complicated creation | Запутанное творение

      — Папа-Смурфик, — раздался знакомый голос, после чего внутрь гриба по-хозяйски влетел очкастый смурфик. — Должен сообщить, что сегодня ночью мне понадобится твоя библиотека. Обещаю: перед уходом я всё запру.       Папа поначалу даже не заметил его из-за сильной занятости, однако затем отвлёкся от стола и посмотрел на вошедшего.       — Хорошо, хорошо, — кивнул он. — Учти: я только прибрался, так что не устраивай здесь беспорядок.       — За кого ты меня принимаешь? — хихикнул умный смурфик. Но Папа уже вернулся к книге и продолжил перелистывать страницы с прежней безразличной сосредоточенностью.       Простой вопрос ведь не может принести каких-то бед. Не может же?       — …Папа-Смурф?       — Что такое, Умник?       — Э-эм… — он прочистил горло и заговорил дрожащим голосом. — Я вынужден тебя отвлечь, это… как бы важно, и я обязан спросить. — Умник едва не поморщился, услышав дрожь в своём голосе.       — Я же твой помощник, не так ли?       Тишина.       В ответ раздалось лишь привычное: «естественно ты мой помощник, Умник», — и будь на месте Папы любой другой смурфик, он бы в ту же секунду отчитал его за такие манеры. Но какая-то часть всё же подсказывала ему этого не делать.       — Значит ли это… что ты любишь меня больше других?..       — Я люблю всех своих смурфиков одинаково, — беспрепятственно и вполне ожидаемо ответил лидер Деревни.       — М-м… точно, — нервно посмеялся Благоразумник. — Ну, тогда…       — Благоразумник, — глубоко вздохнул Папа-Смурф. — Я сейчас занят важным экспериментом.       — П-прости, Папа…       Лучше всего сейчас перестать смущать Папу и просто найти искомую книгу. Он и сам толком не знал, что именно ему требовалось в библиотеке, любезно расположившейся прямо в лаборатории Папы. Казалось, здесь хранились книги со всей историей мира, ответов на любой возможный вопрос и просто увлекательные художественные творения — и Умник никак не мог остановиться на какой-то конкретной.       Пальцами он скользил по переплётам, ожидая какой-нибудь подсказки «свыше» или надеясь, что книга сама выберет своего читателя и упадёт ему в руки.       — Посмотрим… — он набрал целую охапку самых разных книг и опустился в Папино кресло, принимаясь за внимательное изучение содержимого.       В одной книге увлекательно описывались все тонкости астрономии, а в другой — искусство кулинарии; и, что примечательно, на её переплёте всё ещё виднелись следы смурфеничного джема — значит, когда-то до неё уже добирался Сластёна.       А третья книга подробно поясняла основы погоды: как составлять долгосрочные прогнозы и как происходит смена сезонов.       — Нет, нет, нет… ни одна не подходит!       С каждой секундой всё больше книг встречалось с полом, и вскоре из всей охапки остался лишь один-единственный фолиант.       Маленькая красная книженция заметно выделялась среди остальных, словно её изначально там и не было и она появилась магическим образом.       — Любопытно… обычно записи Папы лежат на другой полке, — пробормотал Благоразумник, раскрывая первые «страницы мудрости».       И почерка Папы в этой книге не угадывалось — на вид это был исследовательский журнал, содержащий самые небольшие открытия. Благоразумник прекрасно понимал, как выглядят записи его наставника: аккуратный, ровный и приятный глазу почерк. А здесь всё было написано странными иероглифами. Половина страниц оставалась пустой, другие пожелтели, а отдельные записи уже заметно стёрлись временем.       Автор, вероятно, пытался дополнить свои заметки иллюстрациями. И эти изображения, как и многие записи, со временем стёрлись и пожелтели, словно их только что извлекли из глубокого пруда.       Благоразумник попытался хоть что-нибудь понять из этих загадочных страниц. Одна запись привлекла его внимание особенного сильно, и он начал читать её вслух:       «Сегодня я нашёл интересное место на дальней границе леса. Никогда про него не слышал, не видел и даже не встречал в литературе. Скорее всего, кто-то здесь уже побывал, но до них мне нет дела, поэтому я решил именовать свою находку ''Глубинником''. Посмотрите на пруд — и он явит вашу истинную сущность. Это и приятно, и странно одновременно, но, конечно, эффект варьируется в зависимости от смурфика. Опасности быть не должно, хотя проверялось лишь один раз».       Как и полагается, запись оборвалась на самом интересном месте. Благоразумник захлопнул книгу и вскочил с кресла, заходив взад-вперёд по библиотеке.       — Глубинник! Ну конечно!       Книга находилась прямо в библиотеке Папы. Если это написал он, и он до сих пор в добром здравии, значит, пруд должен быть в сохранности. Да и запись, судя по всему, сделана много лет назад, когда все ещё были смурфлятами — или даже не все.       — Да это же то, что мне нужно! — выдохнул Благоразумник. И вместе с его словами из книги словно материализовался кусок бумаги.       Это была незаконченная карта леса с точным указанием одного единственного места. Сам пруд. Сейчас каждому смурфику доступна полноценная версия этой карты — по личной просьбе Мечтателя — но никак не эта.       И Папа должен был это заметить, ровно так же, как и сам Мечтатель.       Этой находки оказалось более чем достаточно, как посчитал очкастый смурфик, и, должно быть, именно это ему и требовалось.       «Я узнаю настоящее мнение каждого смурфика обо мне!»              

***

                    — Ух ты, Смурфетта, а нам обязательно собирать их так поздно?.. — спросил Растяпа, неся в руках горстку свежих листьев.       — Да, Растяпа. Без кружечки чая мне очень трудно уснуть… и я даже не сразу заметила, что они у меня кончились. В этот раз я пересмурфуюсь.       — М-м… хорошо, — прошептал неуклюжий смурфик. — Но… я же ничего из-за них не вижу!       — Мы почти пришли, Растяпа, ещё немного. Ты смурфечательно справляешься… — подбодрила его Смурфетта.       Их путь освещал мягкий свет Луны. Растяпа неуклюже следовал за своей спутницей, изо всех сил стараясь не упасть и не рассыпать листья по земле. Вскоре они добрались до дома, и едва переступили порог, как что-то колыхнуло кольцо растущих кустов. Мгновение спустя из-за них показался запыхавшийся Благоразумник.       — Растяпа-а-а! — закричал он, вызывая неодобрительный взгляд златовласой смурфочки. — Именно тебя-то я и искал!       — Благоразумник, это ты? — неуверенно прокричал Растяпа в ответ.       Смурфетта зашипела на них обоих.       — Вы двое можете быть потише? Разбудите всех!       — Прошу прощения, Смурфетта. Однако разреши мне ненадолго украсть Растяпу. Так что, если ты нас извинишь… — наклонившись, он схватил своего лучшего друга за запястье, но Смурфетта его опередила.       — Эй! Ты чего? — пискнул Благоразумник.       — Умник, Растяпа и я собирались посмурфить чая, — прошептала Смурфетта. — Ты не можешь просто так его забрать.       — Чай? В такое время суток? — спросил очкастый смурфик, потирая руку.       — Да, чай! В такое время суток!       — Да ты шутишь, подруга. У меня нет на это времени!       — Всё равно тебе придётся подождать, Умник.       Растяпа попытался шагнуть вперёд, но неудачно шлёпнулся на землю, рассыпав вокруг себя листву.       — Э-э… что надо с листьями сделать?.. Не напомнишь?..       Смурфетта лишь вздохнула, глядя на него с лёгким терпением.              

***

                    После небольшой перепалки со Смурфеттой ему всё же удалось украсть Растяпу и увести его в укромный уголок.       — Растяпа, можно у тебя кое-что спросить?       — Э… спрашивай.       Очкастый смурфик вперил руки в бока — несмотря на всю странность такой приватности, ему хотелось сохранить всё в тайне.       — Я собираюсь… в небольшой поход, — начал он объяснять. — К месту, называющемуся «Глубинником». Легенда гласит, что это особенный пруд, способный проявить твою истинную сущность и показать, что думают о тебе другие. Вообще, я хотел посмурфить один, но я бы… м-м-м… не отказался от компании.       — Ого! И кого же ты возьмёшь?       — Тебя, Растяпа! Я пойду с тобой.       — О!       — Судя по этой метке, — Благоразумник раскрыл тот кусок недорисованной карты. — Поход займёт день или два. Уйдём мы где-нибудь после завтрака. Всё-таки первые вставшие птицы находят пропитание быстрее остальных, а в нашем случае — шанс незаметно усмурфить из Деревни.       — Смурфики всемогущие, Умник, — изумился Растяпа, перебирая ладонями. — Только мы с тобой будем?       — Если ты не против.       — Честно говоря… — расплылся Растяпа своей фирменной улыбкой, от которой у Благоразумника неизменно возникала вспышка эйфории. — Это звучит смурфалютно превосходно!       — Смурфно!       Такую «операцию» можно было доверить только Растяпе. Ведь именно его Благоразумник считал своим самым смурфным из возможных друзей. С таким милым недотёпой можно было оставаться собой и ни о чём другом не думать.       — Встречаемся у Великого Дуба завтра, после завтрака. И никто не должен тебя увидеть.