complicated creation | Запутанное творение

      На следующий день возможность вести «отряд» выпала Растяпе, и он то и дело заставлял своего друга ускорять шаг и всякий раз нагонять его почти бегом.       — Помедленней, Растяпа! — взмолился Благоразумник. — К чему такая спешка? Мы никуда не торопимся, если ты вдруг забыл.       — Э-э… да я просто за дорогой слежу! — отозвался Растяпа, оглядываясь через плечо.       — Следишь, говоришь? — усмехнулся обладатель очков, мгновенно уловив слабое место в этом объяснении. — Ну да, разумеется! Больше нам никакие ямы не страшны!       Тем не менее Благоразумник уже начал заметно запыхаться в попытках нагнать темп своего незадачливого друга.              — Растяпа, стой! Давай я нас поведу? — предложил он, уже доставая карту из рюкзака. — У меня есть карта леса, так что будь добр позволить мне…              Однако едва он огляделся вокруг и сверился с картой, как его уверенность заметно пошатнулась.       — А мы где вообще?       — Ну, мы всё ещё в лесу, — с готовностью отозвался Растяпа и для убедительности хлопнул ладонью по ближайшему стволу. — Так что… э-э… заберусь-ка я на дерево, посмотрю, куда нам дальше смурфить…       Смурфик начал неуклюже карабкаться на дерево по веткам вверх, цепляясь за них с переменным успехом, в то время как стоящий внизу зануда наблюдал за этим с предсказуемой долей скепсиса.       — Ты уверен, что это хорошая идея? Ты же смурфнешься сейчас!       — Не смурфнусь, обещаю! — ответил тот, крепче вцепляясь в ветки и поднимаясь всё выше. — Я посмотрю сверху! И нам даже карта не понадобится!       К счастью, ствол дерева оказался достаточно тонким, и подъём не представлял для него серьёзного труда. Однако в какой-то момент нога Растяпы соскользнула с ветки и упёрлась в шершавую кору — он едва не сорвался вниз, на мгновение потеряв опору. Но даже при всей своей неуклюжести ему удалось удержать равновесие.       — Так, э-э… говори, что нам нужно найти!       Карта не отличалась изобилием подробностей: на ней были лишь условные обозначения и странные, местами не вполне понятные рисунки. Однако основные ориентиры всё же присутствовали, и по ним при желании можно было сориентироваться.       — М-м… ручей? Нет-нет, не ручей, мы же его уже прошли… Хм, а это… нет, тоже нет… Э-э… здесь рядом есть цветочное поле…       Растяпа, услышав это, заметно оживился и от неожиданного прилива энтузиазма едва не сорвался с ветки.       — О-ой! Я вижу кое-что очень смурфное, Благоразумник!       — В самом деле? Значит, мы на верном пути, Растяпа, — удовлетворённо заключил тот. — Признаться, идея осмотреться сверху оказалась вполне себе разумной. Смурфно, что ты до неё додумался. Да, в принципе, я и сам не прочь был бы предложить нечто подобное.       Неуклюжий смурфик без особых затруднений спустился на землю и тут же помчался в сторону своей находки.       — Посмурфили!              

***

                    — Растяпа, что это?       Перед их глазами открылась невероятной красоты картина: до самого горизонта расстилалось поле с цветами самых разных сортов и расцветок.       — Поле, Благоразумник! — повернулся к нему Растяпа. — Ух ты, сколько же их там! Придётся взять немного и подарить Смурфетте. Ой, а не хочешь передохнуть?       Благоразумник на мгновение задумался, действительно ли Растяпа хотел просто показать ему это поле и что это не отнимет у них много времени. В то же время он никогда не видел такого количества цветов в одном месте, но именно это могло означать, что они забрели куда дальше, чем следовало.       Они могли навсегда потерять возможность вернуться домой, могли слишком близко подойти к человеческой деревне и быть похищенными, а если Папа не решит сходить на рынок, то им точно крышка.       — Растяпа, ну, правда, у нас хватает причин…       Он осёкся, заметив, как Растяпа буквально впился взглядом в это поле.       — Ладно… один нам точно не навредит.              

***

                    Сбросив с плеч походные рюкзаки, они поудобнее устроились среди пёстрого ковра цветов, и, наконец, ощутили, как тяжесть дня постепенно сходит на нет.       Растяпа резво подполз к своему другу и перехватил его ладонь, вынудив подняться на ноги и сорваться в стремительный бег по лугу. От такой бесцеремонности белоснежная шапка Благоразумника опасно накренилась, едва не слетев на траву.       В этот миг он ощутил себя по-настоящему беспечным. Ему хотелось просто забыть обо всём на свете и остаться наедине со своим лучшим другом — в окружении природы, заливистых трелей птиц и молчаливых деревьев-стражей, чьи кроны едва ли касались самих облаков.       Растяпа вытянул свободную руку и прямо на бегу начал сбивать пушистые головки выстроившихся в ряд одуванчиков; от каждого лёгкого касания они рассыпались на сотни невесомых семян, которые под мягким дыханием ветра разлетались во все стороны, подобно крошечным белым искрам. Одни уносились прочь, бесследно теряясь в бескрайнем поле, другие же плавно опускались вниз, чтобы однажды коснуться земли и прорасти новыми, такими же хрупкими и прекрасными цветами.       — Они будут повсюду! — воскликнул Благоразумник.       — Ага! В этом и суть!       Из чистого любопытства Благоразумник решил на мгновение отбросить важность, расслабиться и вновь ощутить себя маленьким смурфлёнком, которому только предстоит познавать целый мир и чувствовать себя защищённым в нежных объятиях Папы.       Он покрепче обхватил локоть Растяпы и вытянул правую руку, точно так же начав сбивать головки одуванчиков, пока смурфик слева в точности повторял каждое его движение. Одно из пушистых семян опустилось Благоразумнику прямо на лицо, и когда он попытался его смахнуть, Растяпа случайно споткнулся и повалился прямо в густые заросли трав, увлекая друга за собой.       Так они оказались в самом центре поля. Благоразумник блаженно растянулся на спине, а Растяпа присел рядом, принявшись увлечённо собирать цветы для великолепного букета — он выбирал зелёные, жёлтые, синие и множество других соцветий, пока подарок для единственной смурфочки не стал казаться ему совершенно идеальным.       Смурфетта была по-своему близка Растяпе. Многие их занятия обычно крутились вокруг её сада, но чаще всего ограничивались сбором чайных листьев, о целебных свойствах которых она всегда подробно рассказывала.       Да, Растяпа часто донимал её вопросами, но эта его неуемная жажда всё разузнать… почему-то напомнила Благоразумнику его самого. И, признаться честно, именно за это он так любил своего Растяпу.       — Ой, а мне этот тоже вложить? — спросил Растяпа, демонстрируя маленькую фиолетовую фиалку. — Она не очень сочетается с остальными… но ведь тоже красивая.       — Оставь как есть. Выглядит пресмурфно, — мягко ответил Благоразумник.       Растяпа молча кивнул, и очкастый смурфик мысленно отметил, что его совет, пожалуй, впервые был принят столь безоговорочно.       Благоразумник закинул руки за голову и прикрыл глаза, пока Растяпа продолжал кропотливо собирать цветы в большой, нежный и гармоничный букет. По их возращении остальные смурфики точно зачахнут при виде такой красоты!       На первый взгляд могло показаться, что Благоразумник решил вздремнуть, но это было не так — подобный жест в его исполнении означал высшую степень расслабленности и доверия.       И, честно говоря, Растяпа мог наблюдать за ним целыми часами. Или даже лежать рядом, в тёплых объятиях, если у Благоразумника было подходящее настроение.       Растяпа украдкой следил за тем, как мерно и спокойно поднималась и опускалась его грудь. В какой-то момент он подполз поближе и заложил ту самую фиалку за ухо Благоразумника, стараясь не потревожить его покой.       Когда же тот открыл глаза, первое, что предстало его взору — было сияющее и абсолютно счастливое лицо Растяпы.       — Растяпа? Ч-что-то нужно? — смущённо пробормотал он.       — Э-э…       Благоразумник медленно приподнялся, опираясь на локотки, и его лицо при виде Растяпы предательски залилось краской. А когда он заметил фиалку, которую мог вложить только Растяпа, он раскраснелся куда сильнее.       — О-х… — он дотронулся до лепестков. — Спасибо…       Он определённо отреагировал иначе, чем обычно. Тем более когда сам потянулся за оранжевым цветком и молча заложил его за ухо Растяпе.       — Думаю… — хихикнул обладатель очков, — мы достаточно отдохнули. Нам нужно успеть дойти до заката. Иначе я не знаю, сколько нам ещё нужно будет смурфить.       Они надели на себя походные рюкзачки, и на этот раз впереди решил идти Благоразумник, потому что Растяпе не особенно хотелось вести путь. А зачем, если так он может просто за ним наблюдать и восхищаться?       — Хорошо… куда мы идём теперь? Мы сбились с пути.       Они осмотрелись, пытаясь всмотреться вдаль за пределы цветочного поля и отыскать хоть какой-то ориентир, схожий с тем, что было на карте.       — Лучше бы я взял нормальную карту… — пробормотал Благоразумник. — Но, конечно, Папа-Смурф! В прошлый раз он не пускал меня в библиотеку целый месяц, когда я её забрал! Почему бы ему просто не насмурфить ещё одну?..       Тем временем Растяпа заметил неподалёку любопытные заросли, явно отличавшиеся от других, и принялся пробираться через них.       — Наверное, это помешало его исследованиям. Одной карты просто недостаточно! Так что он наверняка будет нами доволен!       Прокладывая путь сквозь густую чащу, состоящую изо всех возможных видов кустарника, ветви которого больно царапали кожу, Растяпа внезапно вывалился вперёд, как только кусты закончились. Перед ним открылся загадочный туннель, прежде надёжно скрытый от глаз густой листвой.       — Э-эй, Благоразумник?       — Тише! Не сейчас, Растяпа. Я думаю…       — Но…       — Эти ветки вполне могут оказаться цветами, если смотреть под правильным углом…       — УМНИК! — нетерпеливо вскричал Растяпа, изо всех сил дёргая друга за плечи. — Я что-то нашёл…       Благоразумник тяжело вздохнул и последовал за ним сквозь переплетённые лианы.       — А разве… здесь не должны быть простые заросли? — осторожно пробормотал он, но тут же замолчал, когда перед глазами открылся необычайно красивый туннель. — О… впечатляет.       — Мы пойдём туда?       — Конечно, конечно! Это явно не типичная тропинка, Растяпа. К чему-то она точно нас приведёт…       Они пошли дальше, расталкивая перед собой ещё множество переплетённых ветвей.       — Но к чему же?..       Растяпа вышел вперёд и смело сделал первый шаг навстречу неизведанному.              

***

                    Через конец туннеля просачивался лёгкий туман, и теперь становилось ясно, куда он ведёт. Перед ними раскинулась поляна с холмами и зелёной травой, среди которых кучкой росли исполинские деревья, ветви которых тянулись во все стороны. Посреди этой красоты лежал таинственный водоём, явно хранящий какие-то секреты.       — О! Неужели! — радостно воскликнул Благоразумник, схватив Растяпу за плечо и указывая на воду. — Бассейн! Мы добрались! Правда добрались!       От счастья он заключил лучшего друга в крепкие объятия.       — Ага! — захихикал Растяпа, принимая объятия. — Мы правда добрались! И были-то совсем рядом!       — И всё идёт по плану.       Поверхность водоёма была стеклянно-гладкой, и от солнечного света в полутёмной гроте она превращалась в настоящее зеркало. Вокруг росли изящные цветы, почти точные копии рисунков с карты, а под ними проступало песчаное дно, постепенно уходящее в воду, хотя вокруг всё ещё оставалась трава.       — Он такой… красивый! — восхищался Растяпа. — Прямо как из смурфной сказки…       Благоразумника охватило странное, но спокойное волнение. Ему было приятно просто оказаться здесь, гораздо приятнее, чем думать о дальнейших испытаниях. И без Растяпы это путешествие было бы лишено смысла.       Но цель их прихода оставалась ясной.       — Я попробую первым, — сказал обладатель очков. — Если хочешь, можешь тоже, но после меня.       Растяпа кивнул, и он опустился на колени у края бассейна.       — Ну что ж, Растяпа… Вскоре мы вернёмся в Деревню, и всё вернётся на круги своя…