Тайна библиотеки Стратфорда

Настоящее Роксана проснулась в холодном поту. Она дёрнулась настолько резко, что пробудила и компаньона, лежащего недалеко от неё. — Ква-а. – возмутился он. – Ро, ты так хочешь меня квак-нуть? Выбрала бы другой, ква, способ. Девушка и не думала его слушать. В голове всё ещё был жив казавшийся таким реальным сон. Однако Роксана была точно уверена, что никто не умела писать стихи. Ей стало казаться, что на сознание так давит это место, этот город, все здесь начинают сходить с ума, говорить стихами, быть может, и это… Она принялась тихо, про себя проговаривать заклинание, бывшее так близко её сердцу. “Frigus, Frigus, Frigus”, – вторила она будто своим же мыслям, пытаясь охладить рассудок. Ведьма решила, что всё это лишь игры её проклятья. Проверка от Мастера, быть может? Ро не знала и до поры до времени решила этот вопрос отложить. К тому же, сколько раз ей снились различные эпизоды с её участием, но на реальность они влияния не оказывали. Возможно, и теперь вреда от них не будет. — Я понял, ты, ква, меня не уважаешь. Только теперь Ро обратила своё внимание на маленького помощника. — Что ещё, Хобелло? Не наговорился? Жаб воспринял это как дурное расположение духа, в котором сегодня проснулась Роксана, решил не трогать её. Однако всё равно закатил свои маленькие глазки подобно человеку. — Если так сильно хочется чем-то заняться, можешь присмотреть за Эдмундом. Мне не нравится, как я ощущаю себя рядом с ним. Проверил бы, не колдун ли он. — Ква, и что мне при-ква-жешь делать? Прыгать вокруг него? Ро направила на него насмешливый взгляд. — Можешь обратиться вороном и полетать по округе. — Эти перья, ква, не люблю быть птицей. – Он говорил это и прежде, однако ради общего дела всё равно прислушался к словам своей напарницы. Найти соперника было бы весьма кстати. Девушка уже успела достать один из нарядов в сундуке, который одобрили бы пуритане, поскольку именно сейчас она собиралась встретиться с Ральфом. Её будущая жертва, так необходимая для избавления от проклятия, священник, такой невинный… Всё же ей было удивительно, как смог один молодой человек с помощью креста и молитв отозвать и ведьме неизвестных до конца призраков, совсем недавно парящих вокруг Маркиза Лира. Быть может, всё дело было в силе его духа и веры или же важную роль сыграл фамильный крест, который мог достаться ему от родственника-инквизитора. Именно его предок заточил силу М, ведомый желанием расправиться с тёмной магией на своих землях. Роксана расправила складки на одежде и вышла на одну из улиц города. Наблюдая за жителями некоторое время, а в особенности за Ральфом, ведьма точно знала, когда именно он закончит свой обход. Теперь же, стоя у одного из зданий, ожидала священника, обдумывая разговор, который ей предстояло бы начать. — Добрый день, миледи. – слегка удивлённо проговорил молодой Суффолк, встретившись взглядом с Амабелль. — Добрый день. – Ро изобразила ответную реакцию, схожую с его. – Прогуливаетесь? Ральф улыбнулся, слегка покачав головой. — Завершаю обход. Однако намеревался полезно провести время. Смиренно опустив глаза, девушка наигранно сладким голосом отпустила предложение. — Не хотели бы вы составить мне компанию? Возможно, и темы для разговора нашлись бы. Священник очевидно оживился и принял приглашение. Теперь они вдвоём прогуливались по городу, размышляя о совершенно разных вещах. Ведьма и юный священник – узнал бы кто правду, никогда бы не поверил. — Вы часто встречались с такими случаями, что произошёл прежде с Маркизом Лиром? Ральф, казалось, не слишком сильно желал обсуждать подобную тему при леди, бывшей гостьей в их городе, но всё же не счёл уважительным замалчивать подобную информацию. — Признаться, нет. Иногда в лечебнице бывали подобные проказы, но в этот раз пациент оказался весьма буйным, как вы могли заметить. Ро вспомнила, как исказилась его внешность, как летали вокруг мужчины призраки-дочери. Говоривший об этом Ральф даже и не подозревал, как многое было сокрыто от его глаз. Испугался бы? Казалось, никакая нечисть не смогла бы сломить его внутреннего стержня. — Все эти убийства, происходящее… Не представляю, как вы не сошли с ума, разбираясь со всем этим… – Роксана намеренно опускала интонацию голоса сверху вниз, используя свои возможности манипулирования людьми. — Вы знаете… – Казалось, священник будто прикусил щёку с внутренней стороны, сдерживая какую-то обиду. – Некоторые будто и впрямь перестают дружить с собственным рассудком. Их жестокость… Ведьма решила подхватить его мысль, заметив, как тяжело ему даётся даже небольшое осуждение окружающих. — Не знает границ. Эти казни невинных людей… Я понимаю вас. Казалось, Ральф был тронут её искренностью, оттого и чуть виновато улыбнулся. Знал бы он, что это была всего лишь игра, в которой он был главной целью и наградой. Они направлялись вперёд по Стратфорду-на-Эйвоне, даже не заметила Роксана, как дошли они до ещё не изведанного ей места в городе. Девушка осмотрела старый, заброшенный дом. Особенно сильно выделялся каменный балкон, расположенный у окна второго этажа. — Что это за здание? Ральф тоже поднял взгляд. — Старое поместье кого-то из бывших жителей города. Никогда не видел, чтобы его использовали. Однако стоит здесь, сколько я себя помню. Цепкий взор ведьмы не мог оторваться от балкона, будто её нарочно приворожили к этому месту. — Почему-то смотрю на него и хочется сказать: Твой взгляд опасней двадцати кинжалов. Взгляни с балкона дружелюбней вниз, И это будет мне от них кольчугой… Слова вырвались сами, даже говорившая удивилась тому, что произнесла это настолько неосознанно. — Какие завораживающие строки, миледи. – искренне поразился молодой священник. – Вы прочли их где-то? Однако вопрос Ральфа застиг врасплох и её саму. Роксана не могла вспомнить, откуда могла знать подобные стихи. Отчего-то голова стала кружиться, девушка попыталась удержаться. — Миледи Амабелль… – Он подхватил её под руку, не позволяя покачнуться. Ро тут же собралась, не престало ей проявлять подобную слабость при собственной жертве. Она чуть мягко улыбнулась ему. — Благодарю, всё в порядке. Наконец, священник отпустил её. Вдвоём направились они обратно к главным улицам города. К сожалению, Ро предстояло быть на встрече с Дадли и несколькими мужчинами, ведающими о ситуации с убийствами. Кажется, граф сказал, что пригласил туда и Уильяма Шекспира. Что ж, это было бы для неё весьма полезно. Эдмунд уже ожидал девушку у таверны, потому едва завидев её, расплылся в улыбке. Та поспешила попрощаться с Ральфом. — Вы не пойдёте на встречу? – спросила она, заранее зная ответ. Священник лишь покачал головой. — Нет, не привык бывать в… такого рода заведениях. К тому же, вряд ли меня ожидают там. Я оставлю вас. Девушка проводила его милой улыбкой, а затем весьма резко обернулась к Эдмунду. Этот фальшивый, по её мнению, пират прекрасно знал, кто она такая, поэтому скрывать своё истинное нутро было не к чему. — Вы весьма любезны со здешним священником, колдуня. – он проговорил это с явным сарказмом, даже упрёком. Это прозвище, что он дал ей, начинало раздражать. — Я бы не советовала вам, Эдмунд, кричать об этом так громко. Моё разоблачение ни к чему хорошему лично вас не приведёт. Вы ведь всё ещё служите графу Лестеру. Она намеренно выделила статус Дадли, хотя на самом деле мечтала найти в блеске глаз моряка подтверждение её теорий о служении Мастеру. Тот лишь усмехнулся, покачав головой. — Пожалуй, вы здесь правы. – Он указал рукой вперёд, приоткрыв дверь в таверну. – Не стоит задерживаться, нас уже ждут. В заведении действительно уже ожидали Роберт Дадли, а также местные жители Отелло, Яков и Генри. Кроме того, как и обещалось, присутствовал поэт Уильям Шекспир. Он нервно озирался по сторонам, переживая обо всём происходящем. — А, миледи Норфолк, приветствую. – проговорил наигранно добрым голосом граф Лестер. Для него встреча с подчиняющейся ему ведьмой, которая до сих пор не удосужилась продвинуться в расследовании, была отнюдь не в радость. Однако при посторонних выразить своё истинное отношение к сложившемуся пока не мог. — Мы хотели бы услышать ваши наблюдения о произошедшем, которые могли возникнуть как у посетительницы города. Возможно, мы могли что-либо упустить. Ро кивнула, присаживаясь на одну из скамей. Разумеется, рассказывать о всём она не могла, поэтому начала с понятных фактов. — Все юноши были убиты одинаковым образом: их горло то ли перегрызено, то ли перерезано. Рядом с телом в каждом из случаев находили зверски вырванные сердца. Однако что примечательно, их цвет был совсем не алым, а чёрным. Казалось мне, будто… – Она раздумывала, насколько безопасно было бы озвучить свой вариант при посторонних. – Будто окрашены они были чернилами. Некоторое время девушку действительно не покидало чувство того, что всё происходящее весьма тесно связано с поэзией и стихами, ровно как и с магией. Роксана невольно вспомнила фантома, заставшего её врасплох в лесу и похожего на созданного рукописью духа, и пергаменты, найденные в городе. Не давали ей покоя и собственные сны, и слова в стихах, которые начинала она нечаянно произносить. Хотя весьма отчётливо помнила, что никогда подобных пьес не читала. Однако это имя, пришедшее к ней во сне… Ромео… Отчего-то сердце будто прошибало льдом, разрывало на куски, стоило об этом подумать. Во снах, где девушка передавала какой-то птице кольцо, она испытывала похожие чувства. Неужели собственный рассудок начинал её подводить? — Хотите сказать, замешан во всём некто, умеющий писать? – с подозрением задал вопрос Яков. Роксана слышала прежде, как Яков активно беседовал с Эдвардом, размышлял о роли католиков в происходящем. — Мне кажется, колдун или ведьма, замешанные в этом, могли бы использовать нечто, свойственное людям, чтобы скрыть следы магии. Как, например, чернила. — Но убитые были ярыми пуританами, презирали католиков! Значит ли, что нечисть покусилась именно на представителей этой группы? За множество лет Ро привыкла к тому, что ей подобных называли грязью, нечистью, злыми силами. Как бы ни хотелось каждый раз возразить, каждого человека переубедить было бы невозможно. Она молчала, выслушивая мнение остальных до конца. — Религиозные распри могут быть лишь прикрытием истинных мотивов. – произнесла, наконец, девушка. Она заметила, как Шекспир всё это время молчал, явно не понимающий, что забыл он на подобном собрании и зачем его пригласили. Мужчины, прибегая к авторитетному мнению Дадли, обсуждали ситуацию и дальше, поэтому Ро могла перевести своё внимание и на Шекспира. — Как вы себя чувствуете? Вашему сыну лучше? – спросила она. Взгляд поэта наконец сфокусировался на ней. — Да, Хамнэту гораздо лучше. Всё благодаря настойке, что была передана лекарем через графа Лестера. Вы так любезны, миледи, что переживаете о нём. Мужчина искренне улыбнулся, даже не подозревая, что Ро совершенно не беспокоило, что именно происходит с ним или его семьёй. Ей нужны были ответы, и она их получит. — Вы работаете над какой-то новой пьесой, быть может? Нам ожидать от вас чего-то нового в ближайшее время? Она улыбалась, позволяя своим глазам внимательно следить за Уильямом, внушать ему доверие. — Я работаю над одной пьесой. В ней речь пойдёт о ревности и предательстве, весьма занимательно. Тяжело, конечно, писать о человеческих пороках, но вдохновение не остановить. Так часто посещают меня будто целые фрагменты сцен, которые нужно успеть перенести на пергамент, прежде чем они канут в небытие. — Я надеюсь, вы порадуете нас этим произведением. – И снова притворная улыбка, вежливое общение в рамках этикета. Тем же временем Шекспир вспоминал слова девушки, высказанные ему вчера. — Накануне вы живо рассуждали о слове и текстах. Был не в состоянии спросить, но теперь заинтересован. Вы любите поэзию или имеете особый интерес к литературе? Роксана была вынуждена и подслушивать разговоры мужчин об убийствах, и вести беседу с поэтом. Ей была необходима вся информация, жаль, что получить её можно было лишь таким перенапряжением себя. — Мой покойный супруг любил вас читать. Сама я иногда разделяла его увлечения. – Ро решила не терять подходящий момент. – Вы слушали такие строки: “Твой взгляд опасней двадцати кинжалов. Взгляни с балкона дружелюбней вниз, И это будет мне от них кольчугой”? Брови поэта приподнялись. — Нет… Нет, леди, однако стихи чудесные, весьма трогательные. — Не вы их написали? Он снова отрицательно покачал головой. Всё это начинало давить и сводить девушку с ума. Ро знала, что она сильная, хоть и встречалась в последнее время с проблемами рассудка, но знать то, чего никогда не слышала… — Я давно говорил Эдди, что хотел бы написать о двух влюблённых. Представляется картина, как молодой человек пытается доказать своей возлюбленной преданность, стоя прямо под её балконом. — Могла бы показать вам подобное место. – Она улыбнулась игриво-натянуто. — Я бы с удовольствием составил вам компанию, леди Норфолк. Очевидно, Шекспиру по душе пришлась идея пройтись к месту, которое могло бы стать его вдохновением, толчком к творению нового! — Сегодняшним вечером после занятий со своей ученицей, я могла бы пройтись с вами. Как вы смотрите на эту мысль? Ей удалось удивительно легко прийти к согласию поэта. Вскоре он отбыл, оставив девушку в компании рьяно обсуждающих ведьм мужчин. Находиться здесь было неуютно, однако и во всём городе слово “уют” рассеивалось мгновенно. Роберт Дадли вышел проводить Шекспира, теперь Роксана наблюдала за Отелло, негромко разговаривающим с Яковом. — Дездемона не верна тебе, как ты не видишь? – говорил Яков, почему-то призывавший называть себя Яго. Второй мужчина будто не желал ему верить, однако проблеск сомнения уже забирался в кончики его волос, пронизывая тело тонкой кожицей мурашек. — Ты и сам так много внимания уделяешь ей, неужто прикажешь и тебя обвинять? – старался Отелло защитить супругу. — За ней всё этот моряк Эдмунд приударивает, следил бы ты за ним. – ответил Яков. Ведьма совсем было заскучала, слушая их разговоры, как вдруг заметила ловко прыгнувшую на скамью чёрную кошку. Роксане показалось, будто она видела её прежде, тогда, в таверне своего города, когда впервые встретилась с Эдмундом и Реджиной. Тем вечером это пушистое создание наглым образом расцарапало ей щёку. — Брысь, уходи. – прошептала Ро животному, не желая привлекать к себе лишнего внимания. Однако кошка недовольно прошипела на ведьму, тут же запрыгнула на Отелло и оцарапала его руки. — А-а-а! – прокричал тот, вскакивая со своего места. Животное уселось на Якова и направило свою когтистую лапу прямо ему в лицо, оцарапав нижнюю часть и ухо до крови. Теперь же кошка направилась к Роксане. И именно в этот момент в таверну вновь вошёл граф Лестер, заметивший спокойно сидящее около ведьмы Монтгомери животное. Его взгляд злобно направился в её сторону. Мужчины с криками о нечистой силе уже покинули таверну, распугивая прохожих. — Как смеете вы, находясь здесь под моей протекцией, вытворять подобное?! Ро, мгновенно наполняющаяся гневом, хотела было начать кричать не него в ответ, но сдержала себя. Всё же его потребность в ней была выше подобных догадок, ведьма чувствовала. — Это не мой фамильяр, однако я чувствую магию. Можете думать, что вам угодно. Её взгляд был столь же холодным и колким, как прежде. Дадли не мог доверять этой особе, однако и обвинить её сейчас не стал бы. Граф подошёл ближе, понизив голос до опасного шёпота. — Ещё один подобный проступок, Роксана Монтгомери, и вы пожалеете, что не сгорели на костре семь лет назад. Слова точно иглы ударили по самым важным органам чувств, однако девушка не пошевелилась, сдерживая свои гневные порывы. Возможно, Мастер гордилась бы тем, как ей удаётся сдерживать свой грех. — Вы свободны. – сказал он, а в следующий миг сжал предплечье уже собравшейся покидать трактир ведьмы. – Однако учтите, что я жду более существенных результатов в самое ближайшее время. Постарайтесь на завтрашнем балу узнать как можно больше. Роксана нахально присела в книксене, выказывая своё явно притворное послушание, не укрывшееся и от Лестера, а затем наконец смогла выйти на свежий воздух. — Миледи, провожу вас? – С улыбкой подскочил к ней назойливый ныне по настроению пират. Она не ответила ничего, продолжая идти по улице с едва уловимым угрюмым видом. Тот всё же продолжал следовать за ней. — Вы планируете проследить за мной, Эдмунд? Узнать, нашла ли я разгадку на вопрос, который интересует нас обоих? – Она не стала скрываться. Все подозрения в служении М пали на пирата ещё давно. Теперь же его настырность начинала раздражать. Кошка-фамильяр, странные ощущения, испытываемые ею рядом с этим мужчиной выводили из равновесия, заставляли сомневаться во всём. — Отчего вы так настроены ко мне, колдуня? Я старался не вмешиваться более положенного. – он попытался оправдаться. Стоило девушке пожелать возразить Эдмунду, как он схватил её за запястье, аккуратно потянув назад. Роксана не успела толком разобраться в происходящем, как взгляд её устремился вперёд. В углу заброшенной улицы на коленях стояла Дездемона, жена Отелло, Она будто копала голыми руками землю. В следующий миг женщина достала спрятанную икону. — Не понимаю, она католичка? – прошептала Ро пирату. Тот слегка усмехнулся. — Не думали, что такое возможно? Напоминаю вам главную версию причины развития таких трагичных событий в этом городе: религиозный конфликт. — Вряд ли такая хрупкая девушка в одиночку убила бы несколько юношей таким зверским способом. — В любом случае, вам теперь известно куда больше, чем остальным. Этого ведь ожидает от вас граф? А теперь поторопитесь к своей ученице, колдуня. Не заставляйте девочку ждать. – Эдмунд нахально усмехнулся. Он отправился за ней, не намереваясь наблюдать за действиями Дездемоны, отчаянно молившейся иконе в этом пуританском городке, где подобное находилось под строжайшим запретом. В мыслях Роксана рассуждала о том, что женщина попросту могла просить высшие силы о ребёнке. Когда-то говорили ей, будто Дездемона всё никак не могла зачать дитя, видимо, это был последний способ, который остался для её веры. В доме Авроры леди Норфолк встретил отец девочки. Клиффорд как обычно весьма любезно поприветствовал гостью, позволяя ей скорее пройти внутрь. Светящаяся лучами радости Аврора задорным голоском спросила: — Миледи, добрый день! Что мы будем изучать сегодня? — Мы снова посмотрим ту книгу, которую подарила вам Джоан. – с мягкой, но настойчивой улыбкой проговорила Ро. Естественно, девочка расстроилась: она ожидала чего-то более интересного, нежели пугающая книга со страшными историями о колдунах, волшебниках и других созданиях тьмы. Роксане же нужно было как можно подробнее изучить её и без лишних вопросов забрать с собой. Уж слишком многое хотелось узнать об этом у тех, кто действительно мог понимать контекст происходящего. Новые страницы рассказывали об обезвреживании колдунов и ведьм, способах нарушения их магии, ничего нового Ро для себя не обнаружила. Аврора постоянно путала произношение “fa” и “da”, отчего девушке приходилось из раза в раз поправлять её. Однако девочка всё-таки делала успехи. — Я заберу эту книгу с собой, ты не против? – спросила Роксана в самом конце занятия. Глаза Авроры удивлённо округлились. — Зачем? — Хотела узнать подробнее о том, где её достала ваша милая Джоан. Или, быть может, найти продолжение для наших следующих уроков. Девочка кивнула. — Да, конечно, можете взять её, леди Амабелль. Роксана мило улыбнулась своей ученице. Уже через четверть часа она была в своих покоях, отведённых ей в лечебнице. Там она, к своему удивлению, заметила и жаба. — Хобелло, ты что тут делаешь? Не она ли утром дала ему указание заняться проверкой Эдмунда. — Как ты жесто-ква. Не направляться же мне в жилище этого пирата. Ква, он ведь тоже не слепец. — Эдмунд просто ушёл? — Ква-нечно, сразу после того, как вы увидели женщину с иконой. Она пристально посмотрела на компаньона. — Значит, ты и там был? — Был, смотрел. Ничего магического, ква, не видел. Роксана уже сменила свой наряд на более тёплый, готовясь к вечернему променаду с Шекспиром. К прогулке, необходимой, как она надеялась, для собственного расследования и поиска артефакта. — Моя милая-злобная-Ро… – услышала за своей спиной шёпот Роксана. Этот наполненный змеиным ядом голос она узнала бы из тысячи других. – Не забываешь ли ты о своём предназначении? Ведьма обернулась. Образ Мастера явился к ней. Девушка поклонилась. — Я делаю для этого всё. — Постарайся делать лучше и… – Рука Морганы сжала одну из прядей слуги. – Быстрее. — Я иду на встречу с Шекспиром, хочу узнать у него о проклятии, настигшем этот город. Это могло бы помочь. — О, безусловно. Моей проклятой магией пропиталась вся земля Стратфорда-на-Эйвоне. Если и находишь что-то необычное, не забывай разбирать, дорогая. – Её настойчивая улыбка заставляла в очередной раз задумываться о том, насколько сильно Роксане всё это время приходится потакать приходям всех вокруг, кроме своих собственных. Её успокаивала мысль, что обнаружив артефакт и убив Ральфа, девушка сможет обрести свободу от собственного проклятия. — В добрый дальний. Мастер тут же исчезла. Появление М Роксана сочла очередным способом напомнить о существовании обязанностей с её стороны. Хобелло, как обычно, не издал не звука, только молча наблюдал за происходящим. Настроившись куда более чем решительно, ведьма вновь покинула стены лечебницы. Уильям Шекспир находился совсем неподалёку. — Какое удивительное место! – сказал он, стоило ему увидеть балкон, к которому Ро и привела поэта. — Я обнаружила его совершенно случайно. Вы знаете, перед глазами сразу же пронеслось имя Ромео. Роксана ещё не решила для самой себя, зачем же она решила заговорить об этом: проверить, знает ли Уильям существовавшего когда-то в действительности Ромео или написал ли он подобного персонажа в пьесе. — Такое звучное имя, словно волшебное. Быть может, в будущем я использую его в одной из своих пьес. – он улыбнулся, но сменил тему. – Сейчас же тема меня заняла куда более зловещая. — И чем же кончится эта история? — Муж убьёт жену, поверив гнусной лжи окружения. – проговорил он решительным, чуть звенящим голосом. – Вы представляете, ведь и в действительности такое нередко происходит. — Вы вдохновились реальностью? — Нет, подобное приходит мне будто во снах. Вижу образы, фразы, героев… Собирать их в один контекст стало моей привычкой. Роксана узнала ещё немного о том, как часто поэт бывал в лесу за последнее время, где он писал свои произведения. Ничто из этого не удовлетворило её живой интерес. К тому же, поэт не терял и уж точно не разбрасывал по городу пергаменты со стихами, которые нашли Реджина и Аврора. Теперь загадка стала куда более чем запутанной. Наконец, долгий день подошёл к концу. Уставший жаб, пролетавший без малого с утра до вечера, уже сладко отдыхал на своей подушке, изредка поквакивая. Роксана же надеялась хотя бы эту ночь провести без сумасшедших снов. Ведьмам редко приходили сновидения, особенно такие красочные, что начинало даже немного пугать. Сон о прошлом В очередной раз эти молитвы не закончились для девушки ничем хорошим. Поганые люди, строящие из себя святых и невинных, били её по спине, всё тело было усыпано ранами. Теперь же Роксану оставили в комнате, снова заперли. Она еле нашла силы на то, чтобы лечь на постель. Тяжело дышала. Так бы и продолжила девушка пребывать в тишине, если бы не услышала тихий стук, а потом и звук ключей, отпирающих дверь. Всё это было так негромко, как не смогла бы сделать эта ужасная Джоан или другие прислужники лечебницы. Ро медленно подошла к стене у входа, прислушиваясь. — Выйдешь тихо, закрой дверь, поверни налево. В конце коридора будет спуск вниз, за ним дверь для прислуги. Аккуратно выйдешь из здания, а потом направляйся вперёд до деревьев. Там лес, я встречу тебя. Позабочусь о том, чтобы закрыть дверь, поняла? Девушка мгновенно узнала по манере речи своего нового знакомого. Очевидно, он всё ещё был в какой-то маске, ибо голос был приглушён. Ей нужно было заполучить ещё пергаментов, но и не только. Любопытство пробуждало в ней желание послушаться. Наконец, всё вокруг замолкло. Роксана попробовала приоткрыть дверь, и та поддалась. Осмотревшись, в коридоре не обнаружила никого. Всё равно эти наказания от злобных людей не могли стать ещё хуже, поэтому девушка решила попробовать сбежать хотя бы на несколько мгновений. Она бесшумно закрыла за собой дверь, повернула налево и тихо направилась вперёд, часто оборачиваясь. Потом действительно обнаружила спуск, где-то дальше были слышны голоса работающей прислуги, но девушка успешно миновала все препятствия. И вот, заветная дверь. За ней была столь желанная свобода, и Роксана, улыбнувшись, покинула здание лечебницы. Идти нужно было быстро и аккуратно, чтобы не наткнуться на людей, способных обратить её время здесь в мучения. Спустя несколько минут Ро успешно добралась до деревьев, дальше начинался лес. Она зашла в него совсем немного, не решаясь идти вглубь. Было тихо, однако казалось, что девушка здесь не одна. Стоило ей почувствовать какое-то движение за спиной и обернуться, как тут же она натыкалась на такие же деревья, как и везде вокруг неё. И вот, в очередной раз заслышав какой-то звук, Роксана переместила взгляд и увидела возникшего будто из ниоткуда молодого человека в маске. Она резко выдохнула, схватившись за грудь, где учащённо билось сердце. — Ты меня напугал. — Бояться нужно не меня, а страха. Как много судеб погубил он. Ромео нынче выглядел совсем по иному. Теперь не в порванной одежде, а в простом костюме, однако ж дорогом. На лице маска, но не железная: она скрывала верхнюю часть лица, нос, половину губ. Его чёрные волосы были забавно взъерошены на макушке, что заставило девушку улыбнуться. — К чему этот побег? Нам можно быть здесь? Ромео направился вперёд, будто призывая Роксану следовать за ним. — А кто запретит? Тут тишь, ни тебя, ни меня до завтрашнего утра навещать не будут. К тому же, они все боятся этого леса. Девушка слушала и внимала его словам. Пыталась запомнить, чтобы характер затем отразить в стихах. — Почему боятся? Спутник вдруг резко остановился. Хоть его лицо и было сокрыто маской, Ро ощущала на себе пристальный взгляд. — Поговаривают, будто призрак поселился на этих землях и теперь преследует грешников. — А он не страшен нам? Ромео усмехнулся, как забавно эта девушка сказала “нам”, будто они уже представляли собой друзей. — Я знаю, что ты невиновна. Верю в это. — Как и ты? Они тебя не за колдовство ведь держат. Они прошли ещё немного до полянки, на которой росли красивые цветы, передающие воздуху свой запах. — Кто судит? Мерят наши все грехи, не видя правды пред очами. Начните со своих – и до чужих не доберётесь. — Так говоришь, как будто бы стихами. И впрямь поэт. Сквозь маску послышался Роксане смех, сама она в ответ также улыбнулась. — Тебе пергаменты нужны? Я принёс с собой немного, можешь взять. Девушка сглотнула. Неужели он всё знал? Ей было неудобно, но всё же, как человек, тоже пишущий стихи, Ромео должен был понять. — Спасибо. Буду благодарна. Тот протянул ей несколько листков. Однако сжал руку на запястье. — Только аккуратна будь. Найдёт кто-то – будет плохо. А если Клавдий, то совсем несдобровать. Ни тебе, ни мне. Роксана спрятала их в изгибах платья, а затем вернула взгляд на Ромео. — Он тут влиятельный? — Представитель древнего рода Пемброк. Девушка промолчала, но затем решилась задать вопрос. — Ты говорил о его наследии, получается, та лечебница принадлежит ему? Его поместье? Внутренне Ромео радовался, что сейчас она не видит его эмоций. — Его и молодого Пемброка. — А кто это? Я не встречала. Если только он не был одним из тех мучителей. Ты знаешь, они не представились. – она усмехнулась, но в голосе проскользнула всё та же грусть. — Не думаю, что он был в их числе. Клавдий уж слишком печётся о своём племяннике Эдварде и его репутации. У Ромео в руках были исписанные строками пергаменты. — Это же ты написал? Прочтёшь? — У сердца с глазом — тайный договор: Они друг другу облегчают муки, Когда тебя напрасно ищет взор И сердце задыхается в разлуке. — Красиво. Ты и впрямь умеешь сочинять. – Она подарила ему искреннюю улыбку. — Хотелось бы и мне твоё прочесть. А впрочем, можешь написать мне. Глаза девушки округлились от изумления. — Сейчас? Её слова встретил резкий поворот головы собеседника в её сторону, последовавший за этим смех, раздавшийся теперь же почти на всю лесную округу. — Можешь написать мне потом. — И от чьего же имени мне писать? – Только сейчас Роксана поняла, что никогда ранее не называла при нём своего имени. Он мог его, безусловно, слышать от людей вокруг. Да и к тому же его собственное “Ромео” звучало так необычно, будто было и вовсе выдуманным. Молодой человек задумался, будто отвёл взгляд в поисках ответа. — Я буду звать тебя Джульетта. Он не спрашивал, просто назвал имя, а вот у Роксаны в голове собралось то, что никак не получалось сделать самой. Главный герой её пьесы звался Ромео, но имя для его возлюбленной подобрать никак не получалось. Теперь же цепочка сошлась и Ро улыбнулась, что было воспринято её собеседником как положительный знак. — Хорошо. Когда-нибудь, Ромео, я напишу тебе от имени Джульетты. – она сказала это и добавила. – Только жди. — Пройдём ещё вперёд? – спросил он у девушки. Ромео заметил, как слегка со страхом посмотрела она меж деревьев, но в следующий миг будто убедила себя в том, что ей совсем не страшно, и кивнула. Они шли вдоль линии леса, не близко к его краю, но и недалеко. Отчего-то казалось Роксане, что атмосфера здесь совсем иная, чем во всех местах, где доводилось ей бывать прежде. Возможно, дело было в компании, которую ей составляли теперь, или в побеге, который осуществила она так внезапно. Невольно девушка засмотрелась на молодого человека. Отчего его держали в кандалах и железной маске, а нынче он мог разгуливать по лесу? Однако и она не должна была здесь находиться, поэтому донимать лишними вопросами его не стала. У каждого своя история. — Расскажи о чём-то. Кто ты? Каков твой путь? — Я Роксана. – Она впервые назвалась перед ним по имени. – Пишу стихи, но все говорят, что я ведьма. — А как на самом деле? — Пусть судят. Как ты и сказал, и смотрят на свои грехи. Ромео улыбнулся. С этой девушкой определённо будет интереснее, чем одному. — Раз ты в лечебнице, то значит, что богата? — Пожалуй, но не я, отец. Весьма, как он сказал бы, уважаемый род. – Она забавно спародировала интонацию отца, что рассмешило собеседника. — И как же он позволил людям называть тебя ведьмой? Девушка замолкла. Ромео попал в какой-то глубоко спрятанный секрет внутри её души. Однако через несколько мгновений Роксана оживилась. Быть может, она и никогда больше не увидит этого человека, а осудить он её не сможет. — Был человек, милый моему сердцу. Я написала ему письмо в стихах, конечно, в шутку. А он не всё прочёл там между строк и, видимо, воспринял текст дословно. — Милый сердцу? – почему-то Ромео зацепился именно за этот момент, но будто и сам пожалел о сказанном, потому что скула его дёрнулась. — Возможно. Точно я не знаю. Просто приятный человек, по статусу весьма недурный. Я думала, что может между нами что-то быть… Нерешительность девушки относительно восприятия собственных чувств поражала собеседника. Никак не мог он представить, что эта смелая девушка, укравшая у него совсем недавно пергаменты и чернильницу, проявляла бы подобные сомнения относительно своих эмоцией. — Что есть любовь? – спросил он, однако в воздух, потому что понимал, что ни Роксана, ни он сам ответ сейчас не найдут. – Наверное, что-то возвышенное. Раз сомневаешься, то и не она была. А если будет, то поймёшь. Они остановились там, где встретились сегодня в лесу. — Уже темнеет, я провожу тебя. Но главное, нас не должны увидеть вместе. Иначе больше не смогу я помогать. Соблюдая своё обещание, Ромео помог девушке тихо проникнуть в собственную комнату. Через несколько минут он запер её дверь снаружи, чтобы никто не мог заподозрить обмана. Достав из складок платья новые пергаменты, Ро прижала их к груди и отчего-то улыбнулась. Приятное желание творить настигло её после этой прогулки. Девушка засела за строки, а когда готовых идей для продолжения не осталось, легла в постель. И в эту ночь ей снились сцены, как будто она сама Джульетта из пьесы, что сейчас писала. Видела, как дарит ей красный плащ возлюбленный Ромео, чтобы тайно пожениться они могли, не будучи замеченными. И после сон перенёс её в уже знакомый лес Стратфорда-на-Эйвоне. Джульетта в её обличии шла вперёд или же бежала от кого-то, а затем выронила тот самый красный плащ. Она не остановилась и шла дальше. Проснувшись утром, напрочь забыла о несуразном сне, что посещал её сегодня. Он совершенно не подходил для пьесы, которая поселилась теперь не только в голове Роксаны, но и на пергаментах, которые та прятала под половицами. Она успела умыться прежде чем в комнату ворвалась Джоан. Каждый её приход сопровождался оскалившимся лицом, будто ненавидящим девушку за одно её существование. — Успела проснуться? Что ж, теперь изволь собраться к молебну. Взгляд женщины упал на платье Роксаны, лежавшее на сундуке. Глаза сразу заприметили грязь на подоле, а затем гневно устремились на догадавшуюся о своей осечке девушку. Джоан резко схватила за запястье несобранную пациентку и потянула её за собой. Вывела Роксану в коридор и вела всё дальше, второй рукой направляя её шею то вниз, то вбок. — А теперь, расскажешь мне, где ты успела в лечебнице найти столько грязи, паршивка! Они шли всё дальше, по тем местам, где пребывала ранее Роксана, однако, как и думалось, никакой грязи она не находила. Женщина продолжала тыкать девушку носом в чистые полы лечебницы, пока не выдернула за собой на улицу. — Смотри здесь! Вчера шёл дождь, так вот откуда грязь. Но как смогла ты покинуть комнаты? – она всё повышала и повышала свой голос, а заступиться никто за Роксану не мог. – Умешь перемещаться сквозь стены словно призрак? Затем её взгляд упал на пальцы Ро, слегка запачканные чернилами. Теперь Джоан дёрнула верхнюю часть одежды девушки вниз, буквально срывая её. Стала осматривать, не прячет ли она чего-то под корсетом. Женщина резко дёрнула её за волосы, заставив Роксану вскрикнуть и впиться ногтями в её руки. Она потянула её за собой. — Мерзавка! Где ты бродила?! — Не смейте! – остановил её мужской голос. Джоан сразу зарделась и ослабила хватку, позволяя Роксане свободно вдохнуть. Глаза женщины тут же устремились к говорившему. — Господин Пемброк, я разбираюсь с ведьмой и… — Я сам с ней разберусь! Его тон не предполагал отказов. Джоан поспешила удалиться. Подобную власть Ро видела прежде только в руках Клавдия, но здесь явно был не он. Девушка стыдливо прикрывала оголённую грудь руками, но всё же рискнула поднять глаза на своего или спасителя, или мучителя. Ро поняла, что перед ней стоял Эдвард Пемброк, о котором вчера ей рассказывал Ромео. Он был красив, на чёрную одежду был наброшен плащ, прикрывавший его тёмные волосы и серые глаза, вселявшие только холод. — Роксана Монтгомери, возьмите. – Эдвард протянул ей красный плащ. На мгновение девушка обомлела. Именно такой плащ подарил ей Ромео, именно его она обронила в лесу. Однако то было во сне… Теперь Роксана не понимала, путает она реальность с действительностью или придумывает лишнее. — Вы хотите прикрыть меня, чтобы пытать иным способом? — Я не собирался вас пытать. — Но здесь ведь все занимаются только этим. – возразила она. — Мир не создан для ваших мучений. Но сами же вы можете простудиться, всё же идёт дождь. Его голос был ровным и беспристрастным. Он сам накинул одежду ей на плечи, после чего Роксана поспешила прикрыть оголённые части тела. — Я провожу вас в ваши покои. — Комнату для пыток, хотели вы сказать? – Она вспомнила свои мысли в первый день приезда в этот город. — Я уже сказал, что хотел. — Столь колкий, отчего же дали мне плащ? — Я хорошо воспитан, юная леди. – проговорил он серьёзно. – Смотреть на полуобнажённую девушку, стоящую под дождём, будь она хоть трижды ведьма, не в моём характере. — Откуда у вас этот плащ? Это вызвало усмешку Пемброка, а Роксана поняла, что спросила нечто глупое, придав значение обычному плащу. Эдвард, очевидно, искал его владелицу, теперь же оказался хитрее, обнаружив её без особого труда. — Сшил сам, даже пальцы исколол. И знала бы только девушка, что он совершенно не врал. Теперь же молодой человек заставил её размышлять о всех произошедших событиях. Ведь не было ранее плаща, Роксана видела его только во сне, так откуда же он взялся здесь теперь?