Вне зоны стрима

Утро в Вильнюсе не спрашивало разрешения, чтобы ворваться в спальню. Оно просачивалось сквозь неплотно задернутые шторы тонкими иглами золотистого света, танцевало на пылинках и замирало на затылке Миши, который всё еще отчаянно пытался удержаться в объятиях сна. Но у сна был серьезный противник. Короткий, требовательный «тяв», а затем энергичное царапанье когтей о край кровати заставили Мишу поморщиться. Юки, их маленькая рыжая бестия, не признавала выходных и не понимала, что такое «поспать еще пять минуточек». Для неё утро наступало тогда, когда в миске заканчивался корм, а в животе начиналось урчание. Миша почувствовал, как тяжелая, теплая рука, покоившаяся на его талии, слегка сжалась. Даниэль зашевелился сзади, издавая низкий, сонный стон. Его дыхание, щекочущее шею Миши, стало прерывистым. — Твоя очередь… — пробормотал Даниэль, утыкаясь носом в лопатки Миши. Его голос после сна был таким глубоким и бархатным, что у Миши по коже пробежали мурашки, вовсе не связанные с утренней прохладой. — Моя очередь была вчера, — хрипло отозвался Миша, не открывая глаз. — И позавчера. И вообще, она любит тебя больше, ты её лидер стаи. Юки, словно поняв, что о ней говорят, подпрыгнула и приземлилась прямо на ноги Миши, начав неистово вилять хвостом-бубликом. — Всё, — вздохнул Миша, сдаваясь. — Мы проиграли эту битву. Он перевернулся на спину, и его взгляд тут же встретился с полуприкрытыми глазами Дани. Даже в утреннем беспорядке, с растрепанными волосами, Даниэль выглядел как человек, сошедший с обложки журнала. Разница в росте в шесть сантиметров — 184 против 178 — сейчас не ощущалась, пока они оба горизонтально делили одно пространство, но Миша всегда чувствовал себя как-то… уютно под защитой этого размаха плеч. Даниэль улыбнулся — той самой особенной улыбкой, которую не видел ни один зритель на стриме. Он потянулся вперед и запечатлел мягкий, невесомый поцелуй на губах Миши. Это было похоже на приветствие, на подтверждение того, что всё происходящее — реальность, а не затянувшийся сон. — С добрым утром, гражданин, — прошептал Даня. — С добрым, — улыбнулся Миша, отвечая на поцелуй уже более уверенно. Их губы встретились в ленивом, нежном ритме. Миша запустил пальцы в мягкие волосы Даниэля, притягивая его ближе. В этом моменте не было камер, не было микрофонов, не было необходимости играть роль. Было только тепло друг друга и радостный лай Юки, которая решила, что раз хозяева проснулись и целуются, значит, завтрак уже в пути. Миша первым потянулся к тумбочке за телефоном. Стоило экрану вспыхнуть, как на него посыпался град уведомлений. — Ого… — выдохнул Миша. — Кажется, в «НП» начался апокалипсис. — Что там? — Даня приподнялся на локтях, заглядывая в экран. — Опять Булат с Дедом поспорили, кто круче в ПвП? Миша открыл Telegram-чат команды «Настоящие Перцы». Количество сообщений перевалило за три сотни, и все они были помечены тегами «СРОЧНО» и «ААААА». Бишка: ВЫ ВИДЕЛИ?! МЫ НОМИНИРОВАНЫ! Локи: Булат, хватит капсить, я только проснулась! Но да, это жесть! Сосиска: Ребята, это же Португалия! Вы понимаете масштаб? Это не просто сходка, это премия! Наташа: Я уже смотрю платья… Гречка: Наташ, какие платья, нам лететь через пол-Европы! Дед: Опять куда-то лететь… В моё время премия — это была грамота от сельсовета и банка меда. А тут — Португалия. Там хоть гречка нормальная есть? Миша пролистывал сообщения, пока не дошел до длинного поста от Эдуарда. Голос Эда в тексте читался безошибочно — властный, но с нотками того самого азарта, который заставлял их всех двигаться вперед. Эдисон: «Так, банда, внимание. У меня для вас новости, которые обсуждению не подлежат. Через 5 месяцев в Лиссабоне состоится ежегодная премия Minecraft Awards. И мы не просто приглашены — мы в списке фаворитов. Для меня это особенный момент. Вы знаете, что я жил там с 10 класса, там мои родители, это мой второй дом. Я уже всё обсудил с организаторами. Мы едем всей командой. Клайп, Даня — готовьте документы, никаких отговорок. Это будет самая грандиозная поездка в истории канала. И самое главное… там произойдет кое-что, чего вы не ждете. Готовьтесь». В спальне повисла тишина. Миша перечитал сообщение дважды. — Пять месяцев… — прошептал он. — Лиссабон. Даниэль сел на кровати, потирая лицо руками. — Эд серьезно настроен. Если он говорит, что там будет «кое-что», значит, он реально что-то задумал. У него там связи, родители помогут с организацией… Это будет не просто награждение. Миша почувствовал, как внутри зарождается странная смесь восторга и тревоги. Всего пару недель назад он боролся за право просто быть рядом с Даниэлем в одном городе, а теперь жизнь подбрасывала новый вызов — мировое признание, Португалия и загадочный план Эдуарда. — Ты понимаешь, что это значит? — Миша посмотрел на Даню. — Мы впервые появимся там не как два отдельных стримера, а как… мы. — Как мы, — кивнул Даниэль. Он притянул Мишу к себе, обнимая за плечи. — Клайп и ИксДанил. И знаешь что? Мне плевать, что подумают другие. С новыми документами тебе теперь открыт весь мир. Мы поедем туда и заберем все награды. Миша прижался лбом к плечу Дани. В этом жесте было столько доверия, сколько невозможно было выразить словами. — А что, если он хочет устроить какой-то масштабный пранк? Или заставить нас что-то объявить на сцене? — Миша хитро прищурился. — Зная Эда, он может заставить нас прыгать с парашютом прямо на сцену, — рассмеялся Даня. Юки, устав ждать, издала протяжный, обиженный вой. — Ладно, ладно, идем мы! — Миша спрыгнул с кровати. Весь день прошел в режиме «горящего телефона». Группа «НП» не утихала. Булат уже планировал, какой влог он снимет, Саша (Сосиска) шутила, что её рост 188 см позволит ей работать маяком в португальских портах, а Дед продолжал выяснять, можно ли взять с собой в самолет домашние соленья. Эдуард зашел в голосовой канал ближе к вечеру. — Ну что, испугались? — его голос звучал довольно. — Пять месяцев — это и много, и мало. Нам нужно подготовить контент, закрыть все хвосты. Миша, Даня, к вам особое требование: мне нужна максимальная активность. Мы должны приехать туда на пике формы. — Эд, — подал голос Миша. — А что ты имел в виду под «кое-чем, чего мы не ждем»? — Меньше знаешь — крепче спишь, Мишаня, — усмехнулся Эдисон. — Просто знай, что родители уже готовят гостевые комнаты в Лиссабоне. Они давно хотели познакомиться с «той самой бандой», о которой я им жужжу последние годы. Когда связь прервалась, Миша вышел на балкон. Вечерний Вильнюс был прекрасен — спокойный, европейский, уже ставший родным. Даниэль подошел сзади, накинув на плечи Миши теплую кофту. — О чем думаешь? — спросил он, обнимая Мишу со спины и кладя подбородок ему на плечо. — О том, как быстро всё меняется, — честно ответил Миша. — Два месяца назад я сидел в Нижнем и не знал, увидимся ли мы вообще. А теперь мы планируем поездку на премию в Португалию. — Перемены — это хорошо, — Даниэль развернул Мишу к себе. — Особенно если мы проходим через них вместе. Он снова наклонился, и на этот раз поцелуй был глубоким, полным обещаний и скрытой страсти. В нем чувствовался вкус будущего — соленого ветра Атлантики, света софитов и бесконечных дорог, которые им еще предстоит пройти. Миша ответил с такой силой, что Даниэлю пришлось крепче прижать его к перилам балкона. — Пять месяцев… — выдохнул Миша в самые губы Дани. — Пролетят незаметно, — пообещал Даниэль. Они стояли под звездами, не зная, что именно задумал Эдуард, какие испытания их ждут и как их примет мировая сцена Minecraft. Но одно они знали точно: в этой девятнадцатой главе их истории нет места одиночеству. Есть только они, их друзья, неиссякаемый юмор команды и маленькая рыжая собака, которая, наконец-то наевшись, мирно спала в комнате, видя сны о португальских пляжах. Лиссабон ждал. И «Настоящие Перцы» были готовы зажечь это солнце.