complicated creation | Запутанное творение

      На завтраке Благоразумника не оказалось.       Растяпа поначалу предположил, что тот ушёл раньше намеченного времени, не дожидаясь завершения трапезы и окончательной подготовки к новому дню.       Ещё до рассвета Умник успел с ним переговорить, подробно перечислить необходимые для похода вещи, а также напомнить о других важных деталях, которые благополучно ускользнули во время самых первых планировок.       Если им предстояло исчезнуть на действительно долгий срок, было вполне логично подготовиться как следует. Несколько сменных комплектов одежды, внушительный запас продовольствия и две палатки — обе из которых вызвался нести на себе Благоразумник, даже не дав Растяпе возможности возразить.       Что слегка позабавило Растяпу — так это то, что тот прихватил с собой маленькую плюшевую игрушку.       Хотя, конечно, даже если ему совсем не хотелось заставлять своего лучшего друга ждать, внутри всё равно оставалось настойчивое чувство вины за то, что они вот так оставляют других в неведении.       Впрочем, Благоразумник наверняка всё просчитал до мельчайших деталей, и никакого прокола быть не могло — по крайней мере, Растяпа искренне ему доверял и ни на мгновение не сомневался в его расчётах.       Даже если они попадут в беду — они будут помогать друг другу, без малейших сомнений, как делали это всегда.       Перед уходом Растяпа на всякий случай оставил записку на столе в своей импровизированной кухне. Если кто-нибудь спохватится — она обязательно попадётся ему на глаза и рассеет лишние тревоги. И всё же Растяпа продолжал волноваться.       Сейчас он старался как можно тише улизнуть из Деревни — и сделать это так, чтобы никто его не заметил и лишних вопросов не возникло.       И едва он добрался до северной границы…       — Растяпа, это ты?       Как позади него, словно из воздуха, возникла Смурфетта. По её голосу было ясно — она требует объяснений в формате «куда это ты намылился с утреца пораньше?» — и отступать явно не собирается.       Растяпа замешкался, медленно поворачиваясь к своей сестре и неловко переминаясь с ноги на ногу. Это, безусловно, вызовет у неё ещё больше тревоги и подозрений.       — О, Смурфетта… — неловко почесал затылок неуклюжий смурфик. — Ты же… ты же не злишься на меня, да? Я же хотел с тобой чая посмурфить, но… но вот… Благоразумник…       — Куда ты собрался? Обещаю: ругать не буду, — настойчиво спросила Смурфетта, мысленно добавляя: «Да и как тебя вообще можно ругать…»       Растяпа занервничал куда сильнее, чем тогда, когда оставлял прощальную записку.       — Смурфетта, пожалуйста, не переживай за меня, — он осторожно похлопал смурфочку по плечу. — Мы скоро вернёмся.       В тот же миг Растяпа юркнул за кусты, скрывшись из виду прежде, чем она успела что-либо ответить.       — Ох, Растяпа, Растяпа… — Смурфетта лишь слабо покачала головой, а потом с лёгкой ухмылкой пошла обратно в Деревню. — Мальчишки…              

***

                    Вскоре Растяпа добрался до Великого дуба и заметил возле него своего лучшего друга. Он тотчас подбежал к нему и принялся жадно хватать ртом воздух, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.       — А вот и ты! Почему так долго?!       — П-прости, Благоразумник, — выдавил Растяпа, всё ещё судорожно пытаясь отдышаться.       — Ладно, не важно. Но теперь нам нужно смурфить куда быстрее.       В руках у очкастого смурфика уже была раскрыта карта, которую он сосредоточенно изучал, мысленно выстраивая правильный и безопасный маршрут. Для него это был не самый лёгкий способ отправляться в поход — всё же куда приятнее было бы выспаться до обеда, а уже потом, без малейшей спешки, отправиться в путь.       — Первым делом нужно пересмурфить через реку и повернуть направо. — Благоразумник уверенно двинулся по тропе, и Растяпа поспешил следовать за ним по пятам.       Растяпе всё сильнее начинало казаться, что Умник разговаривает то ли с природой, то ли с самим собой, лишь бы не сбиться с маршрута и не упустить ни единой детали.       Впрочем, это было для него вполне типично. Погода стояла замечательная, и лишь редкие лужи на тропе напоминали о шторме, прошедшем здесь некоторое время назад. Растяпа глубоко вдохнул свежий, прохладный воздух и принялся с искренним восхищением любоваться красотой природы вокруг.       На лазурном небосводе не было ни облачка: солнце уже почти поднялось из-за гор и начинало мягко пробиваться сквозь листву и густые кроны деревьев своими тёплыми лучами, одновременно пробуждая самых разных птиц. Они перелетали с ветки на ветку и наполняли лес своими звонкими, чарующими трелями.       Растяпе даже захотелось облокотиться на очкарика и идти так до самого привала. Сегодня ему совсем не повезло выспаться — от сонливости его временами покачивало из стороны в сторону, да и голова слегка побаливала.       — А знаешь, Растяпа, это пресмурфная возможность подышать свежим воздухом, — заговорил Благоразумник, отвлекая попутчика от созерцания окружающей красоты. — А если повезёт, мы сможем наткнуться на интересные места в лесу. Всё же не так часто нам выпадает шанс уходить в лес на несколько дней. Вот увидишь — когда мы найдём этот пруд, Папа-Смурф будет нами гордиться. Он перепишет свою запись, а может быть, даже расскажет остальным, и причиной этому стану я!       — О, Благоразумник, так это поэтому мы ушли? — с искренней наивностью уточнил Растяпа, переступая через высокую траву.       Таких подробностей тот раньше не сообщал, но в любом случае Растяпа был рад возможности побыть с ним наедине.       — Нет, не совсем, — ответил Благоразумник, поднимая указательный палец. — Но это элементарно. Я просто хочу узнать мнение других смурфиков обо мне. Кстати, а почему бы и тебе не попробовать?       — Ух ты, не могу дождаться! — Растяпа зарылся лицом в ладони, на что Благоразумник лишь довольно улыбнулся.       — Сохраним такой же темп — и будем там уже завтра!              

***

                    Тем временем Смурфетта уже успела опросить каждого жителя Деревни, не оставив без внимания ни одного гриба и ни одного знакомого смурфика.       — Портной, к тебе Растяпа не заходил сегодня?       — Ворчун, ты нигде не видел Умника? Точно-точно?       — Фермер, а ты не видел…       Внезапное исчезновение её двух наилучших друзей из всей сотни смурфиков она уже начинала воспринимать всерьёз, и тревога за них росла с каждой минутой. Смурфетта решила подождать ещё совсем немного и попытаться занять себя повседневными делами.       Но уже наступило время обеда, а их всё не было.       Смурфикам, конечно, никто не запрещал гулять по лесу, но возвращаться следовало строго до заката. А Растяпа сказал, что они вернутся — а она привыкла ему верить.       И всё же, как бы она ни надеялась на лучшее, внезапное появление Благоразумника, когда он буквально вырвал этого милого недотёпу из её рук, явно намекало на какие-то тайные планы. Никто этого тогда не заметил — и это почему-то лишь усиливало её тёплую симпатию, почти материнскую заботу об этих двух таких разных, но неразлучных противоположностях.       Она любила Умника так же сильно, как и самого милого смурфика во всём смурфечестве. Но если оставить их одних, они становились не менее опасными, чем сам Гаргамель — пусть и совершенно непреднамеренно.       После обеда она решила ещё раз прогуляться вокруг Деревни. Ответов и результатов она всё равно не получила, поэтому оставался лишь один вариант — пойти к Папе и всё узнать у него.       По пути к нему она заглянула ещё в несколько грибов с одним и тем же вопросом: «А ты не видел Умника? А Растяпу?»       Один из грибов оказался пустым — внутри никого не было. Но когда Смурфетта заметила незапертую дверь и аккуратный, привычный беспорядок, она вдруг поняла, что этот гриб принадлежит Растяпе.       «М-м, неужели ты забыл закрыть дверь?» — задумалась она.       Смурфетта перешагнула порог и начала внимательно осматривать уютное внутреннее убранство гриба. На мгновение она поймала себя на мысли, что тревога за Растяпу почему-то сильнее, чем за его лучшего друга.       «Я… что… Так, возьми себя в руки».       Именно в этот момент её взгляд упал на записку, лежавшую на кухонном столе. Записка была кристально чистой, тогда как сам стол оказался чем-то испачкан.       «Растяпа оставил записку?.. Вот это да…» — отметила про себя Смурфетта.       Взяв её в руки и развернув, она принялась быстро читать — и с каждой строкой прежнее беспокойство постепенно перерастало в настоящую тревогу.       В следующий миг она уже обеими руками колотила в дверь лаборатории Папы-Смурфа.       — Папа-Смурф! Папа-Смурф!       Не дожидаясь ответа, она влетела внутрь, буквально отрывая Папу от взрывоопасного эксперимента. К счастью, разрушений удалось избежать.       — Смурфетта, дорогая, что случилось? — Папа мгновенно переключился на неё, стараясь её успокоить.       — П-Папа… я переживаю за Растяпу… и Умника.       — И почему же? Благоразумник был у меня прошлой ночью, и с ним всё было смурфно… насколько вообще можно так сказать.       Смурфетта протянула ему письмо Растяпы.       — Знаю, я не должна была… но его гриб был не заперт. Прошлой ночью Умник почему-то очень хотел посмурфить с Растяпой, и после этого я его весь день не видела. А утром я нашла его на окраине Деревни! Что если они попадут в беду?       Папа-Смурф внимательно прочитал письмо, хотя кое-что было трудно разобрать из-за почерка Растяпы. Одно предложение особенно привлекло его внимание — и в следующую секунду до него наконец дошло.       — Ну, Смурфетта…       — Что такое? — её нервозность читалась в каждом движении.       — Сложно сказать наверняка. Но в первую очередь, я думаю, Благоразумник наткнулся на мои старые записи и поделился ими с Растяпой. «Глубинник» сам по себе не опасен, но если Благоразумник решит им воспользоваться, то ничего смурфного у них точно не выйдет.       Он аккуратно сложил письмо и начал оглядываться в поисках своей сумки.       — Давай собираться, Смурфетта. Лучше всего будет за ними присмотреть. По пути я всё объясню. Скорее всего, мне придётся кого-то оставить главным, потому что до пруда очень и очень долго смурфить.       — Хорошо, Папа…              

***

                    Растяпа вместе с Благоразумником внимательно всматривался в карту, изо всех сил стараясь хоть что-то в ней разобрать — и одновременно выглядеть так же уверенно и сосредоточенно, как его друг.       Он поправил свои очки, и только теперь Растяпа уловил едва заметные глазу детали: такие лёгкие и плавные движения Умника, то, как он бормочет себе под нос… Да, это были мелочи. Но именно из таких мелочей и рождалась у Растяпы та самая тёплая, немного ребячливая улыбка.       — Так… отсюда нам снова идти вправо, или… — бормотал Благоразумник, держа карту так близко к носу, что она практически полностью перекрывала ему обзор.       Через несколько часов усталость становилась всё ощутимее, и темп их движения постепенно замедлялся. Растяпе совсем не нравилось, что тот почти не следит за дорогой и всё время утыкается в карту, но Благоразумник упрямо настаивал на своём, уверяя, что если вдруг они заблудятся, то всегда смогут восстановить маршрут по ней.       По всей территории леса тянулись тропинки — проложенные людьми, животными или самими смурфиками, — но далеко не все они были отмечены на бумаге. Лучших результатов можно добиться только следуя карте, и потому он брал инициативу на себя.       Частично.       — Хотя, как всегда говорит Папа… А-АЙ!       Благоразумник внезапно провалился в змеиную нору и мгновенно покрылся липкой грязью. Карта вылетела из его рук и мягко приземлилась рядом с Растяпой, который смотрел на него сверху вниз, не сразу осознав происходящее.       — О, нет, Благоразумник! Ты в порядке? Тебе помочь? — панически затараторил Растяпа.       Нора оказалась не слишком глубокой, но из-за скользких, грязных стен выбраться самостоятельно было крайне сложно. Тем не менее Благоразумник попытался вскарабкаться вверх, опираясь на протянутую руку Растяпы.       Правда, неудачно — и снова соскользнул вниз.       — Ну, знаешь… настолько, насколько вообще возможно в подобных норах… — сухо ответил Благоразумник.       — Хи-хи… А мне казалось, это я тут растяпа.       Благоразумник свирепо на него посмотрел.       — Ладно, тогда… ты держись, я поищу что-нибудь! — Растяпа поднял карту, аккуратно убрал её в рюкзак и быстрым взглядом начал осматривать окрестности в поисках хоть чего-то, что могло бы помочь.       — Не торопись, всё равно тут… — Благоразумник оборвался на полуслове, внезапно покрывшись холодным потом. Стены, казалось, начали медленно сдвигаться, давя со всех сторон, и он нервно поёрзал. — Хотя… вообще… не мог бы ты ускориться? Мне тут совсем не нравится…       Он упёрся спиной в камень, едва различимый в темноте.       Сюда пробивался лишь один-единственный тонкий лучик света, и Благоразумник старался лишний раз не двигаться и не издавать звуков, чтобы не привлечь внимание возможного хозяина этой норы. А вдруг здесь действительно живёт змея? И при малейшем движении она почувствует угрозу?       И его домыслы подтвердились всего одним звуком.       Шипение.       — Р-Растяпа! Поторопись! — он буквально сжался в самого себя, насколько это вообще было возможно.       — Не переживай, Благоразумник! — прокричал Растяпа и закинул в нору крепкую ветку, удерживая её за другой конец в надежде, что она выдержит вес друга. — Хватайся!       Шипение становилось громче, гуще, ближе — и вскоре его источник показался из темноты.       — ЗМЕЯ! — в истерике заорал Благоразумник. — Быстрее! Поднимай меня, пока она…       Ветка упала прямо ему в руки, и он вцепился в неё быстрее, чем когда-либо в жизни. Пресмыкающееся уже приготовилось к долгожданной трапезе, угрожающе приближаясь к своей жертве.       Растяпа запыхтел и собрал все силы, чтобы в самый последний момент вытащить его из норы. Очень вовремя — змея как раз бросилась в атаку и вместо добычи встретила стену.       Благоразумник рухнул прямо на Растяпу, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы полностью прийти в себя.       — Б-боже, мне кажется…       — БЕЖИМ! — Благоразумник схватил Растяпу за руку, вскочил на ноги и сломя голову рванул вперёд, не разбирая дороги.       Растяпа несколько раз едва не споткнулся, но упорно следовал за другом.       Как и змея.       — Она… она быстра, как Гаргамель!       Уже было неважно, куда именно они бегут — назад или вперёд. Гораздо сложнее было избавиться от преследования.       Растяпа внезапно взял всё в свои руки и поменялся местами с очкастым смурфиком, едва не потеряв равновесие, и со всего размаха влетел в ближайший куст, тем самым сбив хищника с цели. Через некоторое время змея уползла прочь, оставляя их обоих тяжело дышащими в листве.       — Ой… — прошептал Растяпа, судорожно хватая воздух. — Нас чуть не засмурфили…       — А где… где мы теперь?..       Благоразумник осторожно выглянул из кустов, внимательно оценивая окрестности. Впереди земля постепенно поднималась вверх, а рядом тихо журчал ручей.       Растяпа похлопал его по плечу и протянул карту.       — О… — выдохнул Благоразумник. — Спасибо. Знаешь… ты нас спас.       — Нам стоит раскинуть лагерь? — по голосу Растяпы было слышно, что он тоже сильно вымотался.       — Растяпа… — Благоразумник повернулся к другу. — Давай сначала немного отдохнём?       С этими словами он притянул Растяпу к себе и облокотился на него, крепко обнимая, чем заметно смутил смурфика.       — Ты спас меня, Растяпа, — промурлыкал Благоразумник ему в плечо. — И ты прав, нам стоит разбить лагерь… Никогда так не уставал… спина болит… зачем я вообще всё это затеял…       Растяпа посмотрел на него с пониманием — и даже с небольшой тёплой нежностью.       — Впрочем, — отстранился от него Благоразумник, — это было лишь небольшое ответвление от нашей основной цели. Вернёмся на маршрут завтра утром… или моё имя не Благоразумник!