. — Ещё бы! — хмыкнула Бекка, заваривая себе зелёный чай. — Семья для него очень больная тема. — Это точно, — кивнул Билли. — Сам знаю. Представляешь, выхожу с утра, а они кофе пьют и щит на полу лежит. Пробовал поднять: весит, как молодой слон. А Солдатик его одной рукой ворочает. Как и Джон. С ума сойти. Сейчас на работу поеду, доложу. Бен хочет в отставку. — Бен — это Солдатик? — уточнила Бекка. — Где он был все эти семьдесят лет? И Джон... А хотя заморозка спермы, что это я? — Ага, — кивнул Билли. — И опыты годами шли. Джону сорок, а Бен в плену был семьдесят лет. Бекка моргнула, пытаясь это осознать. — И он… вменяемый?! — осторожно поинтересовалась она. — Сам в шоке, но да, — кивнул Билли. – Чувствуются, конечно, нюансы, но ведёт он себя подчёркнуто дружелюбно и наличию будущего внука обрадовался неимоверно. Будут у тебя два маньяка на коротком поводке. Бекка вздохнула. Ей и одного-то много. Жаль, что у неё больше нет доступа к архивам «Воут». С другой стороны, почти в доступе сам Солдатик. — Бен, говоришь? — спросила она. — Интересно, как он оказался в плену? — Воут сдал, — пояснил Билли. — Продал тем, кто заплатил больше. Русским. Бекка моргнула. — И почему меня это не удивляет? — пробормотал она. Билли вздохнул, пожав плечами. — И… он тоже захочет в гости, скорее всего. — Уверен, что да, — кивнул Билли и умчался на работу. Визит Солдатика состоялся практически сразу, естественно, в компании с Джоном, тут же окинувшим её сканирующим заботливым взглядом. Бекка не обманывалась: мысленно Джон селил её в бункер и охранял круглосуточно. И она очень ценила то, что делал он это исключительно мысленно. Солдатик оказался харизматичнейшим мудаком и любителем булочек с корицей. Прожорливый, как все суперы, и такой же заботливый, как его сын. Внешне общего между ним и Джоном, надо сказать, не было ровным счётом ничего. Разве что рост и телосложение. Но вот поведение… они знали друг друга сутки, чуть больше, и уже понимали друг друга с полувзгляда. Такая синхронность просто потрясала. И ужасала. Бен безапелляционно заявил, что будет внук, и Бекка, посовещавшись с мужем, решила, что наличие у такого деда закреплённых юридически прав и обязанностей ребёнку, да и им самим совершенно не помешает. Бен обрадовался и предвкушающе потёр ладони. Явно представлял, как тщательно и с удовольствием исполняет некоторые пункты соглашения. Бекка была совершенно не против. Ей понадобится вся возможная защита — и юридическая, и физическая. Моральную поддержку обеспечивала лучшая подруга, с которой Бекка весело тратила миллионный бонус. В целом Бен ей скорее понравился. После изнасилования и её, и Билли невыносимо угнетал тот факт, что против суперов они совершенно бессильны. А теперь на её стороне два сильнейших супера в истории. Драконы на шёлковых ленточках. И при этом совершенно не строящие из себя болонок. Стоит отдать команду, и разверзнется ад. Бекка была не против: кто знает, как развернутся события, так что Бена она приняла и в телефон его номер забила. Как и Билли. А пока что оставалось только ждать и наблюдать: Билли уже успел сообщить, что Пентагон неимоверно обрадовался возвращению героя войны и горит желанием отправить его в отставку официально, в присутствии прессы.