The Last Bet

      — Кстати, я не видела тебя на охоте, — заметила Юмэцу, перехватывая инициативу.       — Я ужа-а-асно стреляю, — протянул Жан, и в его голосе не было ни капли стыда — скорее ленивое признание факта. — По стоячим мишеням еще куда ни шло, но как только цель начинает двигаться — всё плохо. — Он заметил, что вопрос во взгляде Юмэцу никуда не делся, и пояснил: — Но, в общем-то, здесь хорошо. Я сходил в сауну, сыграл партию в баккара и пришел сюда ждать вас. Кто же будет против приятной компании и старого вина?       — А сначала ты был весь из себя отрешенный, загадочный, — поддела его Юмэцу. — Ты ведь не такой.       — Ну, я с ходу подумал, что Айлани взялась за старое и притащила очередную «игрушку», — Жан усмехнулся, стряхивая пепел. — Но ты смогла удивить. Кстати, не стесняйся, — он небрежно указал на стол с закусками и напитками у противоположной стены. — Основные блюда принесут позже, когда объявят победителя. У них тут целый ритуал из этого.       — Тогда я лучше дождусь результатов, мне нравится эта интрига. Слушай, раз обо мне уже всё рассказали, тебе разве не хочется спросить о своем «профайле»?       — Ты меня и так уже раскусила, — парень коротко усмехнулся, и эта реакция была неожиданно искренной. — Этого достаточно, чтобы понять: Арчи и Айлани не врали.       — И что же она успела раскусить? — в разговор бесцеремонно вклинился вошедший в беседку Тед. Он был слегка мокрым после бассейна, с полотенцем на плечах, но всё таким же бодрым. — Я тоже хочу рассказ о себе! — задорно провозгласил он, опираясь на край стола и глядя на Кагэуру.       — Не спеши, — девушка невольно улыбнулась. — Мы знакомы только первый день. Или ты думал, что это волшебство? — Она вспомнила, как Арчи назвал это «фокусом». — Хотя... я могу предположить, что у тебя не один младший брат. А из всех детей в семье ты — самый старший.       Тед замер, а потом медленно кивнул, и его глаза округлились.       — Правильно. Откуда?.. Да, у меня еще три младшие сестры, помимо брата.       Юмэцу лишь пожала плечами. Это было слишком очевидно: даже находясь в компании сверстников, Тед неосознанно брал на себя роль лидера-опекуна — следил, всем ли удобно, проверял тайминг, раздавал указания. Эта манера «старшего» уже въелась в его подкорку.       — И мне, и мне расскажи! — в проеме беседки показалась Мелисса, на ходу поправляя влажные волосы.       — Мы с тобой только приветствиями обменялись, — Юмэцу в шутку подняла руки, сдаваясь.       Она видела натянутость в улыбке Мелиссы, которая явно пыталась соответствовать статусу своего парня. Видела легкую тревожность Майкла. Но Кагэура вовремя одернула себя, потому что выдавать всё и сразу — значило напугать их. В этом мире, в отличие от японского криминала, люди предпочитали верить, что их секреты надежно спрятаны под слоями брендовой одежды.       — Дайте человеку отдохнуть спокойно, — лениво вмешался Жан. — Она же не экстрасенс с телевидения.       Вслед за Мелиссой в беседку подтянулись Майкл, Карл и раскрасневшаяся после бассейна Айлани. А еще через пять минут на дорожке показался Арчи — он буквально светился.       — У нас второе место! — радостно объявил он, с ходу обнимая Айлани за талию и раздавая звонкие «пять» Юмэцу и Теду.       — А у нас, получается, третье? — Карл иронично закатил глаза, поправляя очки.       — Естественно! Против команды «стариков», да еще и с отцом Теда во главе — без шансов, — рассмеялся рыжеволосый. — Первое место всегда за ними.       Вскоре официанты из ресторана принесли горячие блюда: запеченную дичь, ароматный картофель с травами и изысканные закуски. Следом пошли десерты, и вечер плавно перешел в свою самую приятную, расслабленную фазу. После восьми, когда над поместьем сгустились сумерки, на территории зажглись гирлянды и мягкий свет прожекторов. Из игорного зала доносился шумный хохот победителей, празднующих триумф, а в воздухе смешивались запахи дорогого табака, леса и крепкого алкоголя.       Ближе к ночи, когда компания переместилась в один из уютных гостевых домов, Айлани вдруг постучала десертным ножом по бокалу, привлекая внимание.       — Народ, никто ведь не против, если Сидзука будет с нами на следующей неделе? — спросила она, обводя друзей взглядом.       Юмэцу за этот день успела произвести на компанию впечатление. Пусть для кого-то она осталась просто «новой знакомой», большинство оценило её острый ум и мастерство в стрельбе. Она была «непростой», и это притягивало. Возражений не последовало — кто-то кивнул, Мелисса весело подмигнула.       Довольная Айлани повернулась к Юмэцу:       — Мы поедем в Саратогу, на горячие источники. Там потрясающие спа-комплексы.       — Без меня, — Кагэура ответила мгновенно. Она едва заметно сжала губы и отрицательно качнула головой.       — Что? Почему? — улыбка блондинки погасла, а глаза округлились от искреннего недоумения.       — У меня на следующие выходные уже назначено несколько смотров квартир, — ровно пояснила Юмэцу. — Мне нужно найти постоянное жилье, так что никак не получится.       К тому же услышав про «горячие источники», Юмэцу почувствовала холодный укол паники. Если бассейн еще можно было проигнорировать, то источники подразумевали максимальную открытость тела. Её шрамы — клеймо прошлой жизни — кричали бы громче любого признания.       — А, вон оно что... — Симмонс явно разочаровалась, но быстро взяла себя в руки. — Ну, а потом? После того как найдешь?       — А потом посмотрим. Сначала разберусь с делами, — уклончиво ответила Кагэура.       Айлани легонько толкнула Арчи локтем в бок. Тот сначала несколько секунд недоумевающе смотрел на нее, но, перехватив настойчивый взгляд девушки, всё понял. Он нехотя потянулся в карман и достал маленькую стильную карточку из плотной бумаги.       — Вот, — он протянул ее Кагэуре. Это была визитка его родителей. — Моя семья занимается недвижимостью. Вдруг пригодится.       — Спасибо, конечно, — Юмэцу приняла карточку кончиками пальцев, даже не взглянув на неё, — но я думаю, что справлюсь сама.       Она не хотела быть обязанной Арчи, не хотела пользоваться «связями». В её мире за любую услугу всегда приходилось платить — и иногда цена была слишком высока. Помощь богатых наследников казалась ей слишком скользким путем, по которому она не собиралась идти.       Утром Айлани отвезла Кагэуру обратно к институту, и жизнь снова потекла по привычному руслу, но теперь — с небольшими, хотя и ощутимыми поправками. Юмэцу постепенно осваивалась в своей новой роли, и ритм её будней стал более насыщенным.       Первым делом она отказалась продлевать подходящий к концу договор аренды. Хватит с неё временных пристанищ. Она подобрала себе жильё в том же районе, но на этот раз более основательное — двухкомнатную квартиру в небольшом доме с тихим двориком. Денег у неё хватало, чтобы выкупить её сразу, но Юмэцу осталась верна своей осторожности. Она оформила ипотеку: так ни у кого не возникнет лишних вопросов о происхождении крупной суммы. В Америке ипотека была хорошим камуфляжем для благонадежного гражданина, а низкие проценты делали эту перестраховку почти безболезненной.       Ремонт здесь не требовался — интерьер был сдержанным и качественным, — поэтому с переездом Кагэура справилась всего за пару дней.       Как только быт наладился, она приняла очередное предложение Айлани о совместных выходных. Жизнь в кругу «золотой молодежи» оказалась на удивление предсказуемой: гольф и крокет на идеально подстриженных лужайках сменялись водными прогулками на яхтах, посещением закрытых выставок и загородными пикниками. Выяснилось, что эта компания собирается почти каждую неделю, и Сидзука — острая на язык и удивительно меткая в суждениях — стала их постоянным спутником.       В конце концов Симмонс, проявив недюжинное упорство, выпросила у Юмэцу номер телефона и нашла её профиль в Фейсбуке. Теперь Айлани писала ей регулярно: то скидывала фотографии очередного «невероятного» антиквариата, найденного на аукционе, то просила совета по поводу старинных безделушек. Юмэцу стала для неё кем-то вроде негласного эксперта. И хотя капризная блондинка не всегда прислушивалась к её доводам, Кагэуре удалось спасти бюджет новой подруги от нескольких откровенно сомнительных сделок.       Такое положение дел вполне устраивало Кагэуру. Она создала себе идеальное прикрытие, обросла респектабельными социальными связями и жила в спокойном, размеренном комфорте. Тень Бонтена — этого безжалостного, отдающего порохом, ядовитым неоном и шальными деньгами механизма — казалась теперь далёкой, почти призрачной.       Шум, бушевавший вокруг нее годами, — тот самый лихорадочный, болезненный гул безумия, который она когда-то делила с Харучиё, — постепенно затихал. Раньше он состоял из криков на заброшенных складах, запаха дыма и фанатичного, исступленного шёпота о преданности Королю. Теперь же этот разрушительный гул окончательно вытеснили звуки мирной американской жизни: шелест листвы в Центральном парке, звон бокалов на загородных виллах и тихая музыка в её новой квартире.       И всё же полностью стереть прошлое было невозможно. О нём неумолимо напоминали скрытые под одеждой шрамы на её теле — отметины от пуль и лезвий, из-за которых ей приходилось придумывать разные отговорки, чтобы не раздеваться на людях. Эти следы вместе с рефлекторной привычкой всегда садиться в любом помещении спиной к стене и лицом к выходу оставались единственным безмолвным доказательством того, что Юмэцу Кагэура всё ещё жива внутри своей новой маски.       Одним промозглым, слякотным мартовским утром девушка пришла на работу и сразу же заметила на ресепшене изящную корзинку с цветами.       — Восьмое марта вроде как уже прошло, — хмыкнула она, отряхивая мокрое пальто. — Что за повод?       — Вообще-то, это тебе, — Нэнси с улыбкой поднялась из-за стойки. — Курьер буквально полчаса назад принес. Назвал твою фамилию.       Кагэура подошла ближе и вытянула из букета небольшую плотную карточку. На ней аккуратным почерком было выведено: «Сидзуке. 20.03.2019» и рядом — маленькое сердечко.       На пару секунд она застопорилась. Шестерёнки в голове со скрипом провернулись, прежде чем она всё поняла. У Сидзуки Уцуро день рождения был именно сегодня, двадцатого марта. И хотя во всех новых американских документах черным по белому была прописана эта дата, Юмэцу так и не успела привыкнуть к ней до конца. Её настоящий праздник, день рождения Юмэцу Кагэуры, был в мае.       — А курьер не сказал, от кого? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал буднично.       — Нет, просто отдал и ушёл. А что такое? Ты как-то не особо рада, — подметила Нэнси, внимательно вглядываясь в её лицо.       — Нет, всё хорошо, только неожиданно. У меня сегодня день рождения, — сказала Юмэцу, слегка помахав картонкой в воздухе. — Просто интересно, кто отправитель. Тут тоже ничего не написано.       — Оу, поздравляю! — Нэнси просияла. — И сколько тебе стукнуло? Эй, народ! — крикнула она вглубь мастерской. — У Сидзуки сегодня день рождения!       — Двадцать восемь.       — А я-то думал, у тебя днюха в какие-то праздники, раз ты вечно отмалчиваешься, — подал голос Лиам, отрываясь от чертежей.       — Да я просто не праздную обычно, — отмахнулась Юмэцу.       Это тоже была правда. Свою настоящую дату в мае она никогда не отмечала шумно. Единственной её традицией за последние годы было зайти в какую-нибудь кондитерскую на окраине Токио, а теперь уже в Нью-Йорке, купить одно-единственное, особенно вкусное пирожное и съесть его в тишине. Как-то раз к этому ритуалу присоединился Харучиё, молча протянув ей пакет с чизкейком из Кози Корнер, но эти воспоминания она старалась лишний раз не тревожить.       — Ну, тогда мы просто желаем тебе всех благ, — улыбнулась подошедшая Бию, легонько похлопав её по плечу. — Мы с ребятами тебе попозже обязательно что-нибудь подарим.       — Что вы, правда, не стоит, — Юмэцу вежливо качнула головой и указала на корзинку. — У меня вон уже какой подарок.       — Как хочешь, только потом не обижайся, что мы оставили тебя без презента, — добродушно проворчала женщина, возвращаясь к своему рабочему месту.       Юмэцу осталась стоять у ресепшена, задумчиво разглядывая лепестки цветов. В голове крутился лишь один вопрос: кто отправитель? Айлани? Арчи? Или кто-то из их компании прознал о дате в её профиле на Фейсбуке? Это было самым логичным объяснением, но инстинкты, выработанные годами опасной жизни, всё равно заставляли её относиться к любому неожиданному подарку с глухой, настороженной подозрительностью.       Подобные приятные сюрпризы начали встречать её на работе стабильно один-два раза в месяц. То на ресепшене обнаруживалась корзинка со свежими пионами, то курьер приносил коробку конфет ручной работы, а однажды её ждал небольшой сверток с шелковым шарфом, украшенным искусным узором. Юмэцу долго вертела его в руках, пытаясь разгадать отправителя, но в итоге стала повязывать его то на ручку своей повседневной сумки, то на ремень брюк — вещь была действительно красивой и качественной.       В июне Айлани позвала её на очередной загородный пикник в пятницу вечером, сразу после окончания рабочего дня. Учитывая дикую загруженность в последние недели — в институт хлынул поток студентов из Кентукки, приехавших в Нью-Йорк на летнюю практику, и Кагэура буквально валилась с ног от бесконечных объяснений и контроля, — она согласилась практически сразу. Ей была жизненно необходима передышка вдали от городской суеты и бесконечного гула голосов.       Однако, выйдя вечером на парковку, Кагэура не обнаружила привычного белоснежного кабриолета. Нахмурившись и сканируя взглядом пространство, она заметила молодого человека, который непринужденно опирался на капот черного кроссовера. Издалека его силуэт показался ей знакомым, и она решила подойти ближе.       — Тед? — удивленно приподняла брови Юмэцу.       — Привет! — парень тепло улыбнулся, выпрямляясь. — У Айлани случился какой-то форс-мажор. А я как раз освободился пораньше и вызвался помочь.       — А, ну... ладно. Могла бы хоть сообщение мне отправить.       — Ну, это же Айлани, — Тед понимающе пожал плечами и шагнул вперед, вежливо открывая перед ней переднюю пассажирскую дверь. — У нее всё спонтанно. Прошу на борт.       Они плавно встроились в плотный вечерний поток машин, покидающих город. За лёгкой, непринуждённой болтовней время в дороге пролетело незаметно. Тед изначально, еще на прошлогоднем охотничьем соревновании проявил себя приятным собеседником. Поглядывая на дорогу, он мимоходом упомянул, что рассказал о Сидзуке одной из своих младших сестёр.       — Она теперь просто горит желанием познакомиться с тобой, — улыбнулся парень, перестраиваясь в другой ряд. — Она ведь знает всю нашу компанию как облупленную, а ты для неё — новое и очень загадочное лицо.       Вскоре на горизонте, окружённое густым массивом леса, показалось живописное озеро Норт-Саут. Встреча была запланирована в кемпинге прямо на его берегу.       Ещё в пути Юмэцу получила от Симмонс короткое голосовое сообщение. Та сумбурно извинялась за то, что из-за внезапных дел не смогла приехать и не предупредила о таких изменениях заранее.       Кагэуре, в общем-то, было всё равно — главное, что она благополучно добралась до места отдыха, да и Тед в роли водителя её ничуть не смущал. Но что-то в словах блондинки, а точнее в её интонации, заставило Юмэцу насторожиться. В голосе Айлани скользило что-то... нетипичное. Обычно громкая, капризная и уверенная в себе девушка сейчас звучала как-то неестественно мягко, словно пыталась скрыть какую-то… неловкость?       Юмэцу задумчиво уставилась на экран телефона, но быстро решила отложить эту мысль. Информации, которая могла бы подтвердить или опровергнуть её внезапные подозрения, было слишком мало. К тому же дикая усталость после тяжелой рабочей недели давала о себе знать — голова соображала туго. В конце концов, решила Кагэура, вполне вероятно, что ей просто померещилось от банального переутомления, и не стоит искать скрытый смысл там, где его нет.       Этот вечер прошёл гораздо тише остальных. Майкл и Мелисса были в отъезде, и без вечной, бьющей ключом энергии этой девушки атмосфера в кемпинге казалась на удивление спокойной, ровной и по-особому уютной.       В вышине, среди верхушек вековых сосен, постепенно затихало вечернее пение птиц, уступая место мягким сумеркам. Посреди лагеря бодро потрескивал костёр, бросая длинные танцующие тени на палатки и деревянные кресла.       Жан, лениво вытянув ноги ближе к огню, подсел к ней с неизменной самокруткой, но на этот раз не стал прятаться за маской отрешённости.       — К слову, — негромко начал он, глядя на огонь. — Я всё-таки дочитал эпопею. И на днях расспросил мать про того самого Жана Сантея.       — И как? — Юмэцу с любопытством повернула к нему голову.       — Она сначала зависла на пару минут, а потом рассмеялась и призналась, что да. Это произведение действительно крутилось у неё в голове, когда я родился. Так что ты была права, возможно, моё имя — литературная отсылка. Мать была в восторге, что кто-то из моих знакомых вообще об этом спросил.       Юмэцу лишь хитро ухмыльнулась одним уголком губ, мысленно ставя себе галочку за успешный сеанс дедукции.       На обратном пути она уже привычно поехала вместе с Айлани. Теплый ветер трепал волосы, а на приборной панели светился навигатор.       — Слушай, у меня через две недели день рождения, — как бы между прочим начала Симмонс, плавно входя в поворот на шоссе.       — Это хорошо, — отозвалась Юмэцу. — Но заранее поздравлять не буду.       — Я буду праздновать в Лас-Вегасе. И я хочу, чтобы ты поехала с нами.       Юмэцу на секунду растерялась от такого масштаба. Вегас? С этой компанией?       — Ух... я даже не знаю, — качнула головой Кагэура. — У меня работа, да и билеты нужны...       — Во-первых, в этот раз отказы точно не принимаются! — безапелляционно перебила блондинка, мельком взглянув на неё. — Во-вторых, мы же летим чисто на выходные. В пятницу вечером вылетаем, а в понедельник ночью уже будем дома. Мастерская ведь всё равно не работает по субботам и воскресеньям, так? И в-третьих — тебе вообще не нужны никакие билеты.       Юмэцу приподняла одну бровь.       — Мы летим на частном самолёте моей семьи. Так что от тебя требуется только собрать чемодан и приехать в пятницу на аэродром. Я, кстати, уже внесла тебя в список пассажиров.       — Как у вас всё легко оказывается, — покачала она головой, невольно поражаясь той лёгкости, с которой Симмонс распоряжалась частными самолётами, полётами через полстраны и чужими выходными. — Ты мне просто вариантов не оставляешь, никуда не деться. Ладно, твоя взяла. Думаю, за две недели успею присмотреть себе подходящий наряд.       — Отлично! — Айлани победно притопнула педалью газа, отчего машина резво ускорилась на пустом ночном шоссе. — Надеюсь, в азартных играх ты так же хороша, как в стрельбе.       В азартных играх... О, если бы Айлани знала, насколько хорошо Сидзука Уцуро — а точнее, Юмэцу Кагэура — разбирается в блэкджеке, покере и, главное, в психологии людей, сидящих за зелёным сукном.       — Посмотрим, — ответила Кагэура, поправляя воротник рубашки. — Возможно, мне улыбнётся удача новичка.