Зона комфорта

      Постепенно компания превратилась в стабильную фирму с десятками клиентов и растущей прибылью. Офис переехал в бизнес-центр с панорамными окнами – на вид из окна можно было смотреть вечно. Теперь у него есть всё – дорогая машина, собственная двухкомнатная квартира, часы, костюм, всё, что не стыдно было показать. Он добился всего, о чём мечтал в шестнадцать, нося заказы в мокрых от дождя кроссовках и одежде. Доказал себе, призракам в лице родителей, что он тоже кто-то. Что тоже может быть нужным, может добиться успеха и без их помощи. Но… Как только последняя мечта была достигнута, внутри воцарилась гулкая, холодная тишина. Достижения перестали радовать, подписание крупного контракта вызывало лишь кратковременное чувство удовлетворения, которое тут же сменялось пустотой. Покупки, даже самые дорогие, не приносили никаких эмоций. Были просто ещё одним способом доказать, что он может. Он стал всем отказывать. Девушкам, которые пытались к нему подойти в барах, друзьям, партнёрам по светским мероприятиям – его отстранённость была непроницаемой. Он научился быть абсолютно недосягаемым. Он перестал жить и начал просто… Существовать. Иногда, глубокой ночью, глядя на огни города со своего этажа, его охватывала сильная, необъяснимая тревога. Ощущение, что он теряет лучшие годы жизни, а он, стоя на своей вершине, и не хочет сдвигаться со своей точки, хоть и осознаёт, что… Упустил что-то важное. Единственное, что связывало его с внешним миром, оставался Матвиенко. Только с ним Арсений позволял плечу чуть расслабиться, углу губ дрогнуть в лёгкой улыбке. И именно Сергей, уставший видеть Попова в этой воображаемой клетке, вломился к нему без приглашений в очередную пятницу. — Арс, ты сгниёшь тут! — развалившись на диване в его кабинете и проигнорировав строгий взгляд брюнета, колко заявил он. — Слыхал, что неподалёку новый бар какой-то открылся. Говорят, там круто. Музыка живая, напитки вкусные… Мы сегодня же пойдём туда, — неожиданно заявил Матвиенко и прежде чем Арсений успевает открыть рот и ответить мужчине, Серёга выпрямился, моментально продолжив: — И нет, отказы не принимаются! Тебе на пользу пойдёт. Хоть из берлоги своей выберешься… — У меня отсчёт по кварталу. У тебя же много связей, зови кого хочешь, — с лёгкой язвительностью ответил брюнет, отворачиваясь к полке с книгами, якобы что-то там высматривает. — Твой отсчёт подождёт! А я… Я запрещаю тебе работать, понял? Сейчас же пойдем покорять сердца девушек! Особенно ты, ну давай… — старается смотреть на него убедительно, но не проходит и минуты, как мужчина вздыхает. — Пожалуйста, хотя бы сегодня. Ну мне нужна компания, конкретно ты. Я хочу, чтобы ты хоть капельку живее себя чувствовал, а то совсем уже… Вон какой. — Какой? — …Никакой. В том то и дело. Пойдем! — сразу переводит тему Матвиенко, на что Арсению не остаётся ничего делать, кроме как подняться со своего места с лёгкой усталостью. Ведь прекрасно понимает, что в этот раз ему не отвертеться от предложений друга.

***

Место действительно было неплохим: кирпичные стены, приглушённый свет, джаз в живом исполнении и негромкий гул голосов. Но Арсения это не приводило в чувства. Он заказал виски, один лёд, и занял затемнённый диван в углу, намеренно выбрав место спиной к стене, чтобы быть уверенным, что никто не помешает. Иногда Сергей вёл себя безответственно: сам предложил и сам опаздывает. И, вероятнее всего, дойдёт он не скоро, учитывая то, что опаздывает он редко, а если это и происходит – значит причина веская. Он собирался отсидеть свой положенный час, выпить один бокал и уйти, когда к его столику подошёл кто-то. Арсений даже не поднял взгляда, полагая, что это официант или, что хуже, кто-то, кто узнал в нём того самого Попова. Но человек просто сел на противоположный край дивана, поставив на стол бокал с безалкогольным мохито и углубился в телефон, что-то быстро печатая. В Арсении что-то ёкнуло — знакомое, едкое раздражение. Он медленно поднял голову, оценивающим взглядом окидывая незваного гостя – парень. Молодой, слишком. Каштановые волнистые волосы, зелёные глаза, увлечённые экраном. Выглядел на семнадцать, от силы. Не больше. В нём была та самая, невыносимая для Арсения, лёгкость бытия. Это выводило из себя. — Ты уверен, что по адресу? — прорезал холодный голос Попова тишину между ними. — Это место не для выпускников. Такими как ты, щенками, которые ещё пахнут школой, не должны находиться в таких местах. Если ты, конечно, не ищешь на свою задницу неприятностей. Парень оторвался от телефона, но не отвёл взгляд. Не смутился, не извинился, он просто посмотрел на Арсения, лишённый шока, простое любопытство. Эта наглость, отсутствие страха задели мужчину намного сильнее, чем что-либо ещё. — А кто сказал, что я выпускник? — спросил Антон, и его голос был ровным, хотя обычно после такого недружелюбного тона Арсения люди отстранялись. — Вид. Твоя наглость. Сел за чужой столик, не спросив. Взрослые люди обычно понимают границы. — Границы? М-м… Интересное слово. А Вы часто им пользуетесь, да? Чтобы отгородиться? Угадал, — он сделал небольшой глоток мохито, не отводя взгляда. — А если я скажу, что мне… Просто понравился этот диван? Вот конкретно это место нравится. Может Вы хотите уступить мне его? — Уступить? — уже не скрывая удивления, спрашивает старший, глядя на парня с высока. — Знаешь, мальчик, многого хочешь. Не зазнавайся и топай к себе домой к маме. Слишком уж ты назойливый. — Назойливый? О, нет! Точно не про меня. А может я просто хочу познакомиться? Понять, что за человек сидит в самом дальнем углу бара и плюётся ядом на всех, кто подходит к нему ближе трёх метров? Это было уже слишком. Арсений строил много вариантов событий, которые могли произойти за этот вечер. И эта версия тоже приходила ему в голову – но такой ответ… Познакомиться?? Ущипните кто-нибудь. — Познакомиться? — голос Арсения стал ниже. — С какой стати? Слушай, уйди прочь с моих глаз, пока я не позвал охрану, чтобы вывели того, кто явно не соответствует дресс-коду заведения и возраста. Арсений ждёт, думая, что парень вскоре потеряет терпение или почувствует страх – хотя бы отодвинется. Хотя бы. Но вместо этого Шастун откинулся на спинку дивана, приняв более расслабленную позу, явно заявляет, что потакать желаниям старшего он не планирует. — Так как говоришь тебя зовут? — уже переходя на «ты», произносит младший, от чего Арсений и вовсе теряет дар речи. И такое себе позволяет. Нет, это уже грань. — Никак, — безразлично отвечает мужчина, отвернувшись в сторону других столиков. Но уходить он не собирался – нет, ему не нравилась эта компания. Он просто хотел казаться гордым, упрямо стоять на своём, главное не признать себя поражённым. — Вот прям никак? Имени нет? Сочувствую. А меня Антон зовут. Может придумаем тебе имя? Какое нравится? Выбора предостаточно. Хочешь, подкину пару идей? — Ты можешь молчать?! — прорвались в старшем нотки агрессии, как бы он не старался себя сдерживать, что было странно для него самого, ведь обычно он не скрывает раздражения. И на секунду Антон замер. Не было ясно, кроется ли в нём страх или же наоборот, азарт. На долю секунды он растерялся, не зная, как ответить. Неожиданный злой тон брюнета заставлял задуматься, но отступать было уже некуда. Вместо ответа парень отрицательно покачал головой. — Может быть, и могу. Но только не сейчас. Пару секунд Арсений смотрит на него с лёгким подёргиванием глаза. — Чёрт возьми, чего ты хочешь? — Твоего имени. И, может быть, номера. А может быть, узнать твой характер получше. Выбирай. — Зачем такому щенку, как ты, узнавать кого-то, кто выше его по статусу? — А ты откуда меня знаешь? Кто знает, вдруг я вообще с небес спустился и прямо сейчас с тобой сам ангел-хранитель общается, а ты с ним так… Невежливо. Ай, твои слова очень ранят меня. Скажи своё имя и мне станет легче. — Арсений, — наконец недовольно сдался мужчина, пытаясь сосредоточиться на танцующих людях, на бармене, разливающем новые заказы, на чём угодно, только не на этих зелёных глазах. — Теперь ты доволен? Уходи. — О, нет. Теперь я ещё больше заинтересован. А какими судьбами ты здесь? Сидишь один, в уголке. Словно поджидаешь кого-то. А? Я угадал? — Я никого не жду, — отрезал Арсений, его голос снова стал гладким и ледяным, будто пытаясь залатать прорвавшуюся брешью агрессию. — Я наслаждаюсь одиночеством. Понятия не знаешь, наверное. — Наоборот, отлично знаю, — парировал Антон, и в его тоне промелькнула тень чего-то серьёзного, что на миг контрастировало с его игривостью. — Но одиночество и изоляция – разные вещи. Первое можно выбирать. Второе… Обычно само выбирает тебя. Ты к какому типу себя относишь, Арсений? — Я отношу себя к типу людей, которые не любят, когда им задают глупые вопросы, — сквозь зубы процедил он, наливая себе ещё виски, хотя бокал был ещё полон. — Ты психолог-самоучка? Или просто любишь копаться в чужих проблемах, потому что своих нет? Или просто не понимаешь слова «нет» и лезешь к каждому встречному с допросами? Антон улыбнулся – но на этот раз улыбка не достигла глаз. — Ничего из этого, — он отпил мохито и поставил бокал. — Я здесь, потому что мне сказали, что тут хорошая музыка. И потому что ненавижу сидеть на месте, так и прёт что-нибудь сделать и куда-нибудь сходить. А ты? — Я здесь, потому что меня вытянули, — неожиданно для себя буркнул Арсений, и тут же пожалел. Зачем он это сказал? Зачем даёт ему повода продолжить разговор и что ещё хуже, прокопаться глубже? — Вытянули? — Антон оживился, его взгляд заискрился любопытством. — Значит, не совсем добровольно. Интересно. И кто же этот смельчак? — Не твоё дело. — Ну и ну. Скорее всего, кто-то, кому ты не безразличен? Судя по твоему характеру, твоё доверие заслужить непросто. Арсений резко обернулся к нему, и его серо-голубые глаза, наконец, в полную силу встретились с зелёными. — Послушай, щенок. Твои дешёвые попытки психоанализа, твоя наглость и твоё присутствие начинают меня доставать. У меня был долгий день. Я пришёл сюда, чтобы выпить в тишине и уйти. Не для того, чтобы развлекать самоуверенного подростка, который мнит себя проводником в чужую душу. Понимаешь? Исчезни. Он произнёс это с такой холодностью, от которой у большинства людей кровь стыла в жилах. Но Антон лишь задумчиво постучал пальцами по стеклу бокала, размышляя над его словами. — Понятно, скучный набор для человека с таким красочным именем. А казалось, вы заняты творчеством. Он поднялся. Арсений почувствовал постыдное облегчение, наконец-то. Но Антон не ушёл. Наоборот, он пересел ближе, на середину дивана, сократив дистанцию вдвое. Так, что Шастун почти касался колен старшего своими. — Не исчезну. Потому что мне интересно узнать, кто скрывается за такой маской. Да и если бы ты хотел, чтобы я ушёл, ты уже давно бы сделал это сам, либо позвал бы охранника. Что привело тебя к такому отношению к людям? Арсений замер. Он смотрел на этого невероятного и просто невозможного парня, который читал его как открытую книгу. Знал, куда давить, чтобы вывести из него слова. Всё раздражение бушевало в нём, но под этим было что-то ещё. Кажется… Опасная искра любопытства. — Ты… Невозможный, — выдохнул он, и в его голосе не было уже прежней силы, просто констатация факта. — Зато не скучно, — легко согласился Антон, и его губы тронула мягкая улыбка. Он уже открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, когда тяжёлая дверь бара с глухим стуком открылась, впуская вечерний шум и чей-то знакомый голос. Арсений инстинктивно отвёл взгляд от Антона и увидел Сергея, который, озираясь, уже направлялся в их угол. Его взгляд скользнул по Арсению, затем перешёл на Антона, сидящего так близко, что брови Сергея поползли вверх с красноречивым удивлением. — Арс! — окликнул он, подходя к столу. Его карие глаза с любопытством изучали Антона, а потом вернулись к другу. — Прости, что опоздал, задержали. А это… Кто? Новый знакомый? Совсем не похоже на тебя. Арсений почувствовал, как по спине пробежали мурашки – волна раздражения, смешанное с лёгкой неловкостью… Ситуация и без того была сюрреалистичной, а тут ещё и Сергей нарисовался. — Это Антон, — отрезал он, стараясь быть ровным и отстранённым, но голос звучал чуть напряжённо. — Он сам ко мне подсел. И не планирует уходить. — А ты и не препятствовал. Хотел бы, давно прогнал с места, — со спокойной улыбкой заявляет младший, слишком уж уверенный в себе. Арсений сжал челюсть. Это издевательство. — Я просил тебя оставить меня в покое. Но ты проигнорировал, — раздражённо поясняет мужчина, надеясь, что на этом разговор закончится. — Да ну? Не помню такого. Вроде почти до твоего номера дошли. Матвиенко, всё это время наблюдавший за их перепалкой, наконец выпрямился, думая над тем, как правильно подобрать слова в такой… Абсурдной ситуации. Он перевёл свой взгляд с Антона на Арсения, а потом обратно. Его удивление сменилось настороженным, но явно заинтересованным любопытством. — И… Давно вы так? Сидите здесь? — С момента, как он сюда пришёл, — кивнул Шастун в сторону Арсения. Ещё бы, давно. И почему он только терпит к себе такое отношение? Всех отшивал, а этого щенка пощадит? Никто не будет для него исключением. Никто не сможет узнать его, настоящего, круг ограничивался одним лишь Серёжей и сдвигаться с мёртвой точки Арсений не планировал. Он сделал движение, чтобы подняться, отодвигая стул с резким скрипом. Внутри всё кипело. Но прежде чем он успел встать во весь свой почти двухметровый рост, Антон, заметно занервничав, мягко кладёт свою ладонь поверх плеча старшего. — Постой, — тут же вымолвил юноша, его тон впервые поменялся за весь вечер, что было несвойственным для Шастуна. Арсений замер, шокированный больше прикосновением, чем словами, впервые давая молчаливое разрешение держать себя. Даже Сергей, зная его характер, редко когда мог позволить себе секундные прикосновения, а он… Просто брал и делал. На долю секунды он растерялся, просто стоял, в ожидании дальнейших слов. В голове рылись сотни вопросов, возможные варианты событий, и где-то на уровне груди… Арсений почувствовал что-то иное. Странное, но приятное. Что-то, что одновременно пугало и до безумия манило его. — Не уходи. Я… — отводит взгляд, не зная, как оправдаться. Извиняться перед ним шатен не планировал. Это как признать поражение. Но обычная рутина… Просто сводит его с ума! Каждый день одно и то же: учёба, учёба, учёба. Арсений оказался тем, кто нарушил всю идиллию за последний месяц, кто смог поменять его настроение по щелчку пальцев, а спонтанность Антона очень привлекает. Хотя он и часто встревает в не самые приятные ситуации. — Арс, — тихо сказал Сергей, нарушив тишину между ними, дабы обойтись без неловких сцен. — Посидим ещё. За мой счёт. А ты, Антон, — он кивнул младшему, — Реально, давай без провокаций. Мой друг человек сложный, со своим миром внутри. Но он… Ценит прямоту. Договорились? — Нет, не договорились, — отрезал мужчина, тут же сдёрнув свою руку от младшего. — Ещё чего. Я такие компании не выбираю и не планирую. Лучше пойду домой, наслаждаться своей тишиной. А ты… Делай что хочешь. Счастливо, — с этими словами Арсений направился в сторону выхода. Но в этот раз его уже никто не останавливал. Нужно время. Сергей знает, что ему нужно время.