Зов Драконов

Сбить щитом летящий в голову клинок, короткий, от груди, выпад мечом, труп с пробитой грудью валится на залитое кровью дерево корабельной палубы. Отступить на шаг, мечом отвести в сторону короткое копье, заставляя его владельца оказаться ко мне боком в попытках удержать свое оружие. Щит - не доспех. Щит – оружие. Лежащий на палубе копейщик, словивший удар торцом в ничем не прикрытую шею, это подтверждает. Любой кастет отдыхает! В момент удара я отчетливо слышал, как хрустнула шея. Порадоваться победе мне не дает третий оппонент, очевидно, расстроенный безвременной кончиной своих приятелей. С криком прет на меня, прикрывшись щитом и размахивая палицей. Обозначить удар сверху, укол в район пояса, рубящий по руке с зажатой палицей. Рука отдернулась, меч пришелся в рукоять, а меня пытаются достать щитом. Зря ты так, мужик, мой меч – то прямо у твоего пуза. Заблокировать чужой щит своим, сделать шаг по диагонали, короткий доворот корпуса и истинное лезвие с каким-то шипеньем режет живот любителя палиц. Короткий взвизг и про меня тут же забывают. Палица падает на палубу, а бывший ее владелец, упав на колени, пытается затолкать обратно полезшие наружу кишки. Неприятный запашок прилагается. Ну, мы ж не звери? Бью нападавшего навершием меча в открытый затылок, шлем он если и имел, то уже где-то посеял. Третье тело на палубе. А в общем зачете? Пятый за сегодня, вроде. Оглядевшись и не заметив непосредственной угрозы, прижимаюсь спиной к доскам палубной надстройки и пытаюсь отдышаться, пока есть момент. Стекающий по лбу пот режет глаза, взор застилают черные круги, дышу, как загнанная лошадь. Все же этому телу категорически не хватает выносливости. Путешествуйте кораблями Флауэрса, говорили они. Абсолютно безопасно! Пираты Ступеней даже косо не посмотрят! Эх, а ведь день так хорошо начинался… Проснулись, позавтракали, погуляли с сестрой по палубе, пообщались с капитаном, вравшим, что до Лиса осталось не более трех дней пути. Идиллию прервал вопль сидевшего в «вороньем гнезде» вахтенного матроса, оповестившего нас о том факте, что на горизонте виден парус. Поначалу расслабленно отреагировавший на эту новость капитан с каждой минутой становился все более напряженным. И было отчего! В этот момент наш корабль уже миновал Ступени, архипелаг, бывший в этом мире тем еще пиратским гнездом. Местные «джентльмены удачи» редко имели на своих кораблях команды больше пятидесяти человек и шансов против «Грейс» не имели даже парой. Но редко не значит никогда. Изящный четырехмачтовый галеон с характерным высоким изогнутым носом уверенно догонял нашу карраку. - Пираты? - Они самые. Кто-то из ублюдков Саана. Только они ходят тут на лебединых кораблях.  - Уйти не получится? - Без вариантов. Будь «Грейс» без груза, еще был бы шанс, а так… - И что планируете делать, капитан? - А что тут сделаешь? Ляжем в дрейф, когда подойдут, попробуем откупиться. Сидите в каюте с вашей женой и постарайтесь, чтобы вас не увидели. Если заметят, наверняка захотят взять в плен или получить выкуп прямо тут. - Понимаю. Вернулся в каюту, как мог успокоил нервничавшую Дени, дальше потекло ожидание. То, что все пошло не по плану нашего капитана, стало ясно вскоре после того, как два корабля сошлись и завершили швартовку. Команду нашего корабля, не готовую к такому развитию событий, сначала поприветствовали лучным залпом, а сразу затем кинулись на абордаж. - Что нам теперь делать, брат? - Спокойно! Сейчас ты оденешь свою кольчугу, возьмешь в руки так понравившийся тебя кинжал и будешь сидеть тут и сторожить наши сокровища. Я, тем временем, оденусь сам и попробую помочь нашей команде отбиться. - Ты собираешься биться на корабле в доспехах? Совсем с ума сошел? – Да что не так с местными?!! Прям религиозное табу какое-то! - Дени, хватит! Делай, что говорю! – Приведя в чувство сестру, быстро упихиваю ее в чудо-доспех. Понимаю, что это совсем уж на всякий случай, но безопасность должна быть безопасной. Дальше, быстро напялив на себя поддоспешник, кольчугу, шлем и перчатки, вооружился новеньким щитом и «романским» мечом и пошел вонзаться. Первых жертв встретил прям на выходе из юта. Один так обалдел от вида человека в кольчуге на корабле, что помер, не успев прийти в себя. Второй кинулся на меня с коротким топориком. С топориком против меча, да. Странный тип был, мир его праху. Теперь вот эта троица, пытавшаяся преградить мне путь на квартердек, откуда доносились звуки яростного мочилова. Немного придя в себя, оглядываюсь по сторонам, пытаясь оценить ситуацию. А выглядела та ситуация не так чтобы уж совсем безнадежно. Первый лучный залп успешно проредил нашу команду, а вот дальше у пиратов дела пошли не так уж и хорошо. Они успели перебраться к нам и оттеснить большую часть матросов «Грейс» к носу, но сейчас их вполне успешно сдерживали. Да и было тех нападавших несколько меньше, чем можно было ожидать от корабля, длиннее нашего метров на десять. Очевидно, какая-то часть абордажной команды успела прорваться к юту и подняться на квартердек, где находился капитан. Пятерых из них успокоил я, остальные, похоже, заняты капитаном и его офицерами. Надо пойти глянуть, что там творится. Первое, что бросилось мне в глаза, когда я поднялся по лесенке на квартердек, - выпучивший глаза индивид, попытавшийся с ходу ткнуть меня серьезным таким кинжальчиком в живот. Чуть довернуть корпус и пыряло, соскользнув по кольчуге, летит себе дальше. Изогнутая гарда лежащего на плече меча с противным хрустом входит в левый глаз грубияна. Нечего глаза пучить! А тыкать ножиками в людей и вовсе не стоит. Мертвый грубиян падает, а я наконец получаю возможность оценить сложившуюся на квартердеке ситуацию. Итак, что у нас тут? Наш капитан Флауэрс, вроде бы целый, одна штука. Наш помощник капитана Диль, зажимающий глубокую рану на предплечье, одна штука. Трупы наших матросов, три штуки. Это, так сказать, те, за кого можно болеть. Противоположная сторона была представлена безымянным мертвым трупом, тихо лежавшим неподалеку от места дислокации нашего капитана, двумя роскошно наряженными пиратами, один с чем-то похожим на палаш, другой с луком и вообще негр! Но мое внимание привлекли не эти, безусловно, достойные индивиды, а третий тип, наряженный в черную, явно вороненую кирасу с кольчугой, неплохой латной защитой рук с наплечниками, налокотниками, полными наручами и перчатками типа «песочные часы» с короткими крагами. На ногах стеганые штаны без прочей защиты. Шлема этот тип почему-то не носил. Именно он и заговорил со мной первым. - Эй, парень! Ты с Железных островов? - Нет, но чувствую, что стоит там побывать. Это, похоже, единственное место, где люди осознают важность защиты своих тушек в бою… - Хых, сухопутный значит. Ладно, не важно. Малоо, пристрели его! – Ну вот, а казался приличным человеком… Тем временем упомянутый негр шустро достал стрелу из колчана на поясе и уже явно собрался натягивать тетиву. Нет, мой темнокожий друг, сегодня я на пенетрацию не настроен! Разворот левой руки поворачивает щит горизонтально, чтобы не сильно мешал броску. Давненько уже зажатый в ней метательный нож отправляется в короткий полет, закончившийся в горле чернокожего лучника. Сорвавшаяся с ненатянутого толком лука стрела пролетает пару метров и падает у ног неприличного. - Хах! Ну что, Пайк? Что ты теперь скажешь? Теперь уже нас тут трое! – Хью Флауэрс решил, что пришло время и ему принять участие в беседе. - Один раненый, другой – едва стоящий на ногах пацан. Тут и меня одного бы хватило. Дарн, займи их, я пока разберусь со щенком. – С этими словами неприличный тип в доспехах направился ко мне с явно нехорошими намереньями. Наперерез кинувшимся ко мне капитану с помощником шагнул второй из пиратов. Нет, день сегодня вот точно не задался! Обозванный Пайком тип в доспехах был вооружен настоящим полуторником и пользоваться им, к сожалению, умел. Бой полуторника против пары щит-меч, что тут можно сказать? Безусловно, многое. Это и длина оружия против гарантированного блока, и сила двуручного хвата против маневренности одноручного. И это только вершина айсберга. Пайк грамотно маневрировал, не давал мне сблизиться и «прилипнуть» к себе, а его клинок раз за разом бил и колол, пытаясь нащупать зазор в защите, расколоть щит или просто утомить меня и заставить совершить ошибку. Впрочем, время работает на меня, и он это понимает. Вряд ли Дарн сможет долго удерживать Флауэрса с Дилем. Этот факт заставлял Пайка нервничать, стараться задавить меня поскорее, а в какой-то момент он и вовсе оглянулся на услышанный с той стороны шум. Ну, такое надо наказывать. Прикрываюсь щитом, резко сближаюсь, бью с двух рук. Пайк ловит своим бастардом мой щит, в этот момент я раскрываюсь. Левая рука щитом отводит меч пирата в сторону, спрятанная под ним правая летит вперед. Меч входит под подбородок капитана, легко пробивает позвоночник и выглядывает сзади. Хорошо повонзались, Пайк, но, пожалуй, тут нужна точка пожирнее. Перехватываю меч обратным хватом, делаю шаг вперед, толкая перед собой рукоять. Засевший в шее клинок описывает полукруг, отсеченная голова падает на доски квартердека. Тело, постояв пару секунд, следует за ней. Со смертью Пайка бой Флауэрса и раненого Диля против Дарна затих сам собой. А этот Дарн неплох. Хью вон тяжело дышит, Рогар, похоже, словил еще одну рану и вообще непонятно как стоит на ногах. - Это конец, Дарн! – наш капитан может требовать звание адмирала. За очевидность. - Думаешь? Забыл, что творится на палубах? - Ну, тебе-то это уже ничем не поможет. - Допустим. Что предлагаешь? - Уводи своих людей и станешь капитаном. Или оставайся и станешь кормом для рыб. - И ты так просто нас отпустишь? - А почему нет? С Пайком у меня были свои счеты, с тобой их нет. - Согласен. На этом бой для меня и закончился. Дарн увел своих пиратов на «лебединый» галеон, корабли отшвартовались и разошлись. Выжившие оказывали помощь раненым товарищам, капитан пытался решить десять вопросов разом, всем было не до меня. Вернулся в нашу с Дени каюту, где едва не был заколот кинжалом перенервничавшей Дракошки, успокоил сестренку, скинул с себя броню, наскоро оттерся от начавшей засыхать чужой крови и, уставший до потери пульса, упал на свою койку. У меня была куча вопросов к капитану, но все они подождут. Меня не слабо так колотило и дело было не только в общей усталости. Адреналин. Вообще, это штука полезная. Обостряет реакцию, гасит усталость и боль. Вот только если ваше тело непривычно к резкому выбросу этого гормона, на спаде вас будет колбасить. Иногда до слез и натуральных истерик. Очевидно, тело Визериса – непривычно. Хорошо хоть, без крайних вариантов обошлось. Через какое-то время немного пришел в себя, Дени пристрастно допросила меня на предмет полученных ран, удостоверилась в их отсутствии и ненадолго покинула нашу каюту, вернувшись с невесть где добытым кувшином вина. С трудом воздержавшись от возведения сестры в ранг святых, принялся утолять жажду и гасить последствия адреналинового прихода. Корабль наш тем временем поставил паруса и, похоже, вернулся на курс.