Профессор Арк: студент из Вакуо (Продолжение перевода)

«Я не в настроении для этого!» — прорычал Кардин Винчестер, ударяя булавой по земле. Его проевление вырвалось наружу в виде серии взрывов, сотрясших землю, отбросивших в сторону пару урс и заставивших их взреветь от боли, если не убить этих чертовых тварей. «Кардин!» — крикнул Рассел, проскочив мимо Кардина и атаковав другого урсу, который приближался к нему справа, блокируя удар, который должен был попасть ему прямо в голову: «Сосредоточься, дружище!» Он встряхнулся, подавил желание выругаться, взмахнул оружием и взметнул его в воздух. Его напарник в последний момент пригнулся, позволив Расселу размозжить череп урсе и дать им немного передышки. Конечно, эти ублюдки появились как раз в тот момент, когда Скай и Дав отошли к реке! Они тоже слышали, как они сражаются, но пока не могли объединиться... из-за огромного альфа урсы. Он взревел, словно взбешённый тем, что они убили пару урс поменьше, и снова бросился на них. Он был в три-четыре раза крупнее остальных, его голова и передние лапы были покрыты пластинчатой броней, а большая часть спины — шипами. Он уже несколько раз отмахивался от ударов Рассела, и от них оставались лишь обломки костей, а его кинжалы даже не могли пробить его шкуру. Когда медведь швырнул его через всю поляну прямо на дерево, Рассел проглотил свою гордость, молча признал, что им с этим не справиться, и нажал тревожную кнопку на свитке, призывая на помощь профессоров. «Назад!» — крикнул он, когда урса растоптал одного из тех, кого он сбил с ног, и его массивная голова бросилась в атаку, оскалив зубы. Они с Расселом бросились врассыпную, не особо желая, чтобы их сожрали, но Кардин понял, что они облажались, только когда снова встал на ноги. Альфа снова взревел и шагнул вперед... прямо между двумя парнями, которые бросились врассыпную в противоположных направлениях. «Обойди его, иди на юг!» — рявкнул Кардин, пытаясь подкрепить слова делом, но огромный гримм бросился на него почти по диагонали, вынуждая его отступить еще дальше от напарника: «Давай, дружище, давай! За Глиндой!» Отскочив назад, он выиграл пару секунд. Его булава взлетела над головой, а затем он обеими руками обрушил ее на маску гримма. Урса пошатнулся от удара, его броня пошла трещинами... а затем лапа с размаху ударила его по спине, и он покатился по земле, пока не остановился, тяжело дыша. Вокруг него кружились осколки. «Кардин!» — испуганный крик Ская заставил его очнуться и вовремя заметить, что обычный урса слегка подпрыгнул на передних лапах — это самое близкое к прыжку движение, на которое способен гримм. Кардин в панике откатился в сторону, чтобы его не раздавили, и ударился спиной о дерево, а лапы гримм обрушились на то место, где он только что был. Откуда ни возьмись появился Дов, его клинок сверкнул, когда он выстрелил в голову гримма, заставив его отступить, а Скай подошел с другой стороны и взмахнул алебардой, чтобы отогнать еще одного: «Где Рассел?!» «Сказал ему идти на юг!» — прорычал Кардин, поднимаясь на ноги: «Их слишком много, берегитесь!» Дов вовремя среагировал на следующую атаку Альфы, но Скай был слишком сосредоточен на своей цели. Проклиная все на свете, Кардин схватил его за доспехи и попытался оттащить в сторону, и ему это отчасти удалось - Скаю удалось избежать участи быть затоптанным. А вот ему повезло меньше. Бронированная голова старшего Гримма ударила его, как таран, выбив булаву из рук и снова прижав его к дереву. Челюсть Гримма начала открываться, и Кардин, повинуясь паническому рефлексу, изо всех сил ударил его по глазам, не издав ни звука от ужаса при мысли о том, что его проглотят, как закуску. Наконец Гримм взревел от боли, отпрянул в агонии, бешено замотал головой и замахал руками, пытаясь помешать Кардину бить его по самому уязвимому месту. Из-за закрытых глаз Гримм не заметил, что промахнулся, ударив слишком высоко... но, когда Кардин снова поднял булаву и приготовился к броску, он понял, что Гримм не промахнулся по дереву, к которому он стоял спиной. «Кардин!» Крик Дов заставил его понять, что означают эти треск и хруст, и он сосредоточился на том, чтобы защитить себя, когда на него обрушилась тяжелая деревянная глыба. Она прижала его к земле, придавив поясницу, разрушив его ауру и заставив его задыхаться в грязи и траве. «О черт... черт!..» — Скай перепрыгнул через поваленное дерево, выставив перед собой длинное оружие: «Кардин!» «...Я жив», — простонал он или, по крайней мере, попытался. Это прозвучало скорее, как невнятное бормотание, чем как слова. «Черт... ай». Повернув голову, он увидел Дов и Ская, которые стояли над ним. Они быстро прикончили довольно крупного урсу, но заметно попятились, когда вожак стаи начал мотать головой, пытаясь прийти в себя, а к ним стали приближаться с десяток или больше Гриммов. Что бы ни руководило этими тварями, они поняли, что добыча у них в руках. Звери не торопились, окружая их, рыча и роя землю когтями, предвкушая, что будет дальше. ...не так я себе представлял свой конец. "Где, черт возьми, учителя?" — прорычал Скай, скрываясь из виду и отходя к другой стороне дерева, чтобы попытаться удержать ее. Дов поднял меч, целясь в ближайшую Медведицу: «Они скоро будут здесь! Я... Профессор Арк!» Кардин посмотрел направо, когда молодой учитель на полной скорости выбежал на поляну, размахивая нелепым плащом, который развевался у него за спиной. Кардин не питал особой симпатии к этому мягкосердечному человеку... но, учитывая его положение, он не собирался возмущаться. Быть спасённым — не самое приятное занятие. Но умереть было бы ещё хуже. И, наблюдая за тем, как Арк вступает в бой, Кардин признал, что парень знает, что делает. Арк подрезал урсу, который не успел среагировать, и, кружась, как юла, проскочил мимо его головы. Нелепый манёвр закончился тем, что медведь получил удар в горло... так что Кардин решил, что не стоит его осуждать. Второй медведь, стоявший ближе к ним, успел развернуться как раз вовремя, чтобы получить удар клинком в глаз, а третий и четвёртый размахивали лапами, но не задели никого, кроме друг друга, когда Арк проскользнул мимо них. Парень оказался гораздо проворнее, чем можно было ожидать от человека его комплекции, и затормозил рядом с Довом, не получив ни единой царапины. «Чёрт!» — выругался учитель, увидев, что Кардин лежит на земле, придавленный деревом. «Дело плохо. Где твой четвёртый?!» «Кардин послал его за помощью!» — ответила Дав: «Нужно его снять!» «Не получится» — отрезал Арк: «Он слишком большой... чёрт, держись, пока не придёт Глинда!» Где-то позади него выругался Скай: «Ты не останешься?!» «Не могу!» — Жон на секунду уставился на него, а потом, оттолкнувшись задней ногой, бросился вперёд, прямо на Альфу. «Что за черт?..» — пробормотал Дав, но тут более мелкий из урс взревел и бросился на него, полностью отвлекши его внимание. «Я не буду беспомощным!» — прорычал Кардин и снова попытался сдвинуться с места, но даже не почувствовал, как это дурацкое дерево шелохнулось. Рыча, он попытался собрать свою ауру, хоть какую-то силу, лишь бы использовать свое проявление... Ничего не вышло. Та малая толика ауры, что у него осталась, сосредоточилась в спине, не давая ему упасть. На что-то еще у него просто не осталось сил. Задыхаясь, он ударил кулаком по земле и застыл, наблюдая за тем, как сражаются остальные. Дов сдерживал двух урс перед собой, а по крикам Ская можно было понять, что он дерется где-то рядом, но, похоже, самая напряженная схватка развернулась между Профессором и Альфа Гримм. ...да, он не мог оставаться на месте, потому что этот придурок не может стоять на месте, когда дерется. Арк постоянно двигался. Его удары не прорубали шкуру самого крупного Гримма, как тех, что поменьше, но все же рассекали ее, выпуская черную, сочащуюся кровь, пока он уклонялся от атак с той же легкостью, что и на занятиях по боевым искусствам. Он не убивал Гримма, по крайней мере не убивал его быстро, но отвлекал его и не подпускал к остальным троим. Конечно, это был не тренировочный ринг, где Арк и его напарница-малышка обходили его по всем статьям. Другой урса, похоже, раздражал профессора гораздо сильнее, чем его настоящий противник: он задевал его случайными ударами и все больше отдаляла от остальных. Он продолжал пробиваться к более удобным позициям, явно стараясь отвлечь на себя как можно больше противников... но даже Кардину было ясно, что ему некомфортно сражаться в стойке. Это просто инстинкт. Казалось, что этот человек буквально не способен противостоять противнику лицом к лицу: он отступал, уклонялся, скорее парировал, чем блокировал удары, и контратаковал быстрыми выпадами, а не мощными ударами. Даже тех урс, которых он убивал, он не сокрушал грубой силой, а перерезал им глотки или наносил удары в глаза быстрыми, аккуратными движениями, а затем отступал, когда альфа снова пытался его одолеть. Ближе к нему и, что важнее для его личной безопасности... у Дова начались проблемы. Арк отвлекал на себя здоровяка, убивая и отвлекая на себя еще нескольких урс, пока Кардин был жив, но гримм было слишком много, и он не мог справиться со всеми. «Профессор!» — крикнул Дов. Магазин его оружие опустел, и он отступил, размахивая клинком, чтобы сдержать двух урс. Один из них бросился на него, и Дов вонзил клинок ему в пасть, но, пока он возился с поверженным гримм, второй, рыча, двинулся на него. Пирра Никос обрушилась на него, как метеорит. Гримма отбросило назад, когда она вонзила копье ему в грудь. Ее клинок соскользнул с древка, оставив на нем черный след, и она отскочила в сторону, перепрыгнув через другого медведя, а затем бросилась на помощь профессору, чтобы сразиться со старшим Гриммом. Вокруг них раздались выстрелы и крики — подоспели другие студенты. Еще несколько Урс превратились в черный туман или отступили, получив пулевые ранения. «Нора, вытащи его оттуда!» «Поняла!» Он пригнулся за секунду или три до того, как дерево над ним разлетелось в щепки, а где-то рядом раздался жуткий, маниакальный смех Валькирии. Дов схватил его за руку и поднял на ноги как раз вовремя, чтобы увидеть, как слева к ним приближается команда RWBY. Четыре девушки стреляли и рубили Урс. Сяо-Лонг шла впереди, ее волосы уже горели, а ее сестра и молчаливый напарник убивали все, что пыталось напасть на нее с флангов. Позади них шла Шни, осыпая врагов пылью и оттесняя их от блондинки, которая крушила все на своем пути, чтобы у нее было больше игрушек, которые можно сломать. Справа от Кардина появились Валькирия и Скай, которые сначала разобрались с одним противником, а затем вступили в бой. «Это тебе пригодится» — Кардин моргнул и повернулся, чтобы увидеть, как Рен протягивает ему булаву. Он пробормотал что-то невнятное в знак благодарности, а Амитола подошла к нему слева и хлестнула кнутом один раз, а потом еще два раза, ослепив одну из крупных урс, просто проткнув ей глаза. Кардин хотел было съязвить по поводу трусости фавна, но, когда гримм начал бешено размахивать лапами и нападать на других гримм, он вспомнил, что сделал сам, когда оказался в пасти альфы, и промолчал. «Их становится все больше» — прорычала Амитола, и ее веснушки вспыхнули ярко-красным, когда с севера начали приближаться черные фигуры..., их было много: «Должно быть, они мигрируют через эти земли». Рен выдохнул: «К югу есть деревня и буллхеды. Нам нужно разобраться с ними. Ты в состоянии сражаться?» Кардин слегка размял руки, выпуская свою ауру. Она была слабой и мерцающей, но не иссякшей: «У меня был по-настоящему дерьмовый день... думаю, если я убью еще несколько гримм, мне станет легче». Взяв оружие обеими руками, он неуклюже двинулся вперед, а остальные последовали за ним. _______________________________________________________________________________ Жон застонал, рухнув на скамью в буллхеде, и попытался вытереть с лица кровь Гримма. Через минуту или две он с усталой обреченностью понял, что его руки так перепачканы, что он только размазывал кровь по лицу. Такого изнеможения он не испытывал уже очень давно... и, наверное, это был самый кровопролитный бой с Гриммами за один день с тех пор, как пала Академия. Когда твоим напарником была Нео, и вы вдвоем оказывались в глуши, искусство телепортироваться, когда на тебя надвигается больше нескольких врагов, становилось частью твоей обычной рутины. По крайней мере, я не один... На скамьях повсюду лежали студенты, большинство из них выглядели так, будто едва держались в сознании. Почти все подростки были перепачканы кровью Гриммов так же сильно, как и он сам, а у некоторых на одежде виднелись красные пятна или белые повязки, выдававшие их собственные раны. Два часа... три Альфа Урсы... ни одного погибшего. За последнее он в основном благодарил Глинду. Она появилась вскоре после того, как прибыли команды RWBY и RAVN, и взяла командование на себя, как опытный полевой генерал. Она вывела из боя студентов с низким уровнем ауры и велела им поесть, попить и прийти в себя, а затем построила остальных в боевой порядок. И все это она делала, расправляясь с несколькими урсами, как с непослушными котятами, ни на секунду не прерывая боя. Это было нелепое проявление как силы ее проявления, так и ее личного авторитета, но студенты выполняли ее приказы без единого замечания или возражения. Казалось, Глинда восприняла весь этот бой как личное оскорбление ее авторитета как преподавателя, была в ярости из-за того, что ее простая учебная миссия превратилась в борьбу не на жизнь, а на смерть, и, вероятно, убила столько же урс, сколько и все остальные вместе взятые. И, признайтесь, было очень приятно наблюдать за тем, как она заставила третьего альфу упасть, чтобы потом насадить его на шипы. Он слегка улыбнулся, когда Руби Роуз просто откинулась на спинку сиденья и положила голову на плечо Илии. Девушка-фавн выглядела так, будто едва держалась на ногах. Ее частично сломанное оружие лежало у нее на коленях, и она рассеянно вертела его в руках, хотя была не единственной, кому требовался ремонт снаряжения. Почти у всех закончились пыль и боеприпасы. Буллхед слегка тряхнуло, когда двигатели набрали обороты и оторвали его от земли, и его соседка медленно откинулась на спинку сиденья и положила голову ему на плечо. Пирра Никос тихо застонала, и он подумал, что на него капает слюна, но в остальном она не шевелилась. Бедная девочка... Глинда решила расставить своих лучших бойцов по краям, чтобы гримм не мог подобраться к тем, кто по очереди отдыхал. Это означало, что он и Пирра не стояли на месте и не сражались, как остальные... а бегали туда-сюда, улаживая возникающие проблемы. На его стороне было спокойнее, и у него выдалась долгая передышка, когда рядом с ним и командой «М» почти ничего не происходило, но Пирра не знала покоя. По крайней мере, поначалу все были впечатлены, отметил он, зевнув: «Хорошо, что твои недостатки никому не навредили». У него чуть сердце не остановилось, когда он увидел Кардина, придавленного этим проклятым деревом. Никто из присутствующих не смог бы его поднять, а у них не было ни взрывчатки, ни пыли, так что им оставалось только удерживать позиции. А если он в чем-то и был хорош, так это в удержании позиций. Почти всему, чему его научил Нео, и всему, чему он научился на собственном опыте, он обязан своей способности быстро передвигаться. Над этим ему еще предстоит поработать... Верде, придурок... черт, но, похоже, ты был прав. Жон знал, что при необходимости может драться грязно с лучшими из них, и у него не было проблем с убийством Гриммов... но в ближнем бою он был просто более высоким, сильным, медлительным и менее ловким, чем Нео. Это было вполне приемлемо, когда они сражались вдвоем, с парой бандитов, других преступников или с небольшими группами Гриммов, с которыми им приходилось сталкиваться каждый день. Но если в ближайшие семь месяцев мне придется иметь дело с таким дерьмом, нужно немного подтянуть свои навыки. Он снова зевнул, отгоняя мысли о тренировках и поиске спарринг-партнеров на потом. Двигатели буллхеда взревели на полную мощность, а затем выровняли обороты, когда самолет перешел с вертикального взлета на горизонтальный полет и взял курс на Бикон. На других сиденьях Блейк и потрепанная в боях Янг сидели, прижавшись друг к другу, а Скай, Дав и Рассел пребывали в разной степени измотанного оцепенения. Справа от него Вайсс устало беседовала с Кардином, и их разговор, похоже, состоял в основном из зевков и неопределенных жестов. Крупный подросток был среди тех, кто получил серьезные ранения, — он имел наглость вернуться в бой после того, как Глинда вышвырнула его оттуда, и его левая рука была обмотана бинтами. Похоже, это вызвало у остальных некоторое уважение к нему — хотя бы за то, что он был жестким и упрямым ублюдком, который, должно быть, совсем спятил, раз рискнул навлечь на себя гнев Глинды. Если бы на меня упало дерево, я бы просто лежал и ничего не делал. Он вздохнул и откинул голову назад, почти не замечая, что находится в воздухе. И всё же... то, что Вайсс вообще с ним разговаривает — это хорошо... может, всё ещё наладится. Зевая, он немного повернулся, положил голову на плечо Пирре, и всё вокруг погрузилось в приятную темноту. _______________________________________________________________________________ Ян Сяо-Лонг застонала, направляясь к главной башне. Тёплый свет позднего утреннего солнца и тихое щебетание какой-то птицы поблизости никак не помогали ей проснуться. После безумной орды Гримм, которая стала их «лёгкой первой миссией», профессор Озпин показал, что он не такой уж и злодей, и дал первокурсникам отгул на всю оставшуюся неделю, чтобы они могли прийти в себя. Все они вяло порадовались этому, а потом побрели в свои комнаты, чтобы впасть в кому. Исключением стали Кардин и ещё несколько человек, которые действительно получили ранения и которых отнесли в лазарет. Большинство из них просто подлечили и отпустили, но, как она узнала за завтраком, Кардина и Мерал оставили там на ночь. После завтрака она была более чем готова провести остаток дня, уткнувшись лицом в подушку, но тут зазвонил её свиток, сигнализируя о том, что профессор Арк решил перенести их пятничную встречу на сегодня, так как знал, что у неё нет занятий. Этот придурок просто хочет, чтобы его пятничный вечер был свободен... Честно говоря, она знала, что будет благодарна ему за это, когда наступит пятница, но сейчас ей хотелось врезать ему по его смазливой морде и снова лечь спать. Услышав шаги впереди, она увидела, как из башни выходят Кардин и Мерал, уже без повязок, которые были на них вчера. Нельзя сказать, что они выглядели лучше, скорее, они всё ещё были бледными и измождёнными. «Привет» — поздоровалась она с ними, вяло помахав рукой: «Как самочувствие?» «Намного лучше», — ответила Мерал, хотя выглядела так, будто её может повалить на землю даже лёгкий ветерок: «Намного лучше. Я чувствую себя прекрасно». Ян моргнула: «Э-э.…» Кардин был более прямолинеен: он просто подошёл к ней и схватил её форму. Выражение его лица было почти мрачным: «Никогда не получай травм» «Ладно...» — она осторожно убрала его руку, которая, черт возьми, дрожала: «Да. Поняла» — Он, казалось, вздрогнул: «Не смей получать ранения» Мерал просто покачала головой, когда Янг посмотрела на нее в поисках поддержки. Ее взгляд был полон отчаяния: «Ты не понимаешь» Не понимаю... И не хочу понимать. «Я.… не пострадаю, обещаю» — Она обошла их стороной, не желая заразиться вирусом, который они подцепили на посту у врача: «Мне нужно к Жону на консультацию. Увидимся позже, ребята?» Они не ответили, а просто сблизились и зашагали в сторону общежитий так быстро, как только позволяли их уставшие ноги. Что ж.… это было странно. Может, они еще не пришли в себя после вчерашнего? Или просто под кайфом от обезболивающих. Покачав головой, она вошла в здание, пытаясь вспомнить дорогу к его кабинету. Сбившись с пути и зайдя в подсобку для уборщиков, она нашла лестницу, ведущую на второй этаж, и пошла по коридору, который, судя по всему, был кольцевым, читая таблички на кабинетах по пути. «Порт... Ублек... Арк» В ответ на стук она услышала приглушенное «входите», и она вошла в кабинет. С понедельника там все изменилось, но, с другой стороны, ему, наверное, пришлось все переставить, чтобы вместить всех на том массовом обсуждении задержаний. Обстановка была немного странной: диваны и кресла стояли под такими странными углами, что она не могла понять, в чем дело, но по крайней мере один из самых удобных диванов стоял более или менее перпендикулярно столу. И на этот раз я не зажата между Ильей и Кардином на диване. Сам Жон был на кухне и, судя по всему, варил кофе, а мисс Ниополитан лежала на диване и что-то читала в своем свитке. На этот раз ни у нее, ни у него не было оружия: оно лежало на стойке рядом с его столом вместе с двумя другими, которые она видела в понедельник. «Привет» — поздоровалась она парой, надеясь, что они ведут себя более-менее нормально, и закрыла за собой дверь. Нео вяло помахала ей, не отрывая разноцветных глаз от своего устройства, а Жон окликнул её: «Доброе утро, мисс Сяо-Лонг, я сейчас подойду». «Если я должна называть тебя Жон, то и ты должен называть меня Янг» — Если бы она была в более приподнятом настроении, то добавила бы в голос игривые нотки, но она слишком устала, чтобы флиртовать: «Так будет справедливо» Он фыркнул: «Я почти уверен, что это не так работает». «Как скажете, сэр профессор Жон Арк, сэр...» — она зевнула, не договорив: «...великий повелитель славных консультаций и унизительных групповых тактик». Она услышала, как он вздохнул, а его напарница весело ухмыльнулась: «Вижу, Руби и Вайсс подготовили тебя, чтобы позлить меня. Как мило с их стороны». «Ну, они особо ничего не говорили, но тебя не так уж сложно понять» — Она снова зевнула, на этот раз вежливо прикрыв рот, и наконец добралась до своего стула, на который плюхнулась: «К тому же мой дядя говорил, что люди из Вакуо ненавидят чопорность и формализм». Нео несколько раз кивнула, привлекая внимание Янг: «Ах да, точно. Ты ведь тоже оттуда, да?» Ещё один кивок. Янг хотела было сказать что-то деликатное... но решила, что она слишком устала, чтобы подбирать слова, и выпалила: «Так... вы двое... просто напарники или... ну, вы понимаете?» Бледная девушка приподняла одну бровь, а затем подняла глаза, когда подошёл Жон с несколькими чашками кофе. Он поставил две на стол и протянул третью Нео. Та посмотрела на Янг, ухмыльнулась, схватила его за воротник и повалила на пол. Глаза Янг расширились, когда она... хорошо... Это был не столько поцелуй, сколько яростная атака на его губы, во время которой она схватила его за горло, чтобы он не вырвался. "…Хо-ро-шо…" — пискнул тоненький голосок в ее голове. Вопрос задан, ответ получен. Поняла. Ниополитан отстранилась от него после почти минуты страстных поцелуев, многозначительно и собственнически ухмыльнулась, взяла кофе и вернулась к чтению. Жон несколько раз моргнул, его щеки покраснели, а затем он наклонился к ней и что-то яростно зашептал. Она небрежно пожала плечами и ничего не ответила. Янг смотрела, как он выпрямился, пробормотал что-то о женщинах, потирая лицо, а затем развернулся к своему столу: «...так, эм, вот, похоже, тебе не помешал бы кофе». «...э-э, да, спасибо» — Она откашлялась и взяла кружку. Обычно Янг не любила кофе, но, по крайней мере, он отвлёк всех от того, что только что произошло. «...какой сорт?» Жон, похоже, ухмыльнулся, подошёл к своему стулу и сел за деревянный стол. «Фирменный сорт Озпина, он тебя взбодрит, поверь мне». Она взглянула на кружку и увидела, что кофе в ней довольно обычный. Коричневый, не слишком тёмный... она пожала плечами и сделала глоток. Мир Янг Сяо-Лонг расцвёл яркими красками. На её языке перекатывались самые разные вкусы, от множества запахов её ноздри щекотало. Она слышала, как смеются её родители, обнимающие друг друга. Где-то рядом Руби напевала колыбельные, которые Янг столько раз ей пела, и хихикала, доходя до самых смешных моментов. Цвай лаял, скребя маленькими лапками по полу, а Кроу кричал, что собака украла его фляжку, и всё это заставляло родителей смеяться ещё громче. Янг улыбнулась от простого удовольствия и сделала ещё один глоток из своей... «...а?» Она моргнула и вздрогнула от неожиданности, глядя на пустую кружку и понимая, что находится в кабинете Жона, а не у себя дома на Патч. Ниополитан исчезла, профессор что-то читал за своим столом, а часы на стене показывали, что за последние пару секунд прошло двадцать минут. «Я.… что...» — попыталась выговорить Янг, глядя на свою пустую кружку: «Что... просто... что?» «Мистралийская Нирвана, — рассеянно ответил Жон: «Самый дорогой кофе на планете, по понятным причинам. Проснулась?» Проснулась? Она была не просто бодра, ей казалось, что она может проломить кулаком дюжину стен, а потом сразиться с Кроу! С пьяным Кроу! Она чувствовала себя потрясающе! Ей хотелось выбежать на улицу и вести себя как Руби, совершать добрые дела и творить невероятные вещи просто потому, что она могла! «На всякий случай предупреждаю: завтра у тебя будет жуткая ломка из-за кофеина» — сказал он, отодвигая в сторону свою пустую кружку: «Утром лучше выпить крепкого чая» «Я.… да, хорошо» — Она бросила последний сожалеющий взгляд на свою пустую кружку, слегка покачала головой и попыталась сосредоточиться, несмотря на кружащуюся голову: «Э-э, сколько я.… я ведь ничего не говорила, да?» Жон ободряюще улыбнулся: «Нет, ты просто медленно пила кофе» Янг с облегчением выдохнула, но тут ей в голову пришла другая мысль: «Это... ну, знаете, может, это из-за каких-то наркотиков?» «Знаешь» — задумчиво произнёс он: «Я правда понятия не имею, но меня бы это не удивило» Она скривила губы в улыбке: «Профессор, что скажут люди, когда узнают, что вы накачиваете наркотиками невинных девочек у себя в кабинете?» Он закатил глаза, и это её рассмешило: «Вечно пытаешься вывести меня из себя... и, честно говоря, я больше беспокоюсь о том, что Озпин узнает, что у меня есть всё это. Так что постарайся никому не рассказывать. Я бы не хотел, чтобы он снова ломал дверь или чтобы твоя сестра попросила добавки» Она попыталась представить себе Руби, в организме которой столько кофеина и сахара, сколько она может выдержать, и почувствовала, как ее душа слегка содрогнулась: «Да, я вас прикрою, профессор. Так что... я никогда раньше не была на сеансе психотерапии. Вы заставите меня лежать на кушетке и напичкаете какими-нибудь таблетками, чтобы я расслабилась? Может, воспользуетесь мной, пока я под кайфом?» «Ты уже заставляешь меня жалеть, что я вообще тебе это дал» — ответил он: «И нет, в основном мы просто говорим о том, что у тебя на уме» «Ну что ж… Сейчас я думаю только о кофе» — она лениво улыбнулась ему и протянула пустую кружку: «Хотя, думаю, еще одна чашка могла бы кое-что прояснить» Жон привстал и потянулся через стол, чтобы взять кружку: «Извините, мисс Сяо-Лонг, но я за рулем. Может быть, в следующий раз» «Ну вот...» — она надула губы, но не слишком расстроилась. То, что доставляет такое удовольствие, не может быть полезным для здоровья — об этом ее предупреждал отец. Хотя в основном он имел в виду, что она может случайно соблазнить кого-то из моей команды и забеременеть, из-за чего ему придется убить всех знакомых парней, «чтобы наверняка». «Почему бы нам не начать с инцидента в понедельник?» — спросил он, поставив ее пустую чашку рядом со своей: «Я почти уверен, что мы оба знаем, что ты не использовала свое проявление». ...и самый откровенный намек на то, что ты даешь мне шанс признаться, адресован тебе, профессор. «Не-а. Я просто хотела свести ущерб к минимуму» — Она пожала плечами, откинула волосы назад и, расслабившись, закинула ногу на ногу. Кофе, с наркотиком или без, определенно помог ей прийти в себя и взбодриться: «Если бы я всерьез собиралась с ними бороться, то просто набросилась бы на них». «Я так и думал» — Жон кивнул и тоже откинулся на спинку стула: «Давай просто проясним кое-какие моменты, а потом, возможно, отменим остальные консультации». Это звучало заманчиво — снова свободная пятница! — но она не могла упустить такой шанс. «О, ты хочешь сказать, что не хочешь видеть меня в своих кабинетах каждую неделю? Так и хочется сказать девушке, что она тебе не нужна» Он снова закатил глаза, чем немного впечатлил ее своей выразительностью: «Я почти уверен, что ты переживешь такую потерю» «А, так вот почему ты хочешь, чтобы я ушла?» — спросила она, пытаясь выведать побольше: «Думаешь, твоя напарница убьет меня за то, что я с тобой флиртую?» «Убьет? Нет. А вот опозорит меня, чтобы доказать, что она главная, — да» — Он сказал: «И не пытайся сменить тему, я не настолько старше тебя, чтобы не знать этого трюка. Мы с сестрами постоянно так делали». Янг снова рассмеялась: «Ой, ты меня поймал. Может, тогда обменяемся вопросами?» «Так не пойдет» Она снова ткнула в него пальцем: «Илия говорит, что ты рассказываешь ей о своих подвигах, а я просто прошу о взаимности. Ты говорил, что у тебя есть сестры? Сколько их?» Светлая бровь взлетела вверх: «Ого, взаимность — длинное слово. У меня их семь» Если бы она что-то пила, то подавилась бы, но и так чуть не подавилась: «Семь?!» «Да» Он почесал в затылке, и на его лице появилась почти смущенная улыбка: «Обычно мы получаем такой реакцию. Я четвертый по старшинству ребенок в семье и пока единственный мальчик. Они клянутся, что больше детей не будет, но мы с Корал давно поспорили со старшей сестрой, что это не так» ...Я бы не стала заключать такое пари «...Семь?» Он тихо рассмеялся: «А у тебя? Только ты и Руби?» Янг моргнула, а потом встряхнулась: «А? А, ну да, только мы с Руби, других детей нет. Папа... так и не завел новых отношений после того, что случилось с мамой» Жон поморщился: «...Звучит зловеще во всех смыслах» «Она погибла во время миссии» — Она ответила на невысказанный вопрос: «Это было давно, но он так и не смог ее забыть» Учитель замолчал и перевел взгляд на маленькую рамку с фотографией на своем столе. При виде его лица Янг прикусила губу... раньше она видела такой мрачный взгляд только у своего отца: «Да, могу себе представить» ...Отличный способ испортить настроение. «Это...?» —Она махнула рукой в сторону рамки. Он взглянул на нее, кивнул и развернул фотографию так, чтобы она могла ее рассмотреть. Четверо подростков стояли вокруг какого-то грузового контейнера. Трое из них стояли перед ним, а четвертый сидел на нем. Двоих она не узнала. Первый — очень накачанный, очень высокий, очень загорелый и очень красивый парень в красной рубашке и шортах, с патронташем на поясе и тяжелым дробовиком на плече. Рядом с ним стояла симпатичная улыбающаяся темнокожая девушка в тяжелых одеяниях, закрывающих большую часть ее тела. В руках она держала что-то вроде слезоточивого газа. Двух других... она тоже почти не узнала. Ниополитан стояла наверху, и на ней было неприлично мало одежды. На груди у нее были повязки, на руках — боевые перчатки, на ногах — короткие шорты, но ее сапоги почти до колен закрывали больше кожи, чем все остальное, вместе взятое. Ее зонт был раскрыт, защищая от солнца, а улыбка была яркой и живой. Ниже нее стоял Жон, он потирал шею, словно смущаясь, но в целом держался расслабленно и непринужденно. На нем была броня поверх оранжевой футболки и светлых шорт, а его улыбка была заразительно счастливой. На крошечной табличке на рамке было написано: «Команда JNPR из Академии Вакуо, первая из многих миссий». «Они заставили нас всех сфотографироваться перед нашей первой студенческой миссией» — тихо сказал он: «Что-то вроде напутствия, чтобы у нас остались воспоминания о том, с чего мы начинали, когда окончили академию и повзрослели». ...что случилось с тобой, профессор? Он был тем же человеком, что и на фотографии, но в то же время и другим. У них были одинаковые ярко-голубые глаза и легкая улыбка, но Жон на фотографии выглядел совершенно расслабленным и беззаботным... а Жон, стоявший перед ней, был еще более нервозным, чем ее дядя, и иногда походил скорее на параноидального кота, чем на человека. Его плечи всегда были слегка напряжены, взгляд немного расфокусирован, словно он пытался охватить взглядом все вокруг, и она не раз видела, как он хватался за оружие, когда кто-то подходил к нему сзади или рядом раздавался громкий звук. «Какими они были?» Жон моргнул: «Знаешь, это ведь у тебя тут консультация, а не у меня» «Взаимность» — Она одарила его своей самой лучезарной улыбкой, скрывая за ней свои мысли: «Да ладно тебе, ты же знаешь, что будешь доставать меня расспросами о Пирре и RAVN. Если только... Не все воспоминания были плохими, верно?» «Нет... нет, не все» — Он вздохнул и снова откинулся на спинку стула: «Тебе бы понравился Рау, к всеобщему ужасу. Он был... Громкий, задорный, он всегда старался втянуть нас в какую-нибудь веселую, но определенно глупую затею» Янг тихо рассмеялась: «Очень похоже на меня» Жон слегка улыбнулся ей: «Он не всегда выбирал самые лучшие драки, но всегда бросался в них с головой. Он ненавидел расизм, нетерпимость и Гримма и считал, что лучшие выходные — это те, когда ты помогаешь нескольким бездомным фавнам, убиваешь парочку Гримм, а потом пьешь и хвастаешься своими подвигами в баре. А еще была Примула...» Она увидела, как он посмотрел направо, на оружие, лежащее на столе: «Она была моей первой подругой в школе. Она была чем-то средним между Руби и Вайсс. Невероятно умная и организованная, она всегда продумывала план, чтобы мы успевали делать уроки и тренироваться, но при этом была невероятно застенчивой и никогда не умела принимать комплименты. Как будто она не могла поверить, что кто-то обратит на нее внимание, несмотря на всю ее работу» «Похоже, они были хорошими людьми» — сказала она. «Так и есть» — просто ответил он, снова поворачиваясь к ней с улыбкой, а она с трудом сдерживалась, чтобы не прикусить губу. «Так и есть», а не «так было» ... ты ведь не из тех, кто зацикливается на прошлом, правда, профессор? А я-то думала, что это ты должен меня консультировать. Мне кажется, тебе это нужно больше, чем мне» «А что насчет вас?» — спросил Жон: «Команда RWBY, кажется, уже неразлучна» «Да... мы такие классные. Руби очень повзрослела несмотря на то, что она младше нас. Наверное, я просто была такой же замечательной сестрой, как и она» — Она похвасталась, пытаясь вернуть себе беззаботное настроение, как делала это, когда Руби грустила в детстве или когда папа выглядел немного не в себе: «Не всё так идеально, конечно. Я имею в виду, что Вайс это Вайскимо, но она не такая уж плохая, если узнать её получше» — Он открыл рот, потом закрыл и, кажется, застонал: «Я мог бы прожить счастливую, полноценную жизнь, так и не услышав этой фразы. А что насчёт твоей напарницы?» «Ой, не будь таким занудой, каламбуры — это круто» — ухмыльнулась она: «А Блейк классная. Не особо разговорчивая, и, признаюсь, я мало что о ней знаю, но она из тех, на кого можно положиться, понимаешь? Всегда меня поддержит, даже если закатывает глаза и отпускает язвительные комментарии по поводу того, что мы делаем». При этих словах его светлая бровь взметнулась вверх: «...а что именно вы делаете?» «Да так, ничего особенного! Просто, ну, знаешь, школьные дела!» — солгала она с нервным смешком, стараясь как можно быстрее сменить тему: «Э-э, Илия говорит, что ты рассказываешь ей истории о своих прошлых заданиях. Есть что-нибудь интересное?» «Думаю, у тебя тоже есть несколько историй, которые ты могла бы рассказать», — возразил он, но лёгкая улыбка на его лице смягчила его слова: «Я не буду настаивать, в основном потому, что рад слышать, что вы с Илией общаетесь. Стресс, который испытывали ваши команды, был... или, наверное, не был, лучшим, что могло случиться с группой студентов» Янг вздохнула, переложила ноги и снова скрестила их в другом направлении: «Да, мы знаем, профессор. Мы не дураки. Не все сразу находят общий язык, а некоторые слишком много на себя берут. «Как Вайсс или Пирра?» «Подло. Да, как Пирра. Это та часть, где ты пытаешься понять, почему она мне не нравится? Хочешь узнать, не ревную ли я к ее славе, богатству и известности? Или я просто по уши в нее влюблен и сам не понимаю, что со мной происходит?» Жон фыркнул: «Мне с трудом верится, что ты сама не понимаешь своих чувств, и нет, я не думаю, что ты ей завидуешь. Некоторые другие ученики точно завидуют, но не ты». Ее уши навострились — в переносном смысла: «Ты в этом так уверен» «Я прочитал твои документы из Сигнала» — Он махнул рукой в сторону бумаг, которые читал: «Мне их передали перед нашей встречей. Твои учителя отзывались о тебе хорошо, особенно мистер Бранвен и, насколько я понимаю, твой отец или дядя» — Он слегка поморщился. «...Скажи, что там не было ничего постыдного» Он тихо усмехнулся: «Нет, ничего плохого. Много оценок выше среднего, лучшие результаты в боевых искусствах, записи о том, что тебя считают лучшей охотницей своего поколения в Вейле. Но... есть и пара комментариев о том, что ты склонна взваливать на себя чужие проблемы, всегда принимаешь на себя удары, как эмоциональные, так и физические. Многие дети с твоим талантом и силой позволили бы этому вскружить себе голову, но ты, судя по всему, просто использовала это, чтобы быть их опекуном, их защитницей» Она почувствовала, как краснеют её щёки. Чёрт возьми, папа... неужели ты действительно написал это в официальных документах? «Я просто... делала то, что делала всегда» «То есть защищала свою сестру и всех, кого считала друзьями» — Подсказал Жон: «А потом появилась Пирра и во время спаррингов дала тебе понять, что может делать с твоими друзьями и сестрой всё, что захочет, и ты ничего не сможешь с этим поделать. С таким тебе ещё не приходилось сталкиваться, верно?» У Янг отвисла челюсть: «Погоди, ты думаешь, что Пирра меня травит?» Он быстро поднял руку: «Нет, конечно, нет. Девочка, скорее всего, даже не поняла бы, что делает, не говоря уже о том, чтобы довести это до конца. Я говорю о том, что ты вела себя так, будто она тебя травит, и начала отвечать ей тем же. Не то чтобы ты намеренно хотела причинить ей боль, я не думаю, что ты мелочная или жестокая... Думаю, ты просто хотела защитить всех остальных от её внимания и не всё продумала. Ты приняла то, что она сделала на уроке по боевым искусствам, на свой счет, а не как спарринг» Ее губы беззвучно шевелились, потом она сглотнула и отвела взгляд, задумавшись над его словами. Возможно, он... не так уж и ошибался, хотя она и не думала, что он прав, и эта мысль ей не нравилась. Эта мысль не давала ей покоя с субботы, когда она увидела, как обычно, уверенная в себе чемпионка по боевым искусствам превратилась в хрупкую, угрюмую девушку... из-за того, что провалила простое задание. Янг начала задаваться вопросом, не ошиблась ли она в своих предположениях насчет рыжеволосой... а она никогда не любила сомневаться в себе. «Не стоит об этом говорить» — вздохнула она, снова пытаясь сменить тему: «Все... ну, не идеально, но мы пытаемся начать с чистого листа. А в остальном в RAVN довольно спокойно, а Нора просто уморительная, когда заводится» Жон снова рассмеялся и кивнул, соглашаясь сменить тему: «У нее определенно богатое воображение, да? Представляю, какая у них в комнате в общежитии порой стоит шумная жизнь» «Шумная» — слегка усмехнулась Янг: «Они живут через коридор от нас, и если за ночь не происходит хотя бы одного взрыва, значит, она где-то шалит» Он фыркнул и покачал головой, и разговор немного свернул на ее дружбу с другими членами команды. Они немного поговорили о ее друзьях из других команд, о том, насколько хорошо она знает старую команду Сигнала и как они осваиваются на новом месте. О том, что она думает о Рене и Илии, а также о Вайсс. Она воспользовалась возможностью, чтобы выдать еще несколько крутых каламбуров, ведь имя Вайса было слишком удачным, чтобы его не использовать. Мужчина застонал и потер лицо, пока она смеялась. Когда она встала, чтобы уйти, обстановка снова стала непринужденной. Она немного удивилась, осознав, что они проговорили почти два часа. «Ну что, профессор» — спросила она, потягиваясь: «Я готова идти дальше или меня отправят в палату с мягкими стенами и аккуратным халатом?» Он фыркнул: «Думаю, ты бы снесла стены за десять минут от невыносимой скуки» «Ну, может, за пять» — ухмыльнулась Янг: «Мы отменим остальные занятия, как ты и говорил, или ты заманишь меня обратно в свои покои наркотиками и кофе? Чтобы по-настоящему разобраться со всеми моими проблемами, может потребоваться пара интенсивных сеансов» Жон уставился на неё, потом застонал и покачал головой: «Янг... если не считать твоего ужасного чувства юмора, твои единственные проблемы — это чрезмерная опека и склонность действовать, не подумав. Уверен, что школа и возраст исправят второе…» — его голос стал мрачным, как у врача, сообщающего о смертельном диагнозе: «Но, должен сказать, первое, на мой взгляд, неисправимо. Мне жаль» Она изобразила ужас, прижав руки к груди, хотя на самом деле с трудом сдерживала улыбку. Он наконец-то назвал её Янг, а она даже не заметила: «Ты... ты хочешь сказать, что мои шутки не смешные?» Он прикрыл глаза рукой, но на его лице играла лёгкая улыбка: «Янг... уходи».